Кремль, 1942 год. Душный подвал, пахнет пылью, махорочным дымом и металлом от раскаленных ламп. Сталин, в своей привычной френчевой гимнастерке, сидит у массивного стола. Перед ним - микрофон, к которому протянут провод от полевого коммутатора. «Прямая линия с Верховным». Идея Берии: «Народ должен чувствовать связь с вождем в тяжелый час».

Первый звонок. Голос женщины, интеллигентный, московский:
–Товарищ Сталин, добрый день. У нас в доме управляющий опять отключает горячую воду по вечерам. Как с этим бороться? Написала заявление, но…
Сталин медленно моргает.Он смотрит на карту, где под Харьковом горят три наши армии. Его пальцы постукивают по рукоятке трубки.
–Управдом будет наказан. Воду подключат, – говорит он ровным, лишенным интонации голосом. – Следующий.

Второй звонок. Мужчина, с легким акцентом, возможно, с Урала:
–Иосиф Виссарионович, прошу вашего вмешательства. На нашем заводе вышла путаница с талонами на дополнительное питание для ударников. Инженеру Петрову выдали лишний паек масла, а рабочему Сидорову – нет. Это деморализует коллектив.
В углу комнаты начальник тыла,Николай Вознесенский, делает резкую пометку в блокноте. Сталин качает головой, едва заметно. Его взгляд скользит по сводке, где цифры потерь окружены красными карандашными кругами.
–Разберемся. Справедливость будет восстановлена, – произносит он. В его голосе впервые слышится не ответ, а вопрос – тихое, леденящее недоумение.

Третий звонок. Молодая, почти девичья трель:
–Здравствуйте, товарищ Сталин! Скажите, а когда в Москве снова начнут ставить новые спектакли? Очень соскучились по культурной жизни. И в магазин «Военторг» когда завезут какао? Без него как-то совсем…
Она не успела договорить.Сталин медленно, с невероятной тяжестью, поднялся из-за стола. Его лицо, обычно непроницаемое, выражало сейчас не гнев, а полнейшую, абсолютную растерянность. Он вынул трубку изо рта и уставился на микрофон, будто видел его впервые. Будто это был не прибор связи, а окно в параллельную, непостижимую вселенную.

В комнате стояла гробовая тишина. Все замерли: генералы, техники, стенографистка. Они видели, как вождь народов, железный Сталин, впервые за всю войну, кажется, потерял дар речи от простого, бытового вопроса о какао.

Он прошелся к карте. Ткнул пальцем в линию фронта под Ленинградом, где люди умирали от голода, не мечтая о какао, а мечтая о куске хлеба в 125 грамм. Потом перевел палец к Сталинграду – на тот ад, где вопрос о горячей воде звучал бы как издевательство из другого мира.

Он повернулся к микрофону. Его голос прозвучал тихо, но в этой тишине каждое слово упало как гиря.
–Вы спрашиваете о какао, – сказал он, и в его интонации не было ни злости, ни укора. Была лишь ледяная, всепонимающая горечь. – В Сталинграде сейчас спрашивают, хватит ли патронов, чтобы дожить до рассвета. В Ленинграде спрашивают, будет ли завтра похлебка. Это вопросы одной страны. Одной войны.
Он сделал паузу,давая этим словам повиснуть в эфире, в этом самом эфире, который связал его вдруг не с единым народом-бойцом, а с каким-то другим, странным, живущим в параллельной реальности тыла.

– Прямая линия завершена, – сухо сказал он, кивнув головой инженеру. – Все ресурсы – на фронт. Все мысли – о победе. Остальное… остальное будет после.

Когда микрофон отключили, он еще долго стоял у карты, спиной к комнате. Он понял сегодня что-то важное. Что страна воюет на двух фронтах. На одном – против врага. На другом – против собственного, страшного забвения, против умения жить, будто войны нет. И второе, возможно, было страшнее.

Что известно о русских корнях главных американских переговорщиков, вчера встречавшихся с Владимиром Путиным

Имена Стива Уиткоффа и Джареда Кушнера сейчас известны каждому, кто интересуется (и даже не интересуется) политикой. Потому что оба американца постепенно превратились в ключевые фигуры американской администрации по разрешению российско-американского конфликта.

Но если Уиткофф больше известен российскому обывателю, то Джаред Кушнер не сходит со страниц американских таблоидов. Оно и понятно, к зятю президента внимание особенное. Но что особенно интересно, у обоих политиков в семейной истории есть тесные связи с нашей страной.

Стив Уиткофф родился в Бронксе, в еврейской семье выходцев из Российской империи. Согласно некоторым данным, его предки родились в зоне «черты оседлости» - особом регионе Российской Империи, в котором жили миллионы «русских» евреев. В конце XIX века «Витковы» превратились в Уиткоффов, переехав в США в поисках лучшей жизни.

Сам Стив начал карьеру юристом, работал с недвижимостью и в 1986 году познакомился с молодым бизнесменом Дональдом Трампом в нью-йоркском гастрономе. Та встреча стала началом дружбы, которая длится уже почти четыре десятилетия. Особенно показательны стали действия Уиткоффа после того, как от Трампа отвернулось большое число его сторонников после поражения на выборах 2020-го года.

Именно поэтому американский президент после своего переизбрания приблизил своего верного друга - Уиткофф был назначен спецпосланником по Ближнему Востоку и добился быстрого соглашения о прекращении огня между Израилем и ХАМАС. Теперь же ему поручена миссия по урегулированию украинского конфликта.

Джаред Кушнер – еще один завсегдатай современной американской политики. Зять Трампа, сын Чарльза Кушнера, построившего мультимиллиардную империю недвижимости в Нью-Йорке, тоже имеет тесные исторические связи с нашей страной. Причем путь этой «русской» еврейской семьи в Америку был еще более драматичным.

Прадед переговорщика Зейдель Кушнер был шляпником из белорусского городка Новогрудок, жил там до тех пор, пока в декабре 1941 года немцы не согнали всех евреев города в гетто. Зейдель с женой и тремя детьми оказались в ловушке, выживая на грани гибели на протяжении нескольких лет. В сентябре 1943 года узники Новогрудского гетто совершили отчаянный побег - около 250 человек смогли сбежать из города, в том числе и семья Кушнеров.

Так предки зятя американского президента оказались в составе знаменитого партизанского отряда братьев Бельских. Этот отряд славился не столько боевыми операциями – хотя пущенные под откос поезда и взорванные мосты были – сколько спасением более тысячи евреев Советской Белоруссии от уничтожения. Зейделю Кушнеру нашлась работа – он обеспечивал многочисленный партизанский отряд одеждой.

После освобождения родного города Кушнеры эмигрировали в США, где внук Зейделя Чарльз стал миллиардером в области недвижимости, а его сын Джаред – совладельцем отцовской компании и влиятельным членом администрации Дональда Трампа.

История, все-таки, очень ироничная дама – два человека, чьи семьи в свое время покинули Россию, теперь становятся посредниками между нашей страной и США в переговорах о будущем Украины. И, пускай оба политика не сильно акцентируют внимание на своих корнях, это не может не влиять на все происходящее.

Источники данных для материала:

https://sputnik.by/20161108/longrid-partizany-evrei-bratya-b...

https://aif.ru/politics/world/otkuda-u-stiva-uitkoffa-russka...

Как известно, военное мышление сводится к приказу и повиновению, и это продолжается в формировании мнений о войне и мире. Как по команде, мнение подавляющего большинства следует за лозунгами воюющих сторон.

Вторжение российских войск на Украину с самого начала было охарактеризовано как поворотный момент, империалистическая война агрессии и нападение на свободу и общие ценности Европы. Общественное мнение, включая мнение депутатов бундестага, от которых можно было бы ожидать некоторой интеллектуальной дистанции по отношению к пропаганде тогдашнего правительства США, последовало этим лозунгам.

Как рота солдат, политики и СМИ последовали приказу думать и говорить: это ничем не спровоцированное нападение России на Запад и его ценности, при этом всегда умалчивается, что высшая западная ценность — это деньги.

С российской точки зрения, это была единственная эффективная контрмера против продвижения США в соседнюю и братскую Украину, где уже началось размещение ракет и интеграция в НАТО.

Уже страдающий слабоумием президент Джо Байден, несмотря на все предупреждения, довёл ситуацию до крайности, и ни один знаток силовой политики не был удивлён, включая США и высшие военные круги.

Дональд Трамп позже заявил, что если бы он был у власти, этой войны бы не случилось. Это хвастливо, но реалистично.

На войне аргументы другой стороны не слышны. Путь к миру из-за этого заблокирован, заминирован, загромождён колючей проволокой и простреливается заградительным огнём.

Война служит моделью мышления, а не предметом рефлексии. В этом суть милитаризма.

Сто миллиардов евро для Украины

Прямые платежи и доля Германии в средствах ЕС, за которые отвечает Урсула фон дер Ляйен, в сумме превышают 100 миллиардов евро, которые Германия, помимо всех поставок оружия, выплатила Украине.

Но почему?

Почему Германия поддерживает Украину, выделив на войну с Россией более 100 миллиардов евро? Что заставило эту страну, неизвестную многим и, по всей видимости, коррумпированную, вдруг полюбить так, что не жалеют никаких жертв, чтобы поддержать ее безнадежную борьбу, изначально направленную на расширение США, против крупнейшей страны мира и против значительной части собственного населения?

Какое отношение это имеет к нам здесь, в Германии?

В пересчете на персонально учтенных погибших российских военнослужащих Германия своими 100 миллиардами заплатила и платит около миллиона евро за каждого убитого россиянина. На 2026 год запланировано еще 11,5 миллиардов. Этого хватит на 11 500 подтвержденных сертифицированных мертвецов.

Безудержная вовлеченность Германии в эту войну не является чем-то само собой разумеющимся; она вызвана не только желанием США и ЕС, но и происходит по воле немецкого правительства.

Идентификация с проигравшими истории

Что за этим стоит? Нет никакой другой фундаментальной мотивации, кроме скрытого реваншизма. Глупо болтающая бывшая министр иностранных дел Анналена Баербок высказала это вслух. Похоже, что ее дед привил ей реваншистское мышление.

Германия, то есть нацистская Германия, проиграла Вторую мировую войну на русском фронте против Советского Союза уже в конце 1943 года. США высадились в Нормандии только в начале 1944 года и позже были признаны освободителями, потому что раздавали шоколад и сигареты.

Советские солдаты, напротив, шаг за шагом оттеснили немецкую армию, которая превосходила их в техническом отношении. Они освободили Освенцим, с большими потерями пробились до бункера фюрера в Берлине и довели Гитлера и его ближайших соратников до самоубийства.

Это неоспоримая историческая правда, которую в Германии предпочитают вытеснять из сознания, и нет ни малейшего повода для того, чтобы из этого германо-русского прошлого выводить враждебность по отношению к современным русским.

То, что происходит в головах Фридриха Мерца, Бориса Писториуса и бесчисленного множества конформистов в партиях и крупных СМИ, можно объяснить только значительной долей подсознательного реваншизма, что лишено всякой рациональности.

Мы не должны мстить за поражение Гитлера

Поражение нацистского рейха было благом для истории, и современную Россию, освободившуюся от бремени большевизма, следует рассматривать как исторического победителя, а не как нового врага. Все остальное — это забвение истории и глупая пропаганда.

Что касается США и так называемых атлантистов, то можно заметить, что их агрессивность и мания вооруженния проецируются на противников почти по своему усмотрению. Ни Россия, ни Китай, ни Иран, ни страны БРИКС не имеют подобных желаний.

США не могут довольствоваться своим чрезвычайно удобным положением на земном шаре, которое они завоевали путем уничтожения индейских племен и народов.

Завоевание Дикого Запада продолжается в умах оружейных фетишистов и финансовых махинаторов, против всех, кто не подчиняется им. Для них нет противника слишком маленького (Гренада, Ливия, Сербия) или слишком большого, как Россия и, с недавнего времени, Китай.

Не против Трампа, а вместе с ним

Дональд Трамп – внук немецкого иммигранта в Нью-Йорке. Он лично не затронут мифом о Диком Западе, который никогда не заканчивается, но его партия, республиканцы, также является партией этих ковбоев. Несмотря на неприязнь к эгомании Трампа, мы должны понимать, что он хочет установить мир и может вести переговоры с Путиным.

Германия должна обязательно встать на эту сторону. Оптимальной позицией была бы собственная, активная, мирная политика Германии.

Реваншизм – это крысиная ловушка.

Автор - Роб Кениус

Перевод с немецкого.

https://overton-magazin.de/top-story/schmerzhaft-dummer-revanchismus/