Осетины на службе Третьего рейха
54 поста
54 поста
5 постов
35 постов
2 поста
5 постов
1 пост
Готовится к выпуску шестое дополненное издание сборника архивных материалов и документов про массовое сотрудничество осетин с нацистами в годы ВОВ, дезертирство и бандитизм. Ещё больше материалов, ещё больше имён предателей Родины и пособников нацизма.
Основой для этой книги стали в первую очередь документы Российского государственного военного архива (РГВА), Государственного архива РФ (ГАРФ), Центрального архива ФСБ РФ, Центрального архива Министерства обороны РФ (ЦАМО), а также материалы российских историков, в том числе и северо-осетинских.
Осетины переняли у ингушей круговой танец «Зилга-кафт»
Источник: «Василию Ивановичу Абаеву 100 лет. Сборник статей по иранистике, общему языкознанию, евразийским культурам», Москва, 2000 г. Глава «К влиянию кавказских языков на культурный слой осетинской лексики», Таказов Х. А., стр. 152.
https://clck.ru/V7yNF
«Известно влияние кавказских народов на, так сказать репертуар осетинских танцев. В нартских сказаниях речь идёт обычно только о симде и о танце на носках. А сейчас осетины танцуют помимо них еще и танец приглашения «хонгё кафт» и круговой танец «зилгё кафт». Откуда появились два последних танца у осетин? Видимо, с ними осетины познакомились у соседей своих. Не об этом ли говорят вторые (а скорее первичные) названия этих танцев, широко используемые в народе наряду с первыми.
Так, танец приглашения у осетин называется еще кёсгон кафт, буквально «кабардинский танец», а круговой танец— мёхьёлон кафт, буквально «ингушский танец».
Лезгинка ингушей и осетин
Источник: журнал «Этнографическое обозрение», №1-2, «Черты нравов православных осетин и ингушей Северного Кавказа», Кл. Борисевич, г. Москва, 1899 год, стр. 247.
«Tанцы осетинъ отличаются нѣсколько отъ лезгинки ингушей. Главное отличiе въ танцахъ осетина состоитъ въ томъ, что осетинъ иногда во время танцевъ беретъ дѣвушку за руку и танцуетъ съ нею вмѣстѣ, чего обычай ингушей ни въ коемъ случаѣ не допускаетъ. Если бы ингушъ во время танцевъ взялъ дѣвушку за руку, то эта вольность считалась бы оскорбленiемъ, и виновникъ ея поплатился бы. Кромѣ того, въ танцахъ ингуша видна удаль кавалера; въ танцахъ же осетина — скромность, плавность. Во время плясокъ на инструментахъ играютъ у осетинъ какъ парни, такъ и дѣвушки. Ингушъ же не станет играть, когда присутствуютъ на танцахъ дѣвушки. Тогда игра всецѣло лежитъ на обязанности дѣвушекъ».
Ингушский танец «мæхъхъалон кафт» турецких кавказцев
Источник: «Кубатиев Темирболат. Воспоминания осетинского эмигранта. Часть I. Моя жизнь на Кавказе»/Перевод с турецкого языка, предисловие и примечания Г. В. Чочиева, Владикавказ, 2014 год, стр. 401.
[Стр. 401] «Как вы все хорошо знаете, танец, известный в Анатолии под названием «шейх Шамиль» (по своему происхождению чечено-ингушский и потому именуемый нами, осетинами, «мæхъхъалон кафт», то есть «чеченский танец»), очень подвижен и утомителен».
Тут необходимы небольшие комментарии. Слово «мæхъхъалон» по-осетински означает «ингуш», «ингушский». Переводивший с турецкого на русский язык мемуары Темирболата Кубатиева Георгий Чочиев сознательно сделал неправильный перевод. Словосочетание «мæхъхъалон кафт» переводится как «ингушский танец», а «не чечено-ингушский» и тем более не «чеченский». Тем более, что на той же странице внизу в сноске под номером 3 уточняется: «в оригинале по-осетински: Mekkalon kaft». А «чеченский» на осетинском будет «цæцæйнаг». Таким образом, налицо фальсификация и неправильный перевод, но это оставим на совести переводчика Георгия Чочиева.
Скачать мемуары можно по ссылке:
Ингуши и танец «Исламей». Культурные связи ингушей и кабардинцев
Источник: «Адыгские народные танцы», Нагайцева Л. Г., Нальчик, 1986 год, стр. 32, 33.
https://drive.google.com/file/d/1TOtCUb0vw-kYmiAfgMXE1ZpK2N70cFP7/view?usp=drivesdk
«Исламей» отличается от танцев группы «Удж» не только своей подвижностью, развитой изобретательной и искрометной техникой, но и происхождением. Так, например, в Кабардино-Балкарии этот танец имеет несколько версий своего происхождения. Одна из них связана с именем известного исследователя общеадыгского фольклора, старшего научного сотрудника, заслуженного деятеля искусств КБАССР 3. П. Кардангушева, который собрал интересные сведения об «Исламее». Вот что сохранила народная память в легендах и сказаниях, проливающих свет на события, оказавшие влияние на происхождение танца. «С давних пор народы Кабарды и Дагестана объединяли прочные экономические, политические и культурные связи. Примерно в середине VIII века, чтобы овладеть секретом производства шелка, два брата княжеской фамилии Мурадовых— Каншао и Ислам со своими людьми отправились в Дагестан и вблизи г. Темирхан-Шуры основали два кабардинских селения. Тогда же получили широкое распространение смешанные браки... Вскоре, овладев секретом, братья вернулись на родину. Они основали два селения: Каншао — в том месте, где Курп впадает в Терек, а Ислам — выше по течению р. Курп. Селения расположены были на границе с Ингушетией и названы по имени братьев Каншаовским и Исламовским (ныне Нижний и Верхний Курп). Жившие в Ингушетии переняли ингушский круговой танец и назвали его «Ингушским». Выучив его, исламовцы быстро распространили по Малой Кабарде. Когда этот танец перешел из Малой Кабарды в Большую, там он получил название «Исламей»— по названию села, из которого пришел...». Версия эта вполне жизнеспособна и правомерна, ибо переселения родами, семьями являлись типичными для тех времен. Установление дружественных отношений с соседями всегда отличало кабардинцев. Мирное сотрудничество способствовало проникновению, смешиванию элементов разнонациональных культур, особенно в социально-бытовой сфере. Заимствование у ингушей кругового танца, удобного для соревнования, темпераментного и быстрого по характеру, отвечали духу, нравам кабардинцев-исламовцев, которые распространили его по всей Кабарде. И несмотря на то, что кабардинцам с глубокой древности известно было движение танцующих по кругу («уджи»), однако лишь танцы-состязания небольшой группы участников, каким является «Исламей», удовлетворяли потребности молодых людей в самоутверждении».
Северо-Осетинский профессор Дзагуров Губади о соревнованиях в танцах среди ингушей и осетин в Горском клубе во Владикавказе в 1917–1918 гг. Победа ингуша Нальгиева
«Цоцко был непревзойденный танцор. Я видел еще трех таких танцоров в 1917–1918 годах в Горском клубе, который помещался в доме на улице Ленина (тогда Лорис-Меликова), второй дом от улицы Куйбышева по нечетной стороне. Вечер в Горском клубе был на приз. В танцах соревновались осетины и ингуши. Победил ингушский танцор офицер Нальгиев. Словами трудно описать, как красиво он танцевал лезгинку в ингушской манере. Видел и второго танцора — офицера Мистулова, танцевавшего в паре с учительницей Зангиевой. Он тоже танцевал бесподобно хорошо, несравнимо блестяще. Наконец, третьего танцора, молодого Абаева Г. (впоследствии врач) на свадьбе д-ра Карсанова у Гутиева Муссы (в Беслане). Он тоже танцевал лезгинку с большим искусством, мастерски, в грузинском стиле.
Все три танцора — молодые люди, когда тело человека легко подчиняется во всех своих членах воле танцующего, а потому неудивительно, что они танцевали с большим искусством, и образы их до сих пор за далью лет живо стоят перед моим умственным взором. А Цоцко было за пятьдесят лет, и станцевал он по-молодому, нисколько не хуже, а лучше даже в плавности движений, блеску глаз и воодушевленному, согретому изнутри огнем, лицу; каждый из них хорош по-своему, потому я их и помню, но Цоцко все-таки в сравнении с ними выигрывает. Он, незабвенный наш Цоцко, всегда обходительный, вежливый, несравнимый ни с кем темпераментный танцор».
24–31 декабря 1973 года. Г. Орджоникидзе.
Григорий Алексеевич Дзагуров (Губади Дзагурти), профессор. (Научный архив СОИГСИ, Фонд Дзагурова. д.67а, д. 67)
#Ингушский_танец
КТО ВИНОВАТ И КТО ПЕРВЫМ НАПАЛ И НАЧАЛ БОЙНЮ в Пригородном районе в октябре-ноябре 1992 года? Краткое изложение
Виноваты осетины, руководство Северной Осетии и России. Осетины и руководство Осетии говорят, что ингуши напали на них, чтобы отобрать Пригородный район , который раньше был ингушским. Но ингушам ни на кого нападать не надо было, чтобы возвращать Пригородный район. 26 апреля 1991 года за год до этого так называемого осетино-ингушского "конфликта" был принят Закон "О реабилитации репрессированных народов", который требовал от Северной Осетии вернуть Пригородный район в состав Ингушетии, так как он до 1944 года входил в состав Чечено-Ингушетии и является исторической этнической родиной ингушского народа. Таким образом, ингушам не надо было нападать на осетин, ингуши и так без единого выстрела получали Пригородный район согласно Закону "О реабилитации репрессированных народов". Смысл затевать войну был только у осетин, руководства Северной Осетии и России. Северная Осетия и осетины хотели избавиться от ингушей и оставить Пригородный район в своем составе, который по Закону они должны были вернуть в состав Ингушетии.
Прокуратура России признала, что НОЧЬЮ 30 октября 1992 года осетинские вооруженные формирования начали обстрел ингушских селений Пригородного района из крупнокалиберных пулеметов и гранатометов. Появились первые убитые и раненые ингуши, начали гореть ингушские дома. Утром 31 октября 1992 года ингуши пришли в себя после ночного нападения осетин и обстрела. Ингушам пришлось выводить своих женщин, детей и стариков из под обстрела, хотя многие старики отказались уезжать из Пригородного района и впоследствии были убиты и жестоко замучены осетинскими бандитскими формированиями под названием "народное ополчение" и "республиканская гвардия Северной Осетии". Обстрел продолжался еще долго. В это же время тысячи ингушей города Владикавказа по заранее подготовленным спискам уже были захвачены осетинскими бандформированиями в заложники.
Ингушская молодежь и население из Ингушетии, узнав утром 31 октября, что в Пригородном районе началась война и что осетины ночью совершили нападения и обстрел, ринулись в Пригородный район, к первому пограничному селу Чермен, разоружили осетинских милиционеров и российских солдат, отобрали несколько БТРов и вместе с ингушами из Пригородного района установили контроль над многими селениями, где компактно проживало ингушское население.
Наступило затишье. Потом 1 ноября пришли российские войска. ТУТ НАЧАЛОСЬ НЕПОНЯТНОЕ: российские войска и осетинские вооруженные бандформирования начали наступление на ингушские села Пригородного района, уничтожая всё и всех на своем пути. Плохо вооруженные ингуши до последнего обороняли свои сёла и дома в Пригородном районе, но силы были неравны и ингуши были вытеснены с территории Пригородного района и г. Владикавказа. Люди, не желавшие уходить из своих селений и не ожидавшие жестокости от вчерашних соседей-осетин попали в заложники или были убиты в десятках в заранее созданных для содержания ингушских заложников местах. До сих пор в списке без вести пропавших числятся около 150 ингушей.
Братская помощь дагестанских медиков для Ингушетии в дни геноцида ингушей в Пригородном районе и Владикавказе осенью 1992
Для Ингушетии поистине братскую помощь оказали дагестанские медики, решившие не только создать благотворительный фонд, не только организовать движение "Врачи за мир на Кавказе", но и направившие с миссией милосердия в республику группу из десяти высокопрофессиональных врачей.
Свидетельские показания членов группы гуманитарной помощи из Дагестана.
М.БАГОМЕДОВ, терапевт-гематолог:
- Особенно запомнилась одна женщина. У нее была семья. Теперь каждый день ходит в морг в надежде найти хоть кого-то из близких.
Трупы, трупы, трупы... Тысячи беженцев. Десятилетиями жили мирно, растили детей, а теперь - ни родного очага, ни работы, ни даже паспорта. Чьи они граждане? Где их Родина?
Сейчас в Ингушетии всем невыносимо тяжело. Своих врачей мало, медикаментов не хватает, база слабая. Мы, десять врачей, за два дня, проведенных там, приняли около тысячи больных, оказали им возможную в тех условиях помощь.
Хочется надеяться, что добрую инициативу поддержат и другие дагестанцы.
Ш.МАМЕДБЕКОВ, хирург торакального отделения РКБ:
- На всю республиканскую больницу в Назрани только шесть хирургов. Один кандидат наук и ни одного доктора, профессора...
При нас привезли шесть трупов, сожженных на автомобильных покрышках. Страшная картина видеть месиво из человеческих тел. Мы должны об этом знать, потому что некоторые наши крикливые политики забывают о последствиях отстаивания узконациональных интересов в ущерб другим.
Л.ПОПОВА, специалист по ультразвуковой диагностике:
- Это не горе - ужас, изуверство. В Ингушетии и так немало было медицинских проблем, а теперь во сто крат больше.
М.МАГОМЕДОВ, кандидат медицинских наук:
- Трагедия у соседей - надо помочь. Счастлив, что хоть какую-то долю боли наших братьев сумел взять на себя.
Ш.МУТАЕВ, зав.неврологическим отделением РКБ:
- Пора бы политикам понять, что в этом конфликте не будет победителей. Должно победить здравомыслие...
Мы там видели сожженные, обезображенные трупы, сотни людей с запущенными болезнями, десятки тысяч без крыши над головой. Всем им нужна наша помощь.
М.ШАХБАНОВ, зав.лор.отделением РКБ:
- Встречали нас со слезами на глазах, с благодарностью. Понять их можно, ведь мы были первыми, кто приехал с подобной миссией из соседних республик. А помощь наша, без преувеличения, там была весьма кстати.
Представляете - там на три района только трое врачей и все - с годичным стажем работы. Больных очень много. Служба же экстренной помощи отсутствует. Для серьезных консультаций приходится ездить в Грозный.
После первой поездки во мне окрепло желание поехать еще раз.
А.ИДРИСОВА, биоэнергетик:
- Подобное я видела только в фильмах ужасов. Передать свое состояние словами невозможно.
Тысячи людей пребывают в состоянии транса, и они нуждаются в срочной помощи. Им я старалась помочь. Но этого мало. Надо периодически выезжать в братскую республику, наладить в Махачкале систему подготовки ингушских специалистов.
Этот и другие конфликты на Кавказе не должны иметь продолжения, ибо они разрушают вековые истоки дружбы, посягают на мир в регионе, подтачивают наш материальный и духовный потенциал, лишают тысячи людей жизни.
М.ЭЛЬДАРОВ, кандидат медицинских наук, руководитель группы:
- Я такого еще не видел! И поэтому я не хочу, чтобы увиденное в Ингушетии хоть в малой мере повторилось в Дагестане. Не хочу, чтобы в моей республике появилась хоть одна безымянная могила. В Ингушетии же мы видели целые кладбища людей, личность которых не установлена.
Нам, врачам, вдвойне тяжело это видеть: мы должны лечить человека, продлевать ему жизнь, а там, в зоне конфликта, человека убивают. Остается ненависть на столетия, на многие поколения.
Обращаясь к тем, кто провоцирует конфликт, подбрасывает периодически угольки в ими же разожженный пожар, хочется кричать: перестаньте натравливать друг на друга безвинных людей!
Готовность оказать всемерную поддержку и помощь высказали фактически все национальные и общественно-политические движения Дагестана.
В настоящее время Министерством здравоохранения, медицинским институтом и училищем рассматривается комплекс мер, направленных на подготовку и стажировку медицинских кадров Ингушетии, оказание сложной медицинской помощи ее гражданам в клиниках Махачкалы. Наша сила в единстве.
Источник: С. Белозерцев, Л. Дуванова - «Механика смерти.» Москва. 1993 г.
Файл можно получить по ссылке:
Механика смерти - С. Белозерцев, Л. Дуванова, Москва, 1993 год.pdf