Безмятежно прогуливаясь между столиками и ласково поддерживая друг друга под локоток, богатейшие граждане нашей великой страны обменивались новостями, попутно интересуясь здоровьем лошадей, собак и жён собеседников. Однако сквозь натянутые улыбки сквозила некоторая озабоченность. Ждали первого заместителя администрации шефа, который утром позвонил сегодняшнему неформальному председателю и сказал, что непременно подъедет. С важным известием. Минуток на пять, не больше. Мол, он всё понимает, время — деньги и всё такое. Поэтому будет краток.
От таких новостей, честно говоря, всем было тревожно. Ничего хорошего от этого креативного и настойчивого обитателя Кремля они не ждали. Потому что всех этих качеств у него было слишком. До чрезвычайности. Все знали, что одной из его любимых книг была «Незнайка на Луне», за что его за глаза называли Знайкой. Он делал вид, что этого не знал, но ему было приятно.
Наконец, по суете охраны у дверей стало понятно, что высокий гость прибыл. Главный олигарх (он же председатель), надев на лицо дружелюбную улыбку с оттенком житейской мудрости, поспешил навстречу прибывшему.
— Здорово, купцы? Как торговлишка? — раздвинул губы в улыбке гость, с удовольствием оглядывая общество. — Орлы! Чистые орлы! И даже орлицы, — он нашел глазами единственную затесавшуюся в эту компанию женщину-олигархиню и улыбнулся ей, но уже с искренним удовольствием.
— Да какая торговлишка, барин, — горестно вздохнул председатель, поникнув плечами. — Одних убытков сколько несём, туды его в качель.
— Ладно, Олегыч, не прибедняйся, — весело ответил высокий гость и, дождавшись ответной улыбки, дружески хлопнув его по плечу. — Здесь все свои!
Спустя пять минут, когда схлынула суета и все расселись за столы, Знайка (будем называть его так) поднял бокал и, дождавшись тишины, сказал:
— Дорогие друзья, от себя я говорить ничего не буду. Вообще ничего. Потому что имею полномочия от шефа передать вам его самые теплые слова с пожеланием здоровья, удачи, а также успехов в капиталистическом труде!
— Спасибо, — поднял бокал председатель, проникновенно глядя в глаза тостующему. — Душевно… Мудро… Спасибо шефу и ура!
— Ура, — грохнуло тут же по залу голосами и звоном бокалов. — Ура!!! Ура!!! Ура!!!
Суета накрыла зал. Все чокались и искренне улыбались. Доброе слово от шефа дорогого стоило…
— Все выпили? Всем хорошо? — поверх опущенных на нос очков он дружелюбно оглядел собравшихся и вдруг внезапно посерьёзнел. — Тогда к делу. Как и обещал — буду краток.
Гомон стихал, собравшиеся тоже посерьёзнели, а кое-то даже незаметно включил диктофон.
— В общем так… Новости такие. Вчера вечером у шефа кое-кто был. И даже пряники к чаю принес, — олигархи застыли, боясь пропустить хоть слово. — Ну, покалякали о том о сём, потом к государственным делам перешли. Ну и заговорили об обезлюживании…
— А, — понимающе кивнул председатель, — я кажется догадываюсь, кто заходил. Это же та самая, которая с сосулями отличилась?
— Точно, — кивнул Знайка. — Зришь в корень!
По залу прокатился смешок.
— А вот смеяться не надо, — Знайка значительно замолчал. — Это чревато. Очень её шеф уважает, кто не в курсе. И прислушивается. Во всём.
Смех начал стихать и олигархи снова посерьезнели.
— Ну и до чего в итоге договорились? — озвучил чаяния всех председатель.
— А решили в итоге и о народе подумать. И не в том смысле, как в том анекдоте про «душ по триста не помешало бы», — шутку оценили и по залу вновь прокатился смех, — а по-настоящему. В общем гостья озаботилась демографией и предложила при регистрации брака каждой молодой семье выдавать квартиру от государства. Особенно в регионах, наиболее пострадавших от этого, как его чёрт… от обезлюживания. Одна только беда, что денег в бюджете на этот праздник милосердия нет — Знайка снял очки и начал молча их протирать. Протирал он их долго и пауза затягивалась. В зале сгустилась тревога.
— Владиленыч, не томи, — не выдержал наконец председатель. — Что дальше?
— А дальше шеф нажал на кнопку селектора и запросил две справочки. Первую — сколько денег у всего населения страны, и вторую — сколько у вас, у всех пятидесяти здесь присутствующих. И вы будете смеяться, но цифры оказались практически одинаковыми. Вот такие вот дела…
— И? — буркнул председатель. Настроение у него вдруг начало портиться. — И где здесь криминал?
— Да нет здесь никакого криминала. Но и хорошего для вас тоже ничего нет… В общем, шеф умножил ваше совокупное состояние на 0,1, как бы десятина хе-хе, — он довольно хмыкнул, — и получил где-то пять триллионов рубликов. А потом поделил пять триллионов на 120 тысчонок за квадратный метр. И у него получилось 41 миллион 666 тысяч квадратных метров. Красивая цифра. Особенно 666. А потом он еще поделил это на 60 квадратов площади одной квартирки. И получил около 700 тысяч квартир. 2,8 миллиона счастливых человек, считая мужа, жену и двух будущих детей! Как вам идея?
— Бесподобно… — тихо сказал председатель и тревожно посмотрел на притихший зал.
— В экселе считал? — тихо спросил вдруг кто-то от дальнего стола, но его почему-то услышали и гробовая тишина опустилась на зал. Вилка, упавшая из чьих-то вдруг ослабевших рук, произвела впечатление грома, внезапно треснувшего над головой.
— В уме… — задумчиво ответил Знайка, пытаясь разглядеть спросившего. — Шеф всегда считает в уме. Ум у него острый, вам ли не знать… Кстати, а кто там этим интересуется? Я не разглядел, а, Олегыч?
— Не обращай внимания, друг мой. Это кто-то из молодых. Недавно с нами. Не научился себя еще в обществе вести.
— А… — Знайка смягчился. — Ладно… Только передайте ему, что с такими шутками он никогда не станет старым.
— Передам, — председатель незаметно погрозил кулаком виновнику переполоха и вновь повернулся к Знайке. — И что потом? Ну когда шеф всё посчитал?
— Да пока ничего... В поручение это пока еще не переродилось. Но что будет потом, одному богу известно. В общем, эта идея в голове у шефа уже живет. В размере 0,1. Но легко может стать и 0,15. И даже 0,2 в тяжелые времена. В общем, отправил он меня с этим к вам. Как голубя мира. Уведомить и посоветоваться, так сказать. Так что вам теперь с этим жить! Бизнес же у нас социально ответственный или как?
— Еще какой, — задумчиво проговорил председатель, думая о своем. — Очень, очень ответственный. Это точно.
— Ну вот, в принципе, и всё. А вы идейку обсудите… Плюсы там, минусы…В общем, вы здесь держитесь и хорошего вам настроения! А я поехал. Был краток, как и обещал. Пять минут не получилось, уж простите, но в пятнадцать уложился!
Он, в сопровождении председателя, отвечая на рукопожатия и кивая головой, стремительно прошел по залу, дошёл до предупредительно распахнутой двери и исчез.
Зал после его ухода ошарашенно молчал, переваривая услышанное.
— Мда… — мрачно сказал председатель, оглядывая общество. — Вот такой вот сюрприз от нашего киндер-сюрприза, — он подозвал начальника охраны, сказал ему что-то тихо на ухо, на что тот понимающе кивнул и тут же направился к метрдотелю. И менее чем через минуту весь обслуживающий персонал покинул обеденный зал и в зале остались только члены клуба. — Что думаете, коллеги? Покалякаем о делах наших скорбных?
— Покалякаем, — грустно ответил ему Химик. — Только я вот не понимаю, с какого хера я должен стать на 10% беднее! И ради кого? Ради этого гумуса? Никто же их не просил рожать!
— Концепция изменилась. Теперь просят. И очень настойчиво!
— Пусть идут в бизнес, если тяжело, — зло сказал Химик. — Им же советовали умные люди! Да и вообще, где деньги на это брать? У меня только вот — он полез в карман, вытащил оттуда смятую пятёрку и показал обществу, — жена на хлеб дала.
Зал грохнул от смеха. Сквозь хохот слышались крики «А мусор на помойку вынести не попросила?!», «Огород там прополоть?!» «Таксуй по вечерам, если денег не хватает»! Председатель, улыбаясь, дождался, пока смех начал стихать, сделал успокаивающий жест руками и продолжил.
— Повеселились? А теперь давайте без эмоций. — твердо сказал он. — Всем же понятно, что нам выкручивают руки? В смысле еще не выкручивают, но путь показали.
— И что они нам сделают если откажем? — надменно спросил Металлург.
— Вот смотри. Тут тут сидишь такой. Богатый… Умный… Господом богом в макушку поцелованный. И думаешь, что ты что-то здесь решаешь. А вот ни хрена! Завтра Верховный суд решит, что ты нищий — и ты нищий! Да что там Верховный? Обычного Урюпинского тебе хватит.
— По кочану! Потому что Меркурий во втором доме и полнолуние! И хорошо еще, если останешься ты после этого нищим и здоровым, а не нищим и больным. Понял?!
— Очень надеюсь, что понял! А теперь вопрос ко всем, — он тяжело посмотрел на собрание и тихо спросил. — А вот что вы умеете полезного делать, кроме как предприятия отжимать?! Молчите?! А Олежка-иноагент вам бы правду сказал! Как он там выразился? «Ни-Ху-Я!» — он поперхнулся, смущенно посмотрел на женщину-Товароведа, и обреченно махнул рукой. — А… Да что с вами разговаривать… В общем, вам только на кассе в Пятерочке стоять! Как раз по вашей квалификации!
— Олегыч, ну что ты разошелся. Понятно же всё, — успокаивающе сказал Газовик. — Обидно только, что с этими делиться надо. С кормовой базой. Это как корову партнером по ферме взять. Не по понятиям это.
— Не по понятиям, говоришь? Ну-ну... — председателю очень хотелось сплюнуть, но он сдержался. Успокаивая дыхание он, взяв в руки стакан воды, отвернулся к окну.
— Танюша, — обратился к Товароведу Нефтяник, — а ты что думаешь? Рассуди нас по-женски.
— А что я? Понятно же, что делиться надо. Но не с этими же! — сказала она, брезгливо сжав губы. — Не для них моя розочка цвела!
— Понятно… — задумчиво сказал председатель и снова развернулся лицом к обществу. — Я резюмирую? — он дождался одобрительного гула и продолжил. — В общем так. План такой. От помощи государству мы не отказываемся. При каком-нибудь форс мажоре. Мы опора, плечом к плечу, бла-бла-бла и всё такое. Но именно вот этот вот кейс противоречит всем постулатам рыночной экономики. Бесплатная раздача квартир ни до чего хорошего ещё не доводила. Вспомните, чем СССР закончил.
— Плохой пример, — задумчиво сказал Фармацевт, — шеф по СССР ностальгирует.
— Ты прав... — ответил председатель. — Но это так, схема. Детали потом докрутим. Согласны? — он дождался утвердительных кивков и продолжил. — Второе, надо попытаться отбить процент. Думаю до 2-3% получится. Как считаете? Не сильно обеднеете?
— Можно и на один попробовать договориться, — хмуро ответил Банкир, — хватит с них и этого.
— Миша, не хами. — сказал председатель, твердо глядя ему в глаза. — Это может плохо кончиться, ты же знаешь. И давать уже не тем, а этим! Чувствуешь разницу?
— Да знаю, знаю… Это я так, по привычке.
— Херовая привычка. Она тебя до добра не доведет. Надо понимать с кем можно, а с кем нет. Ну что, решили? — спросил он, обращаясь ко всем.
— Решили. — хором ответили ему.
— Ну и хорошо. — он налил себе еще воды и залпом выпил. — Завтра позвоню Знайке, договорюсь о встрече с шефом. Пойдем втроем. Я, ты, — он кивнул на Газовика, — и ты, — кивнул он также и на Трубопрокатчика. Всё! Повестка дня исчерпана. А теперь гуляем!
Спустя три часа, когда на Москву уже упала темнота и народ начал потихоньку разъезжаться, председатель все ещё стоял на бульваре и бездумно смотрел в ясное московское небо...
Щуплый прохожий со взглядом, в котором угадывалась лёгкая сумасшедшинка, медленно шёл прямо на него. Было похоже, что он его узнал. Охрана напряглась.
— Добрый вечер, Владимир Олегович, — сказал незнакомец, приблизившись. — Какая удача, что я вас встретил! Теперь моя мечта исполнится, — он искательно заглядывал в глаза председателю и улыбался. Однако поймав надменный взгляд олигарха, он быстро уточнил. — Вам это не будет стоить ни копейки!
— Какая мечта? — мрачно, но заинтересованно спросил председатель, делая успокаивающий жест охране.
— Знаете, я всегда мечтал подержать в руках 30 миллиардов долларов. А тут вот они сами стоят. Прямо на моем пути. Можно я вас потрогаю?
— Что?! — председатель даже поперхнулся, но потом с интересом посмотрел на визави.
— Ну я вас просто потрогаю и дальше пойду. Зато теперь это будет в моей жизни. Подержу, так сказать, в руках эти огромные деньжищи. Вы не подумайте, я даже копейки от вас не отщипну! 30 миллиардов! Долларов! С ума сойти!
— Уже 28. Наверное, — грустно уточнил председатель. — Щупайте, чёрт с вами! Хоть у кого то сегодня будет праздник.
Прохожий подошел к нему и осторожно двумя руками провел его по плечам, затем отошел и благодарно поклонился, прижав руки к груди.
— Спасибо, — сказал он. — Удачи вам и хорошего настроения! — он развернулся и начал неспешно отдаляться. Отойдя на пару метров он обернулся и, восторженно посмотрев на председателя, радостно продекламировал:
Председатель вдруг улыбнулся. Какое-то время он стоял неподвижно, глядя вслед удаляющейся фигуре. Потом медленно поднял глаза к небу, постоял ещё немного и, не сказав ни слова, направился к машине.