Почему канадские политики выступают против сепаратизма, а Вашингтон его поддерживает
На днях в новостях проскочила история о том, что представители США ведут переговоры с активистами канадского движения за независимость Альберты. Эти контакты активизировались после возвращения Дональда Трампа в Белый дом.
Логика интереса Вашингтона к канадской провинции достаточно прозрачна: Альберта – энергетическое сердце Канады, ключевой регион нефтедобычи, пусть и довольно технологически непростой. Для США ослабление позиций Канады в отношениях с собственным регионом открывает окно возможностей в вопросах политического и экономического влияния в регионе.
Ну, и, конечно же – очередной поворот калейдоскопа имени Трампа, когда события и темы международной политики меняются так быстро, что никто не успевает ни за чем уследить.
Внутри Канады подобные контакты воспринимаются максимально болезненно. Канадские региональные и федеральные политики один за другим выступают, пытаясь провести жесткую границу между правом на внутреннюю дискуссию о будущем провинции и попытками искать поддержку за рубежом.
«Я понимаю желание провести референдум, чтобы обсудить наши проблемы. У нас есть свобода слова, это важно. Но поехать в чужую страну и просить там помощи в развале Канады... на этот случай есть старомодное слово – измена»
Премьер канадской провинции Британская Колумбия Дэвид Эби
Но были времена, когда канадские политики относились к вопросам сепаратизма немного по-другому. Это было тогда, когда эти вопросы не касались самой Канады. Например, в 2008 году. Тогда Канада поддержала отделение Косово от Сербии, апеллируя к праву народов на самоопределение. Или в 1999 году. Тогда канадские войска в рамках операции НАТО принимали участие в бомбардировках Югославии.
«Посеешь ветер – пожнешь бурю».
Это библейское выражение в Канаде оказалось позабыто. А вот нам забывать его не стоит – и твердо помнить, в международной политике универсальные нормы работают только тогда, когда совпадают с интересами сильных игроков. Соответственно, ты или сильный – или играешь по чужим правилам с шулерами.
Представляю вам новую подборку раскрашенных фотографий из разных уголков Европы. Эти кадры переносят нас в XX век, раскрывая особенности жизни, быта и повседневности европейцев на протяжении ста лет. Приятного просмотра!
Производство марсалы. Италия, около 1920 года.
Марсала — креплёное вино с насыщенным вкусом и богатой гаммой оттенков, родом из одноимённого города на юго-западном побережье Сицилии, в провинции Трапани. Именно здесь, в жарком климате, среди террас вулканических почв, с конца XVIII века рождается этот знаменитый напиток, названный в честь порта, с которого он шёл в морские рейсы.
Вино быстро стало популярным в Британии и за её пределами. Позже к производству подключились итальянские семьи: Флорио, Инглис, Пеллегрини превратив марсалу из коммерческого продукта в искусство виноделия.
Марсалу делают из белых сортов винограда — Грилло, Катарратто, Инзола, а иногда из красных (Периконе, Неро д’Авола) для тёмных версий.
Ключевой этап это кратковременная ферментация, после которой вино крепят спиртом (до 15–20% алкоголя). Затем следует старение методом солера — многоуровневой системы смешивания вин разных лет, заимствованной у испанских хересов. Это придаёт марсале глубину, сложность и характерный орехово-карамельный букет.
Юная француженка с большим батоном хлеба читает объявление о возможном снижении цен на хлебобулочные изделия и другую продукцию, 1952 год.
Фотограф: Берт Харди
Прага, 1980-е годы.
Если верить Чешскому институту статистики в панельных домах сейчас проживает примерно 4-я часть жителей города, около 2,5 миллионов.
Панельные дома в Праге — это прежде всего наследие 1960–1980-х годов, времени, когда Чехословакия, как и другие страны социалистического блока, столкнулась с острой жилищной нехваткой. Чтобы быстро и дёшево обеспечить жильём миллионы людей, власти масштабно внедрили промышленное домостроение по типовым проектам — в том числе по советским образцам и с использованием технологии «велокс» (Velox), разработанной ещё в 1930-х, но активно применявшихся в социалистический период.
После падения коммунизма панельные дома в Чехии прозвали «секачками» (секačky — «рубилки»), подчёркивая их безликий облик. Многие хотели их снести, но масштаб задачи оказался неподъёмным.
Вместо этого власти избрали путь реновации: с 1990-х по 2010-е годы сотни панельных домов прошли термомодернизацию, получили новые фасады, лифты, современные коммуникации. Сегодня многие районы выглядят совсем иначе — ухоженно, ярко и даже стильно.
Германия, 1950-е годы.
Фотограф: Людвиг Ширмер
На фотографии вероятнее всего гастарбайтер. Первые наемные рабочие в Германии появились в 1955 году — в разгар послевоенного экономического чуда, когда страна столкнулась с острой нехваткой рабочей силы.
22 декабря 1955 года ФРГ подписала первое соглашение о привлечении иностранной рабочей силы — с Италией. Уже в следующем году в Германию приехали первые итальянские рабочие — официально, по контракту, с правом временного пребывания и трудоустройства на заводах, в шахтах и на стройках.
Слово «гастарбайтер» (от нем. Gastarbeiter — «гостевой рабочий») стало символом целой эпохи. В последующие годы подобные соглашения были заключены с: Испанией и Грецией, Турцией (одно из самых масштабных соглашений), Марокко, Югославией, Португалией и другими странами.
Начальная школа. Италия, 1950 год.
Фотограф: Дэвид Сеймур
Фонтан в Нарни. Италия, 1934 год.
Фотограф: Э.О. Хоппе
Нарни — древний город с богатой историей, расположенный в регионе Умбрия, на вершине холма над рекой Нера (лат. Narnus, от которой и произошло название), в 90 км к северу от Рима.
Жилище. Нидерланды, начало ХХ века.
Пыльная дорога. Венгрия, 1935 год.
Фотограф: Эрнё Вадаш
Мужчины работают с винтами океанского лайнера компании Cunard «Mauretania» в сухом доке в Шербуре, май 1924 года.
Корабль проходит капитальный ремонт, начатый в Англии, но завершенный в Шербуре (Франция) из-за забастовки рабочих верфи в Саутгемптоне.
Судетские беженцы въезжают в Прагу, октябрь 1938 года.
Октябрь 1938 года стал для Чехословакии временем глубокого национального потрясения. После Мюнхенского соглашения (30 сентября 1938 г.), подписанного Германией, Италией, Великобританией и Францией без участия Праги, Судетская область — пограничные районы с преимущественно немецкоязычным населением была передана нацистской Германии.
Массовый исход начался сразу. Тысячи чехов, словаков, евреев и антифашистски настроенных немцев — не желая жить под властью Третьего рейха бросали дома и устремлялись вглубь страны.
На фотографиях того времени переполненные поезда, грузовики и повозки, набитые людьми с узелками и чемоданами. Многие прибывали в Прагу — столицу, ставшую последним оплотом свободной Чехословакии.
Их встречали с сочувствием, но город и страна были не готовы к такому наплыву: не хватало жилья, еды, работы. Беженцы ютились в школах, церквях, казармах, часто на улицах.
Две проститутки разговаривают с клиентом на улице в Барселоне, 1951 год.
Фотограф: Берт Харди
«Алёша» — памятник советскому солдату-освободителю в болгарском городе Пловдив, 1960-е.
Возвышаясь на холме Бунарджик, также известном как «Холм Освободителей», — 17‑метровый монумент советскому солдату стал не просто архитектурной доминантой Пловдива, но живым символом благодарности болгарскому народу за освобождение от фашизма в 1944 году.
Идея памятника родилась у горожан сразу после войны. В 1948 году был создан инициативный комитет, а вскоре объявлен конкурс, победу в котором одержал проект группы болгарских скульпторов и архитекторов: Васила Радославова, Любомира Далчева, Тодора Босилкова, Александра Ковачева и архитектора Николы Марангозова. Строительство длилось с 1954 по 1957 год.
Монумент представляет собой 11,5‑метровую фигуру красноармейца из железобетона, облицованного гранитом: он в шинели, с опущенным ППШ, смотрит на восток — в сторону Родины. Горожане сразу прозвали его «Алёшей» в честь реального солдата — Алексея Скурлатова, служившего в Болгарии и ставшего его прообразом.
С 1960-х годов «Алёша» прочно вошёл в культурную ДНК города, во многом благодаря песне «Стоит над горою Алёша», ставшей его неофициальным гимном.
Несмотря на резкие политические перемены после 1989 года, попытки снести или перенести памятник многократно проваливались. Особенно ожесточённые протесты вспыхнули в 1993 году, когда городской совет всё же принял решение о демонтаже. Но массовое сопротивление пловдивчан и последующее постановление Верховного суда Болгарии остановили разрушение. «Алёша» стал не только символом памяти, но и символом народной воли — защиты своей истории.
И по сей день монумент вызывает споры: в 2024 году политики вновь заговорили о его переносе в Софийский «Музей социалистического искусства». Однако мэр Пловдива Костадин Димитров заявил:
«Мы не будем разделять общество. Мы стремимся строить — а не разрушать».
Для старшего поколения «Алёша» — память о спасении от войны, для молодёжи смотровая площадка с лучшим видом на город, для туристов обязательная достопримечательность, а для всех пловдивчан неотъемлемая часть родного пейзажа.
Каждый год 9 мая и в День освобождения Болгарии (23 августа) у подножия монумента лежат тысячи цветов. Потому что, как поётся в той самой песне:
«Стоит над горою Алёша,
И будет стоять…»
Мужчина в костюме и корова. Норвегия, 1973 год.
Фотограф: Ганс Мальмберг
Германия, 1935 год.
Старый рыбак. Нидерланды, 1904 год.
Швейцария, начало XX века.
Фотограф: Роберто Донетта
Ле Аль, Париж, 1953 год.
Фотограф: Марк Рибу
Ле Аль это легендарный квартал в самом сердце столицы, некогда известный как «брюхо Парижа» — крупнейший продовольственный рынок Европы, пульсирующая артерия городской жизни с XIII до XX века.
С XIII века Ле Аль был местом, где сходились фермеры, торговцы, повара и гурманы со всей Франции. Здесь кипела торговля: овощи, рыба, мясо, сливочное масло, сыр — всё, что делало парижскую кухню славной. Писатели, художники и босяки все бывали здесь.
Но к середине XX века рынок устарел: не хватало места, росло загрязнение, а центр Парижа требовал обновления. В 1969–1971 годах исторические павильоны были снесены — решение, вызвавшее бурные протесты (Андре Мальро, тогдашний министр культуры, назвал снос «культурным вандализмом»).
На их месте появился современный многофункциональный торговый комплекс.
Вена, 1913-1917 гг.
Музыкант. Югославия, 1965 год.
Фотограф: Анри Картье-Брессон
Также буду рад всех видеть в телеграмм канале, где публикуется множество раскрашенных исторических снимков со всего мира или в группе ВК.
Югославский флот незадолго до начала Второй мировой войны начал активно пополняться боевыми кораблями. Крупнейшей по количеству единиц и боевой мощи стала серия эсминцев типа Beograd. О них пойдёт речь в статье.
С распадом Австро-Венгрии новообразовавшееся Королевство сербов, хорватов и словенцев получило весь имевшийся на тот момент флот Империи. Однако в рамках мирного урегулирования большинство кораблей, включая все крупные, были переданы по репарациям странам-победителям. КСХС же осталось ни с чем, и было вынуждено приступить к созданию флота «с нуля».
В 1929 году КСХС, переименованное в Королевство Югославия, приступило к постройке серии лидеров эсминцев в рамках следования французской концепции минононосных эскадр, но вследствие начавшегося экономического кризиса получило только один корабль — Dubrovnik. К 1934 году ситуация выправилась, и флот получил деньги на дальнейшее развитие. Теперь, однако, югославы решили построить три обычных эскадренных миноносца, которые бы действовали в одном соединении с Dubrovnik.
Эсминцы Dubrovnik (слева) и Beograd (справа) в годы их службы в итальянском флоте, 1941 год
Продолжая перенимать французский опыт, югославский флот сделал ставку и на французские корабли: новый тип эсминцев, получивший обозначение Beograd, был основан на французских эсминцах типа Bourrasque. Первый корабль был заказан на верфи Ateliers et Chantiers de la Loire в Нанте, тогда как остальные планировалось построить в Сплите на верфи Jadranska brodogradilišta под контролем французских специалистов. Денежные проблемы вынудили югославов ограничиться постройкой только трёх единиц: Beograd во Франции, Zagreb и Ljubljana — в Сплите.
Тактико-технические характеристики эсминцев выглядели следующим образом: длина составляла 98 м, ширина — 9,45 м, а осадка — 3,18 м. Водоизмещение при стандартной нагрузке составляло 1210 тонн, а при полной достигало 1655 тонн. Энергетическая установка мощностью 40 000 – 44 000 л.с. состояла из двух паровых турбин: Curtis на Beograd, Parsons на Zagreb и Ljubljana. Машины приводили в движение два гребных винта. Пар вырабатывался тремя водотрубными котлами Yarrow. Планировалось, что максимальная скорость кораблей составит 39 узлов, но на практике они могли достигать лишь 35 узлов.
Вооружение состояло из четырех 120-мм орудий Škoda L/46 в одиночных установках — два в носу и два в корме. Вспомогательное вооружение состояло из четырёх 40-мм зенитных орудий Škoda L/67 в двух спаренных установках, расположенных по обе стороны кормовой надстройки, и пары пулемётов. Торпедное вооружение состояло из двух трёхтрубных 550-мм торпедных аппаратов. Имелись также 30 морских мин. Системы управления огнем были закуплены у голландской фирмы Hazemayer.
Первый корабль серии Beograd был заложен в Нанте в 1936 году, спущен на воду 23 декабря 1937 года и введён в эксплуатацию 28 апреля 1939 года. Уже в следующем месяце эсминец перевёз в Великобританию весь золотой запас Югославии.
Zagreb был заложен в 1936 году и спущен на воду 30 марта 1938 года. Он стал первым боевым кораблем, построенным в Югославии. Церемонию спуска на воду провела жена министра армии и флота, и в честь этого события был объявлен государственный праздник. Эсминец был принят в состав флота в августе 1939 года.
Ljubljana был заложен в 1936 году, спущен на воду 28 июня 1938 года и введён в строй в декабре 1939 года. В январе 1940 года эсминец участвовал в учениях по противолодочной борьбе в проливах между крупными островами Млет и Корчула. Во время учений экипаж обратил внимание на небольшое отклонение корабля вправо, что могло означать неисправность руля. На следующий день корабли учебной эскадры должны были идти в гавань Шибеника через узкий пролив Святого Антония, но из-за сильного северного ветра их командиры попросили разрешения на якорь за пределами пролива до тех пор, пока ветер не стихнет. Командование им отказало.
Примерно в 17:05, проходя через самое узкое место канала у входа в гавань, корма Ljubljana резко ушла вправо и ударилась о подводные камни. Гребной вал и корпус корабля были повреждены. Обе турбины вышли из строя, так как переднюю турбину, приводящую в движение правый вал, пришлось отключить, а машинное отделение задней турбины было затоплено ввиду повреждения корпуса. Эсминец лёг в дрейф и остановился только в восточной гавани Шибеника, где затем бросил якоря. Это помешало оперативно отбуксировать его, поэтому буксиры только сняли экипаж (за исключением одного матроса, утонувшего в кормовом машинном отделении).
Примерно в 18:15 Ljubljana перевернулся и затонул. Он лёг вверх дном на относительно небольшой глубине. В результате проведенного военно-морского расследования почти весь персонал штаба югославского флота был отправлен в отставку. Новое руководство приняло решение поднять эсминец, но поскольку ни одна из югославских компаний не обладала необходимым оборудованием и опытом для подъема Ljubljana, для этой задачи была привлечена фирма из Триеста. Её директор, Готфрид Фрайхерр фон Банфилд прибыл в Шибеник через четыре дня после гибели Ljubljana. К его команде присоединились ещё три буксира. Предполагалось, что такими силами подъем можно будет завершить в течение двух недель, но погодные условия всё усложнили. Во время одной из попыток оборвался буксировочный трос, а в ночь с 29 февраля на 1 марта итальянский лайнер Leonardo da Vinci налетел на затонувший эсминец, еще больше повредив его руль и винты. Наконец, корпус Ljubljana удалось герметизировать, 10 мая поставить на ровный киль, и после нескольких неудачных попыток корабль был поднят 10 июля. После этого начался его ремонт.
Лайнер Leonardo da Vinci, столкнувшийся с затонувшим Ljubljana в гавани Шибеника в ночь с 29 февраля на 1 марта 1940 года
Между тем политика Югославии шла своим чередом. При регентстве принца Павла королевство тяготело к Германии и Италии, и 25 марта 1941 даже был подписан договор о присоединении Югославии к Тройственному пакту Германии, Италии и Японии. Но уже 27 марта произошел государственный переворот, военные отстранили от власти регента и передали все полномочия королю Петру II, сразу взявшему курс на сближение с антигитлеровской коалицией. В этой ситуации Германия приняла решение о нападении на Югославию, чтобы обезопасить «тыл». 6 апреля 1941 года Германия, Италия и Венгрия начали Балканскую кампанию против Югославии и Греции.
Beograd и десять торпедных катеров сразу вышли в сторону Зары, чтобы поддержать удар авиации и пехоты по концентрировавшимся там итальянцам. Но те опередили югославов, атаковав корабли с воздуха у Шибеника. В результате одной из них правый винт эсминца вышел из строя, он был вынужден прекратить операцию и направиться в Которский залив. Хотя с большим трудом туда дойти удалось, что-либо сделать югославы не успели: 17 апреля итальянцы захватили Beograd.
Модель эсминца Zagreb в Морском музее Черногории
Итальянцы его отремонтировали, заменили прибор управления артиллерийским огнём, добавили зенитные 20-мм орудия L/65 Breda Model 35 и переименовали в Sebenico. С августа 1941 года он служил эскортным судном на маршрутах между Италией, Эгейским морем и Северной Африкой, выполнив более 100 боевых выходов за два года. Несколько раз британские подводные лодки успешно атаковали сопровождаемые эсминцем конвои, но сам Sebenico под удар не попадал.
Когда в сентябре 1943 года итальянцы капитулировали, немцы захватили Sebenico и переименовали его в TA43. На момент захвата Sebenico был либо повреждён, либо выведен из строя экипажем, не желавшим передачи эсминца бывшим союзникам. Впрочем, отремонтировать корабль не составило труда. Его ещё раз перевооружили — за счёт демонтажа одного торпедного аппарата установили семь 37-мм орудий в одной спаренной и пяти одиночных установках, а также два одиночных 20-мм орудия. В феврале 1945 года TA43 был приписан к 9-й флотилии торпедных катеров, которая состояла исключительно из захваченных эсминцев и торпедных катеров. Корабль использовался для сопровождения конвоев и минирования северной части Адриатики.
Известно, что на 1 апреля 1945 года TA43 оставался в строю, но данные относительно его окончательной судьбы различаются. По одной версии, TA43 был потоплен 30 апреля или 1 мая 1945 года в порту Триеста артиллерийским огнём югославских войск, затем поднят в июне 1946 года при очистке гавани и затоплен в другом месте месяцем позже. По другой версии, TA43 был 1 мая 1945 года затоплен немцами и разобран на металл в 1947 году.
Zagreb 6 апреля 1941 года стоял в Которском заливе. Гавань и корабли подверглись интенсивной бомбардировке. В первый день эсминец избежал попаданий, поэтому его переместили и замаскировали. 16 апреля экипаж корабля был проинформирован о скорой капитуляции югославских вооруженных сил и получил приказ не оказывать дальнейшего сопротивления противнику. Получив это известие, большая часть экипажа покинула Zagreb. На следующий день, когда итальянские войска приближались к Которскому заливу, два младших офицера, Милан Спасич и Сергей Машера, заставили капитана и оставшихся членов экипажа покинуть корабль и установили заряды для затопления, чтобы предотвратить захват эсминца. Оба погибли при взрыве. Zagreb затонул, а оставшиеся на поверхности обломки горели в течение нескольких последующих дней. Останки Спасича выбросило на берег 21 апреля, и 5 мая итальянцы устроили ему почётные военные похороны. Голова Машеры также была выброшена на берег и тайно захоронена местными жителями.
Гибель Zagreb стало одним из ключевых событий французского фильма 1968 года «Flammes sur l`Adriatique» («Пламя на Адриатике»). Благодаря фильму и предстоящему юбилею создания Военно-морских сил Югославии, в 1973 году оба офицера получили ордена Народного героя посмертно. В середине 1980-х годов голова Машеры была эксгумирована, идентифицирована и перезахоронена. Тогда же удалось поднять часть носа эсминца Zagreb — она хранится в Морском музее Черногории.
Памятник эсминцу Zagreb и членам его экипажа — Милану Спасичу и Сергею Машере. Город Тиват (Черногория)
Ljubljana всё ещё стоял в ремонте, когда был захвачен итальянцами. Корабль отбуксировали в Полу для модернизации. В её ходе все 40-мм орудия были заменены на 37-мм, а ещё одно 37-мм орудие установили взамен прожектора на надстройке. 15-мм пулемёты также были демонтированы, как и один торпедный аппарат, а на их место установили восемь 20-мм пушек Breda Model 35 L/65. Как и на Beograd, были заменены приборы управления огнём — вместо них был установлен итальянский директор RM-2. Кроме того, верхние части дымовых труб были срезаны под более наклонным углом.
Корабль был официально принят на вооружение Королевского итальянского флота под итальянизированным названием Lubiana 1 ноября 1941 года, но фактически вступил в строй только в конце октября 1942 года. Он был придан 1-й флотилии эсминцев 1-й эскадры, действовавшей в Ионическом море и южной части Адриатики. Lubiana служил в эскортных силах до апреля 1943 года, действуя на тунисском маршруте снабжения. С 9 февраля по 22 марта 1943 года Lubiana участвовал в охране подкреплений, перевозимых для немецкой и итальянской армий в Северную Африку.
27 марта 1943 года эсминец принял участие в сопровождении нового конвоя в Тунис. В условиях плохой видимости экипаж Lubiana допустил навигационную ошибку, и вместе с парой сухогрузов эсминец сел на мель около 04:00 утра 1 апреля примерно в 1,6 километрах к востоку от Рас-эль-Ахмара, при входе в Тунисский залив. Из-за сильного волнения снять Lubiana не удалось, и экипажу пришлось его оставить. Днём эсминец обнаружила и потопила британская авиация.
Материал подготовлен волонтёрской редакцией «Мира Кораблей»
В Европе говорят про Гренландию и обвиняют во всем Трампа и Путина, забывая или не зная про остров Чагос, Малвинские острова, Северный Кипр, Северную Ирландию, Панамский канал, Северный Ирак с Северной Сирией, Боснию, Косово и т.д..
"НАТО продолжит атаковать энергообъекты Сербии. Если это наносит вред гражданским, лишая их воды и электричества – это проблемы Милошевича. Пусть примет 5 условий НАТО и это прекратится", – говорится во "внезапно" исчезнувшем тексте от 25 мая 1999 года.
Текст был на сайте альянса более 25 лет. Теперь, по данным специальных ресурсов, запись удалили 6 декабря 2025 года – в день удара ВС РФ по энергообъектам, питающим оборонные заводы Украины.
"Электричество приводит в действие системы командования и контроля. Если президент Милошевич действительно хочет, чтобы у всего его населения были вода и электричество, то всё, что ему нужно сделать, это принять пять условий НАТО, и мы остановим эту кампанию. Но до тех пор, пока он этого не сделает, мы будем продолжать атаковать те цели, которые обеспечивают электроэнергией его вооруженные силы. Если это имеет гражданские последствия, то пусть он сам разбирается с этим", – заявлял официальный представитель НАТО Джейми Ши в 1999 году.
Как забавно немцы хлопают ресницами в ответ на простую констатацию фактов. Да, похищение неонациста Мерца - логичный сюжетный поворот в том карнавале, который устроили наши заокеанные «партнёры». А что? Вы думаете, после того, как США объявили легитимными похищения глав государств, мир останется прежним?
Ваше лицемерие уже достигло космического уровня. Когда ваши хозяева из Вашингтона устраивают государственный переворот с бомбами и наручниками, вы скромно отводите глаза. Но стоит лишь озвучить гипотетический сценарий, вы тут же начинаете искусственно ахать о «недопустимости угроз». А где были ваши ахи, когда США разрушали Югославию, Ирак, Ливию?
Ну, охрана Мерца, возможно, и «лучшая в мире» (наверное, по крайней мере лучше, чем у Мадуро), но она бессильна против его же собственной политики раболепия перед США. Он сам превратил Германию в вассала, который молча соглашается на любой беспредел своего сюзерена. А вассалы, как известно, - расходный материал в играх империй.
Что касается ООН - это уже не всемирная организация коллективной безопасности, а инвалидное кресло, которое давно катят в тупик. Пока западные державы используют его как ширму для своих авантюр, никакие резолюции не остановят ни бомбёжек, ни похищений.
Так что не надо делать шокированное лицо, герры из Берлина. Вы сами раздули ветер двойных стандартов и безнаказанности - теперь пожинаете бурю. И если карнавал бесчестья продолжится, то костюмы и маски будут меняться, а финал останется тем же: крах тех, кто думал, что правила пишутся только для других.
С наступающей эпохой беспредела - того самого, который вы так рьяно приветствовали, пока он касался не вас. И помните: флаги рейхстага падают не только весной - их может снова сдуть ветром истории, который вы сами и вызвали.
