Вот так сидят громадяне незалежной возле костра из бочки, лузгают тыквенные семечки, греются, в фуфайке и валенках, попутно почитывают этот царьградовский пост на пикабе и думают "та нахуя воно нам такэ щастье надо? "
Очередной вызов по скорой «Женщина, 35 лет. Эпилепсия». Вызов из квартиры. Из квартира — уже хорошо. Когда с улицы вызывают с таким поводом, то как-то не очень это хорошо. В общественных местах, как правило, всегда находится пара-тройка умников, которые любят громко поуказывать с умными лицами: «Спасайте человека, что вы стоите?!! Разожмите ему зубы, а то он откусит себе язык и задохнётся!!». Такие вызовы, как правило, превращаются не в спасение, а в оборону больного от таких вот доброжелателей-спасателей. Домашние же, как правило, знают базовые правила: не лезть, не сдерживать, не пихать в рот ложки, не засыпать землёй.
Выезжая на такой случай, обычно не ждёшь сюрпризов. Эпиприступы в большинстве своем протекают классически: потеря сознания, судороги, постепенное восстановление жизненных функций. Но иногда бывают и из ряда вон выходящие эпизоды.
Приехали на место. Дверь в квартире обычного панельного дома открыл мужчина лет сорока. Как выяснилось, муж.
— Проходите, проходите, вот здесь, — он провёл нас в гостиную, на ходу рассказывая суть дела и стараясь не дышать в нашу сторону. — Сидели с женой, понимаете… Выпивали немного. Ну, слово за слово, поссорились. И она вдруг — бац! Упала. И начало её колбасить. И до сих пор колбасит… Она эпилептик вообще-то хроническая...
В его голосе звучало не столько переживание, сколько раздражение.
В комнате, на ковре не из жёлтых листьев, а на обычном домашнем, лежала искомая женщина. В ярком халате. Она действительно «колбасилась», но какими-то необычными движениями. Её судороги напоминали скорее усталые извивания крупной гусеницы, оказавшейся в воде. И при этом она умудрялась, в такт своим «конвульсиям», ловко подправлять полы халата, которые норовили обнажить то, что в приличном обществе обнажать не принято.
Я посмотрел на мужа. Тот лишь развёл руками, всем своим видом словно говоря: «Ну вот так...»
Можно было, конечно, при иных обстоятельствах предположить эпистатус, то бишь затянувшийся приступ — дело опасное. Но картина не сходилась. Человек хотя бы в «безсознанке» пребывать должон. А эта дамочка хоть и закатывала глаза, но делала это с явной оглядкой на реакцию окружающих. И её «припадок» был уж слишком аккуратным.
— Женщина, что с вами? — громко и чётко спросил я.
Она приоткрыла глаза, уставясь на меня замутнённым взглядом...
— Эпилепсия у меня! Что не видно? — прохрипела она нетрезвым голосом. — Видите, какие у меня тонико-клоунические судороги!
«Браво, — подумал я. — Терминологию выучила». Но, видимо, пропускала занятия. Не клоУнические, а клонические. Это во-первых. Хотя, может, она и не оговорилась вовсе, а дала нормальную характеристику своему состоянию...
— А почему вы не в коме? И зубами не скрипите, и пены изо рта я не наблюдаю. При тонико-клонических-то. — уточнил я.
Женщина на секунду замерла. Её «конвульсии» стали чуть менее энергичными.
— Была пена, была! — вдруг возмущённо выпалила она, снова обращаясь к мужу. — Серёжа, скажи! Ну?!
Серёжа растерянно заморгал.
— Ну да… — неуверенно начал он. — Она… вроде слюни пускала и всё такое… «Тьфу-тьфу» делала.
— Да тьфу на тебя! — «больная» буквально фыркнула от злости. — Не так это было!
Её судороги окончательно потеряли ритм и превратились в беспорядочные ёрзания.
— Ну-ну, — продолжал я своё «расследование». — А зубами? Скрипела?
Муж задумался.
— Не-а… — наконец честно признался он. — Вроде не было.
— Не умею я скрипеть зубами, вот и не было! — парировала жена обиженным голосом. В её голосе уже не было и тени страдания.
— Понятно, — констатировал я. — Давайте заканчивайте. Вставайте, присаживайтесь на диван. Посмотрим вас.
Произошло чудо исцеления.
— А вы знаете, мне вроде как лучше становится, — повеселевшим голосом сказала она.
«Больная» с явным облегчением прекратила свои телодвижения и, слегка кокетливо запахнув халат, довольно бодро поднялась с пола.
Мы уселись. Я померил давление — идеальные 120 на 80. Пульс ровный, зрачки нормальные, реакция на свет живая. И хороший «фон» хорошего креплёного вина в радиусе двух метров.
— И часто у вас такие… эпиприступы бывают? — спросил я.
— Да у неё хроническая эпилепсия, — снова начал муж.
— Как именно проявляется?
— Ну вот, судорогами! — выкрикнула жена, снова пытаясь взять инициативу.
— И обычно во время семейных ссор?
Сергей уставился на жену. Та уставилась на него.
Оказалось, что такие спектакли случались уже около года. Всегда «проходили сами». В больницу она никогда не обращалась, на учёте у невролога не состояла. И да, странное совпадение — практически каждый раз «припадок» случался в кульминацию ссоры.
— А в этот раз что особенного? Почему решили скорую вызвать? — поинтересовался я у мужа.
— Да я… — начал он. — Ну, сказал ей сегодня, что не верю больше в её эти… конвульсии. А она как закричит: «Вызывай скорую! Сейчас врачи приедут и тебе докажут, что у меня самая настоящая эпилепсия!»
Замечательный план. Но, как говорится, «гладко было на бумаге...».
Вынуждены были открыть правду мужу, что «пациент скорее жив, чем мёртв» и никакая это не эпилепсия, а самый обычный способ (вернее, самый необычный способ) показать, кто в доме хозяин ситуации.
За сим и распрощались. Муж, извиняясь, пошёл нас провожать в прихожую. Жена осталась сидеть, насупившись. Её задумка с треском провалилась. Врачи, которых она позвала в свидетели своей «болезни», оказались предателями. Какая печаль.
Что там творилось в этой квартире после нашего отъезда — не знаю, но мало нашей героине в этот вечер наверняка не показалось. Скорую туда больше не вызывали.
Мораль
Мем, как говорится, смешной, но ситуация — не очень. Ведь скорая — это не служба лечения фейковых заболеваний. Хотя, признаться, очень часто и так начинает казаться. И пока мы разбираемся с театром одной актрисы, кто-то ждёт нас по-настоящему. Так что в следующий раз, дорогие зрители домашних драм, прежде чем звать медиков в свидетели вашей правоты, вспомните, что у нас слишком много настоящих трагедий, чтобы отвлекаться на любительские комедии.
ВСЕМ ЗДОРОВЬЯ! 💖
(Ещё больше авторских медицинских историй и видео в моём телеграм-канале Истории Чумового доктора, а также в Дзене Истории Чумового доктора)
В онлайн-кинотеатре PREMIER уже доступен к просмотру сериал «Полная совместимость» — медицинская драма о врачах-трансплантологах, работающих в условиях Крайнего Севера.
Главная героиня сериала — Светлана Аксенова в исполнении Марии Лисовой, талантливый и жесткий хирург-трансплантолог. Из-за профессиональных конфликтов и своего непростого характера она оказывается по распределению в небольшом заполярном городе, куда ее берут работать исключительно из-за острой нехватки специалистов. Здесь нет передового оборудования, много тяжелых пациентов и закрытый врачебный коллектив, который не спешит принимать «чужака». То, что высокий пост в этой больнице занимает дядя Светланы (Дмитрий Певцов), никак не помогает ситуации, а только ее усложняет.
Работа Светланы связана с трансплантацией органов — редкой и сложной областью медицины, где врач отвечает не только за операцию, но и за непростые разговоры с родственниками доноров, соблюдение строгих протоколов и вопросы доставки органов. В сериале подробно показаны этические и профессиональные дилеммы, с которыми сталкиваются трансплантологи.
Параллельно с профессиональной линией развиваются и личные истории. У Светланы складываются непростые отношения с коллегой-хирургом Максом (Петр Федоров), переживающим сильное эмоциональное выгорание, а также с полицейским Андреем (Семен Молоканов), который поддерживает героиню и постепенно становится к ней все ближе.
В сериале есть и другие романтические линии — например, история пациента Егора (Валентин Анциферов) и медсестры Терезы. В сериале также появляется Светлана Иванова в образе погибшей матери главной героини.
Режиссером проекта выступил Григорий Васильев. Съемки проходили в Мурманской области — в Кировске, его окрестностях, Кандалакше, рядом с Мончегорском и на трассе «Кола». Реальные северные локации стали важной частью истории: зритель по-настоящему чувствует холод, туман, снег и удаленность от цивилизации.
Реклама ООО «ПРЕМЬЕР», ИНН 9702011190, erid 2VtzqxgXUeo
В Сахалинской области суд встал на сторону медиков в крупном трудовом споре с руководством Смирныховской центральной районной больницы.
Девять сотрудников смогли доказать нарушение своих прав и обязали учреждение выплатить суммарно 23 миллиона рублей. Решение судебной инстанции уже вступило в законную силу и подлежит исполнению.
Причиной конфликта стала систематическая неоплата труда в период с 2022 по 2024 год. Врачи регулярно выезжали на экстренные вызовы и находились на дежурствах в режиме ожидания на дому, однако администрация игнорировала необходимость оплаты этих часов, стремясь сократить расходы. Медикам пришлось подать коллективный иск, чтобы добиться перерасчета заработной платы.
Согласно постановлению суда, более 12 миллионов рублей будут направлены на погашение основного долга за отработанное время. Еще 11 миллионов рублей больница обязана выплатить в качестве компенсации за длительную задержку средств, а также за причиненный сотрудникам моральный вред.
Ранее медики Амурской области добились отмены снижения зарплат.
Минздрав утвердил приказ, разрешающий медицинским и фармацевтическим работникам, срок действия сертификата которых истек в 2025 году, продолжать рабочую деятельность без аккредитации вплоть до 2027 года.
Более того, Минздрав также разрешил специалистам с немедицинским образованием продолжать работать без аккредитации в 2026 году (при наличии стажа по специальности более 5 лет и пройденной программы дополнительного профобразования в виде профпереподготовки).
Ссылка на документ:
#минздрав
Было это давно, ну как давно, лет 8 назад. Было мне на тот момент 22 юных года. И я на свою голову уже была замужем. Жили мы неплохо, работали программистами. Купили дом и решили, что раз лужайка уже есть, можно и зайку родить. Запланировали мы данное мероприятие. Сдали все анализы, полностью отказались от всех пагубных привычек(вдвоем конечно же), начали вдвоем принимать фолиевую кислоту. В общем все как по учебнику. Месяц пробовали, второй, третий, четвертый. И на 5 случилось чудо и я забеременела. На 8 неделе пошла на платное узи, уж больно интересно было. И тут как гром среди ясного неба - сердцебиение пока не слышно, хгч меньше, чем должно быть. Но надежда еще есть, тк срок маленький. Те все еще может быть хорошо. Но оно не было. В один из дней начались выделения красного цвета. Я сразу же в скорую, а там сказали ничего страшного(это я счас знаю, что это пи’ц как страшно, а тогда хотелось верить в лучшее), да и мест у нас нет. Хотите - в коридоре можем вас положить, а нет, так поезжайте домой. Ну думаю, раз сказали, что не страшно, то и не страшно. Поехали с мужем домой. Через день началось неизбежное - самопроизвольный выкидыш. А это сильное красное течение(не знаю какая у Пикабу цензура, поэтому пусть будет так). Приезжаю в другую скорую, раз в одной меня послали. Захожу в кабинет, сказали идти на кресло. Я пошла. И тут данная женщина «врач»(сказать как сильно я ее потом обзывала сама себе - это ничего не сказать) начинает на меня орать, что это я мразь сама себе выкидыш сделала, по залетают малолетки, а потом придумывают сами как от этого избавиться. Сказать, что я охуела - это ничего не сказать. Конечно я изначально ей говорила, что беременность запланированная, даже долгожданная в какой-то степени. Короче наезжала она так на меня, а потом сказала надеть трусы и выходить в кабинет. Когда я зашла в кабинет, то там уже сидела другая девушка. Я уже была в истерике, реву. Врач при этой девушке продолжает меня обсуждать какая я неродивая, что так поступаю. В этот момент у меня умерло наверное все, что вообще могло остаться. Ах да, эта сука еще и выписала мне дюфастон(кто не знает, он для того, чтобы сохранить беременность, но он часто влияет на плод и может дать стремные патологии, аутизм и прочее), когда уже было очевидно, что как бы процесс уже блять идет. Отвели меня в палату, там я лежала молча к стенке два дня. Было еще 4 девочки, у которых тоже были выкидыши. Ах да, еще что интересно, что к нам положили девочку на сохранение на 7 месяце беременности. Если б вы только видели как плохо было всем из-за этого. Девочкам, которые много лет пытаются родить ребенка и не получается, и наоборот беременной, которой становится страшно, что и она сейчас может потерять ребенка.
После этого я еще 2 года не могла решиться на беременность.
Потом кстати я забеременела с первой попытки и родила превосходную девочку.
Про трагедию в Новокузнецке, где за новогодние праздники в роддоме скончалось сразу девять младенцев, которая гремела на всю страну несколько дней, сегодня уж практически забыли. Было? Да, было. Следствие ведётся, есть арестованные. Что ещё? Потом был громкий протест против закрытия роддома в Кольчугино. И тоже покричали – и забыли. Вот только проблема в том, что оба этих последних случая, как и все предыдущие, это Система. Ситуация в нашей медицине близка к критической: нехватка кадров оценивается в несколько десятков тысяч специалистов, бесплатно получить профессию врача – почти фантастика, в поликлиниках очереди, записи к узкому специалисту нужно ждать месяцами, в стационарах разруха и антисанитария, роддома и ФАПы закрывают, главврачи превращают больницы в источник личного обогащения... Подробности – в нашем расследовании.
Трагедия в Новокузнецке, где скончалось девять младенцев, а сразу затем и бунт против закрытия роддома в Кольчугино – яркая иллюстрация крутого пике, в которое наша медицина старательно входит последние 15 лет "благодаря" пресловутой "оптимизации". Очевидно – и это подтверждают опрошенные Царьградом эксперты – всё упирается в недофинансирование и кадры.
Как показало наше расследование, в Новокузнецке служба родовспоможения была недоукомплектована акушерами-гинекологами, неонатологами, акушерками и медсёстрами. Акушерским стационарам больницы не хватало несколько десятков специалистов, а общее количество незакрытых ставок только в этом лечебном учреждении на конец декабря – почти 900 позиций!
При нехватке медиков их ещё и сокращают // Скриншот: ТГ-канал "Царьград ТВ"
Экс-сотрудник новокузнецкого перинатального центра Станислав Савельев проработал там всего два месяца и уволился после того, как получил зарплату втрое меньше обещанной – вместо 100 тысяч всего 33. И сейчас больница ищет ему замену, снова обещая тот же стольник, а в списке требований к кандидату фраза – "опыт не требуется". Дефицит специалистов влечёт целый клубок проблем: это и хамство персонала, и низкий уровень подготовки, и кумовство, и взятки. В том числе из-за этого женщины просто боятся рожать.
Такими размышлениями с нами поделилась 23-летняя Виктория Фомина – одна из тех женщин, которые потеряли ребёнка в новокузнецком роддоме. Её история примечательна тем, что недоношенный малыш двое суток после кесарева сечения жил и даже задышал самостоятельно. Его отключили от аппарата ИВЛ и решили перевезти из роддома в детскую больницу, умер он по пути туда.
То есть, получается, ради спасения статистики недоношенных и практически обречённых детей начинают раскидывать по другим больницам? Версия, что такое происходит – по крайней мере, "перемещение" так называемых безнадёжных, – есть. Смотрите, в чём смысл. Если бы младенцы умирали в каком-то одном роддоме, были бы шокирующие цифры и истории, похожие на ту, что произошла в Новокузнецке. То есть шум и общественный резонанс. А так – в одной несколько скончалось, в другой несколько... Цинично? Конечно. Но "средняя температура по больнице" в целом нормальная.
Так вот, тело ребёнка после нескольких экспертиз Виктории выдали 23 января, но без заключения о причине смерти. Малыша похоронили, а вопросы и страх повторения трагедии остались. Будучи беременной, Вика договорилась с врачом из Кемерово, у которого собиралась рожать. Но так как у неё резко подскочило давление, её на скорой отвезли в Новокузнецк. В итоге экстренное кесарево сечение раньше срока и смерть малыша.
Было страшно рожать по скорой, поэтому я выбрала врача и роддом заранее. Должна была рожать в кемеровском перинатальном центре. Гинеколог женской консультации его хвалила. Вроде как там врачи от Бога. Но в итоге я попала в Новокузнецк и пришлось довериться случайному доктору, который дежурил в этот день. Как после такого решиться на ещё одни роды? Я об этом пока даже думать боюсь,
– переживает Виктория.
Виктория Фомина работала в детском саду и мечтала о втором ребёнке, но её новорождённый сын умер по пути из роддома в детскую больницу // Фото из личного архива
А ещё женщины боятся рожать, потому что у них попросту отобрали возможность остаться для этого в родных городах. Как, например, в Кольчугино, где закрытие родильного отделения вызвало настоящий "русский бунт". Прикрываясь заботой о роженицах, областной Минздрав лишает город с 38 тысячами жителей роддома, в котором появились на свет все коренные кольчугинцы за последние полвека. Даже в самые сложные времена, когда в год здесь рождалось по 700 младенцев, а сотрудников катастрофически не хватало, коллектив выстоял, несмотря на смехотворные зарплаты. Как трудно приходилось медикам, Царьграду рассказала 25-летняя акушерка Светлана Евдокимова.
В роддоме Кольчугино она работает пять лет. Когда начинала, зарплаты были копеечные. До получения диплома девушка устроилась на одну ставку санитаркой и зарабатывала 22 тысячи рублей. А когда стала акушеркой, начала получать 18 тысяч:
В тот момент я прямо плакала и хотела вернуться в санитарки. Говорила маме, а она у меня работает санитаркой в Москве, что мне очень нравится мыть полы в поликлинике. Было очень тяжело. Старалась брать побольше нагрузку, но всё равно не получалось заработать больше 28 тысяч.
На полторы ставки она работала в роддоме по графику сутки/трое, но так как сотрудников не хватало, приходилось дежурить сутки/двое, а иногда и сутки через сутки. Плюс ещё Светлана работала и в женской консультации по графику пять/два. То есть сначала 24 часа в роддоме, потом сразу в поликлинику – её рабочий день длился более 30 часов. Дома она бывала крайне редко, а заработать при такой нагрузке получалось чуть больше прожиточного минимума.
Государство просит рожать, "оптимизаторы" мешают // Скриншот: ТГ-канал "Царьград ТВ"
Светлана рассказывает, что её коллега-акушерка работала и того больше: сутки через сутки, а иногда по двое суток непрерывно. Совмещала в кардиологическом отделении, когда оно ещё существовало. Работала сутки в кардиологии, потом уходила на сутки в роддом – и только после этого шла домой, через 48 (!) часов. При этом никогда не получала на руки больше 35 тысяч рублей.
Уставшие медики жаловались, но ничего не улучшалось. Облминздрав спускал письма руководству ЦРБ, но главврачи так быстро менялись, что им некогда (или недосуг?) было вникать.
Потом случилось чудо – для специалистов в малых городах с населением менее 50 тысяч человек по всей стране ввели соцвыплаты. Врачам – по 50 тысяч, среднему персоналу – по 30.
Последние два года это спасало, а до того Светлане приходилось рассчитывать только на помощь мамы и мужа. Молодая акушерка с зарплатой в 25 тысяч даже решилась на медицинскую ипотеку. Государство дало полмиллиона на первоначальный взнос и компенсировало 10 тысяч из ежемесячного платежа в 23 тысячи. Но сейчас кольчугинский роддом закрывают, работники идут под сокращение, а в других отделениях вакансий на всех не хватит. Если Светлана потеряет работу, придётся попрощаться с ипотекой, а заодно с мечтой стать мамой – молодая семья планировала в ближайшее время родить ребёнка.
Я взяла ипотеку, не думая, что наш роддом закроют. Слава Богу, не надо возвращать обратно уже выплаченные мне деньги – их просто неоткуда взять. У нас коллектив около 40 человек, а мест после закрытия роддома нам выделили мало – три акушерские ставки и три ставки уборщика. Большинству из нас – и врачам, и акушеркам – предложили работать уборщиками. Я ещё посмеялась: с чего начинала, к тому и вернусь. Остальные пойдут просто в никуда. А у нас пять молодых девчонок: одна многодетная мама, остальные все с маленькими детьми и я с медицинской ипотекой и желанием родить в нашем роддоме. Всю нашу жизнь перевернули,
– констатирует Светлана.
Заведующая роддомом Лариса Кузенкова борется против уничтожения коллектива, который выстоял даже в самые сложные годы // Фото: сайт Кольчугинской ЦРБ
Опытный коллектив роддома оказался не нужен. Конечно, областной Минздрав клянётся, что всех трудоустроит, но факты – вещь упрямая. А они подтверждают, что специалистам не дают спокойно работать, женщинам – рожать. Как это соотносится с курсом на повышение рождаемости, который обозначил наш президент?
Заведующая роддомом в Кольчугино Лариса Кузенкова в беседе с Царьградом посетовала, что их ликвидируют как раз в тот момент, когда всё хорошо. В роддом пришли молодые медики, штат укомплектован, младенческая смертность мизерная, материнской нет вообще, зарплаты достойные – у акушерок 70 тысяч, у докторов больше 100. Но такая идиллия, выходит, не нужна. В 2012 году, когда в этом роддоме было по 700 родов в год, половина коллектива уехала на заработки в Москву. Оставшиеся подхватывали по одной-две смены и выстояли, хотя было очень тяжело.
Мы писали петиции, что нам трудно и страшно, работаем на износ, но мы были никому не интересны. А сейчас, когда медикам в малых городах стали доплачивать и мои девчонки вернулись, коллектив наконец полностью укомплектован, у нас забирают возможность работать, а у наших жительниц – рожать в своём городе,
– рассказала заведующая.
20 регионов с самыми низкими зарплатами медиков (по данным на июнь 2024 года) // Инфографика Царьграда по материалам Росстата
Это и есть оскал оптимизации, когда во главу угла ставятся не интересы пациента и забота о его здоровье, а сухая экономика – цифры. Малым городам ещё повезло: у них для работников здравоохранения хотя бы есть федеральные выплаты. Зато в остальных городах с зарплатами беда, и не только в роддомах.
По данным Росстата за январь – октябрь 2025 года (наиболее свежая статистика), средняя зарплата работников здравоохранения в России за год выросла почти на 16% – до 79 472 рублей. Но это "в среднем по больнице", то есть в статистику включена зарплата и врачей, и среднего, и младшего медперсонала из всех регионов. Причём у медиков это вообще "средняя температура между пятками и головой", потому что в расчёт входит доход и по основному месту работы, и по совместительству, и сверхурочные, и всё прочее.
С середины 2024 года Росстат перестал публиковать детальные данные о зарплатах медиков. Если раньше можно было посмотреть разбивку по категориям сотрудников и по каждому региону, то сейчас этих данных в свободном доступе нет. Кому и зачем нужно скрывать информацию, из которой раньше не делали тайны?
Как полагают опрошенные Царьградом эксперты, это может быть связано с тем, что реальные зарплаты медиков по каким-то регионам не только не растут, но даже падают. Показать такое – значит признаться в ненадлежащем исполнении майских указов президента, которые для любого чиновника являются "священной коровой". Поэтому, если хвастать нечем, то лучше и не отсвечивать.
В итоге мы можем оперировать сейчас только данными полуторагодичной давности – из отчёта Росстата за январь – июнь 2024 года. В нём расписаны по регионам два ключевых показателя: средняя зарплата медиков по категориям и численность работников. Этого вполне достаточно, чтобы сделать важный вывод: в Багдаде не всё спокойно.
Так, средняя зарплата врачей в целом по стране указана чуть выше 121 тысячи рублей. Большинство из них тут удивлённо крякнут, потому что лишь в 19 из 85 регионов зарплаты докторов выше. В оставшихся 66 регионах доходы врачей существенно ниже указанного показателя. Похожая ситуация у среднего и младшего медперсонала. Причём что касается зарплат этого звена (а отсюда и нехватка сотрудников), то тут всё ещё более печально, чем у врачей.
Сопредседатель профсоюза медработников "Действие" Андрей Коновал в беседе с Царьградом подтвердил, что зарплаты большинства медиков в стране в расчёте на ставку существенно ниже тех, которые представляет Минздрав. Ситуация плачевная – медики выживают за счёт переработок. Особенно сложное положение у среднего медицинского персонала (фельдшеры, медсёстры) – у них зарплата даже с переработками, как правило, ниже средней по региону.
Если зарплаты врачей ещё как-то позволяют сводить концы с концами, то по среднему и младшему медперсоналу ситуация ужасная – я не знаю, как они выживают. Например, мне присылали расчётные листки фельдшеры скорой помощи из Алтайского края, где у них фигурирует доплата до МРОТ. То есть люди, которые спасают жизни, официально живут на черте бедности,
– говорит Коновал.
Напомним, майскими указами в 2012 году были прописаны целевые показатели увеличения зарплат бюджетников. К 2018 году предполагалось повышение оплаты труда врачам до 200% от средней зарплаты в регионе, а среднему и младшему медперсоналу – до 100%. Однако с 2015 года правительство заменило показатель "средняя зарплата" показателем "средний трудовой доход", что не было предусмотрено в майских указах.
При этом средний трудовой доход может быть на 10-15 тысяч рублей ниже средней зарплаты, потому что в его расчёт включаются не только зарплаты сотрудников организаций, но и более низкие доходы работников ИП, а также исполнителей договоров ГПХ. А на региональном уровне доминирует установка, что платить выше показателей майских указов нельзя, поэтому средний медперсонал, сколько бы ни перерабатывал, обречён на более низкую оплату труда, чем в среднем у работников организаций,
– даёт свою оценку происходящему Андрей Коновал.
Вместо реального повышения зарплат зачастую происходит жонглирование статистикой. Дирижирует этим, как правило, местный Минздрав, а главврачи покорно исполняют волю чиновников: при формальном повышении окладной части медикам обычно урезают компенсационные и стимулирующие выплаты, так что по факту их доход не растёт или даже падает – причём в последнее время не только реальный (с учётом инфляции), но и в абсолютных значениях – в рублях. Зато наверх можно отправить радужные во всех смыслах отчёты, ведь формально оклады выросли.
Например, в апреле 2024 года в Амурской области (министр здравоохранения – Светлана Леонтьева) подняли оклады медработникам. А с ноября урезали стимулирующие и компенсационные выплаты. В итоге падение зарплат составило до нескольких десятков тысяч рублей в месяц на одну ставку.
По сведениям профсоюза, около тысячи медработников из десятка учреждений региона отказалось подписать дополнительные соглашения с новыми условиями оплаты труда, несмотря на угрозы работодателя уволить за отказ по статье. Порядка 500 человек подало иски в суд, причём в суде первой инстанции около сотни медиков уже выиграли. Процесс затягивается, поскольку местный Минздрав в свою очередь подал в суд на главврачей за то, что они якобы незаконно повысили оклады медработникам. Абсурд.
Аналогичные суды идут в других регионах, где медики борются против незаконного снижения оплаты труда. Где-то уже годами не видят стимулирующих выплат за интенсивность и качество.
Получается, пропагандировавшийся с 2013 года Минздравом "эффективный контракт" "сожрал" сам себя. В последние годы зарплаты большинства медработников не растут, а с учётом инфляции даже снижаются. И я подозреваю, что в некоторых регионах они сейчас падают даже в абсолютном выражении,
– констатирует Андрей Коновал.
Истинный уровень зарплат далёк от тех цифр, которыми жонглируют чиновники // Скриншот комментариев к ситуации из соцсетей
На этой печальной ноте берём паузу. Во второй части расследования мы расскажем, как дошли до жизни такой и что нам с этим делать. Подпишитесь на нас, чтобы не пропустить: https://pikabu.ru/@tsargrad.tv
Источник: Царьград. Средство массовой информации сетевое издание «Царьград/Tsargrad» зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций. Регистрационный номер и дата принятия решения о регистрации СМИ: серия Эл № ФС77-81359 от 30 июня 2021 г.
Я тут сходил на диспансеризацию, потому что мне позвонили и пригласили 😳
Так я пришел, с меня сняли все стандартные анализы крови, потом к терапевту, где я нажаловался вообще на все, что у меня было за последние 20 лет, и даже на то, что мне показалось. Отправили сдавать УЗИ всего, записали ко всем узким специалистам, те отправили сдать еще пару литров крови и пройти еще несколько обследований, в итоге назначили для профилактики разных лекарств. В процессе этого все записи к врачам были записаны в приложении, приходили уведомления на смартфон. Некоторые обследования, типа ретроманоскопии, на которые большая очередь, откладывали, а потом звонили лично, когда освобождалось место и передлагали время приема.
И все это БЕСПЛАТНО в районной поликлинике. Я только на кровь бы тыщ 20 потратил, а я тратил, когда своими силами чек-ап делал.
И прежде чем говорить, что вот у меня областной центр, а не ваш Мухосранск, или находить и ковыряться в единичных случаях, когда кто-то там помер - ошибки бывают во всех сферах, если смотреть общую картину - назовите мне страну, где точно так же всё можно провернуть бесплатно за пару месяцев.
Еще раз - сначала называете страну, а потом свои фантазии, как у нас загибается медицина.
