В Северном море строится необычный инженерный объект — искусственный остров, где будут жить только роботы-собаки. Они будут следить за оборудованием, которое станет ключевым звеном европейской энергетики. Остров Принцессы Елизаветы построят в 45 километрах от побережья Бельгии и он будет работать как огромная энергетическая подстанция в открытом море.
Он объединит три новых ветропарка со 100 турбинами общей мощностью 3,3 ГВт. Вся выработанная энергия будет стекаться на остров, где специальное оборудование сможет преобразовывать переменный ток от ветряков в постоянный. Это нужно для того, чтобы передавать электроэнергию на большие расстояния — в Великобританию и Данию — без значительных потерь.
Проект — часть большого плана: создать к 2050 году энергетическую систему Северного моря мощностью 300 ГВт. Это больше, чем нужно для всех домов Европы. Строительство острова площадью 6 гектаров планируют завершить в 2028 году, и он станет первым шагом к созданию новой энергетической инфраструктуры континента.
Больше интересной информации про источники энергии и энергетику в телеграм-канале ЭнергетикУм
Эх, поглядел я на свое творчество, и подумалось, что везёт мне в жизни на рыжих. Что не встреча, то огонь. Коты, собаки... А рядом вон жена рыжая лежит, через плечо заглядывает и смеётся, что эдак я и для неё книгу скоро напишу.
Я-то может и напишу, только читать она ее не будет. В ейных книгах про любовь все больше, а я про любовь не умею. Поэтому расскажу вам про собаку. Точнее про пса рыжего окраса, или как механики местные обозвали, ржавого.
А как тут не заржаветь, если живёшь круглый год на острове необитаемом у самой воды? От чего все ржавеет да мокнет. Вот и пёс ржавый у нас завелся. Имя-то солидное у него было. Принц. Или Пруня, Прунечка, если ласково. Так что коль принцы у вас знакомые есть, взаправдошние, можете смело их пруньками называть. Они от этого млеют и благодушный вид принимают. Наш, во всяком случае, и млел, и принимал...
Вот с породой непонятно было. В прошлой истории я его в кавказские овчарки определил. Но это для масштабу больше. По размерам он подходил очень. Но примесь какая-то чувствовалась в нем. От этой примеси ум в нем и завелся прям интеллектуального складу. Потому как разговаривать умел одним взглядом. Посмотрит на тебя и понимаешь прям о чем соображалка его собачья думает. С породой-то мы уже после определились, точнее сам Пруня нам подсказал.
Любил он в летние сезоны на соседней турбазе харчеваться. Это и понятно, там люди городские отдыхают, солидные, колбасными обрезками зверя нашего подчуют. А он в тенечке лежит, да на проходящих вяло погавкивает. Идёшь себе вечерочком по берегу, камешки считаешь, а тут этот, голос свой подаёт. Встрепенешься, да прикрикнешь, -"Ах ты ж Пруня, ржавая ты собака, ах ты ж продажная сторожевая!" Так и поняли, что породы он редкой, широко неозвученной, Продажная Сторожевая.
А он от окрика из кустов вылезет, виноватую башку опустит и гляделками своими исподлобья разговаривает. Дескать," не признал спросонья. Периметр вот оббегал, да задремал где придется. А сейчас уже на базу возвращаюсь. Ты, кстати, не туда? Нет? Так я ещё подремлю малость и вернусь".
И возвращался всегда. Когда хотел. По осени-то туристы пропадают и начинается суровая островная жизнь до следующего сезона, до следующих колбасных обрезков. Смену сезонов природа наша ясно обозначает, чтоб даже вопросов не возникало. Северным ветром. Проснешься утром и чувствуешь, северняком потянуло. Его не слышишь даже, а ощущаешь как-то. Верите, нет, он даже пахнет по другому. И вроде лето ещё, а сезон к завершению близится. Сядешь на крылечко криво сколоченное, на воду глядишь, про большую землю раздумываешь. А тут Принц откуда-то выйдет, думалку свою лохматую на колени положит. Будто спрашивает. "Что опять уедешь? Эх, ты..."
Эх, я... И так совестно становится, что расстраиваю его своими отъездами. Да погружениями подводными выбешиваю... Очень он с последних беленился. Попервой брали его в лодку на работы всякие занырошные, только плохо он переносил сам процесс прыжка за борт. Одеваться позволял, в аппарат включаться, это пожалуйста, а как в воду опрокинешься, так сатанел страшно. Прям не принимала его душа собачья, что живого человека в стихию бросают. Эдак не напасешься человеков-то. И держали его, и уговаривали. Бестолку. Расшвыряет всех и следом кидается. Да с лаем и брызгами слюнявыми. За ласту схватит или за руку. Переживал сильно, в общем.
От того переживания собачьего перестали мы его на плавсредства пускать. Так он, зараза, плавать намастрячился. Да так намастрячился, залюбуешься. Шерсть-то медвежья, даром что рыжая. А если на лапе пальцы растопырит, там такое весло получается. Любой викинг обзавидуется. Мы его способности к водоплаванию однажды очень явно оценили, когда на соседний островок отправились хребтины верёвочные на базу перевезти.
Участочек-то наш аккурат промеж островов помещается. База на острове имени широко известного в узких кругах адмирала, а другой островок имени лейтенанта такой же известности. Первый Петр Иваныч, второй Петр Кузьмич. Так вот между двух Петров и мотались. Расстояние там как раз 1 км 800 метров. Морская миля, для тех кто знает. Специально ли так острова расставили, или за эталон это расстояние взяли, не известно. О широкой известности в узких кругах наших краев я уже упоминал, вроде.
Так вот, спешим мы за хребтинами на плавсредстве особой постройки в виде плота три на три метра из бруса сколоченного, да на старые топливные баки от какого-то вертолета установленного. Толкателем этого чуда мотор подвесной служит аж целых пяти лошадиных сил. От того и скорость неимоверная, ещё чуть медленнее и в обратную сторону покатимся, называется. Пыхтит наш плот, гордо свеженацарапанным названием "Стремительный" поблескивает. Мы на нем валяемся, вялые разговоры разговариваем. Вдруг слышим, с острова имени лейтенанта лай доносится. Знакомый такой, не спутаешь ни с чем. Оказывается рыжий тюлень наш, заприметил, куда мы движемся и своим ходом всю эту экспедицию по воде обогнал, милю в плавь отмахав. Да ещё и силы оставил, чтоб чаек по берегу погонять, чтоб криво у прибоя не сидели.
Так что с водоплаванием у Принца прям порядок был. Сидим однажды в казаночке своей метрах в пятидесяти от берега. Делами всякими марикультурными занимаемся, а нам с рядом стоящей яхты кричат: "Ребята, это ваша собака?" Глядим, выгребает из-за корпуса шерстяной крейсер, ржавым бортом волну гонит, да с таким видом, дескать,: "чего тут встали? Бедной собачке не проплыть, не проехать." Циркуляцию вкруг яхты заложил и полным ходом на берег пошел. На швартовку.
"Не,"-яхте отвечаем- "не наша. Она тут все время плавает." Шутим так. А если серьёзно, то скорее это мы его человеки были, а он самодостаточный пёс. Часть острова имени адмирала.
Многовато букв получилось. Наверное первую часть заканчивать пора. А кому интересно будет про ржавую Продажную Сторожевую, то дальше напишу.
Увидеть полный маршрут моего путешествия от истока Волги до Казани можно на карте.
Приветствую! Пожары на Суматре, отвлекающие меня от ведения дневника, временно потушены, и мы можем продолжить сплав по Волге! Если двенадцатый день закончился прохладным ночлегом в Старице среди рыбаков, то тринадцатый, 4 июня 2024 года, начался… с их же непосредственного участия!
День тринадцатый: Бессонная ночь, неожиданные находки и вечернее сражение.
Пройдено: 42 километра. Всего: 376 километров.
Ночной гомон и утренняя рыба.
Мои вечерние опасения подтвердились сполна. Примерно с половины третьего ночи вокруг палатки начался натуральный проходной двор. По проселочной дороге, проходящей рядом, периодически проезжали машины, мимо сновали люди, громко переговариваясь. Когда рассвело, к этим звукам добавились шаги по берегу и характерный свист лески.
Окончательно проснувшись в половину седьмого, чувствовал себя совершенно невыспавшимся. Выглянув наружу, обнаружил мужчину, который выбрал для рыбалки место буквально в паре метров от моего временного пристанища.
Увидев меня, он еще пару минут порыбачил, потом достаточно быстро свернулся и начал уходить. Как только рыбак повернулся спиной к реке, из воды выскочила приличная рыбина и с громким плеском упала обратно.
— Только отойдешь — начинает гулять, — посетовал он, глядя на расходящиеся круги. Пожал плечами и, вновь повернувшись к Волге спиной, окончательно покинул место моего ночлега.
Решив, что пора собираться, я совершил все утренние приготовления, снарядил каяк, и отправился в путь.
1/2
Пора в путь! Утро на Волге прекрасно, даже после тяжелой ночи.
Старица: Каяк без присмотра и кусачая собака.
Через несколько километров, за поворотом, показался внушительный арочный Старицкий мост. Волга здесь значительно расширилась. Изначально планировал оставить каяк под мостом, чтобы сходить в город, но берега оказались неудобными: правый был слишком открыт для посторонних взглядов, к левому мешала причалить густая трава.
1/2
Старицкий мост. Красиво, но подходящего места для стоянки нет.
Пришлось возвращаться назад, против ощутимого течения. Поднявшись на несколько сотен метров вверх по реке, увидел пологий песчаный пляж. Здесь и решился оставить каяк без присмотра. Впервые за поход мне предстояло потерять его из поля зрения. Очень надеясь на порядочность местных жителей, вытащил судно на берег и двинул в город за заказанной посылкой.
Город Старица полностью оправдывал свое название: множество старых, но хорошо сохранившихся домов, возраст которых явно перевалил за столетие. В парке встретились развалины Вознесенской церкви. Если бы не современные автомобили и некоторые магазины, можно было подумать, что оказался в прошлом.
1/7
Старица. Город с ощущением времени. Прошлое здесь повсюду.
Выходя из парка, подвергся нападению небольшой собаки, которую вела на поводке женщина, но и я оказался проворным, и собаку быстро одёрнули, так что всё обошлось.
Забрав заказ из Озона и закупившись сладким в “Магните”, заглянул в чебуречную. И вот там меня ждал настоящий сюрприз.
Музейные экспонаты в чебуречной.
Смотрю на холодильники для напитков, а там… стоят два почтовых ящика, один из которых явно потрёпан временем. На нём красовалась надпись "Спортлото", и напоминание, когда нужно опускать в него билеты. Рядом стоял занятный прибор, который я не смог сразу распознать.
— Что это? — поинтересовался у девушки за прилавком, указывая на него. — Телевизор, один из первых, — ответила она с легким удивлением, — с лупой. — Надо же, — в полном восторге я приблизился к экспонату, и стал осматривать, забыв о покупках.
1/3
Находка дня в чебуречной: раритетный телевизор с лупой. А рядом – привет любителям лотерей из прошлого.
Утолив любопытство, купил пару пирожных “Трубочка” с кремом и отправился обратно к каяку.
Каяк на месте, пирожные ликвидированы.
К счастью, мой каяк ждал меня на месте. Либо в Старице действительно живут порядочные люди, либо на него никто не наткнулся, либо и то и другое сразу.
Обошлось без приключений – каяк ждал на месте.
Разложив вещи и продукты, решил съесть первую “Трубочку”, запив её чаем из термоса. Когда с ней было покончено, с сомнением посмотрел на второе пирожное, которое собирался оставить на вечер, и тоже съел его. Сытый и довольный таким удачным началом второй половины дня, отправился в путь.
Волга: Монастырь, устойчивая связь и дом с привидениями.
Когда я подходил к мосту, на правом берегу показался Старицкий Свято-Успенский мужской монастырь, чем-то напоминающий казанский Кремль в миниатюре.
1/4
Свято-Успенский монастырь в Старице. Внушительный вид с воды. Ещё одно историческое место на маршруте.
Вскоре все постройки закончились, уступив место природе. На левом берегу был замечен привязанный конь, неспешно шевеливший ушами.
Конь на привязи, ушами шевелит. Видимо, ловит сигнал или просто слушает тишину.
После Старицы стали заметны существенные изменения: впервые с момента пересечения Бейшлота появились устойчивая мобильная связь и интернет. Также начали попадаться галечные и каменные пляжи. Волга периодически меняла ширину, то становясь значительно шире, то вновь сужаясь. По пути встречались базы отдыха и гостевые комплексы, откуда доносились веселые возгласы.
1/9
Волга после Старицы. Появились нормальные пляжи и, наконец-то, стабильный интернет!
Ближе к вечеру, когда солнце уже клонилось к горизонту, встретился заброшенный дом, отмеченный на карте как “Приют Отшельника “Гробовщик Лодошник”. Увидев, что он числится как “Дом с привидениями”, и посмотрев фотографии в сети, решил, что мне вполне достаточно понаблюдать его с воды. Встречаться с его “обитателями” пока не входило в мои планы.
Приют Отшельника “Гробовщик Лодошник” – он же “Дом с привидениями”. Решил ограничиться осмотром с реки.
Мой остров и комариный блицкриг.
Вскоре я дошёл до намеченной на сегодня точки, и стал искать место для ночлега. Изучив карту, я увидел, что невдалеке есть целый остров, достаточно большого размера. "У меня сегодня будет свой остров!" - в восторге подумал я, и, пройдя ещё около километра, действительно обнаружил искомое.
В том месте, где река раздваивалась, огибая место назначения, был небольшой галечный пляж, полный речных ракушек. Взял лопату, расчистил участок под палатку и собрался ужинать.
Нашел свой остров. Идеальное место для ночлега. Казалось бы.
Но только я разложил вещи, как на меня напал рой бешеных комаров, на которых абсолютно не действовали никакие средства. Поотбивавшись от них, я вскоре понял, что эту битву мне не выиграть, и, решив совершить тактическое отступление до утра, скрылся в палатке. Поставив на завтра цель добраться до пригорода Твери, я лёг набираться сил.
Итоги дня
Бессонная ночь с рыбаками, успешный, хоть и рискованный, вояж в Старицу с находкой древнего ТВ в чебуречной, и тактическое отступление под натиском комариной армии на собственном острове. День прошел ярко. Цель на завтра – пригород Твери.
А что ждало меня на следующий день? Как я встретил женщину-историка и узнал много нового о реке, как Волга изменила свой нрав, заставив грести больше, и как я устроился на ночлег напротив жилого комплекса с собственным пляжем – все это ждет вас в следующем посте!
Если было интересно – жмите плюс, подписывайтесь, чтобы не пропустить продолжение моих приключений!
Взываю о помощи!100.000руб ВОЗНАГРАЖДЕНИЕ Псковская область, Пушкинские горы, д. Новая Берёзовка, 09/05/25 ушла и не вернулась собака, чёрно-белая, сибирская хаски 2 года, глаза голубые, на ошейнике адресник с номером телефона и кличкой питомца. Локально было дано объявление в местные паблики и региону, а так же распространено большое количество бумажных объявлений. За два дня, я проехал более 300км по окрестностям, 70% людей с кем я общался видели объявление в местной группе... Но звонков по существу ни одного Сложилась уверенность, что собаку кто-то забрал/подобрал. Она всегда возвращалась. Прошу помочь в распространении данного поста. Не важен регион!!!. Пушкинские горы это- туристический хаб, много проезжих, командировочных, гостей, отдыхающих и т.д.. При таких условиях, собака может оказаться где угодно. Пишите о любой информации, я буду всё отрабатывать! Максимальный репост!!! Вознаграждение !!! Помогите найти члена семьи.
Экай, дэкай, тунай, хатарай, пахай, хайай, хатай, атай, навайай, дахайай — это счёт до десяти на сингальском, дальше — ещё сложнее. Эколахай, долахай, дахатунай, дахахатарай... и так далее. Я слышал счёт до пятнадцати не одну сотню раз, но выучил только до восьми. Не хочется признавать, что Я тупой, будем считать, что просто языки — не моё. Хотя считать мог бы и научиться. Хотя бы до десяти!
Впрочем, ланкийцам тоже сложно даются числительные на русском языке. Лично однажды диктовал одному швейцару произношение чисел от одиннадцати до двадцати. Парень записывал транскрипции, чтобы запомнить, пытался повторять, ломал язык и в ужасе таращил глаза. Короче, мы в равных условиях, но иностранные языки — явно не моё. Мой сингальский словарный запас ужасно скуден, как бы Я не старался выучить парочку новых слов. На днях решил немного попрактиковать для забавы, но даже на числах от одного до восьми прокололся.
- Аюбован (здравствуйте), — обратился Я к продавщице хлебобулочного ларька. Она улыбнулась и поприветствовала в ответ.
- Тунай унду вадей, плиз (три луковых пончика, пожалуйста), — уверенно сказал Я, хотя купить планировал четыре. Временная амнезия выветрила "хатарай" из памяти, но и этого было достаточно, чтобы произвести впечатление на продавщицу. Она расцвела в улыбке и стала что-то щебетать на сингальском в тёмный дверной проём. По словам "сэр" и "сингалэй" предположил, что говорит обо мне.
- Хаэтэ (шесдесят), — произнесла продавщица и снова округлила глаза, когда Я протянул в ответ 60 рупи.
"Кажется, сэр понимает сингальский", — щебетала она в дверной проём супругу. Мужчина вышел на меня посмотреть, узнал и поздоровался.
Меня знают в моём переулке. Кто-то знает по имени, кто-то знает, что Я — беларус. Кто-то воспринимает, как белого, который решил стать ланкийцем и пробует говорить на "сингалэй". Хотя слов в моём словарном запасе — кот накакал.
Я хотел ещё сказать "стути" (спасибо) для пущей убедительности, но забыл, а что-то среднее между "хате" и "хаэтэ" — вообще слышал впервые, на самом деле, знал, что луковые пончики по 20 рупи за штуку, просто не хотел себя выдавать и зачем-то хотел произвести впечатление. Кажется, получилось.
Зато знаю теперь, как на сингальском 60. Очень медленно пополняю свой словарный запас и так же медленно превращаюсь в ланкийца. В быту, в еде, в привычках. Недавно у меня появился восьмой по счету сарон. Это такой мужской элемент национальной одежды, напоминающий юбку. Быстро проникся и полюбил. Всё реже стал надевать штаны или шорты.
Мой первый сарон появился на третий день пребывания на острове, через год их было уже четыре. Что-то покупал, что-то дарили, один перешёл в наследство от отъехавшего приятеля. А на днях Гамени, хозяин дома, который Я арендую, подарил мне очередной в преддверии ланкийского Нового года. На острове принято дарить одежду на этот праздник.
- Тебе удобно? Не падает? — обратился ко мне ланкийский парень на хорошем русском языке, взглядом указывая на сарон. — Я так и не научился его правильно завязывать... - А где ты так хорошо выучил язык? — опешил Я, услышав лишь лёгкий акцент. - Я живу в Беларуси. - Давно? - Почти двадцать лет...
Мы разговорились. Беларуский ланкиец и ланкийский беларус. Нишат мне рассказывал про Беларусь, а Я ему о жизни на Шри-Ланке. 20 лет огромный срок. У парня есть жена, дети и маленький частный бизнес в провинциальном городе Речица. На остров он приезжает на сезон подзаработать. Работает гидом.
Поразительные вензеля вырисовывает судьба и каким-то чудесным образом устраивает подобные встречи. И случайный разговор, причиной которому стал мой сарон — мужская ланкийская юбка, в которой Я теперь хожу постоянно. Очень проникся и полюбил.
Утро понедельника проходило, как и большинство других утр выходного дня: кофе, самокрутка, зажжённые благовония, Я в кресле на веранде с телефоном в руках, терзаемый муками творчества, рядом на коврике спит чёрный пёс.
Это не мой пёс! Я его не кормлю и, откровенно говоря, немного недолюбливаю. Именно он меня покусал примерно год назад. Сделал это случайно, легонько хватанул за коленку, но новые штаны были порваны, и трижды пришлось ездить на уколы в поликлинику в районный центр. У нас с ним не дружба, а несколько иные отношения, но хозяин хлебобулочного ларька наверняка считает, что этот пёс — мой.
Чёрный прибился, получил имя Калу (чёрный), частенько спит на коврике у меня на веранде и постоянно лает на ланкийцев. Кажется, Калу — расист, а Я постепенно превращаюсь в лакийца. Это мне даже не кажется, ведь у меня дома тоже живёт чужая собака, как и у большинства других местных.
В то утро понедельника Я взялся за метлу и принялся выметать опавшие листья, попавшие ко мне на веранду. Переставил стол и кресло, чужой чёрный пёс даже ухом не повёл, когда Я пытался прогнать его метлой.
Из глубины ланкийских джунглей показался Гамени, а затем Кумари — хозяева дома, в котором Я живу. Чужой пёс их облаял, пришлось сдерживать и угрожать ему метлой. Калу одновременно слушался и представлял угрозу. Я поправил сарон, взял с собой метлу и приблизился к Гамени. Он протянул свёрток и сказал, что это подарок на Новый год.
На острове принято дарить одежду в этот праздник, и принято его встречать в обновках. Я подготовился и купил себе новый сарон на предновогодней распродаже в древнем городе Канди. Продавец был столь открытым и убедительным, что втюхал мне две юбки по "локал-прайсу"— два сарона по цене одного. А тут ещё и Гамени подарил на Новый год. Восьмой. А потом ещё друг и коллега Душьян презентовал очень крутой сарон. Девятый. Кажется, Я медленно превращаюсь в ланкийца. Непонятно только — беларуский ланкиец или ланкийский беларус?
Вы когда-нибудь ночевали на разделительной полосе? А на разделительной полосе посреди Невского проспекта? Если нет - очень рекомендую: выспаться получится вряд ли, но после этого сможете спокойно и с удовольствием спать даже на верхней боковушке у туалета. Это я Вам ответственно заявляю, как человек, переживший ночёвку на Кясилиинанлуото.
Кясилиинанлуото - это, если что, не ругательство. И даже не попытка вызвать древние силы. Это небольшой - на две палатки ( к тому же, без возможности организовать хоть сколько-то удалённое отхожее место) островок на северо-западе Ладоги. Что значит сложнопризосимое его имя - я точно не знаю, но предполагаю, что переводится это примерно как "долбаный муравейник на одинокой скале". Сашина версия изрядно суровее - она считает, что это значит "Стойло Судного Дня".
В общем, со вступительной частью мы покончили - переходим к делу. На К*** мы попали почти случайно - просидев полдня на скалах между бухтой Терву и Кочергой, куда нас загнал налетевший шторм и изрядно выбившись из графика, нам пришлось экстренно искать место для ночёвки, т. к. ночевать на воде в две лодки, три человека и трёх собак - так себе затейка.
Крутились долго - недавний шторм согнал в тихую бухту великое множество разношерстной публики на самых разнообразных плавсредствах: вот "Скидушка", аккуратно сбросив скорость, проходит мимо стайки сапов; вот идёт мимо микрояхта, похожая на перевёрнутый зонт (причём не только формой, но и размером), а вот из-за далёкого мыса выходит что-то вообще непонятное: грубо сколоченное из паллет, стоящее то ли на трёх, то ли на четырёх надувных лодках разом и ощетинившееся маломощными движками чуть не со всех сторон. Стремительно темнеет. Многочисленные стоянки либо заняты, либо настолько неудобны, что оставляем их на самый крайний случай и продолжаем поиск. Впрочем, "оставлять" выходит очень относительно - не успеешь пройти мимо, а туда уже швартуется, поскрипывая уключинами, очередная "Пелка".
И вот, наконец, уже совсем в сумерках мы натыкаемся на него: небольшой, покрытый березняком островок с отличными подходами, удобнейшей скальной плитой для швартовки и при этом - абсолютно свободный. Маловат, конечно, чуток, но в условиях отсутствия альтернатив - вообще загляденье, а не стоянка. Поместимся. Всяко не на якоре до утра болтаться. Швартанулись. Уже затемно кинули палатки: одну на плоском, как стол, валуне, вторую - в центре островке, между вековых елей, перемежающихся хилым березняком.
Ещё полчаса - и все готово к ночевке: палатки застелены пенками и спальниками, на сковороде аппетитно шкворчат овощи с тушёнкой, в кружках, что уж греха таить, не менее аппетитно плещется коньяк. Навпечатлявшиеся за день собаки дрыхнут без задних лап, даже не обращая внимания (о чудо чудное!) на запахи, долетающие со стороны кухни. -Щелк! - алой пчелой взлетает из костра искра и впивается куда-то в район шеи. Ругнувшись, стряхиваю ее с себя и тут же подпрыгиваю - ровно такие же ощущения долетают со стороны левого ботинка. С другой стороны очага раздается не менее забористая ругань. Вспыхнувшие фонари подтверждают недобрые мысли - своим шебуршанием мы явно разбудили местных жителей и те, обидевшись (конечно, понаехали, на крышу дома уселисЯ, коньякУ не нОлили!) устраивают нам натуральную вендетту. Предпринимаем тактическое отступление под защиту тафеты и москитных сеток, где через секунду продолжаем битву не на жизнь, а не смерть - ставя платки, кто-то забыл их закрыть и теперь они буквально кишат красными и агрессивными, словно инки по отношению к конкистадорам, муравьями... К часу ночи территория нашего форта отвоевана - краснокожие, то бишь краснохитиновые, отступают.
В палатке, раскинутой на небольшой полянке, уютно горит фонарь. Но нам там места нет. Стая впервые в жизни нагулялась до того, что оккупировала палатку и не собирается уступать нам ни пяди. Тюша похрапывает как полк солдат, Туман недовольно ворчит при попытках его подвинуть, Чин строит такую несчастную моську, что нам ничего не остается, кроме как залезть в палатку, кое-как примоститься и, обняв накупавшихся собак, отправиться смотреть общие сны.
Уже в полудрёме, в голову закрадывается мысль, что "Кясилиинанлуото" - это, наверное, что-то сродни Уцилопочтли, Кетцелькоатлю и прочим тёмным богам древних Майя... По крайней мере, лютые пытки бледнолицих здесь явно в почете.
Скрыыыып... Скрып-скрыыыып... Скрып-скрып-скрып... Трррр! Вжух! Едва подкрывшийся сон снимает, как рукой. Вылетев из палатки, продираюсь сквозь кусты в поисках источника шума. Водная гладь - мягко говоря, не гладь. Несмотря на темноту августовской ночи и правила (да кто ж из читает-то?), протоки вокруг нашего пристанища буквально заполнены народом, снующим во всех возможных направлениях. В голове вспыхивает мысль "Сегодня же пятница!". - Да ё-моё!!! Вот угораздило же - мало того, что стоим на вершине муравейника, так ещё и в аккурат по центру прохода к "Кочерге". Вечер, определенно, перестает быть томным. Тихонько поругиваясь и стряхивая с себя новую партию муравьев, иду обратно в палатку, источающую тончайший аромат мокрых собак, извялявшихся в прекраснейшем сюрстремминге... Усталость берёт-таки свое - через полторы минуты разбудить нас может, разве что, сваренный кем-нибудь кофе. Но и это не факт.
P.S. Наутро в лучах солнца островок оказался вполне очаровательным. Впрочем, жрать нас продолжали все так же немилосердно. И не только муравьи - на рассвете из прибрежных зарослей поднялся рой мошкары. Бежали мы оттуда весьма быстро - природа восторжествовала над глупыми чужаками.
