Однажды давно я жила в Кыргызстане. И помню это разделение по внешнему и внутреннему трафику - внутренние сайты с доменом .kg были включены в стоимость тарифов интернет-провайдеров, внешние (.ru, .com и пр.) оплачивались отдельно (еще и резались по скорости). Помню, однажды насидела на рабочем компе на несколько тысяч, которые у меня вычли из зарплаты в конце месяца ))) Сидела на Фишках и Пикабу. Это был, по-моему, 2009-2010 гг.
Не помню уже когда именно ушло это разделение, и трафик перестали делить. Но, очевидно давно, раз я даже не могу вспомнить год.
Глядя на то, что происходит сейчас у нас в стране (я говорю у нас, потому что я давно уже тоже гражданка РФ), я в шоке, от того, что благодаря действиям всех этих минцифр и прочих хуеплетов, мы скатываемся к уровню Кыргызстана в те годы. Не развиваемся блять, а откатываемся, в то время, как они вообще-то развиваются ))
Если бы был другой вариант отправки, я бы бежала сверкая пятками туда. Но сдэк во все провинциальные международные дыры пролезть смог, а сервис как был говном, так и остался.
Второй год подряд мне отправляют большую посылку и второй год подряд водятелы, которых сдэк нанимает (там на собеседованиях что ли мудаков отбирают), тупо катают посылки, не беря трубки и неизвестно куда и нахуя отвозят эти самые посылки в своих багажниках.
Поддержка на голубом глазу советует в пвз самой забирать. Конечно блять, 4к рублей отдельно до двери просто так же оплачивали! И такси тоже даром меня повезет с посылкой, которая весит 20 килограмм!
@CDEK, откройте уже блять глаза что ли! Вам настолько насрать на своих клиентов? Вам похуй кого нанимать? Среди ваших курьеров дай бог 1% будет нормальным. Остальные мудятлы.
Самое стремное, я даже не знаю реально где сейчас моя посылка. Телефон курьера весь день отключен. В поддержке дали его фио вместе с номером и дальше ебись сама.
Все. На сей раз это точно был последний раз использования услуг вашей гнилой конторы. Спасибо за проебанное настроение и дохуя вещей в отправке!
Разговорились в чатике с бывшими одногруппниками о космосе. Один порекомендовал послушать песню про вояджер.
И я - запустила софт из трех букв, который нельзя рекомендовать, чтобы посмотреть клип, снятый иноагентом, на заблокированном ресурсе, который мне посоветовали посмотреть в заблокированном мессенджере 🤡 я не знаю, тут плакать или смеяться?
Радиотелефон забренчал едва рассвело, но старый Эдуардо Суарес был уже на ногах. По крестьянской привычке вставал он затемно. Так же, как старый Энрике Чавес, что держал ферму по ту сторону каньона. Или Альфонсо Гарсия, которому стукнуло уже девяносто, но который каждое утро спускался в шахту первым. Сыновья и внуки Альфонсо топали за ним вслед, по очереди склонялись, целовали тыльную сторону дряблой старческой ладони и один за другим ныряли в забой. На свет божий Альфонсо вылезал, благословив последнего из них.
Эдуардо окинул быстрым взглядом хлева на западном горизонте. Амбары на восточном. Три дюжины белёных домиков с черепичными крышами, выстроившихся по краю каньона в два ряда. В них обитало его собственное семейство, но ни сыновья, ни внуки ещё не проснулись, лишь пятнадцатилетняя непоседа Марисабель уже пылила по просёлку на северо-запад, к птичникам. Старик невольно заулыбался старшая правнучка пошла в него. Лёгкая на ногу, скорая на руку, работящая. Соседские мучачос уже на неё заглядывались, а Пако Гарсия и Нандо Чавес недавно и вовсе подрались и расквасили друг другу носы.
Телефон продолжал дребезжать, и Эдуардо, спохватившись, потрусил к радиостанции.
- Жив ещё, старый хрен? - осведомился телефон голосом Эда Краснова, некогда отчаянного драчуна, выпивохи и бабника, а ныне почтенного главы семейства, одного из самых многочисленных на Одиссее.
- Что мне сделается, – в тон Краснову ответил Эдуардо. - Чего трезвонишь-то спозаранку, тёзка?
Были Эдуардо с Эдуардом друзьями с того самого дня, как «Одиссей» спешно стартовал с гобийского космодрома, унося на борту четыре сотни первопроходцев. Молодых, сильных, рисковых чикас и мучачос из добрых шести дюжин стран.
- Не поверишь, - отозвался Эд. - Только что звонил Жан-Пьер из своей Бургундии. Так вот: у нас гости, старина. Вернее, гость. Угадай откуда.
- Делать мне нечего, только гадать, - проворчал Эдуардо. - Дон дьябло знает, кто там к тебе прилетел.
- Да не ко мне, старый осёл. Он к нам прилетел. К нам ко всем. Торговец с самой Земли.
- Да ты что, - ахнул Эдуардо. - Не может быть!
Визитёры Одиссею не жаловали. Раз в четыре года приземлялся на единственном космодроме транспорт с базы. Забирал руду, плоды, скот в обмен на механизмы, технику, пожитки и утварь. Потом отчаливал, и жизнь катилась своим чередом.
Два десятка лет назад, впрочем, завернул на удачу настоящий странствующий то ли театр, то ли цирк. Успеха, правда, скоморохи с лицедеями не снискали. Старики вяло поаплодировали, рассчитались натуральным продуктом и отправились по домам, а молодёжь и вовсе с первого же представления сбежала. Праздность и развлечения на Одиссее были не в чести.
- Давай собирайся, - частил в радиотелефонную трубу старый Эд. – Наших прихвати: Энрике там, Альфонсо. Девок возьмите, товару поболее и дуйте к космодрому, а я сейчас ещё Карлушке Эберхарту в Баварию позвоню. Да, и поторапливайтесь, торговец ждать не станет.
- Постой, – спохватился Эдуардо. — А чем он, собственно говоря, торгует?
- А пёс его знает чем. Какая разница? Говорят же тебе — не абы откуда прилетел, а с Земли.
Глайдер забили товаром под завязку. Клетями с гусями и кроликами, мешками с огурцами, баклажанами и молодым картофелем, ящиками с персиками, мандаринами и киви. Всем тем, что плодородная земля малой планеты на самых задворках Галактики щедро дарила возделывающим её поселенцам.
- Пряжу, пряжу-то забыли, дедушка, — хлопотала у люков румяная черноглазая Санчита, одна из младших внучек на выданье. — Эй, Карлита, Изабель, пряжу-то!
- Да дьявол с ней, — ворчал из пилотской кабины Эдуардо. — У землянина, небось, своей хватает. Поспешите, не опоздать бы.
Глайдер поднялся от земли за три часа до полудня. Прошёл над Андалузией, где когда-то высадились над ней испанские колонисты. Наискось пересёк северную Аризону, за ней Урал... Когда оба солнца сошлись в зените, позади остались Корнуолл, Бавария, Миядзаки, Санта-Катарина. На посадку у окраины космодрома зашли в час пополудни.
- Настоящее столпотворение, — недовольно бурчал старый Альфонсо, близоруко щурясь на снующих по космодрому поселенцев. — Глядишь, дотемна провозимся.
Эдуардо крякнул, спрыгнул из кабины на землю — эдак помолодецки сиганул, знай, мол, наших, сдержал стон от подагрической боли в суставах и чинно двинулся к задравшему нос в небо торговому судну.
— Гутен таг, Пауль. Ха ва ю, Джек, — приветствовал на ходу случившихся на пути стариков. — Бонжур, Жан-Пьер. Так что ж он привёз?
— Скоро узнаем, — кивнул Жан-Пьер в сторону разбитого у трапа торговца сборного павильона из пластика.
Из шлюза грузового трюма по аппарели споро двигалась в павильон вереница разномастных коробок с надписями по бокам.
Сам торговец, коренастый, морщинистый, с седой бородкой, старик уместился за раскладным столиком у павильонного входа. Нахмурившись, колдовал над электронной диковиной с пустым экраном.
— Персоналка, — припомнил название диковины Эдуардо. — Как же её? Планер? Пломбир?
— Так чем он всё же торгует? — пытаясь протолкаться поближе, ворчал Эдуардо. — Не пойму никак.
Торговец оторвался от своей персоналки, окинул строгим взглядом окружающих его людей.
— Не толпитесь, почтеннейшие, — сиплым надтреснутым голосом попросил он. — На всех хватит. В очередь, стройтесь в очередь. Обслуживать буду по одному. Итак, — он выдержал паузу и продолжил торжественно: — Сувениры, почтеннейшие! Отличные сувениры с Земли, со всех частей света, со всех стран и городов мира! К вашим услугам!
Толпа разом ахнула.
— Вот это да, — восхищённо прокричал Жан-Пьер Мартен на ухо глуховатому Иву Дюбоа. — Сувениры! Память о родине... Память о доме...
— Что, правда? — подался к торговцу старый Джек Мюррей. — С самой Земли?
— А то, — торговец энергично тряхнул бородой. — С неё, с матушки. Фирменные, какие хочешь. Ну, построились, что ли? Давай, подходи по одному!
У Эдуардо Суареса от волнения вспотели ладони. На «Одиссее» грузили только самое необходимое, только то, без чего колонистам было не обойтись. Сувенирам среди пожитков места не нашлось. И вот теперь... Эдуардо утер с глаз невольные стариковские слёзы. Теперь...
— Карлита, Санчита, Изабель, — гаркнул он. — Тащите сюда товар! Весь, без остатка.
— Из Мюнхена, из Мюнхена есть? — навис над раскладным столиком плешивый, подслеповатый Карл Эберхарт. — Из Мюнхена?
— Сейчас, — узловатые пальцы торговца заплясали по клавиатуре планшета. — Есть, конечно. Санта Клаус фарфоровый, четыре экземпляра различной величины. Кружки глиняные с надписью «Шеллингштрассе», три штуки. Шляпы баварские, фетровые. Макеты…
— Что за них хочешь?
— А что есть?
— Выбирай, — Карл замахал руками, подзывая родню. — Грета, Лизхен, давайте товар! Зерно имеется. Отборное, в мешках. Колбаса кровяная имеется. Ливерная. Домашняя. Пиво. Яблоки, вчера только с дерева. Молоко. Яйца. Сколько тебе? Да чёрт с ним, бери всё!
— Из Дрездена есть? — сменил Карла рябой, веснушчатый Пауль Миллер. — Есть, да? Да неважно, что именно. Беру! Марта, Эльза, товар!
— Из Вашингтона есть? Из Сан-Паулу? Из Пекина? Мельбурна? Токио? Касабланки? Давай! На базе обменяешь на деньги. Линда, Джульетта, Мэйлнс, Мичико, Люиджина, Шарлотта! Тащите, тащите, тащите товар!
— Из Севильи, — дождался, наконец, своей очереди Эдуардо. — Что есть из Севильи?
— Забираю всё. Вот товар, — Эдуардо шагнул назад, освобождая место, но в последний миг спохватился. — Постой, для девочки пятнадцати лет есть что-нибудь? Что-нибудь особенное. Это правнучка моя, старшая. Настоящая красавица-андалузка.
Торговец склонился к экрану.
– Могу предложить веер, к примеру. Тоже из Севильи. Отличный веерок, расписной.
– Беру, – Эдуардо довольно потёр ладони. – Спасибо тебе!
– И тебе спасибо, почтеннейший. Ну, кто там ещё остался?
– Да вроде один я, – переступил с ноги на ногу Эд Краснов. – Пока обзвонил всех, припозднился малость. Так что, выходит, я последний. Из Москвы есть?
Торговец вскинул на Краснова взгляд блеклых старческих глаз.
– Откуда ты сказал, браток?
– Из Москвы.
Торговец поднялся на ноги.
– Земляк, что ли? – неуверенно спросил он.
– Ну. Эдик Краснов с Таганки.
Торговец шагнул вперёд.
– А я – Петька Родионов с Печатников.
Старики обнялись.
– Как она? – бормотал Эд. – Как Москва-то, а? Белокаменная.
– Да стоит себе. Стоит.
– А Кремль?
– Да на месте, на месте Кремль.
– Слава богу! У тебя там остался кто?
– Ну конечно, – закивал торговец. – Семья. Двое сыновей. Внуки – Машенька и Юрка.
– Привет им передавай. А привёз-то что?
– Я? – Родионов внезапно отшатнулся, шагнул назад. – Из Москвы? – Секунду-другую он стоял молча, растерянно моргая, затем встрепенулся. – Есть, есть из Москвы. Ты постой здесь, браток.
Торговец засеменил к трапу, вскарабкался по ступеням и скрылся в шлюзе. Через пару минут появился вновь с металлической шкатулкой в руках.
– Вот, – он бережно поставил шкатулку на столик, дрожащими пальцами отпер защёлку и откинул крышку. – Это из Москвы, Эдька. Всё, что есть. Половина твоя, бери.
Эдуард Краснов, мосластый, кряжистый, с задубевшей на солнцах кожей и седой, как снег, с минуту безмолвно смотрел на шмат запёкшейся аспидно-серой земли.
— Это из М-москвы? — запинаясь, переспросил он. — Из самой М-москвы?
— Да, — Родионов отделил половину, протянул в ладонях. — Забирай, твоё.
Краснов принял землю, поднёс к губам, поцеловал.
— Спасибо, — выдохнул он. — Вера, Людочка, товар!
— Ничего не надо, — отступил назад Родионов. — Так забирай. В подарок.
Когда торговое судёнышко вышло на орбиту, Родионов мелкими стариковскими шажками добрался из пилотской рубки до мастерской. Постоял на пороге, затем шагнул вовнутрь. Пнул производящий фарфоровые статуэтки аппарат, плюнул на ткацкий станок, с горечью оглядел прочее оборудование. Раскрыл шкатулку и долго смотрел на оставшуюся половину запёкшегося земляного брикета.
Он вспомнил, как накручивал по орбите витки. Как глядел на заснятые бесчувственной аппаратурой развалины Лондона. На воронку, оставшуюся там, где раньше был Дрезден. На пепел от Барселоны. На спёкшуюся лаву Нью-Йорка. Вспомнил, как спускался в посадочном модуле туда, где была Москва. Как, задыхаясь от слёзных спазмов, вгрызался киркой в грунт. Как...
Где-то там истлели кости обоих его сыновей. Где-то там лежала ещё зола, оставшаяся от Машеньки и Юрки.
Читаю темы, где люди возмущаются тому, что последние дни стоят платежные системы, и читаю комментарии под ними, мол, че вы тут развонялись, сбои были всего по несколько часов.
И недоумеваю - эти комментаторы реально не понимают истинную причину возмущения? Когда ты каждый день просыпаешься и думаешь, а что сегодня отвалится нахуй еще?
"Ой, пылесос у них отвалился, ха-ха, хи-хи". Да блять, кому то пылесос важен. На него бабки были потрачены и немалые. У меня тоже только через впн теперь работает. А вот другая беда - электронная книга, перестала синхронизироваться с облаком. И на нее впн не воткнешь. Сиди и делай пассы руками, молись, ну или как в нулевых - шнур в комп и ручками все закидывай. Нет компа? Сам дурак.
Или вот эти адепты налички - "ой, ну ниче страшного, просто снимите наличку". Расскажите мне, а как нахуй комуслуги оплачивать без рабочих платежных систем? Да, с этим пока проблем нет. ПОКА. Вы что предлагаете? Брать на работе выходной за свой счет и пиздовать вставать в очередь в службу, которая предоставляет свет, воду и тп? Я блять в мосэнерго однажды стояла в живой очереди из человек 50ти, и это было еще до пандемии.
Люди напряжены и раздражены ежедневным ожиданием очередной порции говна от ркн. И имеют полное право раздражаться. Поэтому вот такие комментаторы либо тупы, либо боты подсадные. Идите нахуй, короче, со своим псевдооптимизмом и готовности к любой ежедневной порции говна.
