Раритетную запись Виктора Цоя обнаружили в личном архиве в Швеции
Около 40 лет она пролежала на кассете, которую на плеер записала дочь бывшего генконсула Швеции.
Композиция «Дети минут» считается одной из самых редких в наследии Цоя. По сообщениям СМИ, музыкант не соглашался ни исполнять её вживую, ни записывать в студии, и долгое время песню вообще считали потерянной.
Кассета свыше тридцати лет хранилась дома у шведки Сары Океррен. Она была знакома с Цоем и записала «Дети минут» на плёнку на вечеринке у Георгия Гурьянова в 1988 году. Лидер «Кино» не хотел выпускать эту вещь из-за её пародийного характера — опасался, что она заденет его друзей.
Песню обнародовали 21 июня, в день рождения Виктора Цоя.
https://t.me/kinowiktor/164
Пение двух девушек в храме. Посидим, помолчим...
Ни в коем случае не умаляю вокальных данных Анны Герман, но здесь в голосах тоже что-то есть, что трогает за живое. Отрывок маленький , буду ждать полную версию в их исполнении. Сорри если уже было, я через поиск не нашел.
Сердцебиение АНБ, Heartbeat и Palantir: Цифровая слежка в действии
Сердцебиение АНБ, Heartbeat и Palantir: Цифровая слежка в действии
Heartbeat, АНБ и Palantir: как уязвимости и аналитика превратились в инструменты цифрового наблюдения...
101, ранее я писал про "Загадочная микросхема ME и для чего Intel ставит её в материнские платы", а сегодня поговорим про Heartbeat и Palantir.
В современном мире слежка редко выглядит как сцена из шпионского фильма. Чаще это набор тихих технологий: уязвимости в популярных библиотеках, сбор метаданных, корреляция событий и аналитические платформы, которые связывают разрозненные цифровые следы в единую картину. История Heartbleed и платформа Palantir хорошо показывают, как именно работает эта новая реальность.
Heartbeat и Heartbleed: ошибка, ставшая глобальной проблемой
Heartbeat — это функция в криптографической библиотеке OpenSSL, которая должна была просто проверять, “жив” ли канал связи. Но из-за ошибки в проверке длины запроса появилась уязвимость, позже получившая название Heartbleed. Она позволяла злоумышленнику читать фрагменты памяти сервера и потенциально получать пароли, токены и другие чувствительные данные.
Главная опасность Heartbleed была не только в самой ошибке, а в масштабе: OpenSSL использовался очень широко, а значит одна маленькая уязвимость могла затронуть огромную часть интернета. Это сделало инцидент символом того, насколько хрупкой может быть цифровая инфраструктура, когда базовые компоненты защиты оказываются с дефектом.
Почему вокруг этого всплыло АНБ
После раскрытия уязвимости в публичном поле появилось много вопросов о том, знали ли спецслужбы США о проблеме заранее. Самый громкий сюжет заключался в том, что АНБ якобы могло долгое время использовать дыру в своих интересах, вместо того чтобы сообщить о ней для исправления. Именно поэтому Heartbleed часто обсуждают не только как техническую проблему, но и как пример конфликта между киберразведкой и безопасностью пользователей.
Такая логика понятна: если государственная структура получает доступ к массовой уязвимости, она может тихо собирать данные, не привлекая внимания. Но у этого подхода есть цена — чем дольше скрывается проблема, тем больше людей и компаний остаются беззащитными.
Palantir: не “магия слежки”, а машина для связывания данных
Palantir — это компания, которая известна прежде всего своими платформами для анализа больших массивов данных. В публичных источниках её часто связывают со спецслужбами, полицией и военными структурами. Но важно понимать: сама по себе Palantir не “создаёт” данные, а помогает объединять уже имеющиеся источники в единую аналитическую систему.
Такой подход делает цифровой контроль намного эффективнее. Если раньше данные лежали в отдельных базах, то теперь их можно свести вместе: номера машин, финансовые операции, записи камер, адреса, связи между людьми, перемещения и другие следы. В итоге аналитик видит не просто набор фактов, а целую сеть отношений.
Как устроена современная слежка
Современная слежка редко опирается на один источник информации. Обычно это комбинация нескольких уровней:
- Перехват и анализ сетевого трафика.
- Сбор метаданных о звонках, сообщениях и посещениях сайтов.
- Интеграция баз данных из государственных и коммерческих источников.
- Анализ камер наблюдения и геолокации.
- Построение графов связей между людьми, устройствами и событиями.
Именно на этом уровне платформы вроде Palantir становятся особенно мощными. Они позволяют не просто хранить данные, а быстро находить закономерности, совпадения и “подозрительные” цепочки событий.
Почему это вызывает тревогу
Проблема не только в том, что за человеком можно следить. Проблема в том, что большие аналитические системы способны ошибаться, усиливать предвзятость и создавать ложные подозрения. Если алгоритм или оператор однажды пометил человека как “интересного”, последующие проверки могут лишь укреплять это впечатление, даже если реальных оснований мало.
Кроме того, такие системы меняют саму логику контроля. Слежка становится не точечной, а массовой, не заметной, а постоянной. И чем больше источников данных соединено между собой, тем сложнее человеку понять, где именно заканчивается его приватность.
Главный вывод
История Heartbleed показывает, как одна уязвимость может открыть двери к огромному объёму данных. История Palantir показывает, как эти данные потом можно превратить в мощный инструмент наблюдения, расследований и принятия решений. Вместе эти сюжеты хорошо иллюстрируют главную тенденцию цифровой эпохи: слежка всё чаще строится не на грубой силе, а на данных, аналитике и незаметной автоматизации.
#АНБ #NSA #Heartbleed #Heartbeat #Palantir #слежка #кибербезопасность #информационнаябезопасность #утечкаданных #цифроваябезопасность #массоваяслежка #bigdata #OSINT #privacy #технологии #IT #интернетбезопасность #аналитикаданных #спецслужбы #digitalsurveillance
#ADM #ADM00103 #101 #АДМ #АДМ00103

