СМЕРШ… Эту аббревиатуру, расшифровывающуюся как «Смерть шпионам», пожалуй, знает каждый, кто хоть немножко знаком с историей Великой Отечественной войны. Грозное подразделение, ставшее советским джокером тайной войны, было создано 19 апреля 1943 года для борьбы со шпионами и диверсантами, террористической и подрывной деятельностью иностранных разведок в частях и учреждениях Красной Армии. Сотрудники СМЕРШа проверяли военнослужащих, побывавших в немецком плену и в окружении противника, боролись с дезертирами и выполняли специальные задания Наркомата обороны.
Фашисты не с полной отдачей готовили тех, кому предстояло отправиться в советский тыл, через линию фронта. Этих агентов набирали среди людей, склонных к предательству, среди военнопленных, которые соглашались сотрудничать с немцами за лишнюю пайку, за возможность избежать концлагеря. Немцы прекрасно понимали, с каким человеческим материалом они имеют дело. И агентов готовили в больших количествах – как расходный материал, даже в Абвере понимали, что рассчитывать на людей, которые уже один раз совершили предательство, не стоит, и старались взять количеством: если забросить как можно больше агентов-парашютистов, кто-то да и сумеет выполнить задание.
Документы
Советские контрразведчики научились выявлять таких лиц, используя один из простых, но эффективных методов, связанных с проверкой документов.
Дело в том, что удостоверения, которые выдавались немцами своим агентам, имели скрепки из нержавеющей стали, тогда как красноармейцы имели документы с железными скрепками, уязвимыми к ржавчине. Именно такая банальная мелочь позволяла быстро выявить вражеского диверсанта.
В книге, выпущенной издательским домом «Комсомольская правда», собраны уникальные, недавно рассекреченные оперативные документы из государственных и ведомственных архивов, в том числе ФСБ России
«По внешнему виду эти документы часто новые, не изношенные, тогда как дата их выдачи 2-3-месячной давности. Скрепки документов книжного образца изготовлены из нержавеющей стали, в то время как наши документы скрепляются железной проволокой и на бумаге оставляют следы ржавчины. В материале обложки есть шелковая нить, чего нет в наших документах», — говорилось в инструкции.
Про скрепки на самом деле, такие случаи были не редки, но действительно они были в начале войны, не нужно считать немцев совсем уж клиническими идиотами.
Также выдавали шпионов и фотографии: излишне качественный глянцевый снимок сразу бросался в глаза. Также в инструкции перечисляются и другие особенности документов: другой цвет обложки у удостоверений и партбилетов, написание букв, а также орфографические ошибки.
Также у поддельных документов, а именно командировочных и отпускных удостоверений, отсутствовал цифровой шифр перед исходным номером.
Когда у гражданина СССР паспорт, военный билет и трудовая книжка имеют одинаковую степень износа (или заполнены одним почерком) - налицо явный признак шпионажа. Когда все документы были заполнены одним почерком и одинаковыми чернилами - в нормальной жизни такого никогда не бывает, потому что документы человек получает в разное время жизни и в разных местах.
А ещё немцы любили указывать в графе "Место рождения" несуществующие населённые пункты. Сотрудники НКВД таких быстро вычисляли. Если шпион оказывался крепким орешком находили людей из его родного села или города. Словом, отвертеться было крайне сложно.
Четвёртого февраля 1945 года боец пограничных войск, проверяя документы у проезжавшего через заставу капитана, заметил, что на удостоверении личности нет номера приказа о присвоении воинского звания, а командировочное предписание заверено печатью с номером части, а не полевой почты. Задержанный «капитан» тут же сознался, что его забросили в советский тыл с рацией для шпионской работы.
Слова и пальцы
Во время Зимней войны с финнами наших разведчиков вычисляли при помощи ужасающего слова Höyryjyrä. А вот для немцев у нас были простецкие «грабли»: ведь ничего сложного нет в слове, скажем, «дорога». Но погорел на этом слове конкретно не один немецкий шпион: немцы никак не могли правильно произнести кодовое слово «дорога». Они произносили этого слово «тарока».
Об этом упоминает в своей книге легендарный снайпер Василий Зайцев: как скажет немец, переодетый в нашу форму «тарока» — так он и попался».
По произношению немцев проверяли не только в СССР. В Голландии немца легко выдавало слово «Scheveningen» — первые буквы фрицы читали как Ш, традиционное же голландское произношение — Сх. Американцы и англичане ловили немецких шпионов на словах, начинающихся на букву «W».
В английском языке «дабел ю» произносится, как что-то среднее между «У» и «В», в то время, как в немецком это просто звонкая В.
По жестикуляции, если немцу надо показать число три, то будет оттопырен большой палец, русские же начнут с указательного.
Враги, воспитанные в иных культурных традициях, использовали чуждые советскому уху выражения. Внезапная проверка реакции на нецензурную брань могла выявить шпионов.
Скарб
Если у беженца было много денег, медикаментов, вещей про запас, то это так же вызвало подозрение.
Награды
В блокадном Ленинграде был эпизод, когда патруль заметил двух подозрительных офицеров с неправильно повешенными наградами. Под предлогом проверки документов они все вместе закурили - офицеры достали кисеты, скрутили самокрутки и закурили, после чего сразу были арестованы
Табак
Также для выявления вражеских шпионов сотрудники контрразведывательного ведомства проверяли сигареты личного состава. Дело в том, что немцы часто давали своим агентам папиросы, тогда как среди красноармейцев их имели лишь офицеры, а рядовые и младший командирский состав получали махорку.
Обувь
Во Второй мировой войне в обоих армиях учили ухаживать за обувью. Но русская натура пропускала важную деталь, которую считала бессмысленной.
Русские не чистили пятку обуви. И поэтому на мероприятиях было сразу заметно кто не свой.
Картотека
СМЕРШ не просто ловил немецких агентов – велась очень подробная картотека, в которую включались данные о каждом бывшем военнослужащем, перешедшем на сторону гитлеровцев. Чем больше агентов ловили на нашей стороне, тем более подробной и эффективной становилась и эта картотека. В некоторых случаях еще до заброски очередной группы смершевцы знали все подробности: время, место и количество агентов, отправленных на очередное задание.
Картотека пополнялась, прежде всего, силами самих немецких агентов: как только они оказывались на советской территории, то первым делом бежали в ближайшее отделение милиции и сообщали, что они являются немецкими шпионами, заброшенными со специальным заданием. После этого незадачливых шпионов брали в оборот контрразведчики, вытряхивая из них всю необходимую информацию. В первую очередь интересовали данные о составах разведшкол, о местах их дислокации, преподавательском составе и методах обучения. Но активнее всего смершевцев интересовал личный состав курсантов абверовских разведшкол: на каждого из них заводилось специальное досье, и после этого судьбу «гостей с той стороны» отслеживали внимательно, вплоть до поимки или ликвидации.
К примеру была группа немецких диверсантов, которую ловили в осташковских лесах зимой 1944 года.
Раскрыть ее удалось благодаря поимке в районе города Печоры двух немецких агентов. Это были советские военнопленные Кучуб и Никулин. Их ещё и опознали партизанские связные, которые видели их в составе группы военнопленных, отобранных для обучения в разведшколе на территории Белоруссии.
Ещё через несколько дней в районе Осташкова была взята группа немецких агентов-парашютистов из числа советских военнопленных, выпускников немецкой разведшколы «Остланд». Во время задержания трое из членов группы оказали активное сопротивление и в результате перестрелки были убиты на месте. Четвертый сдался в плен. Им оказался бывший военный врач по фамилии Петров. После допросов он был перевербован, а впоследствии командование даже согласилось задействовать его в хитрой комбинации советской военной разведки, включающей заброску Петрова обратно к немцам. О дальнейшей его судьбе ничего не известно.
Например, перед Курской битвой немцы забросили для диверсий на железной дороге 15 групп общей численностью 98 человек. Из них 25 сдались сами, а благодаря их показаниям поймали ещё 63.
Не знание, знание
Шпион мог проколоться на излишней вежливости и дисциплинированности, которая не была характерна для обычных советских граждан. Подозрение вызывало знание полного названия советских учреждений и незнание их народных сокращений (например, ЖКХ вместо жилищно-коммунального хозяйства). Или любой советский колхозник умел пользоваться самоваром и не пытался бы залить воду в дымовую трубу!
На карандаш также брали всех, кто демонстрировал экстраординарные навыки: умел читать топографические карты, ориентироваться по компасу, стрелять или владел навыками рукопашного боя, не являясь при этом спортсменом или военным.
Еда
Ещё одним "симптомом" была любовь к коктейлям и изысканной кухне. В Советском Союзе предпочтение всегда отдавалось чистым напиткам и простым блюдам. Выдать шпиона могло даже отсутствие привычки есть хлеб во время обеда.
Допрос
Начиналась череда бесед со следователями с кучей уточняющих вопросов по представленной легенде:
где был;
как сбежал;
кого видел в плену.
И так далее, список этот можно продолжать бесконечно. Рано или поздно диверсант начинал путаться. Банальная психология – человек не в состоянии запомнить большие объемы собственного вранья, и в какой-то момент давал осечку, показания становились противоречивыми, странными, слишком путанными.
Кроме того, следователи пристально наблюдали за реакциями человека, за его жестикуляцией, выражением лица, частотой моргания, дыханием и пр. В том, что перечислено выше, можно обнаружить несколько десятков признаков вранья.
Одновременно с этим шла детальная проверка документов, представленных подозреваемым - которые подтверждали или опровергали слова, опрашивались потенциальные свидетели его пленения.
Одежда
Интересна и инструкция Юго-Западного фронта по выявлению агентов разведшколы «Орион». Вот краткий перечень из нее: «под шинелью ватные телогрейки, а не меховые безрукавки как у наших командиров, нижние рубашки, пошитые из советской бязи, имеют разрезы по бокам - на рубахах наших военнослужащих таких разрезов не существует, шерстяные носки имеют поперечную белую или розовую полоску – в нашей армии таких не выдают»…
Радиоигра
К примеру, игра «Контролеры» началась 2 августа 1943 года в Москве и велась от имени радиста и его напарника. Попавшие в начале войны в немецкий плен, оба шпиона дали свое согласие на сотрудничество с германской разведкой. Самолетом их перебросили через линию фронта и парашютировали в окрестностях столицы. Их заданием было собрать информацию о Московском железнодорожном узле, но агенты добровольно сдались чекистам. В течение длительного времени они передавали немцам дезинформацию о движении грузов по железным дорогам северного направления – на Мурманск и Ленинград. Благодаря им были захвачены две пары агентов-курьеров.
Заключение
В концлагерях среди доведенных до отчаяния истощенных людей вербовались легионы шпионов и диверсантов, пропагандистов и провокаторов. Многие из них шли на сотрудничество с немцами с одной целью: выжить и, при первой возможности, сдавались органам государственной безопасности (таковых было более трети агентов). В первые годы войны немцы делали ставку на массовость заброски агентуры (руководство абвера полагало что деятельность агентуры успешна, если удавалось осуществить хотя бы 20-30% акций), но в 1943-м тактика вербовок изменилась: предпочтение отдавали не просто военнопленным, согласившимся сотрудничать с врагом, а на бывших карателей, на тех, у кого были конфликты с советской властью… - эти уж точно не пойдут сдаваться.
Итогом трехлетней работы СМЕРШа стала нейтрализация свыше 30 тысяч шпионов и диверсантов противника. Такими результатами не может похвастаться ни одна разведка мира.
Ставьте лайки, подписывайтесь на канал, делитесь ссылками в социальных сетях. Спасибо за внимание!
«Два раза ходили — и все впустую: нет «языка»! Генерал, помню, вызвал лично: «Шубин, голубчик…» Я нервничаю. Ребята в землянке тоже переживают: «Эх, если бы взять! Я его пять километров на себе бы понес». «Я ему спиртовой недельный паек отдам».
Готовимся к новому переходу. Выбрали место: лесок за деревней Бочканы. Был у нас порядок в дивизии: если мы готовимся перейти — на этом участке никто не мешает. Вдруг докладывают: приехали двое из штаба армии, будут работать.
Подходят двое к землянке: старший лейтенант с капитаном.
— У противника появились новых образцов мины. Будем изучать мины.
— Хорошо, — говорю. — Только несите разрешение из штаба дивизии.
— Нам в штабе армии разрешили.
— Все равно надо… Александр, — говорю, — проводи-ка офицеров до штаба.
Мой посыльный повел. Я еще не спустился в землянку, слышу — выстрел и автоматные очереди. Выскочил. Гляжу, Шурик Андреев упал в кювет и чешет из автомата по бегущим «минерам». Одного положил, другого взяли. Оказалось: фашистские парашютисты.
Месяц назад их кинули в тыл. Все документы в порядке, даже харчи по аттестату на складе получены. Приспело им перейти фронт. Надо сказать, хитро придумали переход. Но, видно, нервишки сдали: ста метров не прошли от землянки — лейтенант обернулся и с пистолетом на Шурика. Прострелил ногу, а тот — в кювет и пошел чистить. Добыча была хорошая, но «языка» доставать в тот раз все-таки было надо».
В 22 года был призван в польскую армию, в составе которой служил капралом 3-го дивизиона зенитной артиллерии в городе Вильно. В сентябре 1939 года, будучи наводчиком расчёта зенитного орудия, участвовал в боях против германского вторжения в Польшу. Под Познанью его орудие сбило три самолёта Junkers.
Когда в сентябре 1939 года западные районы Белоруссии были освобождены советскими войсками, вернулся в родное село. Стал гражданином СССР, в 1940 году окончил педагогические курсы, работал заведующим начальной школой села Ровковичи Воложинского района. Также был комсомольским активистом. По собственным воспоминаниям А. Н. Ботяна, в 1940 году он был включён в кадровый резерв органов НКВД СССР.
Под его непосредственным руководством проведена операция по взрыву немецкого гебитскомиссариата в городе ОвручЖитомирской областиУкраинской ССР, когда там находилась инспекция из Германии. В результате этой операции 9 сентября 1943 года уничтожено 80 гитлеровских офицеров.
В мае 1944 года по заданию Центра во главе группы из 28 человек совершил переход в Польшу, имея задачу организации разведки расположения и передвижения противника в районе города Кракова. Благодаря хорошему знанию польского языка и культуры местного населения, а также своим организаторским способностям, Ботян сумел организовать взаимодействие и совместные боевые операции с такими разными политическими силами, как части Армии Крайовой, Армии Людовой и крестьянскими Батальонами Хлопскими. Под его руководством была проведена операция по захвату совместно с подразделениями Армии Людовой города Илжа, в ходе которой из тюрьмы были освобождены арестованные польские патриоты, захвачено большое количество оружия и снаряжения. В настоящее время в городе Илжа установлен памятник героям этого боя, на котором вместе с именами поляков выбиты имена и советских бойцов группы Ботяна. Группе Ботяна удалось обосноваться в районе Кракова и развернуть широкую разведывательную и диверсионную деятельность. В конце 1944 года бойцами группы был захвачен инженер-картограф Зигмунд Огарек, этнический поляк, мобилизованный в состав гитлеровской армии и служивший в тыловых подразделениях вермахта. Огарек дал ценные показания о складе взрывчатки, доставленной в Ягеллонский замок в городе Новы-Сонч, которую, по одной из версий, предполагалось использовать для уничтожения исторического центра Кракова, Рожновской плотины и мостов через реку Дунаец. Ботяну удалось внедрить в находящийся в 90 км от Кракова замок под видом грузчика польского патриота, который установил мину замедленного действия.
В разгар наступления Красной армии, утром 18 января 1945 года, мина была приведена в действие, и вражеский склад взлетел на воздух. На следующий день, 19 января, в Краков вошли передовые части 1-го Украинского фронта под командованием Маршала Советского Союза Ивана Конева. Город практически не пострадал в ходе боевых действий (было взорвано лишь несколько мостов через Вислу).
В последние месяцы войны группа Ботяна действовала в тылу врага на оккупированной территории Чехословакии.
С 1945 года проходил службу в оперативном составе 1-го Управления (внешняя разведка) Наркомата государственной безопасности СССР (с 1946 года — Министерство государственной безопасности СССР, с 1954 года — Комитет государственной безопасности при Совете Министров СССР).
В 1947 году был заброшен в Чехословакию под видом рабочего-чеха, работал слесарем на заводе в городе ЖатецСудетской области, там же учился в Высшей промышленной моторостроительной школе. Пройдя натурализацию, был переведён на урановые рудники в Яхимов. В дальнейшем неоднократно выезжал в заграничные командировки в различные европейские страны для выполнения сложных и ответственных заданий, сведения о которых ещё засекречены.
Привлекался для консультирования сотрудников группы специального назначения «Вымпел».
В 1983 году в звании полковника был уволен в отставку по возрасту (в 66 лет). До 1989 года продолжал работать в органах КГБ СССР в качестве гражданского специалиста.
Указом Президента Российской Федерации от 10 мая 2007 года «за мужество и героизм, проявленные в ходе операции по освобождению польского города Кракова и предотвращению уничтожения его немецко-фашистскими захватчиками в период Великой Отечественной войны 1941—1945 годов», полковнику в отставке Ботяну Алексею Николаевичу было присвоено звание Героя Российской Федерации с вручением медали «Золотая Звезда».
Проживал в Москве.Умер 13 февраля 2020 года‚ на 104-м году жизни.
Отцом-основателем диверсионного подразделения считается фон Хиппель, который в годы Первой мировой войны сражался в составе африканского контингента рейхсвера. Немногочисленные немецкие силы в условиях изнуряющего тропического климата и свирепствующей малярии успешно противостояли более крупной группировке Британской империи. Во многом благодаря применению новаторских и нигде неописанных германским генштабом способов ведения войны. Оставив бесполезные попытки удержать заведомо более слабыми силами позиционный фронт, немцы перешли фактически к тактике партизанской войны. Они наносили сокрушительные и непредсказуемые удары по группировкам английских войск и укрывались в джунглях. На протяжении всей Первой мировой Британии так и не удалось расправиться с немецкими войсками на африканском театре военных действий.
Основным учебным лагерем "Бранденбурга-800" стал полигон в местечке Квенцтуг. Здесь размещались стрельбище, саперно-техническое поле с установленными на нем фрагментами железнодорожного полотна со стрелками, фермами мостов, шоссейными перекрестками, столбами электропередачи. Огромное внимание уделялось отработке приемов проникновения на объект, нейтрализации часовых, минированию. Главными предметами подготовки были подрывное дело и индивидуальная работа.
При подборе новобранцев в Абвере не опирались на требования каких-либо документов или уставов, регламентирующих процесс комплектования армейских частей. От кандидатов в первую очередь требовалась изворотливость, изобретательность, умение приспосабливаться к всевозможным условиям, отличное знание какого-либо иностранного языка и знакомство с реалиями и обычаями жизни в других странах. В ходе личного знакомства руководство роты определяло, в какой степени кандидат склонен к авантюризму и насколько приметна его внешность. Тех, кто проходил этот первый самый формальный отбор впереди ждали серьезные испытания: проверка психологической устойчивости, интеллекта, умения ориентироваться в обстановке и импровизировать на ходу, самоконтроля и самодисциплины. Конечно же, особое внимание уделялось и физической подготовке, которая должна была быть как минимум выше средней.
То, что муштре и казармщине не нашлось место в спецназе Бранденбург - 800, есть несколько объяснений, основным из которых, пожалуй, следует признать следующее: вбитые в подсознание военных "есть", "так точно", "слушаюсь" и тому подобные уставные слова могли с головой выдать диверсанта, тем паче что ему предстояло действовать в гражданской одежде на чужой территории. Словом, военная выправка не помогала слиться с местным населением, остаться незамеченным в толпе. Бойцы должны были выполнять разведывательно-штурмовые задачи (выход на объект и его удержание до подхода основных сил, уничтожение транспортных развязок и узлов связи), а также работать с тайниками для передачи информации, уходить от слежки, встречаться с агентами, ориентироваться в городах, уметь наводить панику в толпе, вести активную дезинформацию.
Обмундирование у личного состава было обычным для германской армии. Для маскировки и предотвращения утечки информации военнослужащие "Бранденбурга" носили форму егерей, которая была принята еще в 1936 году и отличалась от общевойсковой только зеленым просветом на погонах и петлицах. 2 октября 1942 года для "Бранденбурга" было введено фирменное отличие — шеврон на правый рукав в виде трех зеленых дубовых листьев и одного желудя на коричневой ветке. Такая же композиция из листьев и желудя отливалась из металла и носилась на левой стороне кепи. Каждый из курсантов уже владел какой-то армейской специальностью, длился курс до девяти месяцев.
Перечень дисциплин был следующим: стрелковое дело противника, виды оружия и их применение, единоборства (джиу-джитсу), парашютно-десантная подготовка, вождение всех видов автотранспорта, военной техники, в том числе преподавались азы пилотирования или управления паровозом. Также изучались радио и связь, фотодело, маскировка, ориентирование и топография, иностранный язык, законодательство и обычаи страны "применения", инженерная подготовка — минирование, разминирование, основы фортификации, обращение с взрывчатыми веществами и их изготовление в бытовых условиях, оказание медицинской помощи. В технической школе абвера курсанты учились способам подделки документов, изготовления печатей, распространения в целях оборота денежных купюр.
Все роты делились по географическим и профессиональным признакам. К примеру, в 1-й балтийской роте служили выходцы из Прибалтики, России, Финляндии, во 2-й были собраны английский, африканский, португальский и французский взводы, 3-я рота комплектовалась судетскими немцами, 4-я выходцами из Польши, отдельными ротами были парашютно-десантная и юго-западная. Помимо этого батальон в своем составе имел отдельный мотоциклетный взвод, а также северный и западный взводы. Взаимоотношения внутри данной части носили скорее дружеский характер. Воинские приветствия, являющиеся традиционными, были заменены обычным рукопожатием,
Одним из нововведений в работе «Бранденбурга» стал полный отказ от каких-либо гуманитарных ограничений и старых законов ведения войны. Разрешалось все, если это способно было привести к результату, противоречия общечеловеческой морали отходили на второй план. Бойцам «Бранденбурга» разрешалось использовать любое оружие, захват заложников, пытки при допросах, убийство детей и женщин и многое другое, что выводило диверсантов не только из-под защиты Женевской конвенции, но и за простые обычаи ведения войн. С определенного момента диверсантам начали выдавать специальные капсулы с ядом, чтобы избавить от возможного плена.
На киноэкране в широко известной эпопее Юрия Озерова «Битва за Москву» предстали перед советскими зрителями немецкие диверсанты «Бранденбурга». По версии создателей фильма, они проникли на территорию СССР в потайном отделении товарных вагонов еще вечером 21 июня 1941 года. Чтобы не оставлять у зрителей никаких сомнений, Озеров в одной из предыдущих сцен показал совещание штаба группы армий «Центр» в Варшаве. На этом мероприятии человек, представленный как Отто Скорцени, демонстрирует участникам совещания модель вагона с потайными отсеками для диверсантов. Этот яркий образ головореза оказался на удивление живучим. Даже в снятом уже в наши дни кинофильме «Брестская крепость» присутствует прекрасно говорящий по-русски немецкий диверсант в советской униформе, безошибочно узнаваемый зрителями по оловянному взгляду и успешно разоблачаемый бдительным сотрудником НКВД.
Против Красной Армии начальство «Бранденбурга-800» подготовилось как надо: целый батальон полка на две трети состоял из этнических русских, украинцев — детей белоэмигрантов и националистов. Батальон носил имя «Нахтигааль» — в переводе «соловей», так как его солдаты отличались еще и дивным пением славянских народных песен.
Весной 1941 года в лагерях "Бранденбурга" немцы подготовили подразделения украинских националистов "Роланд", "Нахтигаль", а из числа кавказцев — подразделение "Бергманн". 15 июля 1-й батальон "Бранденбурга" и подразделение "Нахтигаль", переодетые в форму советских бойцов, атаковали один из штабов РККА. Однако диверсанты получили достойный отпор — большинство из них погибли, остальные отступили. Осенью "Нахтигаль" и "Роланд" были переформированы в 201-й шуцманшафт-батальон. Осенью 1941 года, когда для нашей страны на фронте сложилась крайне тяжелая ситуация, бойцы 9-й роты "Бранденбурга" на парашютах десантируются в районе Истринского водохранилища в Подмосковье, чтобы осуществить диверсию на главной водной артерии столицы. Однако местный отряд НКВД сумел в кратчайшие сроки обезвредить десантников. В ноябре в учебный лагерь "Бранденбурга" стали поступать советские военнопленные, изъявившие желание воевать против своей страны. Новички, пройдя проверку, принимали присягу и приступали к обучению.
Начало
В середине июня 1941 года роты 800-го учебного полка особого назначения «Бранденбург» были направлены на разные участки будущего советско-германского фронта. Они должны были действовать небольшими боевыми группами, состав которых менялся в зависимости от поставленных задач. Главными из них являлись захват стратегически важных мостов, а также разведка и осуществление диверсий в ближнем тылу отступающих войск РККА. Перерезанные телефонные провода, переставленные указатели на дорогах, выведенные из строя железнодорожные “стрелки” и семафоры, все это не способствовало оперативному развертыванию наших войск и их управлению при нападении фашистов.
Первые отряды «Бранденбурга», переодетые в форму красноармейцев, пересекли границу еще на исходе 21 июня. Бойцами спецподразделения был занят стратегически важный мост через реку Бобр – приток Березины. Также им удалось уничтожить пограничные посты на участке наступления 123 пехотной дивизии вермахта, что позволили ей мгновенно выйти на оперативный простор. С восходом солнца бойцы спецподразделения захватывают еще десятки мостов, сея вокруг себя смерть и панику.
Была одна из первых попыток перейти границу 22 июня 1941 года обернулась для диверсантов полным провалом. Группа диверсантов, которой командовал лейтенант Кригсхайм, была обнаружена советскими пограничниками. В результате перестрелки группа была рассеяна, что, впрочем, не помешало ей все равно перейти границу в другом месте.
Многие «брандербуржцы», если не в совершенстве, но довольно сносно владели русским языком. Во всяком случае, дать утвердительный или отрицательный ответ, а так же сказать несколько фраз на чистом русском все были в состоянии.
21 июня 1941 года диверсанты «Бранденбурга», переодетые в форму частей Красной армии и НКВД, стали просачиваться на советскую территорию. В июне 1941-го деятельность «Бранденбурга» оказалась для Вермахта просто бесценной. Так, переодевшись в форму Красной армии и пересев в четыре трофейных грузовика, его бойцы неожиданно атаковали и не допустили подрыва моста через реку Западная Двина. Это значительно ускорило наступление нацистов на Ригу, а затем – в северном направлении.
В ходе наступления подразделения «Бранденбурга» использовались, как войсковая разведка, уничтожали коммуникации на советской территории, выполняли поручения по совершению диверсий. Боевые пловцы из их состава совершили ряд дерзких диверсий на побережье Черного и Азовского морей.
Вообще, особенно отличились нацистские спецназовцы в Крыму, в частности при взятии Севастополя. В ходе второго наступления на город-герой наносить главный удар планировалось на позиции Восьмой бригады морской пехоты, одно упоминание о которой приводило немецких вояк в трепет.
Были и у нас победы против них! Наши солдаты совершили подвиг — одержали маленькую, но все же весомую победу над «Бранденбургом-800». И сделала это — не поверите — обыкновенная саперная рота лейтенанта Титкова с опытом службы в один год! Где-то 28 июня 1941 года, после утомительного марш-броска из Гродно к деревне Свиняшки (теперь Звездная) Зельвенского района, титковцы разбили группу из 40 «бранденбуржцев», прежде овладевших жизненно важным мостом и державшим его до подхода немецких танков. Титкову помогли наши танкисты, случайно оказавшиеся рядом. Со стороны бой выглядел удивительно: друг в друга стреляли люди, перекликавшиеся по-русски, со звездами на пилотках, Оставив 20 убитых, «бранденбуржцы» отошли, бросив пленных (небывалое дело). Допрошенные чисто говорили по-русски, поражая изумительным знанием даже жаргона того времени. «Да, это не Франция», — сказал командир «Бранденбурга-800» фон Хиппель, узнав о потерях за первые месяцы войны в СССР.
Летом 1941 года бойцы полка «Бранденбург 800» провели ряд успешных операции по захвату и уничтожению стратегических объектов на территории СССР, а также осуществили массу локальных диверсионно-разведывательных операций в ближнем советском тылу. Группы береговых диверсантов провели ряд весьма ощутимых ударов по коммуникациям в районе Балтийского, Черноморского и Азовского побережий. Ночные вылазки бойцов спецподразделения сеяли панику в тылу советских войск и подрывали моральный дух красноармейцев. 1941 год стал одним из самых удачных за все годы существования спецподразделения.
Наши солдаты не были готовы и не знали о таких диверсантах, не было информации, часто не было связи. Но, если присмотреться, диверсантов из группы «Бранденбург» выдавала новая советская форма. На фоне красноармейцев они невыгодно выделялись.
Например, о встрече с диверсантами вспоминал сержант Осауленко:
"Когда мы увидели группу из 7-8 солдат, мы подошли к ребятам. Из разговора с ними мы узнали, что их командир ставит им боевую задачу. Вдруг неожиданно подошел какой-то капитан и закричал: «Ты что говоришь, сволочь?!» – и тут же выстрелил в него из пистолета. В первые дни войны шпионов и диверсантов было очень много. Обращали они на себя внимание тем, что были одеты в новенькую нашу форму капитанов и майоров. Все они были одеты с иголочки, что их сразу выдавало. Говорили они тоже сносно. А передвигались они то на мотоциклах, то на велосипедах"
После общего перелома в ходе Великой Отечественной, в 1943-м, стало заметно падать и мастерство германского спецназа. Уровень подготовки снижался, иссяк поток предателей из числа военнопленных. Стало очень трудно восполнять все возрастающие потери. На стыке 1943—1944 годов ни о каких блестящих диверсионных операциях речи уже не шло. В 1944 году в судьбу «Бранденбурга» вмешалась политика: в апреле, по доносу в гестапо, был снят с должности генерал Пфульштейн. Спецназ «расчленили» и переподчинили ряду ведомств. Осенью «Бранденбург-800» становится обычной моторизированной дивизией, влившись в танковый корпус «Великая Германия», разбитый в Берлине в 1945-м.
После окончания Второй мировой выжившие бойцы «Бранденбурга» вернулись домой и внезапно стали получать выгодные предложения о работе из разных стран. Очень востребованными бывшие нацистские диверсанты оказались во французском легионе, спецназе Великобритании и США, а также в Юго-Восточной Азии и Африке, в качестве военных инструкторов.
Достоверно известно, что «бранденбуржцы» входили в состав САС Великобритании, французского Иностранного легиона, специальных подразделений США. Например, в битве при Дьенбьенфу (весна 1954 года), где французам противостояли многочисленные отряды вьетнамских националистов, основу подразделений французского Иностранного легиона составляли бывшие военнослужащие войск СС и «бранденбуржцы». Многие немецкие спецназовцы переехали в Африку, Азию и Латинскую Америку, став там наемниками, военными инструкторами и советниками. Во времена правления Сукарно службу безопасности Индонезии возглавлял бывший боец «Бранденбурга». Экс-«бранден6уржцы» были военными советниками Мао Цзэдуна и Моиза Чомбе (премьер-министра Демократической Республики Конго). В середине 1950-х годов бойцы лучшего спецподразделения нацистской Германии были приглашены правительством Египта в качестве военных советников для организации борьбы с Израилем. Впрочем, здесь им проявить себя удалось довольно слабо. Ведь противостоял им «Моссад», многие сотрудники которого прошли школу советской разведки и контрразведки. А ведь СМЕРШ была единственной организацией, которая смогла противостоять «Бранденбургу».
Ставьте лайки, подписывайтесь на канал, делитесь ссылками в социальных сетях. Спасибо за внимание!
20 декабря 1941 г. красноармейцам 331-й стрелковой дивизии, вступившим в освобожденный от гитлеровцев Волоколамск, предстало страшное, но привычное по городам и селам, побывавшим "под немцем", зрелище. На главной городской Ново-Солдатской улице был устроена виселица из перекладины, закрепленной между стволом березы и телеграфным столбом, на которой качались обледеневшие тела восьмерых повешенных. Смерть уже исказила их черты, но было видно, что все они очень молоды. Шесть парней и две девушки в поношенной гражданской одежде; так одевались тогда и в небольших советских городках, и в колхозах...
На вопрос командиров: "Кто это? Почему до сих пор не сняты?" местные жители, еще не оправившиеся от страха оккупации, отвечали: "Это не здешние". Вскоре стало известно, что погибшие - партизаны, расстрелянные, а затем вздернутые немцами на виселицу 5 ноября 1941 г. У места гибели молодых героев был собран траурный митинг, на котором перед бойцами и жителями Волоколамска выступили начальник политотдела 331-й стрелковой дивизии полковой комиссар В.И. Шипилов и местная жительница П.П. Семенова, свидетельница казни.
20 и 21 декабря 1941 г. в освобожденном Волоколамске побывали корреспонденты Совинформбюро Евгений Петров (известный как соавтор Ильи Ильфа) и Евгений Кригер, знаменитый кинооператор Роман Кармен и художник-баталист Петр Кривоногов. История восьмерых повешенных с Ново-Солдатской улицы появилась на первых полосах ведущих советских газет... Первоначально молодые партизаны были похоронены с отданием воинских почестей на месте своей гибели. Потом настал черед установления имен. Зимой 1941-42 г. это оказалось несложно для стандартной в таких трагических случаях комиссии Западного фронта и представителей советских и партийных органов. Раз партизаны, такие молодые и "не здешние", значит, скорее всего, бойцы одного из истребительных отрядов, созданных из комсомольского актива для разведывательно-диверсионных действий в ближнем и среднем тылу врага. На Московском направлении в то время подобные боевые задачи выполнялись преимущественно подразделениями знаменитой в/ч 9903, готовившей бойцов в основном из комсомольцев-добровольцев Москвы и Маковской области (всего зимой 1941-42 гг. сражались 45 групп; из их состава 431 бойцов и командиров погибли или пропали без вести). 9 января 1942 года комиссия Запфронта установила, что в Волоколамске 4-5 ноября 1941 г. погибла группа под командованием мл. политрука Константина Пахомова в составе: "тт. Пахомов К.Ф., Кирьяков П.В., Галочкин Н.А., Ординарцев В.В., Маленков И.А., Луковина-Грибкова А.В., Полтавская Е.Я., Каган Н.С.". В основном это были комсомольцы с московского завода "Серп и молот", и им было от 19 до 29 лет... Об очень коротком боевом пути и трагической гибели молодых истребителей-диверсантов, повешенных нацистами на Ново-Солдатской улице, написано немало. В т.ч. огромная работа по установлению их биографических данных и обстоятельств первого и последнего боя проведена Волоколамскими краеведами. Но, только дополняя друг друга, эти ценные статьи и материалы дают целостную картину жизни и смерти восьмерых из группы Константина Пахомова. Решил скомпоновать эти данные одним блоком, объединив, в первую очередь, биографические сведения о бойцах этой диверсионной группы (ребята были в большинстве своем очень яркие и неординарные!), а также документальные и достоверные мемуарные материалы о происшедшем в Волоколамске 4-5 ноября 1941 г., когда они отдали свои молодые жизни за Советскую Родину и родную Москву.
СОСТАВ ДИВЕРСИОННОЙ ГРУППЫ:
В нижнем ряду - Наум Коган и Николай Галочкин, фотографии которых сначала не были опубликованы в центральных газетах.
1. Константин Федорович Пахомов (1912 г.р., Москва), командир группы, воинское звание - младший политрук. Беспартийный, кандидат в члены ВКП (б). С 1931 до октября 1941 работал на московском заводе «Серп и молот», сначала электромонтером, затем, после окончания заводского техникума, инженером-конструктором. Был замкомсорга заводской организации ВЛКСМ (т.к. на 1941 г. комсомольцем уже не являлся "по возрасту", то в прошлом), работал в заводском спортивном обществе «Металлург», состоял в редколлегии заводской газеты «Мартеновка». Увлекался альпинизмом. В июле 1941 г. успел отличиться при спасении пострадавших во время немецких авианалетов на Москву. Писатель М.И. Крайман ("Юные защитники Москвы") приводит версию, что Константин Пахомов участвовал в Советско-финляндской войне 1939-40 гг., что косвенно подтверждается наличием у него воинского звания "мл. политрук", однако ничего более конкретного найти пока не удалось. 2. Наум Самуилович (Николай Семенович в ряде док-тов) Каган, (1915 г.р.) комсорг группы, член ВЛКСМ, кандидат в члены ВКП (б). Родился в 1915 году в Витебске, в традиционной еврейкой семье, его отец ремесленничал. С двух лет остался без матери и воспитывался у сестер в Ленинграде. Там же окончил Керамическо-стекольный техникум. Работал на Дулевском фарфоровом заводе. Был талантливым и очень трудолюбивым молодым человеком. Без отрыва от производства закончил вечерний институт на «отлично» и овладел двумя иностранными языками. Работу на московском заводе «Серп и молот» начал в качестве мастера котельной, затем стал начальником смены, позже механиком цеха. С 1936 работал в теплосиловом цехе инженером, был отмечен руководством как рационализатор производства. 3. Павел Васильевич Кирьяков (1915 г.р.), воинское звание - красноармеец, член ВЛКСМ. Единственный из группы, кто достоверно имел боевой опыт; не исключено, что был кошмаром командира "неформальным лидером". Родился в семье рязанского крестьянина. До октября 1941 года работал в качестве машиниста в фасонно-литейном цехе московского завода «Серп и молот», считался лучшим стахановцем цеха. Участвовал в Советско-финляндской войны 1939-40 гг., на которой дрался в составе добровольческого лыжного батальона комсомольско-молодежного актива (17-й лыжбат, формировавшийся в Шуе?); вероятно, был награжден медалью "За боевые заслуги" или "За отвагу", однако в наградном листе на него от 12.01.1942 о награждении медалью не упоминается.
Лыжники Красной Армии на Советско-финской войне.
4. Николай Александрович Галочкин (1914 г.р., Москва), член ВЛКСМ. Из рабочей семьи. С 1938 до октября 1941 гг. работал конструктором в техническом отделе московского завода «Серп и молот». 5. Виктор Васильевич Ординарцев (1923 г.р., Москва), член ВЛКСМ. Самый юный в группе. Из семьи потомственного рабочего, работал слесарем московского завода «Серп и молот». 6. Иван Александрович Маленков (1922 г.р. Клин), член ВЛКСМ. Из семьи служащих, работал слесарем в «Москабеле». Высказанную в исследованиях версию, что он был сыном репрессированного "совработника", считаю несостоятельной потому, что с таким "наследством" путь в разведчики-диверсанты был бы отрезан. 7. Евгения Яковлевна Полтавская (1920 г.р.), член ВЛКСМ. Родилась в Витебске в семье партийных работников, участников Гражданской войны, училась на третьем курсе Московского художественно-промышленного училища имени М.И.Калинина. Мечтала стать знаменитой художницей, прекрасно пела и танцевала, среди сокурсников пользовалась репутацией, что называется, "души компании". С начала Великой Отечественной войны пыталась вступить в Красную Армию, летом 1941 г. работала на строительстве оборонительных рубежей под Смоленском. 8. Александра Васильевна Луковина-Грибкова (1922 г.р., д. Устье Московской обл.), член ВЛКСМ. Из рабочей семьи, мать - активная участница рабочих забастовок и Октябрьской революции. Брат - кадровый военнослужащий Красной Армии. До октября 1941 г. работала на мебельной фабрике. Занималась в театральной студии (драмкружке, согласно терминологии того времени) при МХПУ им. Калинина, где еще до войны подружилась с Евгенией Полтавской. Возможно, училась также на вечернем отделении.
Александра Луковина-Грибкова и Евгения Полтавская, менее "парадные" фотографии.
БОЕВАЯ ЗАДАЧА И ВООРУЖЕНИЕ. Все бойцы из группы Константина Пахомова проходили боевую подготовку в в/ч 9903 с октября 1941 г., в то же время, что и Зоя Космодемьянская и были с нею знакомы. В случае с Зоей, прибывшей на обучение в диверсионную школу 31 октября 1941 г., а уже 4 ноября направленной на первое задание, подготовка продолжалась всего несколько дней. По группе Пахомова есть только общие данные о службе в Красной Армии "с октября 1941" по всем ее участникам; возможно, в их случае обучение продолжалось дольше. Переход группой Константина Пахомова линии фронта для выход на боевое задание в район Волоколамска состоялся 4 ноября, совместно с группой Михаила Соколова, в составе которой была и Зоя Космодемьянская (группа Соколова успешно выполнила задание по минированию дорог и 11 ноября в полном составе вернулась к своим). Линию фронта удалось пересечь в оперативном разрыве между частями противника в районе деревни Ченцы, в примерно 4 км от Волоколамска. Воспоминания участников выхода: Капитан Батурин Ф.П., сопровождал группы до линии фронта: «Перед 7 ноября командованием части за 2-3 дня было направлено в тыл противника 14 групп. Мною было подготовлено и заброшено 4 группы на истринском направлении. Две из них хорошо запомнились. Одной командовал очень живой, худощавый чернявый парень. Другую возглавлял несколько скуповатый на слово парень. Уже после войны, обмениваясь мнениями с офицерами штаба, мы пришли к общему мнению, что первая группа возглавлялась К. Пахомовым. Во второй группе были Клава Милорадова и Зоя Космодемьянская».
Клавдия Милорадова, боевой товарищ Зои Космодемьянской: «4 ноября мы выехали под Волоколамск, где должны были перейти линию фронта и углубиться в тыл противника: нам предстояло заминировать Волоколамское шоссе. К шоссе шли две группы: наша и Кости Пахомова. В группе Кости было две девушки – Шура и Женя. Прощаясь, они сказали: «Выполнять задание будем по-геройски, а если умирать, так тоже по-геройски, и Зоя ответила: «А как иначе!».
Михаил Соколов, командир группы Зои Космодемьянской: «4 ноября на грузовиках осторожно двинулись в сторону Волоколамска. Каждый из нас нёс на себе до 2-х пудов страшного подрывного груза и по триста штук патронов. На Волоколамском шоссе, у станции Горюны (Анино) мы обнялись, попрощались и разошлись. Группа Кости повернула влево. А я со своей группой двинулся на Петровский большак». Вооружение истребительных отрядов в/ч 9903 максимально соответствовало их главной задаче - производить диверсии на коммуникациях и, хотя известный приказ СВГК № 428 вышел несколько позднее (17 ноября), поджигать и уничтожать места дислокации противника. Поэтому основной упор был сделан на мины, взрывчатку, бутылки с зажигательной смесью и т.п. Предусматривалось, что бойцы-истребители могут работать в тылу врага под гражданское население, потому они носили гражданскую одежду и, как правило, в зависимости от конкретной задачи, не получали винтовок или автоматов. Основным стрелковым оружием были пистолеты, в основном - легендарные револьверы системы Нагана обр. 1895 г., овеянные в представлении советских комсомольцев романтическим ореолом "той единственной Гражданской". Оружие, несомненно, отличное, но недостаточно быстрое в перезарядке - чтобы "накормить" барабан патронами требовались время и сноровка. Не исключено, что ребятам из группы Пахомова в их первом и последнем бою могло не хватить того или другого, и это стало причиной их захвата немцами. К тому же количество "стволов" в истребительных группах было, как правило, меньше, чем число бойцов - оружие получали только те, кто реально умел стрелять.
Военнослужащий Красной Армии, вооруженный револьвером Нагана.
Задачей группы Константина Пахомова было уничтожать двухэтажное здание бывшей епархиальной богадельни в Волоколамске (не сохранилось до нашего времени), в котором располагался штаб немецкого 74-го артиллерийского полка (Artillerie-Regiment 74) 2-й танковой дивизии. Полком в это время командовал оберст (полковник) Карл Фабиунке (Karl Fabiunke), находился ли он 4-5 ноября в расположении своего штаба - неизвестно.
ПЕРВЫЙ БОЙ - ПОСЛЕДНИЙ БОЙ. Комсомольцы-истребители приступили к выполнению этой задачи буквально через пару часов после перехода линии фронта, ночью с 4 а 5 ноября 1941 г. Но тут их настигла роковая неудача. У Волоколамских краеведов существует две основных версии этих трагических событий. Первая гласит: "...они перешли линию фронта и на подступах к городу решили отдохнуть и погреться, разведя костер на Возмищенском кладбище. Дым от костра заметила одна из жительниц города и отправилась к оккупационным властям. Она обратилась к переводчику, служившему гитлеровцам, со словами: "Пан, пан! Там на кладбище партизаны!" Немцы тотчас же двинулись на их поимку. Безоружные парни и девушки, у которых была лишь взрывчатка, были схвачены". Смущает то обстоятельство, что разжечь костер, хорошо заметный в темноте, под носом у противника, могли бы только окончательно выбившиеся из сил и потерявшие от холода ощущение реальности люди. Бойцы группы Константина Пахомова следовали до линии фронта на грузовиках, а их пеший поход по снегу до Волоколамска занял никак не более нескольких часов. Все они были молодыми ребятами в хорошей физической форме (командир - спортсмен-альпинист, Павел Кирьяков - боевой лыжник с военным опытом), к тому же отлично мотивированными. Вымотаться до такой степени, чтобы утратить осторожность, они бы просто не успели; а если кто и "выдохся", старшие товарищи не позволили бы так примитивно подставиться. К тому же "безоружными" они явно не были - зачем же тогда, помимо взрывчатки, каждый нес по 300 патронов, о которых вспоминает командир параллельной группы Михаил Соколов? Вторая версия более похожа на правду: группа Константина Пахомова успела вступить в Волоколамск, но напоролась на улицах на немецкие патрули, которые обнаружили ее и подняли тревогу. Пытаясь уйти от преследования караульного подразделения гитлеровцев, бойцы, которые знали Волоколамск только по картам, забежали на то самое кладбище. И попали прямо в лапы к местным полицаям, устроившим там засаду... Не на партизан, а на крестьян, тайно носивших в город обменивать продукты. Досадная нелепая случайность, не раз губившая на войне диверсантов и многократно более опытных, чем молодые парни и девчонки из истребительного отряда... По поводу этого боевого эпизода была сделана запись в журнале боевых действий 2-й немецкой танковой дивизии за 5 ноября 1941 г.: "74-й арт. полк захватил партизанскую группу из вооруженных студентов, 4 мужчин и 2 женщин. Расстреляны". В группе Константина Пахомова было восемь человек, и смерть они встретили ввосьмером. Двоих немцы почему-то не посчитали. Возможно поэтому уже после войны появилась версия о том, что якобы "кто-то из группы сдал своих товарищей". По воспоминаниям старожилов, погрешили на комсорга Наума Кагана, очень вероятно - в духе времени, только из-за еврейской фамилии. К счастью, бывшие бойцы и командиры в/ч 9903 тогда стеной встали за честь погибшего героя, и никто "сверху" об этих обвинениях больше не вспоминал. Очевидно, Наум Каган прекрасно понимал, что ему, как "еврею и комиссару", рассчитывать на пощаду от нацистов не приходилось даже больше, чем остальным его товарищам - "колоться" он бы тем более не стал.
ДОПРОСЫ И ГИБЕЛЬ. Захваченных в плен комсомольцев-истребителей допрашивали в штабе немецкого 74-го арт. полка, который им так и не удалось взорвать. Допрашивали той же ночью и, видимо, не особенно тщательно, больше для соблюдения формальностей. Старожилы вспоминают, что роль переводчика при немцах выполнял один из солдат, польский "фольксдойч", и русским языком он владел очень слабо. Не исключено, что допрос мог вестись по-немецки: по крайней мере, командир группы Пахомов и полиглот Каган владели этим языком хорошо, остальные тоже могли учить его в школе. О том, пытали ли гитлеровцы пленных ребят, нет точных данных. Очень возможно, что не пытали: слишком торопились, да и сведения, которые можно было выбить из "импровизированных партизан" (термин генерала Г.Гудериана), не стоили того. О допросе участников группы Константина Пахомова существуют воспоминания местной жительницы, якобы присутствовавшей тогда в немецком штабе (глубокой ночью, после боя, на допросе пленных???). Они были впервые приведены 31 января 1942 в газете "Правда" в статье за авторством секретаря ЦК ВЛКСМ Н.Михайлова "О восьми повешенных в Волоколамске". Велика вероятность, что этот рассказ относится к разряду героических апокрифов. Самым очевидным свидетельством того, что отважные советские диверсанты не выдали врагу секретной информации служит то, что истребительный отряд Михаила Соколова, о маршруте которого они знали, благополучно выполнил задачу и вернулся. Не важно, в каких именно словах, но все восьмеро остались верны долгу. Уже при свете дня кто-то из немецких военных сфотографировал личной камерой восьмерых взятых в плен русских партизан. Эта фотография появилась в 2015 г. на аукционе Ebay с коллекцией других фотографий "артиллериста 2-й танковой дивизии вермахта", и тогда же была атрибутирована как последнее прижизненное фото Константина Пахомова и его храбрых товарищей. Держатся все весьма достойно, по крайней мере - спокойно, двое докуривают. Ранений и следов побоев, на первый взгляд, не видно. А Волоколамский пейзаж узнаваем до сих пор...
Механизм расправ с партизанами был отработан у гитлеровцев еще с сентября 1939 г. Виселица на Ново-Солдатской улице была готова, и восьмерых советских диверсантов привели к ней под конвоем в сопровождении кучи любопытствующих солдат и офицеров и местных полицаев. Большинство волоколамцев уже научились при каждой новой активности оккупантов прятаться поглубже, старожилы упоминают только о небольшом стечении жителей. Из воспоминаний очевидицы П.П. Семеновой: «Вокруг виселицы собрался, чуть ли не весь немецкий гарнизон. Солдаты расхаживали, смеялись, фотографировали пленных. Наших ребят подвели к виселице. У них были связаны руки...» Немногочисленные очевидцы рассказывают о смелом поведении большинства молодых бойцов-диверсантов перед лицом смерти. Затем случилось неожиданное: прежде чем повесить, немцы расстреляли обреченных автоматными очередями. "Высокий парень в полупальто", скорее всего, командир отряда Константин Пахомов был только ранен и сумел поднятья на ноги, были еще живи и некоторые из упавших. Гитлеровцы добили их выстрелами в упор, а затем вздернули окровавленные тела на виселицу. Представляется, что причина такой "двойной казни" кроется не в уродливом тевтонском прочтении воинской чести; Вторая мировая война и в особенности Восточный фронт дают бесчисленное множество примеров отсутствия таковой у гитлеровских вояк. Все свидетели казни молодых советских героев сходятся в одном: их расстреливали из автоматов. Автоматы, вернее пистолет-пулеметы, "машинпистоли", были в вермахте образца зимы 1941-42 гг. не таким уж распространённым оружием. Как правило, ими были вооружены командиры отделений и некоторые военнослужащие-специалисты; кроме того, их могли иметь офицеры.
Типичное отделение вермахта под Москвой зимой 1941-42 гг. во время карательной операции. Видно, что пистолет-пулеметом МР40 вооружен только командир, у остальных - "магазинки" Маузера и один пулемет MG34 (у солдата слева).
Скорее всего, кто-то из отважных комсомольцев своим бесстрашным поведением и презрением к ненавистному врагу у эшафота сумел взбесить нацистов в офицерских или унтер-офицерских чинах настолько, что у них не выдержали нервы, и они открыли стрельбу... Потом немцы все-таки повесили расстрелянных "для устрашения восточного населения". Но ребята из группы Константина Пахомова уже в смерти одержали над своими убийцами победу: умерли по-солдатски, от пуль.
Еще одна немецкая фотография - казнь на Ново-Солдатской улице.
ПОСЛЕ СМЕРТИ. В течение 45 дней тела молодых героев качались на виселице под снегом и ветрами. Чтобы местные жители не попытались снять и похоронить русских партизан, там дежурил полицай. Местные жители старались обходить жуткое место стороной. Кода Волоколамск был освобожден Красной Армией, погибших сняли и похоронили на месте казни. Историю, появившуюся в книге «Цена кадра. Советская фронтовая кинохроника 1941-1945 гг. Документы и свидетельства» (2010), о том, как якобы была организована пост-фактум съемка виселицы известным кинооператором Романом Карменом, не считаю нужным приводить из-за ее явно послевоенного происхождения и недостоверности (противоположное мнение - здесь и здесь). Для опознания комиссией Запфронта могила была эксгумирована, затем восстановлена снова. Над могилой красноармейцы возвели скромный обелиск с именами погибших и красной звездой. Первое время над нею мрачным памятником возвышалась еще не разобранная виселица...
Акт опознания от 9 января 1942 года: "Мы, нижеподписавшиеся члены комиссии в составе: полкового комиссара. Дронова Н.Д., ст. лейтенанта Клейменова М.А. (от разведотдела Зап. фронта), тт. Сизова Н.Т. и Шелепина А.Н. (от МК и МГК ВЛКСМ), Мыларщикова В.П. (от Волоколамского райисполкома), Брызгалова Н.В. (от райвоенкомата г. Волоколамска), Петрова И.И. (сержант от Волоколамского горотдела НКВД), Локтюшина И.Д. (от секретаря Волоколамского РК ВЛКСМ), составили 9 января 1942 г. настоящий акт по осмотру и опознанию товарищей, повешенных в городе Волоколамске. Установлено следующее: 1. При опросе очевидцев - граждан Волоколамска Зиминой П.Д. и ее дочери, установлено, что в первых числах ноября в доме, где они проживают (Волоколамск, Н. Солдатская, 32), производился допрос германскими офицерами 8 советских граждан. После допроса все 8 человек в тот же день были расстреляны и повешены на площади г. Волоколамска, причем некоторые товарищи при повешении были еще живы. Гражданка Зимина, ее дочь, а также тт. Бурдин, Брызгалов и Мыларщиков по представленным фотографиям разведотдела Западного фронта опознали, что среди повешенных были тт. Пахомов К.Ф., Кирьяков П.В., Галочкин Н.А., Ординарцев В.В., Маленков И.А., Луковина-Грибкова А.В., Полтавская Е.Я., Каган Н.С. 2. Комиссия произвела раскопку братской могилы, где похоронены 8 повешенных граждан. Осмотр трупов подтвердил показания вышеуказанных товарищей, еще раз подтвердил, что повешенными являются тт. Пахомов, Кирьяков, Галочкин, Ординарцев, Маленков, Луковина-Грибкова, Полтавская и Каган. 3. Комиссия на основании показаний очевидцев допроса и казни установила, что все восемь повешенных товарищей вели себя героически, как истинные патриоты своей Родины. При расстреле выкрикивали лозунги: "Да здравствует Сталин!", "Да здравствует Родина!". О чем и составлен настоящий акт. Подписи г. Волоколамск, 9/1.1942 г." (Источник: https://istorya.pro/masshtabnyy-podvig-zoi-kosmodem'yanskoy-t12.html?ysclid=le9tjs0pks897889361).
12 января 1942 г. на всех восьмерых бойцов группы Константина Пахомова командованием части составлены наградные листы на представление к званию Героя Советского Союза (посмертно) за подписью майора Спрогиса и полкового комиссара Дронова. 6 февраля 1942 г. приказом войскам Западного фронта №0114 было объявлено о награждении "группы партизан Пахомова" Орденами Ленина, высшей наградой СССР.
По горячим следам событий, в 1942 г., художником-баталистом П.А. Кривоноговым написана картина, на которой замечателен траурный митинг на месте гибели молодых героев после освобождения Волоколамска советскими войсками.
Не забудем, не простим! Худ. П.А. Кривоногов, 1942.
Позднее останки восьмерых партизан-истребителей из группы Константина Пахомова были перезахоронены в братской могиле в городском сквере (Волоколамск, ул. Соборная).
На месте гибели ребят в 1956 г. был установлен памятник, изображающий фигуры двух бойцов, юноши и девушки, очень искренний и трогательный.
Однако с течением безжалостного времени он обветшал, и в 2001 г. силами завода "Серп и молот" был воздвигнут новый монумент, представляющий собою обелиск и скульптуру скорбящего бойца Красной Армии в форме обр. 1943 г.
Восемь отважных, или отряду Константина Пахомова посвящается. Их было восемь; - ни много, ни мало. Весёлый и трудолюбивый народ. И Зоя о них хоть немного, но знала. И их провожала в последний поход. Под Волоколамском ждала их засада... Так стойко держались они, до конца! Но песню их очередь из автомата оборвала. И замолкли сердца... Разведка вернулась с печальною вестью, "- Не ждите...Они не вернутся назад..." Ноябрь. Проклятый осенний тот месяц. Так много забрал он хороших ребят... (автор стихотворения: Елена Аверьяноваhttps://dzen.ru/id/621a293fa6659b2b295fa055)
После его рассказов дети массово записывались на бокс...
Бой семидесяти партизан из отряда «Победители» против пятисот гитлеровцев был сложным. В какой-то момент Николай замечает, что командир тяжело ранен. Будучи его адъютантом, принимает решение – спасать и выносить командира отряда из боя. Руководство боем взял на себя заместитель.
Перевязал раны, повесил на шею два автомата, забрал сумку с документами и потащил раненного волоком в глубину леса. Выйдя из зоны обстрела, взвалил командира на плечи и побежал в сторону места базирования отряда. Время было дорого – рана глубокая, кровь не останавливалась. На пути оказалась широкая просека, которая простреливалась немецким ДЗОТом. Попытки преодолеть белым днём такое неожиданное препятствие оказалось невозможно. Командир умирает от потери крови. Ждать нельзя. Тупик.
Тут командир пришёл в себя и приказал адъютанту оставить его здесь в лесу и пробираться к своим без него, как стемнеет.
Но у Николая в голове созрело другое решение этого вопроса.
Он просит командира дать пару очередей из автомата в небо, через минуту после того, как Николая заведут в ДЗОТ, встаёт в полный рост, поднимает руки над головой и идёт к немцам.
Те прекратили стрелять и решили, что партизан сдаётся в плен. Немцев было шестеро.
С поднятыми руками к ним шёл абсолютный чемпион СССР по боксу, заслуженный мастер спорта СССР, человек богатырской силы и неповторимой ловкости, диверсант из ОМСБОН НКВД (Отдельная Мотострелковая Бригада Особого Назначения) Николай Королёв. Ему было 27 лет.
Его окружили, завели в ДЗОТ, забрали автомат, обыскали. Ничего не обнаружили.
Немецкий офицер достал сигарету из портсигара, связист, который держал пистолет в руке, спрятал его в кобуру, одной рукой подал ему трубку, а второй поднёс зажигалку.
В этот момент раненный командир дал две очереди из автомата, как и просил Николай.
Немецкий офицер дал команду присмотреться и доложить, что там происходит. Двое из шести нацистов тут же прильнули к амбразуре. Сам же офицер взял трубку телефона доложить в штаб о поимке партизана, и в ожидании связи потянулся к огню, чтобы прикурить сигарету, но не успел.
Первой «двойкой» Николай вырубил тех, кто был рядом: с разворота вложил левую в ухо офицеру, а правой в нос солдату, который держал зажигалку. Развернувшись, он правым локтем попадает в челюсть ефрейтору, державшему «партизанский» автомат, и левый боковой достаёт немца, который ничего не понимая повернулся на шум упавших трёх тел.
Осталось двое. Они стояли у амбразуры и выполняли приказ офицера – пытались выяснить, что происходит и кто стрелял.
Тот, что с пулемётом был очень высоким и физически крепким, на голову выше нашего героя, второй с биноклем осматривал ту часть леса, где Николай оставил раненого командира.
Когда четверо немцев уже лежали, то тот, что с биноклем не успел даже его опустить, как получил прямой правый в затылок. Удар был такой силы, что бинокль вылетел в амбразуру. Пулемётчик попытался развернуть своё оружие, но только подыграл нашему чемпиону, Николай левой рукой придержал MG 34, а правой пробил сначала в корпус, а потом снизу в челюсть.
После первого удара немец хрюкнул, после второго обмяк и сполз по стене на пол, оставив пулемёт у Николая в руках.
Из телефона, который держал в руках вырубленный гитлеровский офицер доносилась громкая немецкая речь. С той стороны телефонной трубки нервничали.
Все шестеро немцев лежали и не шевелились.
Николай забрал все личные документы солдат, офицерский планшет и свой автомат, собрал все боеприпасы, взвалил на плечо немецкий пулемёт MG, вышел из ДЗОТа и бросил в амбразуру гранату. Подождал, пока она рванёт, потом поднял с земли бинокль, повесил его на шею и бодрым шагом отправился в то место, где оставил своего раненного командира. Спустя минуту доложил своему командиру Герою Советского Союза полковнику Д. Н. Медведеву:
– Товарищ командир, вражеский ДЗОТ уничтожен. Шестеро оккупантов, пятеро солдат и один офицер уничтожены. Документы и боеприпасы забрал с собой. Можем продолжать путь. Надо бы поспешить.
Из личных воспоминаний Николая Фёдоровича
За этот подвиг Николай Королёв был награждён орденом Боевого Красного Знамени.
Его забрали в Москву. Дальнейшую службу он продолжал в качестве инструктора по общефизической подготовке и силовым единоборствам в школе диверсантов. После войны преподавал в МВТУ им. Баумана, а потом перешел на тренерскую работу. Часто встречался с детьми. После его рассказов о применении боксёрских приёмов в рукопашном бою на войне, дети и подростки массово записывались в секции бокса...
1/4
В партизанских рядах боевых не забыл он боксёрской сноровки, кулаком он снимал часовых, а не гладил их по головке. Народный, партизанских стих посвященный Королёву
Николай Кузнецов
В партизанском отряде «Победители», который действовал под Ровно (Украина) был ещё один Николай, но в отряде его знали, как Грачёва, немцы думали, что его зовут Пауль Зильберт. А вот настоящее имя было известно только командиру отряда, который входил в состав 22-й бригады (Отдельная мотострелковая бригада особого назначения – ОМСБОН НКВД СССР).
Кто же такой этот Пауль Зильберт?
Это был не кто иной, как Николай Иванович Кузнецов – советский, русский разведчик и партизан. Он лично, своими руками ликвидировал одиннадцать генералов и высокопоставленных чиновников нацистской Германии.
Например, были уничтожены - главный судья Украины Функ, имперский советник рейхскомиссариата Украины Галль и его секретарь Винтер, вице-губернатор Галиции Бауэр, генералы Кнут и Даргель; во главе группы партизан Кузнецов похитил командующего карательными войсками на Украине генерала Ильгена.
Численный состав всего ОМСБОН был порядка 25 тысяч человек, и они уничтожали фашистов и их пособников везде, за всей линией фронта. Не было фашистам покоя нигде и никогда! За всю историю бригады 22 командирам отрядов и бойцам присвоено звание Героя Советского Союза.
Ещё нескольким звание Героя России, в том числе Ботян Алексею Николаевичу. Кстати, 22 бригада СпН до сих пор существует. Пишу это, потому что современному читателю точно неизвестно, что же за партизаны были в Великую Отечественную. Были и бывшие колхозники, были и кадровые военные, попавшие в окружение, а был и элитный спецназ. Двадцать пять тысяч подготовленных к работе за линией фронта профессионалов. Лихие наши «краповые» береты до сей поры чтят память капитана Кузнецова, чествуя его, как выдающегося офицера, такого, который и дал старт этому роду войск своим примером, своими действиями, своим подвигом показавшим всему миру – как должен работать против оккупантов офицер, офицер спец.наза.
Николай Иванович Кузнецов обладал уникальным даром перевоплощения. Десятки секретных документов и большой объём важной информации стали известны Н.И. Кузнецову, благодаря его умению располагать к себе нужных ему людей. Стажировался в Красногорском лагере немецких военнопленных, осваивая поведение и стиль речи немецких офицеров.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 5 ноября 1944 года Николаю Ивановичу Кузнецову присвоено звание Героя Советского Союза (посмертно).
9 марта 1944 года Н.И. Кузнецов погиб, когда его захватили украинские националисты-бандеровцы в селе Боратин Бродовского района Львовской области. Видя полную безвыходность положения, он взорвал себя и окруживших его врагов гранатой.
Когда стало известно о гибели Кузнецова, товарищи вскрыли его письмо, которое он оставил на хранение в штабе части. Текст на конверте был написан рукой Николая Ивановича и указывал что вскрыть его можно только после его смерти.
Вот он:
«24 июля 1943 года. Завтра исполняется одиннадцать месяцев моего пребывания в тылу врага. 25 августа 1942 года я опустился с неба на парашюте, чтобы мстить беспощадно за кровь и слезы наших матерей и братьев, стонущих под ярмом германских оккупантов. Одиннадцать месяцев я изучал врага, пользуясь мундиром германского офицера, пробирался в самое логово сатрапа – германского тирана на Украине Эрика Коха. Теперь я перехожу к действиям. Я люблю жизнь, я ещё молод. Но если для Родины, которую я люблю, как свою родную мать, нужно пожертвовать жизнью, я сделаю это. Пусть знают фашисты, на что способен Русский патриот и большевик. Пусть они знают, что невозможно покорить наш народ, как невозможно погасить солнце. Пусть я умру, но в памяти моего народа патриоты бессмертны.
«Пускай ты умер, но в песне смелых и сильных духом всегда ты будешь живым примером, призывом гордым к свободе, к свету...»
Это моё любимое произведение Горького.
Пусть чаще читает его наша молодёжь...
Ваш Кузнецов...»
ОМСБОН называют краповыми беретами Великой Отечественной войны. Всё верно, других туда просто не брали…
С очень многими мы хорошо общались, с детских лет ходили на встречи 9 мая, с кем-то дружили семьями. Все герои, однозначно!
Недавно ушёл Ботян Алексей Николаевич.
Наши друзья и сейчас встречаются с детьми и внуками омсбоновцев. Они часто приносят различные документы, записки, и многое другое нам, боятся, что потеряется то, что может храниться в музеях, чтобы как можно больше людей увидели предметы обихода спец.наза времен войны…
Все материалы передаем в музеи: МВД, Нацгвардии и Погранвойск.
Фотография Героя публикую и в форме РККА, и в мундире, который он ненавидел, но который помог ему ликвидировать верхушку оккупационного режима…и этим приблизил нашу общую Победу, одну на всех, мы за ценой не постоим!
1/7
А Николай Королёв продолжил свою боксёрскую карьеру.
2 декабря 1944 года в Москве, в финальном матче на звание абсолютного чемпиона страны по боксу встретились Николай Королёв и Евгений Огуренков. В упорном поединке Королёв вернул себе почетный титул, которым владел в 1936, 1937 и 1938 гг.
Заслуженный мастер спорта Николай Фёдорович Королёв провел на ринге 219 боев, в 206 одержал победу. Он был девятикратным чемпионом страны в тяжелом весе, победителем Международной рабочей Олимпиады в Антверпене. Умер Николай Фёдорович в 1974 году. Похоронен на Введенском кладбище г. Москвы.
Отрывок из документального военно-исторического романа "Летят Лебеди" в трёх томах.
Если понравилось, вышлю всем желающим жителям этого ресурса
Пишите мне в личку с позывным "Сила Пикабу" (weretelnikow@bk.ru), давайте свою почту и я вам отправлю (профессионально сделанные электронные книги в трёх самых популярных форматах fb2\epub\pdf). Пока два тома, третий на выходе, даст бог.
Есть печатный вариант двухтомника в твёрдом переплёте
Очень сложная страница истории, в которой, что ни строчка, то Подвиг, потому, если у Пикабушников будет интерес к этой теме, то обязательно сделаю серьёзный пост на эту тему.
Иван Георгиевич Старчак (начальник парашютно-десантной службы (ПДС) Управления Военно-Воздушных Сил Западного фронта)
..
Вот вам для сравнения фотография ТБ-3 и обычного самолёта.
Расчет немецкой 50-мм пушки PaK 38 (5-cm-PaK 38) из состава 19-й танковой дивизии вермахта (19. Panzer-Division) у подбитого автомобиля на Варшавском шоссе рядом с деревней Воробьи
Слева направо: капитан И. Г. Старчак, старший политрук Н. Х. Щербина и лейтенант Н. Н. Сулимов. Река Угра.
Уничтоженная немецкая колонна на Волоколамском шоссе
1/3
Посадка в самолет ТБ-3 советской авиадесантной группы
