- Я не чамбала, - спокойно ответил он с едва прослеживающейся на лице улыбкой. – Я, Нурдин, - нерешительно добавил он к сказанному и протянул руку так, как обычно её протягивают цивилизованные и воспитанные люди для знакомства с теми, с кем видятся впервые. Возникла щепетильная пауза длинною в две-три секунды. Тот, что настиг Нурдина, подавать руку не намеревался, но несмотря на это Нурдин так и не убрал свою руку и продолжал её держать вытянутой в направлении собеседника показывая тем самым доброжелательность и доверие. То, что произошло дальше и явилось, как это говорят, той самой искрой, из-за которой и возгорелось огромное пламя. Стоявший напротив него в полуметре парень неожиданно плюнул на руку Нурдина. Его слюни точно попали на ладонь Нурдина. Вся гопкомпания оцепенела от такого поворота. Нурдин резким движением вытер руку об рубашку плюнувшего на его руку парня и тут же получил за это боковой удар в висок. На удар он ответил ударом. Началась драка и то, чего Нурдин опасался, свершилось. Удары посыпались на него со всех сторон, причём били его как ногами, так и руками. Вырваться из адского круга он не смог и после очередного жёсткого удара в спину Нурдин упал. Вновь вставая на ноги, мельком увидел лежавший на земле кусок красного кирпича. Он схватил его и набросившись на одного из напавших изо всех последних сил ударил того этим самым кирпичом. Удар пришёлся по голове и тот буквально рухнул на землю словно статуя, которую демонтировали. Все остальные с перекошенными от страха лицами опешили и отбежали на несколько метров по разным сторонам глядя то на Нурдина, то на своего распластавшегося на земле приятеля, не подававшего никаких признаков жизни. Откуда-то сверху, очевидно с балкона, расположенного рядом дома, послышался громкий душераздирающий женский крик: «Я вызвала милицию! Вы что же, твари делаете!». После этого крика все участники драки кроме Нурдина бросились врассыпную. Из подъездов дома стали спешно выходить его жители. Они стягивались к месту драки. Нурдин с перепачканным в крови лицом, покачиваясь, подошёл в лежащему на земле парню и присел рядом с ним на корточки для того, чтобы понять в каком тот состоянии. Под головой парня к этому времени образовалась небольшая лужа крови, она медленно растекалась и увеличивалась на глазах, а уже через минуту ноги Нурдина, а вернее его ботинки находились в самом её центре. В этой же луже крови лежал и тот самый кусок кирпича, которым Нурдин ударил его по голове. Лежащий парень был мёртв.

Родом он из Хорезмской области Узбекистана. На заработки в Москву в район Гольяново он приехал в июне девяностого года чтобы хоть как-то помочь своей престарелой семидесяти пятилетней матери, ухаживающей дома за его отцом. Тот в то время был парализован. Нурдин устроился на работу вместо своего двоюродного брата, уехавшего из Москвы обратно к своей семье в Бухару по причине болезни его ребёнка. На работе Нурдина всё устраивало. Жил в подвале одного из жилых домов, всё у него было под рукой: электроплитка, диван, телевизор и несколько книг. Всё это его брат нашёл на мусорке и притащил в подвал. Вставал Нурдин ежедневно очень рано, около четырёх часов утра. Завтракал обычно отваренным ещё с вечера рисом, пил крепкий сладкий чай, после чего брал метёлки, лопаты и выходил подметать дворы домов. Директор ЖКО, а это был мужчина по имени Иван, был доволен его работоспособностью и ответственностью за чистоту и порядок на обслуживаемой территории. Нурдин любил свою работу, и она была ему не в тягость. Зарабатывать ну кусок хлеба он приучен с детства. В свободное от работы время слушал музыку из транзистора и перечитывал уже, наверное, в сотый раз Коран. Именно эта книга держала его наплаву в чужой стране. Почти все заработанные деньги он отправлял матери, себе оставлял только на пропитание. Спецодежду ему выдали, а особой потребности в какой-то другой одежде у Нурдина не возникало. Он был рад и этому. За три месяца пребывания в Москве поднатаскался в русском языке пусть неважнецки, но уже хоть как-то мог общаться с жильцами. Особенно с пенсионерами. Нурдин умел слушать людей, не перебивая их в разговоре, наверное, это его качество и привлекало стариков. Много смысловых слов и выражений так необходимых в общении с людьми, он и познал именно от них. Однажды в один из сентябрьских вечеров Нурдин увидел афишу кинотеатра «Урал», расположенного в двадцати минутах ходьбы от дома, в подвале которого было его жилище. Фильм назывался «Бойцовский клуб», где снялся его любимый актёр Брэд Питт. Нурдину фильм очень понравился, он был просто в восторге. Возвращался затемно. Проходя через дворы многоэтажек Нурдин, увидел группу молодёжи. Те, распивали спиртное за столиком под деревьями. Он прибавил шаг. Когда его двоюродный брат уезжал в Узбекистан он строго настрого предупредил его, что район неблагополучный и опасный, что тут к приезжим относятся пренебрежительно, особенно подвыпившие подростки.

Нурдин шёл, не оглядываясь по сторонам, но это не помогло ему пройти двор не привлекая внимания. Он услышал, как за спиной послышались быстрые глухие шаги, и чья-то рука цепко и грубо схватила его за воротник ветровки.

Типа вот он какой умный, пробивной. После армии на стройке пахал, но при этом еще два образования получил, сам оплачивал, сам все проблемы всегда решал, потом после работы заказы левые брал, ночью что-то там кроил и шил. Потом типа ателье, пусть и совсем небольшое, открыл.

А приятель тот вот как приехал из Москвы в квартиру к бабушке, так и завис там. Провёл интернет и застрял в виртуальном мире. Вообще у него, как понял, ни настроения никакого, ни интереса к жизни. В конце концов родители пришли на поклон в это самое ателье, типа помоги по старой дружбе, надо пацана спасать. Хотя этому пацану уже лет прилично.

Ну пришел он на работу. Друг детства чайник поставил, за вкусняшками в ближайший магаз сгонял. Сидят такие, общаются. Но сам разговор не клеится. Один рассказывает, что у него в жизни все шикарно, семья, детей куча, работа любимая. А этот сидит и носом ворочает, типа нахрен оно надо, зачем столько детей заводить и все такое.

По итогу дал ему какую-то простейшую операцию сделать, тот делал, но вот с таким видом из разряда лишь бы отвязались. Родители опять этому другу детства звонят, ну как там, наш сыночек хорошо себя ведет на работе? А тот отвечает, у меня полное ощущение того, что он ждет, когда я его пошлю, чтобы ушел и не вернулся.

Ну по итогу неделю примерно проработал. А потом вечно такие работники ходили, их называли недельками. Придут ненадолго, носом повертят и уйдут. Всё их не устраивало, не нравилось и непонятно почему. А я когда эту историю услышал про гения этого долбаного, мне почему-то даже жалко его стало. Просто вот реально не его это всё, некомфортно ему в этом обществе, в этой среде и вырваться из нее он не может. Лет 20 назад я его даже понимал...