Дольмен

толком никто не знает зачем они и почему, спорят про усыпальницы или какие астрономические движухи, а может быть тупо холодильник. я сегодня побывал в одном из этих мест. их много по краснодарскому краю, пишут в интернете, что и в красноярском крае они тоже есть. так или иначе я первый раз в жизни столкнулся с неолитической культурой. сразу скажу, версию про кладбище я откинул сразу. на кладбищах своя особая атмосфера, так же в местах силы, это чувствуется. да и дырки слишком маленькие, одеревеневший
труп хер туда впихнешь, можно конечно вокруг тела возводить. хрень кароче.
у меня две версии. первая это карго-культ. ну представьте, чуваки прилетали на каких то штуках, давали ништяки и древние человекис зачатками разума кое что смекнули и такие: : пхах а мы ща так же сделаем и будет нам ништяк.
ну и вторая моя версия скучная: это холодильник, они бревном закрывали дыру и все жили долго и счастлива. вуаля

Достаточно широко распространено воззрение, что человек неолита и вообще каменного века жил в постоянном страхе. Это воззрение, вообще говоря, крайне тенденциозное. Оно основано на обесценивании всего, что существовало до цивилизации и на пресуппозиции, что человеческое общество неизменно идет по пути прогресса, что завтра будет лучше, чем вчера, что цивилизация - это не только развитие техники, науки, понимания мира, но и избавление от страхов.
На самом деле, если подумать непредвзято, то оказывается, что все ровно наоборот. У современного человека гораздо больше страхов, чем у неолитического человека.

Во-первых, современный человек очень часто оказывается против своей воли вовлечен в социальные процессы и события, на которые он никак не может влиять, и которыми он никак не может управлять, обычные конкретные люди становятся не субъектом, а объектом истории, то есть, попросту говоря, вещью - это колоссальный источник тревожных состояний и страхов.
Во-вторых, современный человек получает огромное количество информации о самых разных событиях и явлениях, в том числе о разных происшествиях, катастрофах и т.д., на которые также никак не может повлиять - это еще один источник тревожных состояний и страхов.
Современные люди знают очень много, но при этом очень часто не могут контролировать то, что происходит в их домах, потому что оказываются отчуждены от процессов управления. Неолитические люди знали намного меньше, чем современные, их знания были ограничены миром, в котором они жили. Например, люди одной локальной группы (люди живущие по одной реке) хорошо знали свою реку, прилегающую акваторию моря и лес в бассейне реки, также имели представления о некоторых соседних реках, и все. При этом все их знания были не абстрактные, а очень конкретные и привязаны к их жизни. У неолитических людей не было новостных лент, где рассказывают о том что где взорвалось, кого убили, что обрушилось, где случилось наводнение или тайфун и т.д.
Затем, неолитический человек имел возможность непосредственно влиять на все в своем мире. Если необходимо построить новое жилище, то не надо брать ипотечный кредит, а просто собираются всем миром, рубят лес и строят. Если заканчивается еда - то просто идут на охоту, рыбную ловлю, заканчиваются дрова - идут собирать хворост. Человек неолита сам решал где поставить верши, когда пойти на охоту, когда заняться обжигом керамики и т.д. И у неолитических людей не было ситуаций, когда человек оказывался против своей воли вовлечен в какой-то социальный процесс как объект, потому что наиболее крупным социальным объединением была локальная группа, а более крупные социальные объединения были аморфны. Не было нелюбимой работы, где необходимо унижаться перед начальством, потому что работы вообще не было. Не было экономических кризисов, потому что в принципе не было денег и экономики.
В общем, мир, в котором жил неолитический человек, был для него известен и понятен как для современного человека своя квартира или приусадебный участок. И вся информация, имевшаяся у неолитического человека, она соответствовала миру, в котором он жил, соответствовала его практикам, у неолитических людей в принципе не было посторонних сведений о каких-то событиях, катастрофах и т.д.
И также вся деятельность неолитических людей была осмысленна, последовательна, для достижения некоторой желаемой цели надо было заняться действиями непосредственно связанными с этой целью: чтобы построить дом - рубить деревья пригодные для постройки дома, чтобы добыть еду - идти на охоту, а не заниматься какой-то посторонней часто совершенно бессмысленной деятельностью, чтобы потом получить за нее вознаграждение и потом уже приобрести желаемое.
Мир, в котором жил неолитический человек, был, в общем, простой, понятный, логичный, размеренный и по своему рациональный, человек имел реальные возможности непосредственно активно влиять на очень многие процессы и события, непосредственно исследовать окружающий мир, в таком мире не было особых оснований для появления тревожных состояний и страхов.

С другой стороны, было бы неверно утверждать, что неолитические люди совсем ничего не боялись, инфекционные заболевания, опасные метеорологические явления, хищные звери - все это были поводы для страхов.
Инфекционные болезни - самое серьезное из этого списка, потому что медицина в неолите была в самом зачаточном состоянии, и инфекционные болезни определенно описывались неолитическими людьми как результат воздействие злых духов. Однако, надо понимать, что реально опасные инфекционные заболевания, вызывающие эпидемии/ еще не были знакомы неолитическим охотникам - рыболовам - собирателям, эпидемии инфекционных болезней возникают в обществах земледельцев и скотоводов, когда возникают города и большое количество людей начинает жить скученно на ограниченной территории.
Что касается ураганов, наводнений и т.д, то хотя неолитические люди не могли знать причин возникновения опасных метеорологические явления и определенно объясняли их как деятельность божеств/духов, но поскольку неолитические охотники жили в природе, то они постоянно каждый день наблюдали за погодой и определенно очень точно умели предсказывать возникновение опасных метеорологических явлений.
Волки и медведи могут представлять большую опасность для людей. Однако, медведи обычно стараются избегать встреч с людьми и крайне редко нападают на людей. И также известны и случаи кратковременного мирного сосуществования людей и медведей, например, медведицы могут специально приходить с медвежатами поближе к людям, чтобы защитить медвежат от взрослых самцов, также при ловле проходной рыбы в устьях рек медведи могут мирно соседствовать с людьми. Что касается волков, то они также обычно стараются избегать людей, обычно волки предпочитают охотиться на оленей/кабанов, а на людей нападают там, где для них нет другой пищи и когда перестают воспринимать человека как источник смертельной опасности. Неолитические люди регулярно охотились, регулярно ходили по лесу с топорами, рогатинами, луками, копьями, дротиками и силками, поэтому лесные звери воспринимали человека в то время как смертельную опасность, а не как возможную добычу.

В общем и целом, можно резюмировать, что тревожных состояний и страхов у неолитических людей было гораздо меньше, чем у современных. Неолитический человек жил в хорошо известном ему мире, мог реально дотянуться до всего внутри этого мира, потрогать все, мог непосредственно влиять на многие события. У неолитического человека не было информации о различных посторонних событиях / катастрофах, вся информация соответствовала миру актуальному для неолитического человека.
Можно утверждать, что для неолитического человека было характерно не депрессивно-пессимистическое восприятие мира, а наоборот оптимистичное и активно-творческое, мировоззрение активного уверенного в себе и своих силах актора, который знает про свой мир практически все и может непосредственно влиять на очень многое внутри этого мира.

Картинки создавались при помощи ИИ на основе моих фотографий

В Ленинградской области имеется немало названий, которые не имеют внятной этимологии, и одним из таких темных гидронимов является гидроним Сясь.

Если спросить у историков: кто был древнейшим населением Ленинградской области, то мы услышим невнятное мычание, что "ну, древнейшее население видимо финно-угры". Как бы не так. По современным представлениям распад пра-уральского языка - это всего-лишь 3-е тысячелетие до н.э. Как же могли создатели более ранних памятников говорить на пра-уральском.

Ранее было показано, что неолитические люди Европейской Равнины говорили на языке, который был близок енисейским Люди, создававшие ямочно-гребенчатую керамику, говорили на языке родственном енисейским языкам был своего рода мостом между енисейскими и кавказскими.

Существует версия, что название Сясь происходит от вепсского корня сяськ – «комар», и, таким образом, означает «комариная река».
Однако, эта версия выглядит совершенно не убедительно, потому что, по здравому размышлению, в Ленинградской области любая река может быть названа комариной.
Кроме того, названия, которые дают рекам народы, занимающиеся рыболовством, обычно более утилитарные, например: Большая река, Быстрая река.

Примечательно, что когда ученые встречаются с действительно сложными гидронимами на территории российского Северо-Запада, то все они оказываются не лучше краеведов-любителей, не имеющих ни малейшего представления об истории и языкознании и, вообще, имеющих более чем смутное представление о как формируются топонимы. Когда ученые сталкиваются с действительно сложными топонимами, то очень тонкий слой образования моментально слетает и остается лишь тупое желание как-то объяснить топоним. На самом деле образование — это не просто знание набора фактов, но, прежде всего, твердое знание исследовательских процедур. Особо нелепой чепухе обычно предшествуют утверждения о том, что некий топоним происходит из прибалтийско-финских языков или что некий топоним может быть объяснен через финский язык.

Если река относительно крупная в своей местности, то ее могли называть просто «река», что, скорее всего, и имеет место быть в данном случае.

В кетском языке "река" - śēś, мн. число - śaś, для пра-енисейского реконструируется форма * ses.
Учитывая тот факт, что река Сясь достаточно крупная в своей местности, то ее могли называть просто «река» или «крупная река», то есть, в данном случае форма множественного числа - śaś выражает не множественность, а размер реки. Также интересно отметить, что в саамском есть слово čad’z’ – «вода», которое не имеет уральской этимологии, но может быть соотнесено с аринским sat «река».

Саамы были первыми финно-уграми, пришедшими на Восточно-Европейскую равнину. В древности саамы занимали гораздо более обширные территории, чем они занимают в настоящее время (например, еще в 13-м веке отдельные группы саамов жили по южному берегу Ладожского озера). И они определенно имели регулярные контакты с различными неолитическими племенами, и некоторые слова из языка неолитических людей могли войти в саамский.