Здравствуйте, Уважаемые читатели! Сегодня я предлагаю поговорить о действиях 34-го гв. кав полка в марте 1945 года при форсировании реки Нитра у населенного пункта Банов Кеса. Первыми по разрушенному мосту переправиться на западный берег должны были бойцы 4-го эскадрона, но командир гв. ст. лейтенант Кондратов, после разведки и рекогносцировки местности, решил переправиться через Нитру в другом месте южнее н п Банов Кеса, так как местность у моста хорошо простреливалась. Двигаться к реке пришлось по колено в воде, это хорошо видно по карте, тем более на дворе была весна. Далее командир разместил станковый пулемет с расчетом для отвлекания противника от места переправы через реку, который вел огонь по врагу. Строить плоты времени не было, поэтому использовали надувную лодку, вместимость которой была три человека, к которой привязали два каната для более быстрого передвижения, на которых работало 8 человек.

Первым на западном берегу сосредоточился 1-й взвод, который незаметно вышел к позициям противника на окраине Банов Кеса, не выдав себя, следом, форсировав реку, 2-й взвод так же выдвинулся к траншеям врага, достигнув их и ликвидировав спящий расчет немецкого пулемета по пути. Последним переправился 4-й взвод и так же зянял оборону на плацдарме ранним утром 28 марта 1945 года. После этого к переправе приступили основные силы полка. При этом враг по началу следил именно за мостом, ожидая удар именно на этом участке, но когда начал переправляться полк, наши планы противнику стали ясны, и немцы решили контратаковать, но были отброшены 4-м эскадроном и начали спешный отход на запад, потеряв в боях за Банов Кеса 150 человек и бросив 5 бронетранспортеров. Вот такой вот интересный эпизод. Так же я рассказывал, как немцы 9 мая 1945 года пошли на прорыв в Германию с территории СССР. Одну группу эсесовцев под командованием генерала блокировали 22 мая. А на этом у меня все. Еще больше фактов на канале "Наша история это Гордость" в ТГ. Спасибо за внимание. До свидания!

Пластунский нож — это не просто утилитарный инструмент, а настоящая звезда среди холодного оружия, сочетая харизматичный дизайн с множеством исторических тайн. Этот нож, в отличие от множества других, имеет свою собственную, не всегда чёткую биографию. Споры о его происхождении не утихают, а тем не менее, он продолжает оставаться востребованным и функциональным. Неприменимые противоречия не мешают его популярности: этот нож с уверенностью можно узнать с первого взгляда, и он продолжает использоваться в быту.

Кто такие пластуны?

Пластуны — это элитное подразделение Черноморского казачьего войска, прославившееся в боях на Кавказе и в Крыму. Эти разведчики и диверсанты выполняли сложные и опасные задачи, такие как патрулирование, сбор разведывательных данных и вылазки в тыл противника. Основной акцент был сделан на скрытности и быстроте, что отражалось и в технике их передвижения, ставшей основой для термина «пластун». В ряды пластунов часто принимали опытных охотников, умеющих выживать в любых условиях, работать с оружием, в том числе и холодным, таким как кинжалы и ножи.

Три версии происхождения пластунского ножа

1. "Бюджетная версия": Пластуны часто происходили из небогатых станиц, где стандартное оружие было роскошью. Тогда как кинжал — дорогая покупка, обломок шашки, превращённый в нож, был куда более доступным вариантом. Это позволило казаку вооружиться при ограниченном бюджете.

2. "Полевой ремонт": На длительных рейдах пластуны часто теряли штатные кинжалы. И тут приходил на помощь быстрый ремонт: из трофейных сабель можно было быстро сделать рабочий нож, что позволяло продолжать выполнение задачи и возвращаться живым.

3. "Маркетинговая легенда": Эта версия предполагает, что производители ножей, видя, как популярны были такие переделанные клинки, придумали красивую историю для их распространения, что позволило значительно повысить продажи.

Несмотря на разнообразие версий, историки соглашаются в одном: основным холодным оружием казаков всё-таки был кинжал, а пластунский нож стал рядом с ним как более доступная и универсальная альтернатива.

Строение и особенности пластунского ножа

Клинок
Длина клинка варьируется от 15 до 25 см, чаще около 20 см, с толщиной обуха до 5 мм, что даёт отличную выносливость при рубке и боковых нагрузках. Геометрия обычно представлена в формах clip-point или drop-point, что способствует универсальности ножа в разных ситуациях. Прямой двухсторонний дол помогает облегчить клинок без потери прочности.

Рукоять и ножны
Рукоять пластунского ножа, как правило, овальная в сечении и длиной 12-14 см, что делает её короче клинка и даёт ножу схожесть с шашкой. Упор в передней части рукояти умеренный, а тыльник немного укрупнён и скошен вниз для дополнительного комфорта. Ножны плоские, с креплением в двух точках, что придаёт практичность даже при большой длине ножа.

Хотите быть в курсе главных ножевых новинок, тестов и эксклюзивных релизов? Добро пожаловать в наше сообщество. Переходите в наш Телеграм-канал, где мы говорим только о ножах. Без лишних слов, только сталь и факты. Ссылка.

Назначение и особенности использования

Пластунский нож предназначен для активного использования в самых разных условиях: от рубки и резки до рычажных нагрузок. Толстый обух делает его подходящим для работы с твёрдыми материалами, а за счёт своего «сабельного» происхождения он идеально подходит для рубящих движений.

Материалы клинков

Нержавеющая сталь
Популярные материалы для пластунских ножей включают AUS-8, 65Х13 и другие нержавеющие стали, которые хорошо выдерживают нагрузку и не требуют частого ухода. Они доступны по цене и различаются по характеристикам коррозийной стойкости.

Полунержавеющие стали
Среди них выделяется D2 и Х12МФ, которые имеют хорошее соотношение цены и качества, но они могут быть подвержены коррозии, если не ухаживать за ними должным образом.

Углеродистые стали
Эти стали, как правило, обеспечивают отличную режущую способность, но требуют тщательного ухода, так как они легко подвержены коррозии.

Дамаск и булат
Эти материалы используются в коллекционных и подарочных версиях ножей и отличаются отличной эстетикой. Однако они также требуют ухода, так как могут потемнеть при длительном контакте с влагой.

Уход и заточка

Пластунский нож лучше всего точить под углом 40-45° для более длительной сохранности рабочей остроты. После работы рекомендуется тщательно протирать углеродистые клинки от влаги, а для защиты можно использовать ветошь с небольшим количеством масла. Уход за ножом — это залог его долговечности, и если соблюдать простые правила, он прослужит долго и эффективно.

Заключение

Споры о происхождении пластунского ножа продолжаются, но его популярность не вызывает сомнений. Этот нож остаётся одним из самых харизматичных и функциональных инструментов, которые можно использовать в лесу, а также коллекционировать. Его можно найти на полках магазинов, и он будет с одинаковым успехом выполнять роль верного помощника в походах и эстетического предмета в коллекции.

Если вы использовали пластунский нож в реальных условиях — поделитесь своим опытом в комментариях! Как он показал себя в работе?

ИМХО, император понимал, что регулярная армия вряд ли справится с врагом, который смог покорить пол‑Европы, поэтому необходимо было провести мобилизацию населения.

Местное население было «ЗА» и стало активно вступать в народные ополчения: шестнадцать губерний России были разделены на три округа: ополченцы первых двух округов готовились принять участие в обороне Москвы и Петербурга, третьего — становились общим резервом.

При этом часть высшего света также не чуралась патриотических чувств и была готова принять участие в борьбе с Наполеоном, а часть этого света не только выступили с желанием взять оружие в руки, но и предложили сформировать, из своих денег, военизированные подразделения, по сути привычные нам ЧВК.

Один из самых известных случаев связан с графом М.А. Дмитриевым‑Мамоновым.

Граф вызвался сформировать за свой счёт цельный конный полк и содержать его на протяжении всей кампании без малейшей помощи со стороны казны.

Императору такая инициатива польстила. Будущее ЧВК получило название «1-й Московский конный казачий графа Дмитриева‑Мамонова полк»: самого графа назначили шефом, а командиром полка (по рекомендации императора) — отставного боевого кавалерийского полковника князя Б. А. Святополк‑Четвертинского.

Почему именно бывший военный стал командиром, предельно понятно: ни сам граф, ни многочисленные его друзья, вступившие в полк, не знали строевой службы и их нужно было подтянуть.

Но в любом случае уже осенью того же года мамоновский полк — если не в полном составе, то по крайней мере отдельные его подразделения — приняли участие в Бородинской битве, Тарутинском и Малоярославецком сражениях.

Чуть позже мамоновский полк, был переформирован и переименован в «Уланский генерал‑майора графа Дмитриева‑Мамонова полк», а затем влился в качестве самостоятельной единицы в ряды русской регулярной армии и принял участие в заграничных походах 1813—1814 гг., в т.ч., сражался под Дрезденом и при Кацбахе.

В 1814 году полк был расформирован в г. Форлуи во Франции после того, как казаки полка вступили в драку с офицерами (союзного) австрийского отряда. А граф Дмитриев‑Мамонов, защищая подчинённых, нагрубил генерал‑полицмейстеру армии Ф. Ф. Эртелю. Расформировать полк приказал лично император Александр I.

Собственно, а что сталось с основателем?

Сам же граф после войны заинтересовался масонскими идеями и придумал свой преддекабристский тайный орден русских офицеров.

В своем подмосковном имении в Дубровицах построил замок, закупил пушки и вооружил часть своих крепостных. Логично, что все это вызвало немало вопрос, тревог и подозрений у власти, а именно, что не задумал ли граф военный мятеж?

Графа вызвали для дачи объяснений, но он отказался покидать свой замок.

Но незадолго до восстания декабристов граф все же был принудительно доставлен в Москву и посажен под домашний арест. Основание: отказывается признать нового императора Николая I.

Затем граф начал откровенно дурковать (дурачиться) - стал сочинять пародийные указы, оспаривать права Романовых на престол и подписывал свои бумаги титулами родовитых предков. (его род шел от смоленской ветки Рюроковичей).

Как результат: его объявят сумашедшим и заставят проходить "принудительное" лечение, хотя привязывание к кровати и обливание холодной водой, сложно назвать, в принципе, лечением.

Умер в 1863 году от ожогов, причиненных случайным возгоранием смоченной одеколоном рубашки.

Похоронен в Москве в Донском монастыре.

Из книги С.М. Зарубина «Трубка снайпера», изданной в 1963 году в Чите: «Номоконов – тунгус из рода хамниганов. Так считалось раньше, так он пишется и сейчас. Его маленький народ живёт в Забайкалье в разных местах: в Делюне, в Средней и Нижней Талачах, в сёлах близ Вершины Дарасуна. Его народ живёт многими обычаями эвенков, но не умеет разводить оленей. Его народ хорошо понимает и бурятский язык, но овец пасти не умеет и к хлебопашеству не приучен. Степные буряты, которые живут рядом, считают хамниганов своим народом. Эвенки – тоже своим. И это хорошо. Хамниган на том и другом языке – лесной человек. Правильно: раньше его маленькое, очень древнее монгольское племя кормилось только охотой. Когда русские люди построили железную дорогу, жить стало труднее: паровозы пугали зверей. Тогда «лесные люди» перекочевали всем родом в верховья реки Нерчи и стали охотиться там…»

Таким образом, забайкальская фамилия Номоконов, безусловно, является памятником российской истории, культуры и языка и может рассказать немало интересного о жизни и быте различных народов, издревле населявших огромные пространства России. Представители этой фамилии могут гордиться ею, как ценным памятником истории и культуры российского государства. Фамилия входит в число старинных именований, возникших в XVII веке на пересечении культур русского народа и коренных народов Сибири. В настоящее время эту древнюю фамилию могут носить представители любой национальности…

Легендарный снайпер Семён Данилович Номоконов прославил фамилию и свой род. Из биографии Семёна Даниловича мы знаем, что он был крещён. Ещё раньше принял православие его отец Данила Иванович Номоконов. Как известно, при крещении инородцев имя давал священник, а фамилию – крёстный отец.

В Борзе проживают потомки репрессированных в 1930–1938 гг. семей казаков Номоконовых из Цаган-Олуевской станицы.

Одна из них – Лидия Ивановна (Номоконова) Алексеенко (р.1939), уроженка Китая, дочь казачьего сына Ивана Фёдоровича Номоконова и дочери казака Александры Илларионовны (Дитских) Номоконовой, при встрече поделилась сведениями и воспоминаниями о своей семье. Выяснилось, что крёстный отец, давший фамилию отцу снайпера Номоконову Даниле Ивановичу, был Данила Дмитриевич Номоконов (р.1838) – её прадед. Обе семьи жили в верховьях Шилки. В дальнейшем судьбы крестника и крёстного отца разошлись. Данила Иванович Номоконов остался жить в верховьях реки Шилки, а Данила Дмитриевич Номоконов стал пограничным казаком Цаган-Олуевской станицы на китайской границе по реке Аргунь и переехал с семьёй в посёлок Абагайтуй Акшинского уезда.

Ещё Лидия Ивановна рассказала, что в семье у них как семейную реликвию дед Фёдор хранил фронтовые заметки из газет о Семёне Даниловиче Номоконове – первую, напечатанную в декабре 1941 года, и статью фронтового корреспондента Евгения Воробьёва «Трубка снайпера», напечатанную в апреле 1945 года (позже на её основе была написана книга С.М. Зарубина). В семье всегда знали, кто такой Данила Иванович Номоконов и один из его сыновей – Семён Данилович.

Прадед Лидии Ивановны Данила Дмитриевич (относился к четвёртой ветви рода служилых казаков Номоконовых – к Дмитриевичам) и дед Фёдор Данилович были очень набожными людьми и настоящими православными христианами, всегда помнили всех своих крестников и следили за их судьбой. Такая семейная традиция сохранилась в этих семьях и сегодня. К сожалению, не сохранились старые семейные снимки казаков с наградами, семейные иконы, церковные книжки с записями о крестниках, заметки из фронтовых газет.

Родовое древо Номоконовых

Семён Номоконов (р.1639) – прародитель рода. («Первожители Забайкалья», С.А. Гурулёв, изд. Иркутск, 2014 г.).
Дмитрий Семёнович (р. 1695) – его младший, четвёртый, сын, нерчинский конный казак. Его дети: Гаврила (1722–1796), Яков (р.1724), Роман (р. 1726).
Роман Дмитриевич Номоконов – нерчинский служилый казак, его жена – дочь казачьего пятидесятника Мыльникова Дмитрия Матрона Дмитриевна (Мыльникова) Номоконова (р.1726). Брак заключён 28.04.1750 г. (Госархив Забайкальского края). Их дети: Семён (р.1760), Иван (р.1762).
Семён Романович Номоконов (р.1760) – нерчинский казак.
Дмитрий Семёнович Номоконов (р.1801) – пограничный казак Абагайтуевского караула Цаган-Олуевской станицы. Его дети: Иван (р.1825), Константин (р.1837), Данила (р.1838).
Старший брат Данилы Дмитриевича Номоконова, пограничный казак Цаган-Олуевской станицы караула Абагайтуй Иван Дмитриевич Номоконов (р.1825) в 1857 г. вместе с женой Афонасией (р. 1823) и детьми: Арсением (р. 1850), Соломонидой (р. 1854) и Матвеем (р. 1856) был переселён на Амур (ГАЗК).
В именных списках казаков Забайкальской области за 1878 г. числятся по Цаган-Олуевской станице караула Абагайтуй: пограничный казак Константин Дмитриевич Номоконов (р. 1837). У него сыновья: Михаил (р. 1858), Константин (р. 1862), Иван (р. 1864), Арсентий (р. 1867).
Его брат, пограничный казак Данила Дмитриевич Номоконов (р. 1838); у него сыновья: Фёдор (р. 1872), Дмитрий (р. 1873) (Госархив).
Также из воспоминаний Лидии Ивановны: в семье её прадеда Данилы Дмитриевича росли, кроме её деда Фёдора, ещё четыре брата: Дмитрий, Андрей, Георгий и младший Григорий. В семье деда Фёдора Даниловича и бабушки Евдокии Семёновны (Стрельниковой) Номоконовй (1880–1962) росли дети: её отец Иван (р. 1914) и ещё две сестры – Мария Фёдоровна (Номоконова) Бянкина (р. 1911) и Лидия (Иулита) Фёдоровна (Номоконова) Окладникова (р. 1908). В семье отца Ивана Фёдоровича Номоконова (1914–1977) и матери Александры Илларионовны (Дитских) Номоконовой (1920–2006), кроме неё ещё росли сестра Зинаида (1938–2016) и брат Прокопий (р. 1942)

Номоконовы: Китай – Красноярск – Борзя

Семья деда Лидии Ивановны, Фёдора Даниловича Номоконова, ещё до революции 1917 г. жила в Китае на станции Чжаромтэ (227-я верста). Дед работал стрелочником на КВЖД. Станция находилась на западной линии Манчжурия – Пограничная (расстояние от Харбина в верстах – 647). На станции тогда проживали 52 человека русских и 5 человек китайцев. Ближайшая Спасо-Преображенская церковь находилась в Хайларе, настоятелем был протоиерей Валентин Никодимович Синайский. Эта церковь была сооружена в 1903 году правлением общества Китайско-Восточной железной дороги для конных и пехотных частей Заамурского округа. С 1920 года церковь была передана хайларскому приходу. Храм был богат святынями и полковыми образами.

В метрических книгах этой церкви есть записи о рождении и крещении отца Лидии Ивановны – Ивана Фёдоровича и его детей: Зинаиды, Лидии, Прокопия (в паспорте место рождения у всех детей записано как 16-й разъезд, Хайларский район, Китай). До 1954 г. большая семья Номоконовых проживала на этой станции.

В 1954 г. семья решает поехать на освоение целинных земель. Переселенцам в Казахстан и Красноярский край давали хорошие подъёмные. Семья Номоконовых, получив пособие, по тем годам немалые деньги, переселяется в Красноярский край, Даурский район, Балахтинский совхоз. Потом – в Ирбейский район, с. Чухломино.

В Красноярском крае они прожили недолго – в 1956 году вернулись в Забайкалье и стали жить в Борзе. Дед Лидии Ивановны Фёдор Данилович Номоконов умер в 1956 г. и похоронен в Чухломино.

Казачья кровь

Младший брат деда Лидии Ивановны Григорий Данилович Номоконов (1881–1938) был в своё время геройским казаком, православным христианином и настоящим человеком. Приказный 1-го Аргунского казачьего полка пос. Абагайтуевский Цаган-Олуевской станицы. Участник войны с Японией в рядах 6-й сотни 1-го Верхне-Ундинского казачьего полка. Был награждён знаком отличия военного ордена Святого Георгия (Георгиевским крестом) 4-й степени («за храбрость и мужество в делах против японцев», 1904) и 3-й степени (1914), медалью за поход в Китай. («Георгиевские кавалеры Забайкальского казачьего Войска», В.Ю. Апрелков, 2016 г.)

…Почти все семьи пограничных казаков Номоконовых из Абагайтуя Цаган-Олуевской станицы были репрессированы. Первыми жертвами репрессий из семьи Григория Даниловича Номоконова стали его сыновья – Деонис и Пётр; их расстреляли в один день – 26 мая 1938 года.

Дважды Георгиевский кавалер Григорий Данилович Номоконов был арестован раньше сыновей, но умер в камере от пыток через два месяца и четыре дня после их смерти. Мужественным человеком и настоящим героем был казак Григорий Данилович Номоконов. Таких людей очень мало. Страшная судьба у героя… Мы все должны это знать и помнить о нём, как и обо всех безвинно пострадавших.

Сведениями о близких родственниках и их дальнейшей судьбе поделился уроженец и житель г. Борзя, внук Георгиевского кавалера Григория Даниловича Номоконова Пётр Васильевич Намаконов (Номоконов).

Бабушка Петра Васильевича Павла Евграфьевна (Кузнецова) Номоконова (р. 1889), дочь пограничного казака Абагайтуевского караула Кузнецова Евграфа Ивановича (р. 1847), до замужества работала стряпухой у купцов, торгующих с Китаем и останавливавшихся в Абагайтуе. В 1910 г. вышла замуж за Григория Даниловича. В семье росли три сына и дочь. После революции 1917 г. много изменений произошло в стране. Семья переехала в Борзю, где родилась младшая Анна (р. 1923). После смерти мужа в 1938 г. Павла Евграфьевна прожила 29 лет, умерла в 1967 году в возрасте 78 лет, похоронена в Борзе.

Василий Григорьевич Намаконов, третий сын Георгиевского кавалера Григория Даниловича Номоконова, единственный оставшийся в живых после репрессий, служил на Дальнем Востоке в артиллерийских войсках. После Великой Отечественной был демобилизован, вернулся в Борзю, устроился рабочим на мясокомбинат. В конце 40-х создал семью. Его жена Вера Викторовна (1915–1998) (мать Петра Васильевича) работала машинисткой при воинской части, а позже – в бухгалтерии Борзинского мясокомбината.

Вера Викторовна и Василий Григорьевич прожили достойную жизнь. Вырастили и воспитали пятерых детей: Екатерину (р. 1950), Петра (р. 1953), Галину (р. 1956), Любовь (р. 1957), Василия (1959–2015).

Сын Георгиевского кавалера Василий Григорьевич умер в 1970 году в возрасте 56 лет от туберкулёза лёгких, его жена Вера Викторовна – в 83 года. Они, а также дочь Георгиевского кавалера Евдокия Григорьевна Намаконова (Номоконова) (1915–1994) и её муж Семён Семёнович Юринский (1911–1998), всю жизнь прожившие в Борзе, покоятся на городском кладбище. О судьбе младшей дочери Георгиевского кавалера Анне Григорьевне (р. 1923) родственникам ничего не известно.

Внук Георгиевского кавалера Пётр Васильевич проживает с семьёй в Борзе, его дети живут в Чите. Внучка Георгиевского кавалера Галина Васильевна Каменщикова и её дети – в г. Иркутске, её сестра Любовь Васильевна – на Украине в Днепродзержинске. (Со слов Петра Васильевича Намаконова записано 23 сентября 2018 г.)

Немало было Георгиевских кавалеров из семей казаков Кузнецовых караула Абагайтуй Цаган-Олуевской станицы. Почти все тоже были репрессированы. В списках пострадавших от репрессий есть и младший брат Павлы Евграфьевны (Кузнецовой) Номоконовой Илья Евграфович Кузнецов (1892–1933) – казак 1-го Читинского казачьего полка четвёртой сотни пос. Абагайтуевский Цаган-Олуевской станицы. Тот, что был ранен в разведке у деревни Воля-Цихровская в октябре 1914 года. Стал красным партизаном, работал в сельхозартели «Аргунь». «Крестьянин-единоличник. Арестован 5 апреля 1933 г. Приговорён 31 мая 1933 г. Тройкой ПП ОШУ по ВСК по ст. 58-7, 58-10 УК РСФСР к 5 годам лишения свободы. Реабилитирован 24 октября 1989 г. прокуратурой Читинской области. Жена Пелагея – 1892, дочь Татьяна – 1919», – сказано в Книге памяти.

Там же читаем о Степане Ивановиче Номоконове: «Родился в 1903 г. Житель ст. Мациевская Борзинского р-на ВСК. Работал на сенной базе, заведующий. Арестован 22 августа 1933 г. Приговорён 29 августа 1933 г. к высылке в трудпосёлок сроком на 3 года. Реабилитирован 21 января 1967 г. Читинским обл. судом. Жена, дети – 3 чел.».

О Тимофее Ивановиче Номоконове: «Родился в 1897 г., русский, житель с. Абагатуй. Служил в Белой армии. Работал в колхозе «Пограничник», пастух. Арестован 20 ноября 1937 г. Приговорён 19 января 1938 г. к ВМН. Приговор исполнен 19 февраля 1938 г. Реаб. 16 июня 1959 г. военным трибуналом ЗабВО. Жена: Мария Артамоновна – 31, дети: Максим – 12, Феодора – 11, Филарет – 9, Александра – 5, Геннадий – 2, Галина –1 мес.».

О Фёдоре Кузьмиче Номоконове: «Родился в 1895 г., с. Цаган-Олуй Акшинского уезда Забайкальской обл., русский, житель г. Борзя Борзинского р-на Читинской обл. Служил в Белой армии. Красный партизан. Работал на базе «Скотимпорт», бухгалтер. Арестован 17 января 1938 г. Приговорён к ВМН. Приговор исполнен 14 сентября 1938 г. Реаб. 30 августа 1957 г. военным трибуналом ЗабВО. Жена: Матрёна Гавриловна – 1901, дети: Мария – 1922, Анна –1931».

Немногие уцелевшие потомки репрессированных казачьих семей Номоконовых сегодня проживают в г. Борзя Забайкальского края. Очень мало документов и фотографий сохранилось. Всем, что у них есть (личными фотографиями, документами, воспоминаниями), семьи поделились с нами. Выражаем им своё уважение и глубокую благодарность за память о своих героических предках.

(с) Михаил Трофимович Малахов, Александр Андреевич Номоконов, с. Улан-Цацык, Оловяннинский район

https://ok.ru/group/52620424839310/topic/158131752356750

Вот такая статья. А теперь - обещанный бонус. По материалам сайта "Предыстория".

В статье видим:

Семён Номоконов (р.1639) – прародитель рода. («Первожители Забайкалья», С.А. Гурулёв, изд. Иркутск, 2014 г.).

Это Семён Кузьмич Томских (чьих? - так многие фамилии образованы), или Томский, или Томской в старинных документах. Его отец Козьма Андреевич ~1599 года рождения был уроженцем города Томска и служил там конным казаком. Семён родился в январе 1639, в 1659 женился на уроженке Томска. Два старших сына родились опять же в Томске. В 1683 конный казак Семён Козмин Томской был отправлен "в Дауры", то есть в Забайкалье, где в конце концов получил звание нерчинского сына боярского, чин казачьего пятидесятника и земельный надел недалеко от Нерчинского острога.

Старшие сыновья Пётр и Макар, а также брат Семёна Афанасий, тоже переселились в Забайкалье. Они носили фамилию Томские, и забайкальские Томские/Томских - их потомки. Либо потомки крестников. Семён же второй раз женился на местной девушке, возможно, из тунгусского рода Намасин. Похоже, что именно это (и общение с тунгусами) и привело к появлению у него прозвища "эвенкийского" происхождения "Номокон", впоследствии превратившегося в фамилию.

В архивных документах Семёна записывали то так, то сяк:

РГАДА Ф.1142-1-5. Нерчинская приказная изба. Челобитные торговых и промышленных людей о поверстании их в казачью службу. 1674-1675 гг. - на листе 20 - Семен Козмин Томской

СПбИИ РАН Ф.96-1-32. Нерчинская воеводская изба. Дело о верстании в казачью службу по Нерчинскому острогу. 1676 год. (Челобитная и поручная). - с.30 - Семен Козмин Томской

ГАЗК Ф.10-1-1. Нерчинская приказная изба. л.93 Книга роздаточная ис казны Великих Государей хлебного запасу ржаной муки на нынешней 194 [1686] год новоприборным казакам Тоболским и Туринским и Верхотурским и Тюменским которые новоприборные казаки служат Великим Государем в Даурских острогах и имяны их писаны в сеи Книге по разным статьям. - л.98 - Семен Номокон

РГАДА Ф.1142-1-56. Нерчинская приказная изба. Челобитные и поручные записи служилых Нерчинского острога. 1691 год. - л.128 - Сенка Козмин

ГАЗК Ф.10-1-133. Книга для записи денежных сумм, оставшихся от раздачи жалованья конным и пешим казакам. 1695 г. - л.119 и л.139об. - Пятидесятник Семен Козмин сын Томской

РГАДА Ф.214-1-1576. Нерчинская приказная изба. Книги окладные. 1709–1712 гг. - л.14об. - Семен Номокон
там же, л.35: "Поверстаны по Нерчинску в Дети Боярские Леонтей Номоконов"; " в конные Пятидесятники казачьи Ефтифей Номоконов в оклад отца ево Семена Номокона", а на листе 67об. и вовсе:

Семен Томской и в нынешнем 1712 году Маия в _ день по Указу Великого Государя и по писму из розрядного стола за справою подъячего Федора Малцова Приверстан по Нерчинску в ево Семеново место и оклад сын ево родной Ефтифей Номоконов

В общем, стал Семён Номоконом, и четыре его сына от второй жены получили фамилию (чьи?) Номоконовы. И понеслось.

Русское казачество для Российской империи было как гордостью, так и головной болью. Казаки всегда стояли на страже границ страны, но при этом обладали известной долей самостоятельности и самоуправления. Отличные кавалеристы и прирожденные воины, они могли одинаково хорошо служить и в личной охране императора, и разгонять демонстрации недовольных. При этом казаки очень ревностно относились к любому ущемлению своих прав, рьяно отстаивая право на самостоятельность.

Революция и последовавшая затем Гражданская война навсегда разделила казачество на два непримиримых лагеря. Не раз во время сражений белое казачество сталкивалось в кровавой битве со своими красными собратьями. Но закончилась Гражданская война и большая часть белоказаков эмигрировало, осев за границей. Некоторые из них вполне успешно вписались в мирную жизнь в неродных заграничных пейзажах. А некоторые продолжали мечтать о реванше.

На службе Хитлера

С приходом к власти в Германии Адольфа Гитлера, часть белоказачьего движения установила с национал-социалистами тесные связи. Их идеологом стал атаман Всевеликого войска Донского Петр Краснов. В зарождающемся в Германии нацизме он видел ту силу, которая поможет ему расквитаться с большевиками за все лишения Гражданской войны. И когда Германия вероломно вторглась на территорию СССР, Краснов уже на следующий день обратился к казакам с воззванием:

Я прошу передать всем казакам, что эта война не против России, но против коммунистов… Да поможет Господь немецкому оружию и Хитлеру!

После этого призыва с легкой руки Краснова и началось формирование казачьих соединений, которые стали воевать на стороне немцев. В конце 1941 года в составе группы армий «Центр» находилась 444 казачья дивизия в составе нескольких казачьих сотен и 102 казачьего эскадрона. Участия в наступательных действиях они не принимали, а лишь занимались охраной гитлеровских тылов. А следовательно, участвовали в борьбе с партизанами.

Первоначально все казаки были белыми эмигрантами. Но к 1942 году положение дел стало меняться. Казаки на службе Гитлера показали себя очень эффективно – они были беспощадны против красноармейцев и не ведали жалости в расправе над мирным населением. Поэтому немецкое командование разрешило в конце 1942 года провести казачий сход в оккупированном Новочеркасске. Результатом этого схода стало создание двух крупных казачьих объединений – Казачьего стана и 600 полка донских казаков.

В 1943 году Краснов был назначен главой казачьего центрального управления Восточного министерства. В журнале «На казачьем посту», он призывал всех казаков вступать в ряды немецких оккупантов:

Идите в германские войска, идите с ними и помните, что в Новой Европе Адольфа Гитлера будет место только тем, кто в грозный и решительный час последней битвы нелицемерно был с ним и германским народом.

Формирование этих частей шло за счет недовольных советской властью донских казаков, военнослужащих из числа пленных и второй волны белоказачьей эмиграции.

Видя успех возрожденного казачьего движения на оккупированной территории, с санкции Гитлера в Берлине было образовано Главное управление казачьих войск, которое возглавил Петр Краснов. Он взялся за дело рьяно и вскоре свет увидела присяга казака войска Донского, в которой были такие слова:

… буду Вождю Новой Европы и Германского народа Адольфу Гитлеру верно служить и буду бороться с большевизмом, не щадя своей жизни, до последней капли крови.

И казаки служили. Причем, делали это настолько рьяно, что порой их жестокость не уступала жестокости войск СС. В основном Казачий стан, состоящий по большей части из коллаборационистов, проявил себя во время карательных операций в Белоруссии. Они жестоко расправлялись с пленными партизанами и изощренно издевались над мирным населением. У жителей Белорусских деревень с тех пор воспоминания о казаках окрашены исключительно в мрачные тона.

Планы на «казачью республику»

Уже в 1943 году положение на фронтах Великой Отечественной начало меняться и Советская армия стала переходить в наступление. До освобождения Белоруссии оставался еще целый год, но германское командование решило заранее перебросить казачьи части подальше на восток – в Польшу. Там казаки Краснова отметились в подавлении Варшавского восстания. За боевые действия против повстанцев, которые сопровождались неоправданной жестокостью, вермахт даже наградил многих казаков и офицеров орденом Железного креста.

В 1944 году казачьи соединения перебросили из Польши на север Италии бороться с местными партизанами. К концу сентября 1944 года казаков там собралось около 16 тысяч. Устроились они с комфортом – местный город Алессо был переименован в Новочеркасск, а все местное население просто насильно депортировали. Остальные мелкие города севера Италии переименовывали в станицы и в это место стали пребывать члены семей белоэмигрантских казаков, а также остальные казачьи части. К 1945 году численность «казачьей республики» составила уже 35 тысяч человек. А в феврале 1945 года сюда перебрался и атаман Краснов.

Но планам по созданию в Европе нового Казачьего стана и свободного анклава вольных казаков не суждено было сбыться – 30 апреля 1945 года командующий немецкими войсками в Италии генерал Ретингер подписал приказ о прекращении огня и последующей капитуляции.

Положение казачьих частей на севере страны оказалось угрожающим. Уничтожить итальянских партизан у них так и не вышло и казаки все чаще подвергались вооруженным атакам сил итальянского Сопротивления. А о поддержке вермахта можно было только мечтать. По сути, высшему немецкому командованию было уже не до казаков, тут надлежало беспокоиться о собственной шкуре. Поэтому Краснову пришлось решать только одну задачу – как и кому сдаться в плен с наибольшей выгодой.

Оставаться в Италии был не вариант – слишком много кровавых и жестоких дел успели натворить здесь казаки. Краснов и командование Казачьего стана приняли решение перебраться в восточную часть Австрии и добиться там «почетной капитуляции» перед западными союзниками.

К 10 мая в Восточном Тироле в Австрии находилось около 40 тысяч казаков и членов их семей. Через два дня сюда прибыл казачий корпус генерала Шкуро количеством 1600 человек, который воевал на территории Югославии. А 18 мая в город Лиенц прибыли представители английских войск, которым штаб Всевеликого войска Донского и Казачий стан торжественно сдались.

Расчет Краснова был понятен – он твердо верил в то, что борцов с большевизмом союзники ни при каких условиях не будут сдавать Советскому Союзу, а оставят себе, позволив вернуться к мирной жизни в Европе.

Выдача

Но все произошло с точностью до наоборот. Уже 28 мая англичане провели операцию по выдаче советскому командованию высших офицерских чинов Казачьего стана, а 1 июня началась массовая выдача казаков советской стороне.

Чтобы понять, почему так произошло, надо знать, что у Британии и США существовали обязательства перед СССР, которые были закреплены еще на Ялтинской конференции. По ним союзники обязались передавать СССР всех перемещенных лиц, являвшихся гражданами СССР до 1939 года. В Казачьем стане таких было большинство – это те казаки, которые радостно вступали под знамена Краснова в 1941–1942 годах. По сути, обычные предатели.

Были еще и белоэмигранты, но и их передавали советской стороне с той же решимостью. Дело в том, что казаки к тому времени успели заработать дурную славу по всей Европе. Кровавое подавление Варшавского восстания, истребление итальянских партизан, депортация и издевательства над местными жителями – грехов у них хватало сполна.

Передача всех пленных казаков происходила отнюдь не в мирных условиях. Они сопротивлялись и пытались сбегать (некоторым это удавалось). Английским войскам пришлось даже применять силу, и по некоторым данным, в Лиенце летом 1945 года погибло около тысячи казаков.

По отчету НКВД от 15 июня 1945 года советская сторона получила от англичан 42 913 человек, из них 16 генералов, 1410 офицеров и 7 священников.

Суд и память

Суд над казачьими командирами состоялся в январе 1947 года. На скамье подсудимых оказались Петр Краснов, Андрей Шкуро, Тимофей Доманов и Гельмут фон Паннвиц – командир 15 казачьего кавалерийского корпуса СС. Военной коллегией Верховного Суда СССР виновные были приговорены к смертной казни через повешение. Через полтора часа во дворе Лефортовской тюрьмы приговор был приведен в исполнение.

А что же с остальными? Как пишут историки, их всех отправили в ГУЛАГ, где многие вскоре погибли. Но были и те, кто вышел на свободу уже через 10 лет в соответствии с проведенной тогда амнистией, которая касалась коллаборационистов. Понятное дело, что вышедшие на свободу казаки вели себя тише воды и о своих «подвигах» не распространялись.

Можно еще долго рассказывать про то, как в 1996 году казачьих командиров вермахта реабилитировали, а в 2001 году уже при другой власти, это решение было отменено. Стоит упомянуть и про памятную плиту в районе станции метро «Сокол», установленную в честь них в 1998 году и снесенную накануне дня Победы в 2007 году.

Более того, волонтеры "Добровольческого корпуса" и Общественного совета, московские краеведы и патриоты обнаружили предполагаемое место захоронения Белого генерала Якова Слащева-Крымского. Это упомянутый парк на Соколе на территории Братского кладбища, уничтоженного властями в 1930-е годы, где хоронились герои Первой мировой войны, чины Белой армии, жертвы красного террора, бойцы Красной армии (РККА). К 98-летней годовщине окончания Первой мировой войны родственники установили на Братском кладбище скромную плиту Примирения и Памяти со списком погибших, чьи места погребения удалось установить. Есть в этом списке генерал Слащев.

Текст на мраморной доске: "Плита примирения и памяти. Священник Петр Верховский, сестра милосердия Ольга Рауэр, юнкер женского батальона смерти Евгения Некрасова, рядовые Федор Путин, Петр Нарышкин, румын Марин Беренде, серб Светозар Мойч, мл. унтер-офицер Чешско-словацкой дружины Дмитрий Реген, прапорщики князь Илья Шаховской, бельгиец Владимир Уйтенховен, Сергей Постников, француз поручик Александр Бульон, военный журналист Сергей Мамонтов, капитан Николай Кавелин, полковник Фридрих Бредис, генералы Владимир Фолимонов из казаков, Иван Гогоберидзе, Яков Слащев-Крымский, чины Белой армии казак Игнат Басакин, Абдул Хатапов, венгр Густав Март, бойцы РККА Николай Иванов, Фриц Матус, Берта Мауче, царские министры МВД Алексей Хвостов, Николай Маклаков, сторож Братского кладбища Иван Вайс".

В 2013 г. вышел в свет двухтомник о Братском кладбище под редакцией ведущего специалиста Исторического музея Марии Катагощиной. Согласно опубликованным в нем спискам, на этом кладбище были погребены люди, чьи фамилии совпадают с фамилиями высших руководителей Российской Федерации. На запросы руководства "Добровольческого корпуса" и Общественного совета в Администрацию Президента РФ и Госдуму оттуда сообщили, что "не дают сведений о родственниках первых лиц государства", но одновременно неофициально намекнули, что патриоты "ведут поиски в правильном направлении". Как бы то ни было, но вряд ли является простым совпадением то, что после этого, начиная с 2013 года, спикер Госдумы Сергей Нарышкин, представители Администрации Президента РФ и Мэрии Москвы начали ежегодно 1-го августа (в день начала Первой мировой войны) официально возлагать венки и цветы на Братском кладбище к обелиску "Павшим в Мировой войне 1914-1918 годов".

30 апреля 2015 г. в Храме-часовне Преображения Господня на территории Братского кладбища состоялась торжественная церемония перезахоронения Великого князя Николая Николаевича Романова - Верховного Главнокомандующего всеми сухопутными и морскими силами Российской Империи в начале Первой мировой войны. На церемонии присутствовали спикер Госдумы Сергей Нарышкин, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл, мэр Москвы Сергей Собянин, князь Дмитрий Романович с супругой и князь Ростислав Ростиславович. Заупокойную литию совершил митрополит Волоколамский Илларион. Солдаты почетного караула совершили три залпа в память о великом князе, после чего его прах был предан земле в здании часовни.

Можно рассказать и про памятник казачьим подразделениям третьего рейха в станице Еланской Ростовской области.

Почему же добрых 18 лет вольготно высился в России памятник такому человеку? А потому, что он был на «частной территории». Когда в 2007 году авторитетный донской бизнесмен Владимир Мелихов установил на своём личном подворье в станице Еланской памятник Краснову, то прокуратура Шолоховского района сгоряча потребовала его демонтировать. Но Мелихов гордо заявил, что он — владелец усадьбы и вправе украшать её как угодно. А памятник Краснову он решил установить, потому что «атаман своей жизнью и деятельностью являл яркий пример жертвенного служения русскому народу и Отечеству». Короче говоря, прокурорам пришлось ознакомиться с выразительной фигурой из трёх пальцев под названием «накося выкуси». «Священное и неприкосновенное право частной собственности», чо!
Но всё хорошенькое когда-нибудь кончается. Вот теперь г-н Мелихов не только лишился двух статуй своего обожаемого атамана, но и штраф на него наложили. А музей «Донские казаки в борьбе с большевиками» закрыт.

Память о настоящих героях той войны, среди которых воевало и гибло много казаков, настоящих героев своей Отчизны, навсегда останется и в сердцах и в памяти. И никакие фальшивые возвеличивания псевдопатриотов ничего не изменят.

Пруф

Пруф2

Пруф3

★ ★ ★★ ★ ★★ ★ ★★ ★ ★

В другой своей более ранней работе «К проблеме Ингушской автономии» (журнал «Этнографическое обозрение», №5, 1990 год, стр. 29–30) Карпов пишет:

«Важным этапом в стабилизации этнических границ в равнинной и предгорной зонах Центрального Кавказа был XVIII — первая половина XIX в. Ингуши в этот период утвердились на землях по правому берегу Терека — в Тарской долине и на соседних территориях. В XVIII в., ингуши, приняв обязательства по охране Военно-Грузинской дороги в районе Дарьяльского ущелья, в 1810 г. официально закрепили за собой право «землями и лесами пользоваться... безвозбранно по правую сторону течения р. Терек». В этот же период с участием российской администрации была определена граница между территориями расселения ингушей и осетин, в основном по Тереку. Ингушские селения в Тарской долине просуществовали до начала 1860-х годов, когда их жители после окончания Кавказской войны были переселены, а на их месте основаны казачьи станицы. Расположение последних в этом и соседних предгорных районах не только разделило Ингушетию на две части — горную и равнинную (Назрановский участок), но и чрезвычайно обострило земельный голод среди ингушей. Эти обстоятельства обусловили конфликтность взаимоотношений ингушей с казачеством на протяжении второй половины XIX — начала XX в., непримиримость позиций и остроту борьбы между горцами и казачеством во время гражданской войны. Указом Горской республики в 1920-е годы земли в равнинных районах по правому берегу Терека были возвращены ингушам, а русское (казачье) население переселено в разные районы Северного Кавказа».
https://eo.iea.ras.ru/issue/14055/

https://drive.google.com/file/d/1ujDsQ1RICdCGRC4Ffce2TvTM-YCCLf4C/view?usp=drivesdk