— Это хорошо, а то я переживала что из-за моих рассказов у кого-то случится нервный приступ или что еще хуже, попадусь на абсолютно непроницаемого специалиста, который будет воспринимать меня как не как человека, а как объект труда.

— Не переживайте насчет этого, - ободряюще улыбнулась я, прекрасно понимая, что весь предшествовавший разговор был необходим, чтобы Наталья собралась с духом и начала свой рассказ.

— Меня воспитывала тетка – сестра моей матери. Она сама вызвалась на это, глядя на мою непутевую родительницу – она вечно дергалась из стороны в сторону: то пыталась устроить свою личную жизнь, то стремилась сделать карьеру. И каждый раз у нее не находилось времени на меня. Можно сказать, что я росла без надзора.

— А ваш отец?

— Они развелись в первый год моей жизни – мать так довела его, что он плюнул и уехал на другой конец страны, и я его понимаю… - девушка сидела, понурив голову и зажав ладони между колен. - К моменту когда нужно было отдавать меня в школу, выяснилось, что я не умею ни читать, ни писать. К счастью, вмешалась тетя Оля и сначала уговорила мать отдать меня ей, а затем как-то договорилась со школой, чтобы меня взяли.

— Зачем ей это?

— Когда однажды спросила об этом, то она нахмурилась и сказала, что не нужно задавать такие вопросы. Но я-то знаю, что она просто очень добрый человек с большим сердцем. Мы росли вместе с ее дочерью, Лизой – а тетя Оля старалась каждый день после работы сидеть со мной и помогать с уроками. Помню, как она мучилась, пытаясь обучить меня буквам и письму.

— У вас были проблемы в школе из-за неуспеваемости?

— Только с одноклассниками – меня постоянно дергали, выставляли посмешищем и всячески презирали. Но я думаю, тут дело в не том, что я плохо занималась – к средней школе мои оценки выправились, а в том, что жили мы небогато и я постоянно донашивала за Лизой ее вещи…

— Как вы справлялись со всем этим?

— О я нашла «отличный» способ – с тех пор как научилась читать, для меня открылся чудный новый мир сказок и счастливых историй.

— Мне показалось, или вы сказали это с иронией?

— Нет, вам не показалось, - грустно ответила Наталья. – После школы я приходила домой и целыми днями читала, отвлекаясь только на помощь по хозяйству. Когда Лизка бегала по подружкам, я канючила у соседского дедушки очередную книжку. Потом у нас появился компьютер, а вместе с ним игры и меня захлестнуло новой волной. Могла часами из него не вылезать. В реальности случилась какая-то проблема? Не беда – дома тебя ждет сказочный мир и друзья по переписке. С каждым годом моя зависимость от фантазий становилась все больше и больше – закончив колледж и выучившись на швею, я начала еще больше времени проводить в родных стенах. Включала себе в наушниках какую-нибудь книжку, а сама сидела и что-то шила или вязала на продажу. Денег выходило не шибко много, но зато не нужно было возвращаться в этот холодный и серый мир.

— И теперь, вы чувствуете, что настолько сильно оторвались от него, что с трудом делаете над собой усилие чтобы выйти за пределы квартиры?

— Не проходит и дня, чтобы я не плакала по этому поводу – мне так тяжело выбираться из построенного моим воображением уголка, что приходится буквально насиловать себя, чтобы хоть на что-то решиться. Я понимаю, что сама довела себя до такого состояние, но привыкание проходило незаметно и было сложно остановиться, когда это было единственным способом как перестать чувствовать себя отсталой и второсортной. Я даже попросила тетю чтобы она отвела меня к вам, потому что сама бы я никогда не решилась. Мне очень плохо из-за всего этого – надеюсь, вы понимаете…

— Она прекрасна! - восхищенно призналась я. – Неужели вы сами сумели сделать такое?

— У меня ушло почти восемь лет на то, чтобы дойди до такого уровня мастерства, - не то похвасталась, не то посетовала клиентка – по ее лицу сложно было сказать точно. - И если раньше это было просто хобби, то сейчас я зарабатываю этим на жизнь.

— Раз вы можете жить производством кукол, значит это достаточно популярно?

— В Азии: Японии, Корее и Китае, - многие буквально с ума сходят по этим куклам. Там они уже лет двадцать как на пике популярности и еще каких-то года три назад у меня почти все заказы шли именно оттуда. Существуют целые фабрики и частные мастерские по созданию различных BJD. К сожалению, в России это направление не так популярно, но все же потихоньку появляются интересующиеся люди. Обычно это любители аниме, которым хотелось бы получить куклу своего любимого персонажа.

— Вы это так сказали, словно сами начинали с того же самого?

— Это действительно так, - улыбнувшись, ответила Валерия. – У меня когда-то была подруга, Ира – мы с ней дружили с самой школы, затем отправились сюда, в Питер, на учебу в универе. Мы были не разлей вода: жили вместе, ели вместе, слушали одну и ту же музыку, вот и на аниме она меня подсадила, а потом как-то подарила мне на днюху маленькую китайскую копию куклы персонажа, от которого я тогда фанатела. А мне с детства нравились куклы – вот я и заинтересовалась тем, как она устроена и как можно ее одевать или украшать.

— Иными словами - развлечение для взрослых девочек.

— Что-то вроде нашего варианта минек по Вахе, по которым сходят с ума все парни. Только наших кукол можно не только красить, но еще делать им разные костюмы и ставить в любые позы. Правда они и по цене в разы дороже, ну и предназначены не для игры, а для украшения. Хотя для кого-то они становятся даже чем-то большим…

— Вы имеете ввиду себя?

— Вы довольно проницательны, - горько усмехнулась клиентка. – Как я уже и говорила, мы с Ирой все делили пополам и, как выяснилось позже, в этом списке значился и мой муж. Оказалось, что они целый год кувыркались у меня за спиной, а я и знать не знала об этом. Хотя, если честно, намеков и причин было вполне достаточно – просто я не верила, что такое вообще возможно, поэтому и давала вешать мне лапшу на уши.

— Но в итоге, вы разошлись?

— Я выкинула их из своей жизни, после чего очень долго не могла прийти в себя. Причем, больнее было потерять не мужа, а лучшую подругу, с которой я была вместе еще с яслей. Потом, когда у них не срослось, она захотела вернуть нашу дружбу, но я отказалась: предавший один раз – предаст и во второй.

— Но для вас это все равно было тяжелейшим ударом - как же вы справились?

— Я перестала вообще выходить из дома и целиком посвятила себя работе – это очень помогало не думать обо всем произошедшем. Хотя, если честно, порой можно было застать меня у швейной машинки, заливающую слезами недоделанное платьишко, - глаза Валерии покраснели, но он стоически сдерживала слезы, и я заметила, как сильно она сжала челюсти, когда закончила говорить.

—  Вы с головой ушли в любимое дело и со временем боль ушла – но разве этого достаточно, чтобы жить счастливо?

— Мне было нужно хотя бы с кем-то поговорить, но я осталась одна: родители далеко, а единственной подруги уже не было, - маленькая слезинка все же скатилась по ее щеке. – И тогда я создала Элизабет и начала с ней разговаривать. Она сидит на своем троне на самом видном месте у меня дома и слушает все, о чем я захочу с ней побеседовать. Мне не страшно поделиться с ней своей болью, ведь она никогда станет меня ругать, не будет осуждать и лишь печально посмотрит в ответ.

— Но в какой-то момент вы начали чувствовать, что это – неправильно.

— Где-то полгода назад я внезапно поняла, что превратилась в самую настоящую затворницу, часами разговаривающую с куклой. Нет, она мне не отвечает, во всяком случае пока – но мне стало страшно что рано или поздно это произойдет… Потому и решила все прекратить – вот только я совсем разучилась общаться с людьми. Боюсь, что не понравлюсь им, что не смогу найти друзей или парня, что не подберу нужных слов - буду стоять как дура и лишь хлопать ресницами.

— Десоциализация – тяжкое бремя для любого человека, но я уверена, что вместе мы сможем справиться с ним. Ведь вы уже немало сделали: осознали, что нужно решить проблему и добрались до меня.

— Это было непросто, - грустно вздохнула она и, закрыв шкатулку с куклой, добавила. – Но я готова идти вперед…