Харламова держали за руки, у него была паника
Узнаёте на фото Валерия Харламова? Не очень? Ну да, без зубов он выглядит не столь узнаваемо. Ему их выбили в 1969 году.
Валерий Харламов, по всем свидетельствам, был человеком исключительной храбрости, и не боялся вообще ничего. Кроме этих людей.
«В хоккей играют настоящие мужчины, трус не играет в хоккей» - эта песня вышла в 1968 году. Особенно она нравилась легендарной тройке советской сборной — Валерию Харламову, Борису Михайлову и Владимиру Петрову.
В шестом матче Суперсерии 1972 года канадский нападающий Бобби Кларк на скорости догнал Харламова и нанёс рубящий удар клюшкой по правой ноге выше верхнего края ботинка. "Мне было приятно" - вспоминал потом Кларк. Это был поворотный момент всего турнира: эту и все оставшиеся игры советская сборная СССР проиграла.
"Я их просто ненавидел. Всю свою карьеру я абсолютно честно ненавидел советских хоккеистов." - Бобби Кларк.
"Этот парень нас убивал" - признался позже помощник тренера канадской сборной Джон Фергюсон, давший Кларку указание нейтрализовать Харламова.
Харламов и так играл на обезболивающих, но от этого удара нога распухла так, что не влезала в конёк. На следующую игру он уже не вышел.
Но боялся Харламов, конечно, не канадцев
Из воспоминаний спортивного врача Василия Авраменко:
«Харламов — невероятно мужественный. На льду вообще никого не боялся. Когда лицо разбивали, доктор Силин прямо в раздевалке зашивал. Без всякого наркоза, наживую. Валера терпел. Но если у него зубы болели — караул! Бормашина вызывала ужас. Силин приводил его в армейском диспансере к стоматологу — и сразу ко мне: "Пойдем, успокоим Валерку, не может в кресле сидеть". И мы держали Харламова за руки, отвлекали разговорами, пока ему ставили пломбу» .
Татьяна, сестра Валерия, вспоминала:
"Боялся Валера только зубной боли. Однажды тренеры пригрозили не пустить его на тренировку, если он наконец не приведет в порядок свои зубы. Скрепя сердце Валера отправился на прием к дантисту. Но что толку? Вскоре на чемпионате мира ему снова выбили зубы...".
Зубы — самая частая травма в хоккее
Сейчас, спустя полвека, ничего принципиально не изменилось. Как рассказывал бывший дантист клуба НХЛ «Калгари Флэймз» Билл Блэр, проработавший с командой около тридцати лет, выбитые зубы — самая распространённая травма в хоккее, и почти каждый профессиональный игрок сталкивается с ней хотя бы раз за карьеру.
Истории, которые Блэр рассказывал журналистам, звучат как хроники полевого госпиталя.
В 2004 году во время плей-офф форварду «Калгари» Крейгу Конрою в первом периоде разбили лицо, и Блэру пришлось прямо на арене, за 35 минут, зашивать губы и дёсны, ставить шину на сломанную челюсть — а затем игрок вернулся на лёд и доиграл матч. В другой раз хоккеист лишился двух передних зубов, но боли почти не почувствовал: рентген показал, что зубы просто вбило вглубь дёсны. А легенда «Эдмонтона» Ли Фоголин, по рассказу того же Блэра, однажды ночью в гостинице во время выездной серии сам выдернул себе больной зуб обычной стальной вешалкой — рядом просто не оказалось врача.
Похожую историю рассказывал изданию и российский защитник Виталий Атюшов: во время плей-офф ему выбили несколько зубов шайбой, отлетевшей от собственной клюшки, а вырывать остатки пришлось уже без анестезии — из-за антидопинговых правил.
Дантисты объясняют этот особый болевой порог хоккеистов просто: синяки и переломы заживают, а потеря зуба — почти всегда навсегда, если не ставить имплант. Именно поэтому многие игроки предпочитают донашивать щербатую улыбку до конца карьеры, а не заниматься протезированием между сезонами.
Самый узнаваемый в мире пример этой хоккейной традиции — Александр Овечкин. Своего первого переднего зуба он лишился ещё 5 октября 2007 года, в матче против «Атланты», после удара клюшкой от защитника Стива Маккарти. С тех пор щербинка в улыбке капитана «Вашингтона» стала частью его образа — узнаваемой не хуже фирменного броска.
В начале января 2026 года, уже в статусе 40-летнего ветерана, Овечкин снова получил клюшкой по лицу — на этот раз от защитника «Чикаго» Луи Кревье — и лишился ещё одного зуба.
Трус, может, и правда не играет в хоккей. Но, судя по всему, зубы в хоккей тоже не играют — во всяком случае, надолго не задерживаются.
Как драка Рагулина и Эспозито стала легендой Суперсерии-1972...
Суперсерия СССР — Канада подарила хоккейному миру десятки культовых кадров, но один из самых узнаваемых — Фил Эспозито, что-то эмоционально выговаривающий Александру Рагулину.
Их столкновение в шестом матче давно разошлось на цитаты и фотографии и стало символом той серии: жёсткой, принципиальной и при этом удивительно человечной.
Чеснок и силовая борьба
В Канаде Рагулина звали Большим Медведем и Большим Рагом: при росте 185 сантиметров он весил около 105 килограммов и считался одним из самых жёстких защитников эпохи. В той серии Александр вышел на лёд в шести матчах.
Вокруг его дуэли с Эспозито сложилась даже юмористическая легенда. Спустя годы Фил с улыбкой рассказывал, что его главная претензия к советскому защитнику — вовсе не драка, а чеснок: сборная СССР якобы ела его перед матчами, и «аромат» был таким мощным, что канадец прямо по ходу игры попросил Рагулина больше так не делать. Этот запах Эспозито, по собственному признанию, запомнил на всю жизнь.
А вот в самой драке, если верить видеозаписи, первопричиной была не клюшка, как иногда утверждал Фил, а фирменный силовой приём Рагулина.
Пять минут за клюшку и шрам на всю жизнь
Эпизод случился во втором периоде шестого матча, когда канадцы вели 3:2. У борта Рагулин мощно встретил Эспозито корпусом. Поднимаясь со льда, канадец ткнул соперника концом клюшки в область глаза — и тут же получил ответный удар в нос.
Арбитры выписали Эспозито пять минут штрафа, но и на скамейке штрафников он продолжал яростно спорить с судьями. У Рагулина осталось глубокое рассечение под правым глазом, и шрам от той встречи сопровождал его всю жизнь.
При этом сам советский защитник драматизировать не спешил: рабочий момент, столкнулись, обменялись ударами, разъехались — в той серии таких эпизодов хватало, и обижаться было бессмысленно. Зато Эспозито даже спустя годы говорил исключительно о физической мощи соперника: никогда, мол, не встречал человека сильнее, а силовые приёмы Рагулина сравнивал со взрывом гранаты.
«Балаган», он же Палыч
Парадокс в том, что вне льда Большой Раг был человеком на редкость мирным. Товарищи по сборной вспоминали его спокойным и совершенно неконфликтным: драк он не искал, хотя постоять за себя умел. Брат-близнец Михаил вспоминал лишь один случай, когда Александр по-настоящему вспыхнул, — в 1973 году против Чехословакии, после столкновения с Ярославом Голиком: тогда советский защитник повалил соперника и полез в драку, за что потом объяснялся со спортивным руководством.
В ЦСКА за сходство с героем «Золотёнка» («Золотого телёнка») Рагулина звали Балаганом, а с уважением — Палычем. Станислав Петухов рассказывал, что даже в потасовках с канадцами Александр чаще просто удерживал соперников, чем бил. В хоккей он пришёл в конце 1950-х через «Химик», где играл вместе с братьями, а любовь к игре зародилась во дворе на Плющихе, где с братом Михаилом они делили одну с половиной пару коньков, постоянно меняясь.
К травмам Рагулин относился философски: швед Свен Тумба Юханссон случайно выбил ему зубы — и никаких претензий. Свои же случайные «жертвы» он считал неизбежной частью профессионального спорта, а не злым умыслом.
«Хэллоу, Алекс!»
Эспозито в той серии был одной из главных фигур. Именно он после первых четырёх матчей, когда канадские болельщики встретили команду свистом, выступил с знаменитым телеобращением: игроки отдали всё, советская сборная — великий соперник, хватит обвинять своих и пора признать уровень советского хоккея. В Москве канадцы переломили серию, взяв три матча из четырёх, и играли, как отмечали советские хоккеисты, ещё жёстче.
А через 26 лет старые соперники встретились на чемпионате мира в Цюрихе. По рассказам из ЦСКА, первым подошёл Эспозито: «Hello, Alex!» Рагулин не сразу узнал собеседника, а когда ему подсказали, улыбнулся: мол, Фил сам виноват — после удара клюшкой глаз уже не тот. Канадец не растерялся: посмотри, дескать, на мой нос и вспомни, кто изменил его форму. Оба рассмеялись.
Судьбы соперников
Рагулин вошёл в историю одним из самых титулованных хоккеистов СССР: трёхкратный олимпийский чемпион, десятикратный чемпион мира, многократный чемпион Европы и СССР. После карьеры тренировал в системе ЦСКА и в новосибирском СКА. В 2004 году Александра Павловича не стало — ему было 64 года.
Эспозито и после льда остался в игре: в начале 1990-х участвовал в создании «Тампа-Бэй Лайтнинг», у арены клуба ему поставили статую, а команда трижды брала Кубок Стэнли — в 2004, 2020 и 2021 годах. Он не раз приезжал в Россию, шутил, что «наполовину русский» (его дочь была замужем за Александром Селивановым), а журналисты описывали его как энергичного человека с отличным чувством юмора и бесконечным запасом историй. Сегодня Филу 84 года.
Почему это легенда
В этом эпизоде — вся Суперсерия: жёсткость на грани, шрамы на память и при этом взаимоуважение, которое пережило и драку, и десятилетия. Два больших хоккеиста сошлись на льду как враги, а остались в истории как старые друзья, поделившие между собой нос, глаз и одну легенду на двоих.







