Ура, думаю! Linux есть! Поддержка! Цивилизация!

И тут начинается танцы с бубном.

А что на самом деле?

"Поддержка Linux" в War Thunder — это технически да, но по факту — издевательство.

Вот что реально происходит:

1. Клиент есть, но он кривой
   Он работает не нативно, а через Wine. То есть это даже не Proton с оптимизациями от Valve, а просто винная обёртка, которую никто не допиливает.

2. Производительность — боль
   На Windows игра летает. На Linux — ползёт и спотыкается. Просадки FPS, микрофризы, вылеты. Особенно после крупных обновлений.

3. Античит (EAC) работает через раз
   Easy Anti-Cheat под Linux — это как русская рулетка. То работает, то нет. А если не работает — ты просто не заходишь в бой.

4. Обновления выходят с задержкой
   Пока Windows и Android получают патчи вовремя, Linux-пользователи ждут. Иногда дни, иногда недели. Мы — второй сорт.

5. Техподдержка разводит руками
   "А у вас Linux? Ну, сами понимаете... Мы не гарантируем."
   Спасибо, ребята, вы лучшие.

А теперь самое смешное

Android — это тоже Linux.
Да-да, ядро то же, архитектура та же. Но для разрабов Android — это "пользователи есть, надо портировать", а десктопный Linux — "ой, да там одни энтузиасты, нафиг надо".

То есть код под Linux уже есть. Он работает на миллионах телефонов. Но под нормальные ПК с Linux — нет.

Почему?
Потому что лень. Потому что не считают нужным. Потому что можно просто сделать вид, что поддерживаем.

Мы задолбались

Мы не просим идеального порта завтра утром.
Мы не требуем невозможного.

Мы просто хотим:

Честности
Перестаньте писать "поддерживается Linux", если это не так. Либо делайте нормально, либо уберите галочку.

Нативного клиента
Не через Wine, не через Proton, а родного, который будет работать так же, как на Windows.

Равных условий
Те же сроки выхода обновлений, та же работа античита, та же техподдержка.

Уважения
Мы — не "странные люди с пингвинами". Мы — игроки. Мы платим, мы играем, мы любим ваш танчик. Просто у нас другая ОС.

Что делать?

Я создал петицию. Без агрессии, просто по делу:

👉 Подписать петицию

Там три чётких требования:

1. Нативный Linux-клиент War Thunder (не Proton, не Wine — а родной).

2. Прекратить игнорировать сообщество Linux-геймеров.

3. Извиниться перед теми, кто годами мучился с костылями.

Если ты с нами — сделай репост

Куда можно запостить:

• Reddit: r/linux_gaming, r/Warthunder

• Telegram-чаты

• Форумы (особенно официальный форум WT)

• Друзьям

• Врагам (пусть знают)

P.S. Гайдзинам

Ребята, если вы это читаете.

Мы не кусаемся. Мы не просим халявы.
Мы просто хотим играть в вашу игру на своей системе.

Вы уже сделали Android-версию. Вы уже почти сделали порт под Linux.
Остался один шаг. Сделайте его.

А если нет — мы будем напоминать.
Постами, мемами, петициями.
Потому что нас много, и мы никуда не денемся.

Выбор за вами.

Развитие имплантируемой электроники и биохакинга за последние пять лет совершило качественный скачок: от простых NFC-меток для открытия дверей до нейроинтерфейсов, интегрируемых напрямую в кору головного мозга. Однако технологическая экспансия неизбежно заходит на территорию личных границ.

Сегодня в экспертных кругах всё чаще обсуждается концепция Internet of Bodies (IoB) — «интернета тел», где физиологические процессы человека становятся частью глобальной сети данных. Одной из самых спорных и технически сложных концепций в этом поле является создание «биосенсоров верности» — инвазивных устройств для мониторинга интимной жизни.

Я решил проанализировать этот вопрос как инженер: какие технологические барьеры стоят перед создателями таких систем и чем это грозит безопасности данных?

Технологический стек: три вектора контроля

Чтобы создать эффективную систему мониторинга, недостаточно простого акселерометра. Система должна обладать высокой селективностью, чтобы отличать бытовую активность от специфических паттернов близости.

1. Оральный сегмент: фильтрация биологических шумов
Ротовая полость — агрессивная среда для электроники из-за влажности и перепадов pH.

• Аппаратная часть: Требуется связка пьезоэлектрических сенсоров давления и биохимических анализаторов.

• Нейросетевая задача: Главный вызов — научить датчик игнорировать прием пищи, чистку зубов и разговор. Для этого нужны алгоритмы, обученные на специфических паттернах сокращения челюстных мышц и изменении вязкости слюны.
  

2. Вагинальный мониторинг: MEMS и биосовместимость

Здесь на первый план выходит проблема инвазивности. Слизистая крайне чувствительна, что исключает использование жестких конструкций.

• Решение: Использование гибких MEMS-сенсоров (микроэлектромеханических систем), защищенных медицинским силиконом или фторполимерами.

• Функционал: Система должна фиксировать не только механику, но и температурный градиент, а также наличие специфических белков. Ключевой риск — долгосрочная работа без провокации хронического воспаления или дисбиоза.
  
  

3. Анальная зона: герметичность и обработка сигналов

Область с максимальными требованиями к защите (стандарт IP69K) и специфическим давлением мышц сфинктера.

• Технический вызов: Колоссальное количество ложноположительных срабатываний при естественных процессах.

• Решение требует многофакторной аутентификации (одновременная фиксация давления, температуры и динамики сдвига). Без облачной постобработки данных точность такого импланта будет близка к нулю.

Энергопотребление и передача данных (Data Transmission)

Любой имплант — это вопрос питания. Литиевые аккумуляторы внутри тела опасны, а их емкость ограничена. Инженеры смотрят в сторону двух технологий:

1.  HBC (Human Body Communication): Данные передаются, используя само тело как проводник для слаботочных сигналов.
2.  Energy Harvesting: Попытки запитать сенсоры за счет тепла тела ($T_{body} \rightarrow Electricity$) или кинетической энергии движений.

Правовой вакуум и «цифровое насилие»

Если данные об интимной жизни передаются на стороннее устройство (например, смартфон «контролера» — супруга или родителя), биосенсор формально превращается в инструмент Stalkerware.

Это создает опасный прецедент:

• Уязвимость данных: Перехват такого трафика злоумышленниками ведет к шантажу нового уровня.

• Этическая коллизия: Кто владеет правом на физиологические данные, генерируемые внутри вашего тела?
  
  Пока подобные устройства остаются концептами или прототипами для узких сообществ, но технологический базис для их массового внедрения уже готов. Мы стоим на пороге эпохи, где фраза «тело — мой храм» дополняется важным уточнением: «...с установленной системой видеонаблюдения».

----------------------------------------------

Грань между медицинским мониторингом и тотальной цифровой слежкой становится всё прозрачнее. О том, как нейроинтерфейсы и новые стандарты связи меняют наше представление о приватности, я регулярно пишу в канале NeuroPlex Networks.

2. Зона «Zero Latency»: L1 и Регистры

У любого Xeon (v2, v3, v4) есть «святая святых» — L1-кэш. Его размер смешной — 32 КБ под инструкции и 32 КБ под данные. Но это единственное место, где задержки почти нулевые.

А еще глубже есть регистры (L0). Их всего 16 штук (YMM0–YMM15 по 256 бит). Это суммарно 512 байт пространства. Но именно здесь данные обрабатываются со скоростью физического предела кремния — без единого такта ожидания.

3. Как мы это взломаем (Hardware-хакинг)

Раньше, чтобы заставить процессор работать только внутри L1 и регистров, нужно было 10 лет учить Ассемблер. Сегодня у нас есть ИИ.

Рецепт «самых быстрых вычислений»:

1. Изолируем ядро: Отрезаем одно ядро Xeon от операционки (через isolcpus в Linux). Теперь там нет Windows, нет фоновых процессов, нет «шума». Только чистый кремний.

2. Микро-инъекция кода: Мы просим ИИ написать программу размером меньше 32 КБ. Почему? Чтобы она целиком поместилась в кэш инструкций L1i и никогда его не покидала.

3. Регистровая петля: С помощью ИИ мы заставляем данные циркулировать только внутри 16-ти регистров. Мы не ходим в RAM, мы даже в L2 заглядываем редко.

4. Результат: Процессор-лазер

Когда код сидит в L1i, а данные «варятся» в регистрах, происходит магия:

• Процессор выдает 3-4 инструкции за каждый такт.

• Скорость обработки данных взлетает до терабайт в секунду на одном ядре.

• Старый Xeon v2/v3 за 2000 рублей в этой узкой задаче начинает обходить современные чипы, потому что он не тратит время на «прогулки» до памяти.

Итог

Самые быстрые вычисления — это не вопрос железа. Это вопрос дистанции. Если вы сможете ужать свою задачу до 32 килобайт и доверить ИИ ювелирную настройку регистров, вы увидите, на что на самом деле способен ваш старый компьютер.

Это не просто программирование. Это чип-тюнинг реальности.

______________________

Ваш, No_ALU_Foundg