user6706901

Ты подошла во Тьме почти неслышно
Едва касаясь выжженной земли
Ты видела оторваную крышу
Пожарищ замерзающих угли

От глаз усталых рук моих сожженых
Не убрала, не причинила боль
Не вызвала из снов кошмаров новых
И не насыпала на раны соль

Ты глупости мои шутя прощала
Твой образ приходил из ярких снов
Рассветы каждый день со мной встречала
Освобождая от стальных оков

Не побоявшись нежных рук испачкать
Края изорваной в куски души
Не представляя сколько это значит
Сшивала бережно в ночной тиши

И всякий раз когда ты уходила
От крыльев оставался мягкий свет
В лазурь небесную меня манила
Рассказами про необычный снег

Каким бывает сказочным и теплым
Когда стоишь под нужным фонарём
Про ангела беспечного с пушинкой
И как он может появиться днем

Ты пронесла меня над пепелищем
Заставила смотреть в свои глаза
Не делая движений резких, лишних
Мне не позволила смотреть назад

Сквозь поволоку слез давно засохших
Сквозь сгусток непробитых серых туч
В болоте Мрака навсегда утопший
Я разглядел слепящий солнца луч

В твоих глазах увидел отраженье
Души цветенье гнившей много лет
Ты Света Дочь, в том нет сомненья
Твоим теплом навеки я согрет

Прошамкала беззубым ртом старуха. Ей было очень много лет. И её опасения не были напрасными. Живых свидетелей встречи Дракона и Русалки уже никто не знал. Не помнил их родов. В Краеземье это событие давно поросло мхом легенд.
Но недавно объявился какой то пророк. Он заявлял на всю округу о том что видел Белого Дракона своими глазами. И если это не было шуткой, то скоро покажется Русалка. И тогда Горный Народ снова объединится с Владыкой Морским. И вместе они смогут сбросить тяжёлое бремя Варварского Ига.
Старуха не знала другой жизни. Только рабскую. Но она верила. Верила что все может быть иначе.

Рабочий день в Краеземье начинался с рассветом. Все кто был обязан нести трудовую повинность, с первыми лучами солнца выходили в поля. Отлынивающих от работ не находилось. Варвары казнили лодырей на месте. И в назидание другим оставляли трупы гнить под солнцем. Хоронить запрещалось.
Старуха не знала другой жизни. Сколько она себя помнила, ходила по одной и той же тропинке, на одно и то же поле, чтобы делать одну и ту же работу. Иначе было не выжить. Еду запрещалось готовить самим. Нужно было ходить в специальный курень где раз в день отваливали полчерпака какой нибудь каши и две ладони зернистого непропеченного хлеба. Варвары методом проб и ошибок вымерели нужное количество еды на одного раба. Ровно столько сколько нужно чтобы работать и не умереть с голоду. Больше не полагалось даже надзирателям. Больше себе позволяли только Белые Люди. Но их никто не видел. Говорят они жили в каком-то Сияющем Городе.
Старуха вовсю горбатилась на поле по полуденным солнцем и мечтала о том чтобы поскорее прошёл день. Тогда, возвращаясь в свою халупу на закате, она могла смотреть как над Лазурным Морем зажигались первые звезды. И из-за Одинокой Горы покажется тоненький серп месяца. Больше у неё развлечений не было. Одна и та же тропинка, одна и та же работа, одна и та же еда. Всю жизнь. Именно поэтому она поверила Пророку. Она знала что может быть по другому. А может она просто сошла с ума.