Предыдущая глава: Военная кафедра МИФИ. Гл. 39. Любовь, это не просто так…

По инициативе Виктора Григорьевича Ясеновенко в начале 2008-го года началась наша операция по Ллойду (Ллойдс оф Лондон). Об этой организации наш адмирал уже рассказывал мне много интересного. И, по его словам, в недалёком будущем этот страховой рынок может попить немало кровушки из нашей страны и создать нам множество проблем. Поэтому нам нужно постараться немного поумерить аппетиты британцев, чтобы минимизировать проблемы для нашего флота и наших морских перевозок.

Увы, надежды на господдержку в решении этой задачи у нас не было. К сожалению, те, кто захватил власть в нашей стране в 90-е годы, могли многое, кроме одного — работать на благо нашей страны и нашего народа. И особенно, работать на опережение. Поэтому, Сан Саныч, предложил использовать старинный самурайский принцип: «перехватив меч противника, обратить клинок против него самого».  И воевать против британцев их же оружием.

— Раз у нас нет господдержки, придётся нам использовать оружие нашего противника. И их главный принцип: разделяй и властвуй! Как говорится, голь на выдумку хитра!

Проблема заключалась в том, что против нашей страны работали не только британцы, но, похоже, и наши нынешние вожди. Поэтому нам нужно было постараться использовать усилия и тех, и других.

Что касается британцев, Ллойд работал по старым, проверенным схемам: строил финансовые пирамиды, создавал различные проблемы, затем предлагал способы их решения — не бесплатно, разумеется. И исключительно в своих интересах. Поэтому в Индийском океане и Красном море в последнее время заметно активизировались сомалийские пираты, что сразу же резко повысило страховые взносы для судовладельцев. Разумеется, все переговоры об освобождении, захваченных пиратами кораблей и экипажей, проводили только сотрудники Ллойда, получая за это довольно значительный процент от выкупа. Вскоре возникла необходимость организации охраны морских судов частными военными компаниями, что тоже было на руку британцам.

Сан Саныч прекрасно помнил, как американский генерал Карл Вуоно приглашал меня работать в американскую частную военную компанию MPRI (Military Professional Resources Inc). По его словам, в ближайшее время частные военные компании будут создаваться и у нас в России – для охраны и защиты зарубежной собственности и активов российских олигархов. Работа над созданием этих компаний у нас в стране уже ведётся. И нам нужно использовать их потенциал в мирных целях.

Поэтому первая моя задача была собрать информацию о моих однокурсниках по Московскому Высшему общевойсковому командному училищу, которые проходили службу советниками или военными специалистами в африканских, азиатских и ближневосточных странах.

А вторая: съездить в Питер, познакомиться с ребятами-спецназовцами, которые недавно создали компанию VST, зарегистрированную в оффшорной зоне Белиз и занимающуюся морской охраной.

Первая задача оказалась не сложной. Благо, что в училище у меня было много друзей, с которыми все эти годы я был на связи. И с поездкой в Питер, тоже проблем не возникло. К тому же, представилась возможность совместить полезное с приятным. Мой однополчанин по 180 мотострелковому полку, бывший замполит нашего 1-го горно-стрелкового батальона (в котором я исполнял обязанности начальника разведки), а ныне известный питерский писатель Коля Прокудин уже несколько лет приглашал меня принять участие в Литературных десантах, которые на протяжении нескольких лет он проводил в Ленинградской области. Под его руководством, два раза в год, в каждый район выезжали группы известных писателей и поэтов, проводили творческие встречи с местными жителями, школьниками и воспитанниками детских домов. За эти регулярные, очень важные и нужные встречи Николаю Николаевичу еще при жизни стоило бы поставить памятник.

В Питере я повидался с ребятами из VST, передал им свой роман «Шелковый путь» и привет от нашего адмирала. Затем поехал к Николаю Николаевичу. В нашу группу входили: замечательный поэт и известный архитектор Александр Фролов, руководитель литературной части театра «Зазеркалье», детская писательница Наталья Хрущева и еще одна детская писательница, автор тележурнала «Ералаш» Наталья Дубина. За три дня мы объехали почти весь Кингисеппский район (Кингисепп, посёлок Кингисеппский, Ополье, посёлок Котельнический, Котлы и т.д.).

Что бросилось в глаза? Удивительно талантливые дети в местных школах. Возможно, это связано с большим количеством творческих кружков и различных форм внешкольного образования? С тем, что в школах работают удивительно талантливые и неравнодушные учителя? Одновременно с этим, большое количество детей из неблагополучных и неполных семей в отдаленных от райцентра школах. По словам директора школы, в посёлке работы нет. Многие мужчины ездят на работу в райцентр или в Питер, но с транспортом большие проблемы и их часто увольняют. Другие пьют. Третьи сидят.  И, с неподдельной грустью в голосе, директор добавила: скорее всего, дети пойдут по стопам своих родителей.

Горький осадок остался после этих слов. И чувство огромной благодарности к моему другу Коле Прокудину, который, вместе со своими единомышленниками, старается донести до детей одну простую мысль: что есть и другая жизнь. О которой нужно не просто мечтать, а делать шаги её навстречу. Ежедневно, шаг за шагом.

Александр Карцев, https://kartsev.eu/

Продолжение следует...

Её терпение лопнуло: 4-ый завал с абсурдной формулировкой стали последней каплей. Она приняла решение действовать — подала в суд и потребовала справедливости.

Начинающие прекрасно её понимают. Правки в регламент экзамена, принятые символично в День дурака 1 апреля 2024 года — скверный символ безответственного произвола. Теперь добросовестные кандидаты в водители могут получать права годами, каждый раз оставаясь с пустыми карманами.

Да, девушка дело не выиграла. Но её упорство и желание добиться справедливости от этой системы, безусловно, заслуживают уважения👏

Весьма кстати прямо сегодня мелькнула новость, что за хищение 592 млн. адмирала Коваленко приговорили только лишь к 4 годам колонии. Впоследствии освободили даже от такого мизерного за причинённый ущерб наказания: по болезни.
Всё-таки здешний суд ещё вызывает вопросы. А было ли в таком случае справедливым решение по отношению к нашей героине? Суд ведь един.

〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰
〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰
〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰〰

Канал атакуют боты-охранители😡
Друзья, ваша поддержка очень важна🙏
Не забывайте подписываться и ставить плюсики👇

Экзамен ГАИ для людей, а не...

"Её не взяли во флот: слишком старая, слишком худая. А потом она придумала принципы программирования, без которых у банков, билетов, страховок и “вашей карты” сегодня был бы нервный тик. И да — в итоге она всё равно стала адмиралом.

https://ru.wikipedia.org/wiki/Хоппер,_Грейс

В 1943 году Грейс Хоппер было 37. За плечами — докторская степень по математике Йельского университета, впереди — желание служить ВМС США во время Второй мировой. Ответ был холодный: возрастной лимит превышен, вес ниже нормы, плюс “женщина в военных технологиях” — в это тогда просто не верили.

https://elementy.ru/nauchno-populyarnaya_biblioteka/432639/G...

Но Хоппер была человеком не “про обиду”, а “про обходной манёвр”. Она нашла путь через специальную программу, добилась допуска — и надела форму. Почти сразу её бросили на задачу, от которой у многих дрожали бы руки: Harvard Mark I. На дворе 1944 год. Машина размером с комнату, весом около пяти тонн, сотни тысяч деталей, грохот как у заводского цеха — и всё это должно считать траектории артиллерии. Понимали, как оно работает, единицы. А уж что женщина справится — в это верили ещё меньше.

Хоппер не просто “разобралась”. Она замахнулась на более дерзкое: переосмыслить, как вообще должны работать компьютеры. Тогда программирование выглядело как наказание: машинный код, единицы и нули, инструкции, понятные только железу. Медленно, ломко и так, будто человек обязан думать как машина.

Хоппер считала иначе. Её логика была простая и революционная:

почему это люди должны учить язык компьютера? Почему не наоборот — научить машину понимать человека?

Идею высмеивали. Говорили, что компьютеры — это только цифры, слова им “не по зубам”. Но в 1952 году она сделала то, что изменило всю отрасль: создала один из первых компиляторов — программу, которая переводит человеческие инструкции в машинный код. Её система называлась A-0.

Дальше — ещё громче. В конце 1950-х Хоппер возглавляла работу над COBOL — языком программирования для бизнеса, который намеренно делали “читабельным”: меньше магии, больше понятных слов вроде “читать”, “писать”, “вычислить”. Профессиональная “элита” язвила: слишком просто. Но COBOL стал одним из главных рабочих языков мира — особенно там, где деньги любят порядок: в банках, учёте, госсистемах.

Отдельный штрих, который стал легендой. В 1947 году при настройке Mark II в машине нашли настоящую причину сбоя — моль, застрявшую в реле. Её вклеили в журнал, и история про “реального bug’а” разошлась по миру. Термин “bug” существовал и раньше, но Хоппер обожала этот эпизод за его точность: проблема найдена — исправлена — задокументирована — дальше работаем.

Во флоте она служила десятилетиями и прославилась умением объяснять сложное так, чтобы становилось очевидно. Она носила с собой кусочки проволоки длиной около 30 см — “вот столько свет проходит за наносекунду” — и показывала их адмиралам, чтобы они физически понимали, откуда берутся задержки связи.

Её не раз возвращали из отставки: опыт был нужен. Окончательно она ушла на покой в 1986 году, в 79 лет, став самым пожилым кадровым офицером ВМС США. К тому времени она была контр-адмиралом, получила множество наград и десятки почётных степеней.

Грейс Хоппер умерла в 1992 году, в 85 лет. Её именем назвали корабль, а крупнейшая конференция женщин в IT носит её имя не “для красоты”, а по делу.

Ей говорили, что она “не подходит”: по возрасту, по весу, по полу, по идеям.

Она доказала обратное — и сделала это тихо, инженерно, упрямо.

И, пожалуй, её главная фраза звучит как предупреждение для любых “мы всегда так делали”:

«Самая опасная фраза в языке — “мы всегда так делали”.»

Хоппер так не делала. Поэтому мы сегодня нажимаем кнопки — и мир слушается."

Предыдущая глава: Военная кафедра МИФИ. Гл. 30. Азбука военного дела и Приказы о суровых наказаниях

После окончания восьмого класса я решил поступать в Калининское Суворовское военное училище, мой друг Андрей Пименов ― в Ленинградское Нахимовское военно-морское. А вместе с ним, еще четверо наших одноклассников. Но оказалось, что для поступления одного желания было мало. Я не прошел медкомиссию, ребята не сдали вступительные экзамены.

Не знаю, как насчет моих одноклассников, а то, что меня не приняли в СВУ, это было понятно. С моим врождённым пороком сердца и никудышной физподготовкой, делать мне там было нечего. Поэтому последующие два года учебы мне нужно было серьезно подтянуть свою физподготовку. К сожалению, после 9 класса я неудачно упал с перекладины и сломал позвоночник. Так что с моей мечтой о поступлении в военное училище можно было прощаться. Но отец с детства учил меня делать то, что по силам, для того, чтобы со временем сделать то, что сегодня мне было не по силам. Поэтому я делал упражнения для зрения, рисовал, читал книги и писал стихи, когда не мог ходить. Много ходил, когда не мог бегать. Занимался в музыкальной школе и в театральной студии, в различных кружках и на факультативах. Другими словами, вкладывался в разные «активы», которые со временем должны были помочь мне исполнить мою мечту.

Ах, да, когда я поднялся на ноги после травмы позвоночника, то первым делом сходил в поликлинику, получил там свою медкарту и, выйдя на улицу, порвал, а затем безвозвратно «потерял» её в урне для мусора. Вскоре мне завели новую медкарту, которая было девственно чиста и в которой не было никакой лишней, на мой взгляд, информации. Как хорошо, что в то время не было электронных медкарт! И в результате, в военкомате вскоре был приписан к службе в морской пехоте, чем очень гордился. А после выпуска из школы смог поступить в родное Московское ВОКУ.

После окончания второго курса мой спортвзвод занял первое место на Первенстве Московского военного округа по военно-прикладному плаванию. Мы тогда считали себя очень крутыми! Но на Первенстве Вооруженных Сил СССР на приз газеты «Красная Звезда» уже в составе роты мы позорно заняли лишь пятое место, уступив командам боевых пловцов всех наших флотов: Черноморского, Балтийского, Северного и Тихоокеанского. Понято, там такие лоси!

На третьем курсе я снова смог убедиться в этом воочию, когда рядом с нашей парадной коробкой, готовившейся к прохождению на Красной площади, стояла коробка морской пехоты. Похоже, самые мелкие пехотинцы у них были ростом от двух метров?!

Приятно было стоять рядом с ними. Ведь, если бы я не поступил в военное училище, то у меня был шанс служить в морской пехоте. Стоял бы тогда на Красной площади со своим метр восемьдесят в их коробке, где-нибудь в последней шеренге. Но зато не рядом, а вместе с ними!

И занятия, которые проводит со мной контр-адмирал Ясеновенко, не только преподававший в Академии Генерального штаба, но и четверть века прослуживший на Северном флоте, для меня не просто занятия, а нечто большее. Ведь когда я поступил в Московское ВОКУ, мой лучший друг детства Андрей поступил в Севастопольское высшее военно-морское училище имени Нахимова. После окончания училища, как и Виктор Григорьевич, он служил на Северном флоте, но не на подводной лодке, а на Краснознамённом тяжёлом авианесущем крейсере «Киев». Когда в 1990 году на крейсере случился пожар, вместе со своими матросами, командир БЧ-2, капитан-лейтенант Пименов Андрей Владимирович, потушил его. А ночью у Андрея остановилось сердце. Было ему тогда 26 лет…

Почему-то я был уверен, что Виктор Григорьевич будет дразниться дальними походами и морской романтикой (все морские волки любят это делать по отношению к сухопутным), но вместо этого он рассказывает о диверсификация ― стратегии, при которой ресурсы вкладываются в разные активы. О том, как легко «закрыть» при необходимости наши военно-морской и торговый флоты в Чёрном и Балтийском морях. О высокой себестоимости доставки различных грузов по Северному морскому пути. И о недостаточном количестве у нас ледоколов и ледокольных танкеров арктического класса. Поэтому, по его словам, вместо получения прибыли от продажи нашего сырья и ресурсов, мы с трудом будем выходить в «ноль». Точнее, с учетом утечки мозгов и капиталов из нашей страны на Запад, уходить в огромный минус.

А еще он рассказывает мне о страховом бизнесе и о британском рынке страхования и перестрахования Ллойд (бывшая Ллойдс оф Лондон), следы которой можно ненароком обнаружить даже в привычных всем нам полисах ОСАГО. И о том, что все мы платим дань этой самой Ллойд, заложенную в цену очень многих товаров и продуктов, которые покупаем в наших магазинах и супермаркетах. О том, какие огромные убытки несет наша страна от этого «рынка страхования» при морских перевозках, от умышленного замедления таможенного и санитарного досмотра наших кораблей, погрузки-выгрузки и других мероприятий, проводимых в портах. Ведь, как гласит одна известная поговорка, время ― деньги. Более длинные и трудные маршруты, длительные задержки в портах ― это тоже стратегия тысячи порезов, которую используют против нас.

По словам Виктора Григорьевича, активизировавшиеся в последнее время в Индийском океане сомалийские пираты, тоже часть страхового бизнеса. Как обычно, сначала создается проблема, затем предлагается способ её решения.

― Нам нужно решить эту проблему без помощи британцев. И не на их благо, а на благо нашей страны. Провести классическую многоходовку. В Ленинграде (Виктор Григорьевич до сих пор называет Питер Ленинградом) сейчас создается организация ветеранов спецназа, которая планирует заниматься охранным бизнесом. Нужно будет помочь ребятам и вместо охраны предпринимателей и складов, направить их усилия сначала на охрану сухогрузов и танкеров, а позднее на работу в Африке, иначе мы её потеряем. Знаю, что Карл Вуоно предлагал тебе работу в MPRI (Military Professional Resources Inc). Они довольно результативно работают сейчас по всему миру. Пришло время и нам брать на вооружение их опыт и создавать свои частные военные компании, которые будут действовать в интересах нашего государства. Без поддержки правительства и крупного бизнеса многого мы сделать не сможем, но хотя бы посеем правильные семена в благодатную почву. И направим усилия наших ветеранов на хорошее, нужное и очень важное дело. Пора начинать наступать на пятки американцам и британцам, чтобы у них было меньше желания и возможностей нам гадить.

То, что рассказывает наш адмирал, для меня дремучий лес. Для чего мне принцип «разделяй и властвуй» и информация об арабских шейхах? Об Индийском океане и о дальних странах, в которых я едва ли когда окажусь? Это очень странно. Хотя, судя по занятиям, которые проводились со мной перед отправкой в Афганистан, вся эта информация была не для общего развития, а для выполнения вполне конкретной задачи, о которой я ещё не знал.

И я ещё не знал, что вскоре мне предстоит лететь через Объединенные Арабские Эмираты на Шри-Ланку. И на украинском балкере «Cape Madras» прогуляться от порта Галле до Суэца, чтобы немного обломать малину британскому рынку страхования в Индийском океане.

Александр Карцев, http://kartsev.eu

Продолжение следует...

Предыдущая глава: Военная кафедра МИФИ. Гл. 29. Беседы с Сократом

Эх, хорошо быть военным: окончил военное училище, немного послужил в войсках - там, где какой-то неведомый Макар не гонял своих телят, повоевал, поступил в военную академию, еще немного послужил, окончил Академию Генерального штаба, вышел на пенсию. А после этого выращиваешь на даче огурцы, учишь уму-разуму детей, нянчишься с внуками. У разведчиков всё примерно так же, но немного по-другому. Ты так же всю жизнь учишься, служишь, воюешь, мотаешься по служебным командировкам. И некоторые из нас даже получают пенсию, а вот выйти на неё как-то всё не получается. Наверное, поэтому и говорят, что бывших разведчиков не бывает.

Вот и сейчас Сан Саныч готовит меня, старого, больного пенсионера на пятом десятке лет, к очередной командировке. На этот раз в Западную Европу. А контр-адмирал Ясеновенко Виктор Григорьевич и профессор Каменев Анатолий Иванович из Академии Генерального штаба проводят со мной в нашем подвале занятия по военному делу. Как говорится, для общего развития.

Всё это почему-то напоминает мне мои курсантские годы, когда на втором курсе училища наш спортивный взвод был освобожден от учебных занятий. А преподаватель высшей математики, участник Великой Отечественной войны, войсковой разведчик Василий Прокофьевич Балашов приходил по вечерам и по выходным в расположение нашей роты и занимался со мной своим предметом. И уговаривал меня перевестись в Физтех МГУ или в МВТУ имени Баумана. Говорил, что он договорится о переводе, и в науке я принесу больше пользы нашей стране, чем в армии. Слышать это было немного обидно: неужели я такой бесполезный для нашей армии, что только в науке от меня может быть хоть какая-то польза?

Хотя уроки Василия Прокофьевича не прошли даром. Благодаря этим урокам, в Афганистане я разработал очень эффективную систему огня, которая спасла жизни многих наших военнослужащих. А во время работы на военной кафедре МИФИ придумал интересную методику обучения стрельбе на звук. Но тогда я был командиром, позднее преподавателем, а сейчас, похоже, стал студентом.

Сан Саныч постоянно твердит, что разведчик должен всегда учиться и никогда не сдаваться. На самом деле, если почитать мои книги, в них слова «учиться» и «не сдаваться» встречаются, чуть ли не на каждой странице. Как говорится, с кем поведёшься. Вот и приходится мне снова садиться за школьную парту.

Говорят, что каждая война не похожа на предыдущую. Появляются новые образцы оружия, техники и приёмы ведения боевых действий. В принципе, это так. Но есть вещи, которые неизменны, и которые нужно всегда помнить. Даже если они из школьной программы. И не только из школьной.

Ведь почти каждый из нас помнит Закон Карла Бэра, о котором нам рассказывали на уроках географии, что правый берег рек в Северном полушарии Земли обычно выше левого. А значит, если есть такая возможность, в нашем полушарии вести наступление разумнее с севера на юг или с юга на север, чем с востока на запад.

Когда после выпуска из училища мне довелось работать на иранской границе, местные туркменские волки научили меня гулять по линии водораздела. А в Афганистане начальник штаба нашего полка Руслан Султанович Аушев, научил всех разведчиков игре «Царь горы» ― кто на горе, то и царь. С тех пор мы никогда не забывали об этой игре, планируя засады и боевые действия.

Но сегодня профессор Каменев Анатолий Иванович рассказывает мне о трудах древнекитайских стратегов, которые и сегодня выглядят более чем актуальными.

Много веков назад великий Вэй Лао-цзы в одном из своих трактатов написал: "Земля - это средство обеспечения населения; [укрепленные] города - это средство защитить землю; битва - это средство защитить города. Поэтому, тот, кто следит, чтобы люди пахали землю, не будет голодать; тот, кто следит за обороной земель, не окажется в опасности; тот, кто отдает все силы сражению, не будет окружен. Эти три были основной заботой правителей прошлого, и среди них военные дела были главной.

Поэтому правители прошлого уделяли внимание пяти военным делам. Когда амбары не полны зерна, воины не выступают. Когда награды и поощрения не щедры, люди не воодушевлены. Когда лучшие воины не отобраны, войска не будут сильны. Когда оружие и снаряжение не подготовлены, сила их будет невелика. Когда награды и наказания несоответствующие, войска не будут им доверять. Если уделять внимание этим пяти, тогда встав [армия] сможет удержать, а пойдя, взять.

Государство [настоящего] правителя обогащает народ, государство гегемона обогащает чиновников. Государство, которое лишь выживает, обогащает высоких чиновников, а государство, которое вот-вот погибнет, обогащает лишь свои склады и амбары. Это называется "верх полон, а низ протекает". Когда придет беда, спастись будет невозможно.

Поэтому я говорю, что если приближать достойных и назначать на посты способных, то [даже] если времена неблагоприятны, обстоятельства будут выгодными. Если сделать законы ясными и быть внимательным, отдавая приказания, то даже без гадания на панцире черепахи или по стеблям тысячелистника удача повернется лицом. Если ценишь успех и прилагаешь усилия, то и без молитвы получишь благословение. Более того, сказано: "сезоны Неба не столь хороши, как выгоды Земли. Выгоды Земли не столь хороши, как гармония между людьми". То, что ценит совершенномудрый - это человеческие усилия, и это все!"

Сунь-цзы в своем трактате «Искусство войны» писал: «Самая лучшая война - разбить замыслы противника; на следующем месте - разбить его союзы; на следующем месте - разбить его войска». Первичной целью должно стать подчинение других государств без вступления в военный конфликт, а потому невоенные средства борьбы с внешним противником выдающиеся китайские полководцы ставили на первый план.

«Никогда еще не бывало, чтобы война продолжалась долго, и это было бы выгодно государству. Война любит победу и не любит продолжительности». Другими словами, «затяжка» войны сулит гибельные последствия не только чисто в военном смысле (враг использует это время для подготовки новых рубежей обороны, обучения своей армии, пополнения запасов оружия и боевой техники), но и в финансовом, и экономическом плане. А также в международных отношениях.

Вэй Ляо-цзы настаивал, что «карательные меры нужны против злых правителей и их приспешников, а не против населения, за исключением, пожалуй, случаев, когда вооруженные взрослые мужчины яростно нападают на войско». Он проповедовал мысль о сохранении полей и садов, отказ от разграбления городов и истребления населения, от порчи его домашней утвари. Следуя этому совету, китайские полководцы добивались быстрого умиротворения населения покоренной территории и тем самым уменьшали последствия потерь в случае противодействия населения победившей армии.

А Конфуций добавлял, что «Посылать на войну людей необученных - значит предавать их».

Всё это я уже читал в Науке побеждать Всеобщей хрестоматии полководческого искусства, написанной Анатолием Ивановичем, которую он подарил мне недавно. Но сегодня мы разбираем эти наставления применительно к нашей современной России. Это очень странно, но, похоже, что все наши нынешние российские политики и руководство страны прекрасно знают все эти наставления древнекитайских мудрецов и активно их используют в своей работе. Но делают всё почему-то ровно наоборот.

Анатолий Иванович говорит, что их «работа» очень похожа на государственную измену, за которую они должны нести самые суровые наказания. И приводит в пример «Приказы о суровых наказаниях», написанные Вэй Лао-цзы в третьем веке до нашей эры.

«Если полководец, командуя тысячей или более человек, выходит из сражения, сдает позиции или покидает поле боя и предает войска, его называют «государственным разбойником». Он должен быть казнен, семья его — уничтожена, его имя вычеркнуто из анналов, могилы его предков — вскрыты, а их кости выставлены на площади. Его дети обоих полов должны быть отданы в рабство государству».

― Китайское правительство до сих пор следует этим наказам по отношению не только к государственным преступникам, но и к коррупционерам, которые тоже считаются государственными преступниками. ― Анатолий Иванович вопросительно посмотрел в мою сторону. Видимо, ожидая, что я скажу. Ведь у нас все занятия построены в виде диалога. Так учебный материал усваивается лучше.

― Да, но судя по тому, что показывают по телевизору, коррупционеров в Китае меньше не становится.

― Главное, что их не становится больше. Серёжа, вы должны понимать, что борьба с коррупционерами и государственными преступниками, не разовая акция, а непрерывный процесс, требующий постоянного совершенствования работы государственной машины и законодательства. А лично вы, что бы предложили нашим китайским товарищам?

― Думаю, что расстрел ― это не совсем правильно. Он должен быть заменен на пожизненную работу на урановых рудниках или опасном производстве ― пусть искупают свою вину. Вместо «уничтожения семьи» должна производиться полная конфискация имущества и капиталов не только у самих коррупционеров или государственных преступников, но и у их ближайших родственников. А передача детей в рабство заменена на двадцать лет службы в армии (в льготном исчислении, в штурмовых подразделениях, это будет менее семи лет) или на вредном производстве ― для мальчиков. И двадцать лет работы санитарками в больницах или в военных госпиталях ― для девочек. Говорят, что дети не отвечают за преступления родителей. Это так. Но и безнаказанно пользоваться, украденным их родителями, они не должны. Зная об этом, дети подскажут своим родителям, что им не нужны дворцы, элитные автомобили и яхты, полученные преступным путём. И что их родителям быть коррупционерами не стоит.

― Да, занятное предложение по улучшению китайского законодательства, ― Анатолий Иванович, почему-то улыбнулся. ― Ладно, после перерыва наш адмирал тебе хочет что-то рассказать. А я пока прощаюсь. Дела.

Александр Карцев, http://kartsev.eu

Продолжение следует...