0 просмотренных постов скрыто
Япония тянется к «ядерной кнопке»: конец эпохи пацифизма?
Токио все откровеннее обсуждает отказ от «трех неядерных принципов», которые с 1968 года были фундаментом безопасности страны (запрет на владение, производство и ввоз ЯО).
🔻 Политические сигналы
В середине декабря 2025 года советник премьера Санаэ Такаити открыто заявила: Япония «должна обладать ядерным оружием». Министр обороны Синдзиро Коидзуми не стал это опровергать, отметив, что «вопрос изучается». С начала января 2026 года правительство уже рассматривает официальный пересмотр доктрины.
🔻 Техническая готовность
По оценкам китайских экспертов, Токио способен создать ядерную бомбу менее чем за 3 года. Для этого есть все:
• Около 44,5 тонн плутония в запасе.
• Передовые технологии.
• Запуск завода по переработке в Роккасё (план — 2026 год), который ускорит накопление оружейных материалов.
🔻 Рекордный бюджет
26 декабря утвержден бюджет на 2026 год: расходы на оборону выросли на рекордные 9,4%. Это подтверждает стратегию превращения Японии из «мирной» страны в полноценного военного игрока в АТР.
Показать полностью
Каваками Гэнсай - основной прототип главного героя аниме и манги «Rurouni Kenshin» Химуры Кэнсина
Каваками Гэнсай родился в 1834 году в городе Кумамото, центре одноимённого княжества (хана), расположенного в провинции Хиго (в настоящее время город Кумамото — административный центр префектуры Кумамото). Гэнсай был вторым сыном Комори Садасукэ, одного из вассалов даймё княжества. Стать наследником рода Комори он не мог — на эту роль был выбран его старший брат — и в возрасте 10 лет Гэнсая отдали на усыновление в семью Каваками Гэмбэя. Усыновление было распространённой практикой в Японии до начала периода Мэйдзи: семьи, в которых не было мальчиков, усыновляли детей, чтобы сохранить свою фамилию.
Был маленького роста, носил длинные волосы, выглядел очень молодо, говорил тихо и производил впечатление человека совершенно безобидного. По свидетельству коллег, на расстоянии его можно было принять за девушку.
Местные жители запомнили его после большого землетрясения, когда из всех людей только Гэнсай не поддался всеобщей панике и остался в храме, чтобы потушить пожар, разгоревшийся от жаровни.
Гэнсай посещал школу хана Кумамото, где проходил обычный для того времени курс наук и обучался владеть мечом. В возрасте 15 лет он обрил голову и поступил на службу к даймё, исполняя разнообразные вспомогательные обязанности: от уборки до сопровождения даймё в его поездках.
Позднее Гэнсай обучился военному делу, литературе и кэндзюцу. Его учителями были Тейзо Миябе (один из лидеров реформистов, показан мельком в первой ОВЕ) и Мие Тодороки. Каваками мечтал отправиться в путешествие за пределы Японии и узнать о незнакомом для его соотечественников мире, но клан не дал ему такого разрешения. "Если мы не можем узнавать о положении дел в других странах, мы должны изгнать из Японии всех чужаков", - так рассуждал Гэнсай Каваками, вступая в движение "Сонно Дзёи", целью которого было свержение сёгуната Токугавы и пересмотр политики бакуфу в отношении иностранцев.
Сражаясь на стороне патриотов, Каваками убил множество людей. Список его жертв не сохранился, но известно, что своё самое громкое убийство этот хитокири совершил днём, устранив некоего Сюзана Сакуму. По свидетельству сослуживцев, это был спокойный, сдержанный человек, никогда не терявший хладнокровия, при любых обстоятельствах действовавший четко и расчетливо и не выносивший лишней крови. Убил высокопоставленного чиновника Куму Созана на улице среди бела дня при большом скоплении народа - телохранители охнуть не успели, а его уже там не было. Рассказывали, что как-то сидели в какой-то гостинице Исин Сиси из Хиго и, в числе прочего, обсуждали какого-то правительственного чиновника, от которого никому не было житья и который не далее как вчера опять кого-то спалил по простому подозрению. Во время разговора Гэнсай вышел. Вернувшись, он тихо сел на место и положил рядом с собой какой-то пакет. Когда его спросили, зачем он выходил, он развернул пакет, достал оттуда голову и поинтересовался, не об этом ли чиновнике они говорили.
Налетев как-то на синсэновский патруль, положил 8 человек из девяти (девятый просто не успел добежать до места боя) - а там овечек не держали.
Стиль фехтования - Сирануи-рю, разработаный им самим, основывался на скорости и характеризовался глубокими выпадами на правую ногу, при которых левое колено практически касалось земли.
В 1861 году Гэнсай женился на Мисаве Тэй, второй дочери семейства Мисава, происходившего, как и он сам, из хана Кумамото. Тэй практиковала боевые искусства — в частности, владела нагинатой (японской алебардой). После казни мужа она самостоятельно воспитывала сына, получившего имя Гэнтаро.
Гэнсай Каваками принимал участие в решающих сражениях против армий сёгуната и наблюдал становление эпохи Мэйдзи. Оставаясь сторонником идеи изоляционизма, которая шла вразрез не только с политикой нового правительства, но и с обещаниями лидеров революции, Гэнсай разочаровался в патриотах, что заставило руководство страны задуматься об опасности его дальнейшего существования. В 1871 году Гэнсай Каваками был арестован по ложному обвинению и казнён.
Показать полностью
1
Любовь — боль (2025)
Марвин Гейбл ведет успешную жизнь риэлтора в респектабельном пригороде Милуоки. Однажды он получает загадочный конверт от женщины по имени Роуз, которую он когда-то бросил на верную смерть. Она сообщает, что Марвина разыскивает его брат Наклз, криминальный авторитет. Оказывается, за улыбкой и хорошими манерами преуспевающего агента по продаже недвижимости скрывается темное преступное прошлое.
Показать полностью
Ошибки объективации предельного у Нисида Китаро и Лао-цзы: «место» и "у" как запрет на объектность основания
1.0. Исходная ошибка: когда предельное превращают в вещь
В истории разных культур упорно повторяется одна и та же мыслительная ошибка: то, что должно оставаться горизонтом, мерой и границей всех определений, превращают в обычный объект. Когда предельное становится предметом, им удобно «закрывать» вопросы: достаточно сослаться на него — и разговор завершён. Раньше такая подмена принимала форму идола в храме; сегодня она чаще маскируется как «идеальная концепция», «окончательная теория» или «последнее объяснение». Но внутренняя структура подмены остаётся прежней: предельное редуцируют до вещи, которой можно владеть — пусть даже интеллектуально.
В этой статье я беру две традиции, которые ставят на эту подмену прямой запрет, но делают это разными средствами:
у Нисиды Китаро предельное удерживается как «место» (場所, басё) — не предмет, а условие всякой предметности;
у Лао-цзы предельное удерживается через ограничение именования и через связку «наличие/отсутствие» (有/無), где 無 работает как условие функции и как дисциплина невладения, а не как «вещь по имени Ничто».
Моя цель здесь — не «свести» Нисиду и даосизм к одному знаменателю, а показать общий механизм защиты от одной и той же ошибки: превращения основания в объект.
1.1. Нисида Китаро: «место» (場所) как логика не-объекта
1.1.1. Основание не может быть объектом — даже «высшим объектом»
Ключевой тезис Нисиды можно выразить предельно строго: основание реальности нельзя мыслить как объект. Как только предельное становится предметом — пусть даже «сверхпредметом», «первопричиной» или «абсолютной сущностью» — происходит сдвиг: вместо основания мысль получает вещь, которую можно «иметь» внутри схемы. Это и есть интеллектуальная форма идолизации: объект вроде бы «самый главный», но всё равно остаётся объектом, то есть частью картины.
Нисида предлагает иной режим мысли: предельное не стоит «перед» сознанием. Оно мыслится как «место» (場所) — то, внутри чего становятся возможны различения и опыт. Поэтому «место» — не элемент картины мира, а условие самой «картины». В предельной формулировке это означает: субъект/объект, я/мир, истина/ложь возникают не потому, что основание — предмет среди предметов, а потому, что различение уже “помещено” в некоторое место.
Именно здесь у Нисиды появляется дисциплинарная граница, выраженная понятием «абсолютного ничто» (絶対無). Важно удержать смысл: это не “вещь по имени Ничто”. Это логический предел, запрещающий превращать основание в предмет владения.
1.1.2. «Абсолютное ничто» (絶対無) как запрет на присвоение основания
У Нисиды формулировки предельно жёсткие. Я привожу японский текст и прямой русский перевод.
「死によつてのみ絶対無に触れることができる。」 «Только через смерть можно прикоснуться к абсолютному ничто». (Нисида Китаро. «Логика места и религиозное мировоззрение». Полное собрание сочинений, т. 11. С. 393.)
「死とは、自己が絶対無に触れることだ。」 «Смерть — это то, что “я” прикасается к абсолютному ничто». (Там же. С. 416.)
「我々が、我々の自己の根柢に、深き自己矛盾を意識した時…」 «Когда я осознаю в основании себя глубокое само-противоречие…» (Там же, т. 11.)
Эти фразы нельзя читать как «эстетику смерти» или психологическую драму. У Нисиды «смерть» — имя предельного опыта, в котором самодовольная субъектность утрачивает право быть последней инстанцией. Там, где «я» перестаёт быть опорой, прекращается сам механизм объективации предельного: больше некому «держать» основание как предмет и «владеть» им.
Отсюда следует важный вывод: предельное защищено от идолизации не добавлением ещё одной концепции, а разрушением самого жеста присвоения. У Нисиды это достигается через предельную границу (絶対無), которая «не разрешает» разуму стать владельцем основания.
1.2. Лао-цзы: ограничение имени и первичность 無 как дисциплина невладения
Если у Нисиды запрет на объективацию оформлен как логика «места», то у Лао-цзы он вводится иначе — через ограничение именования и через различение **無 (у, «отсутствие/не-наличие») и 有 (ю, «наличие») **. Но задача та же: предельное нельзя закрепить как предмет, которым можно распоряжаться.
1.2.1. Дао не начинается с формы и имени
Опорным является фрагмент из комментария Ван Би (王弼), где подчёркнуто, что Дао не совпадает с оформленной вещью.
「言道以無形無名始成萬物…故曰玄也」 «О Дао говорится так: оно, не имея формы и имени, первоначально образует десять тысяч вещей… потому и называется “сокровенным” (玄)». (Лао-цзы. «Лао-цзы с комментарием Ван Би», факсимиле. Л. 9.)
Смысл здесь простой и строгий: имя и форма начинаются “внутри” мира вещей, а не “снаружи” как окончательный ключ. Поэтому попытка сделать предельное «именованным предметом» — уже нарушение нормы.
1.2.2. Два режима восприятия: 無欲 и 有欲
Далее у Лао-цзы появляется связка, критически важная для нашей темы: различение режима, который фиксирует, и режима, который размыкает фиксацию.
「故常無欲以觀其妙；故常有欲以觀其徼。」 «Поэтому, пребывая в отсутствии желания (無欲), созерцают его тонкость (妙); пребывая в наличии желания (有欲), созерцают его пределы/границы (徼)». (Там же. Л. 9.)
Здесь не мораль, а техника: желание удерживает и присваивает, а «без-желание» снимает хватку. И потому предельное не становится предметом — оно остаётся горизонтом, открывающим «тонкость», то есть то, что не исчерпывается схемой.
1.2.3. 無 как условие функции: отсутствие делает возможным употребимость
Чтобы не перепутать 無 с «ничтожностью», Лао-цзы даёт модель, где отсутствие — это условие работы вещи, а не отдельная «вещь».
「三十輻共一轂，當其無，有車之用。…故有之以為利，無之以為用。」 «Тридцать спиц сходятся в одной ступице: именно в её “отсутствии” (無) — польза колесницы. … Поэтому “наличие” (有) даёт выгоду, а “отсутствие” (無) даёт употребимость (用)». (Там же. Л. 26; гл. 11.)
Эта формула работает как анти-идолопоклоннический нож: условие функции нельзя превратить в объект функции. Если попытаться «схватить» отсутствие как вещь, то исчезает понимание самой употребимости.
1.2.4. 無為 как дисциплина неприсвоения (а не «пассивность»)
Ключевой практический вывод у Лао-цзы — не теория о Дао, а дисциплина, запрещающая превращать порядок мира в инструмент субъективного владения. Это выражено в языке **無為 (у-вэй, «недеяние/невмешательство-как-владение») **.
「是以聖人處無為之事，行不言之教。萬物作焉而不辭；生而不有；為而不恃；功成而弗居。」 «Потому мудрец пребывает в делах недеяния (無為), осуществляет учение без слов. Десять тысяч вещей возникают — он не отказывается от них; рождает — но не присваивает; действует — но не опирается (на действие как на заслугу); совершив дело — не задерживается (в нём)». (Там же. Л. 11; гл. 2.)
Здесь центрально не «ничегонеделание», а неприсвоение: «рождает — но не имеет», «действует — но не опирается», «совершив — не задерживается». Это и есть защита от превращения предельного в объект владения: субъект лишается права ставить на себе печать «владельца основания».
Эта линия усиливается предельной формулой:
「道常無為而無不為。」 «Дао постоянно пребывает в недеянии (無為), и нет ничего, что было бы не-сделано». (Там же. Л. 82; гл. 37.)
И ещё более технологично — формулой «убавления», которая прямо запрещает культ наращивания концепций:
「為學日益，為道日損。損之又損，以至於無為。無為而無不為。」 «В учёности ежедневно прибавляют; на Пути (道) ежедневно убавляют. Убавляют и убавляют — пока не дойдут до недеяния (無為). В недеянии нет ничего, что было бы не-сделано». (Там же. Л. 107; гл. 48.)
Смысл в рамках темы главы я фиксирую так: наращивание определений легко превращает предельное в объект; “убавление” удерживает предельное как горизонт.
Наконец, важен узел происхождения наличного из отсутствия и логики возврата:
「反者道之動；弱者道之用。天下萬物生於有，有生於無。」 «Возврат (反) — движение Дао; слабость — употребимость Дао. Десять тысяч вещей рождаются из наличия (有), а наличие рождается из отсутствия (無)». (Там же. Л. 93; гл. 40.)
Эта формула одновременно космологична и методологична: она напоминает, что основание не находится “внутри” наличного как ещё одна вещь, а работает как то, что делает наличное возможным — и потому не может быть объектом присвоения.
1.3. Сопоставление: общее ядро без смешения понятий
Теперь я соединяю традиции Нисиды и Лао-цзы строго — не по «похожести слов», а по функции запрета.
1.3.1. Основание как условие, а не предмет
У Нисиды: «место» (場所) — условие различения, а не элемент различения.
У Лао-цзы: 無 — условие употребимости (用) и внутренней меры действия, а не «предмет по имени отсутствие».
В обоих случаях главная опасность одна: обратить условие в объект, а затем объявить этот объект «ключом ко всему».
1.3.2. Логика “субтракции”: снятие фиксаций вместо умножения идолов
Обе традиции работают в режиме, который можно назвать «убавлением» (,в даосском и киотском смысле, а также трудах В. Ленского): не добавлять всё новые конструкции, объявляя их окончательными, а снимать притязание на владение предельным.
У Нисиды это проходит через предел (絶対無), который «ломает» самодовольную субъектность.
У Лао-цзы это проходит через 無欲, 無為 и через принцип «убавления» на Пути.
1.4. Терминологические границы: чтобы сопоставление не стало смешением
Чтобы дальнейшее изложение не превратилось в «унификацию всего со всем», я фиксирую четыре границы.
無 (у) не тождественно 空 (ку). 無 у Лао-цзы — связка «наличие/отсутствие», условие функции и дисциплина невладения. 空 в буддийской традиции — критика самосущности вещей и «я». Сходство возможно по охранительной функции, но не по содержанию.
無為 (у-вэй) не означает пассивности. Это не бездействие, а запрет на вмешательство как форму присвоения: «действует — но не опирается», «совершив — не задерживается».
Апофатика не равна отрицанию смысла. Запрет на объективацию предельного не уничтожает смысл; он уничтожает притязание владеть смыслом окончательно.
Критика интеллектуального идола не ведёт к нигилизму. Напротив: она защищает реальность от редукции к схеме, то есть защищает возможность возвращения мира «как он есть» — но без обожествления конечного.
1.5. Итоги
Нисида Китаро задаёт запрет на объектность основания через понятие «места» (場所): основание — это не предмет, а условие различений; его предельная формулировка (絶対無) дисциплинирует разум, запрещая ему стать владельцем предельного.
Лао-цзы формулирует тот же запрет иначе: через ограничение имени и через различение 無/有, где 無 выступает как условие функции и как дисциплина невладения; практическая форма этого запрета — 無為 и принцип «убавления» как анти-идолопоклонническая техника.
Сопоставление удержано строго функционально: я не смешиваю понятия (無 не равно 空), но показываю единый защитный механизм против одной и той же ошибки — превращения предельного в объект.
На этом основании становится возможным следующий ход: различение «нигилистической пустоты» и «пустоты» как возвращения мира без идолизации. В качестве методологического комментария уместно привлечь формулу В. Ленского о двухполярном линейном мышлении как о режиме, склонном превращать предельное в объект. Однако сам переход опирается на уже установленное здесь: предельное должно оставаться горизонтом, а не предметом.
Библиография
Нисида Китаро. Логика места и религиозное мировоззрение (場所の論理と宗教的世界観). В: Полное собрание сочинений Нисиды Китаро, т. 11. (Цитируемые места: с. 393, 416)
Лао-цзы. Лао-цзы с комментарием Ван Би (老子王弼注), факсимильное издание. (Цитируемые места: Л. 9, 11, 26, 82, 93, 107, главы: 2, 11, 37, 40, 48.)
Читайте также:
Показать полностью
1
Как устроены капсульные отели с системой мониторинга сна. Это недорого и это надо обязательно попробовать при поездке в Японию
Всем привет! За последние полтора года мне удалось трижды побывать в Японии. И где-то треть ночей я проводил в самых разных капсульных гостиницах. Это удивительный формат гостиниц, который японцы довели до абсолюта. Рассказываю подробнее: https://t.me/idubeguedu/11792
Это я стою в пижаме, которая выдается всем гостям при входе
Я бы разделил капсульные гостиницы на два типа: современные с модным дизайном и старенькие с наличием общих традиционных ван и купели. Оба типа по-своему хороши.
Коротко покажу антураж «старых» капсульных гостиниц с традиционным дизайном, где чаще преобладает дерево и пойдем дальше:
Про стимпанковскую капсульную гостиницу в Осаке я уже писал на Пикабу, можно вот тут про неё почитать: Сауна, капсулы и мужики в одинаковой одежде. Как я прожил три ночи в самой невероятной гостинице в своей жизни за 1600 рублей
Для меня самой модной сетью гостиниц является 9h (Nine Hours). Это современные капсульные отели, с просторными и длинными капсулами, отдельными душевыми и красивыми общими зонами.
В последний раз в Токио поселился в отеле 9h Akasaka с системой мониторинга сна. Прошлой весной я жил в другой гостинице этой сети, так что представлял что ждёт. Если что она называлась 9h Hamamatsucho, про неё писал тут.
Забронировал за месяц до поездки за 1800 рублей за ночь. В Японии вообще важно всё бронировать как можно раньше. Тут распространенно динамическое ценообразование. Для сравнения этот же капсульный отель за неделю до поездки стоил в три раза дороже.
Мне досталась потрясающая капсула с видом на улицу! Я просто открывал шторку и наблюдал как опадает листва и туда-сюда спешат японцы.
Гостиница 9h Akasaka небольшого размера. По два этажа для мужчин и женщин — гендеры, так сказать, не пересекаются. У каждого пола свои душевые и туалеты со всеми принадлежностями. Общая зона, увы, крайне мала.
Вот в том 9h Hamamatsucho потрясающий руфтоп с видом на Токийскую красную башню:
Другая гостиниц 9h: 9h Hamamatsucho
При заселении получаете куаркод для доступа к шкафчику, где можно хранить рюкзак или маленький чемоданчик (большой можно оставить на ресепшене). Каждый день в сумке выдаются три новых полотенца и свежая пижама. Под конец пребывания у меня накопился целый пижамный гардероб!
В капсуле была система мониторинга сна! Камера и какие-то датчики в матрасе измеряют сон, елозонье, дыхание, храп и т.д. При заселении указываешь почту, куда ежедневно отправляться отчеты (на фото). Не все капсулы имеют такую систему, при брони вы увидите есть ли мониторинг или нет.
Должно быть прописано что такое:
Отчет о сне выглядит вот так. Это главные 2 страницы:
Мой один из отчетов
Внутри капсулы одна розетка и небольшие полочки. Достаточно просторно. Длина капсулы чуть-чуть больше 2 метров. Подушка необычная и удобная. Обязательно берите затычки.❗️Важно: с 11:00 до 15:00 в гостинице нельзя находиться. В это время проводится уборка. Раз в три дня меняют постель.
Душевая
За почти неделю проживания в таком капсульном отеле в центре Токио отдаешь около 12 тыс. Храни Японию!
P.S. В пяти минутах от гостиницы работает Макдональдс с 5 утра. Не благодарите.
О том сколько стоила моя поездка в Японию в декабре и на какие траты следует ориентироваться для своей поездки расписал тут: https://t.me/idubeguedu/12081
Показать полностью
15
Виски Kujira 8 лет. Рис, кит и ноль радости
Я человек разносторонне недоразвитый. У меня много пробелов в знаниях. Например, я до сих пор не прочел книгу «Моби Дик». Только знаю, что она про безумного капитана Ахава, одержимого идеей поймать гигантского белого кита. А я сегодня расскажу о ките попавшему в мои руки, но радости не доставившего.
Настоящая статья не является рекламным материалом и не предназначена для лиц младше 18.
Речь пойдет об японском виски, произведённом на острове Окинава. Производитель – винокурня Kumesen Syuzo Distillery, принадлежащая Shinzato Shuzo Cо. Ltd. Основана она в 1952 году. И так как японские винокурни во многом тырят используют опыт шотландских, перед тем как выпустить виски, выпускает другие крепкие напитки, не требующие выдержки. Kumesen выпускали напиток авамори, японский дистиллированный ликер из риса. Честно говоря, не припомню, пробовал ли я его.
В конце 80-х годов прошлого века начинаются смелые эксперименты по производству рисовых дистиллятов с выдержкой в дубе. Как я понял из этих ваших Интернетов, вначале получалось не очень. Выходило что-то среднее между джином и виски. \лично мне сложно представить этот вкус\ На самом деле, как не раз читал, многие первые эксперименты с виски у японцев были, мягко говоря, провальные. Но самураи ребята упертые и они продолжали. Жители Окинавы не исключение и в 2018 году появился бренд, о представителе которого сегодня речь.
Kumesen выпустили уникальный продукт по многим параметров. Спирты использовались из риса сорта Индика. Никакого ячменя или пшена, только хардкор бусидо, только рис! Ферментация происходит благодаря специфическому грибку тех мест – «черному кодзи». Тут сыграла рачительность японцев. Что было хорошо для производства саке и авамори столетиями – будет хорошо и при производстве виски, рассудили жители островов Рюкю.
Я не сказал, а вы не знали, что Окинава — это остров из архипелага Рюкю!? Вот Kumesen для это даже свой напиток попытались вывести в отдельную категорию «виски рюкю», что б все знали. А назвали бренд – Kujira, что переводится как «кит». Якобы часто они плавают рядом с островами архипелага и вообще символ богатства, долголетия и всего хорошего.
Мне для дегустации достался восьмилетний релиз. По абсолютно бросовой цене подогнал Управляющий Придворной Винотеки, а он знатный извращенец любитель алкоголя из Японии. И несмотря на то, что он лично не пробовал в тот момент Kujira сомневаться в его рекомендации причин не было. А стоило и вот почему.
Фото из личного архива автора
Про специфику производство я уже писал ранее, немного про конкретно этот релиз. Так как он из риса, то это single grain, восемь лет выдержки в бочках из-под бурбона и хереса. Крепость 43%.
Внешне выглядит не очень богато. Скромная картонная коробка, которую даже фотографировать смысла нет, классическая для японцев бутылка и традиционно дешманская винтовая пробка. Мне рвет мозг и шаблон, но у японцев вы можете купить дорогущий виски, шикарное оформление и дорогая коробка, но крышка/пробка будет дешман. Парадокс. Хотя, что я ожидаю от нации, придумавшей мультики про гигантских человекоподобных роботов, пилотируемых девочками-школьницами!? Вот этикетка меня порадовала. Тактильно приятная бумага, минимум надписей и в узнаваемом японском стиле кит, окрасом похожий на ночное небо. Возможно, над Окинавой. Но даже учителя дзен согласились бы, что нельзя бесконечно смотреть на виски, его надо пробовать.
Ароматика сразу ставит в ступор. Описать попробую аналогий и иносказанием. Представьте, взяли вы тряпочку из грубой мешковины, спрыснули лакокрасочным изделием и зачем-то поелозили по дереву, покрытому лаком и не до конца он высох. Затем вывернули тряпочку, набили ее пахучим сеном, шелухой от риса, немного опилок свежих и сшили в прочный такой шарик. Как вот аромат у Kujira как будто этим мячиком вам со всей силы в нос залепили. Такого обилия лакокрасочных тонов я не чувствовал не то, что давно, никогда. Как будто смешали один к одному русский виски с совой, добротный скотч и японский сотю. И не могу сказать, что ароматика ужасная. Она максимально странная и не привычная.
Вкус уже попроще и попривычнее. Первое, что нас встречает это спиртуозность. Не сильно резкая, но не приятная. Есть во вкусе сладость, намек на сухофрукты, пряности и дуб. В целом похоже на бюджетный скотч. Но вокруг спиртовости ощущается сильный рисовый привкус. Вспомните вкус водянистой «жижки» от рисовой каши. А вот представьте, что туда добавили сухофруктов, сахара и водки.
Послевкусие лучшее что есть в этом виски! Оно средней продолжительности, легкое и не заметное. Но оно максимально привычное, после ароматики и вкуса!
Подводя итог скажу, что виски Kujira это не для всех. Он не плохой, он не привычный. Возможно у западного человека просто нет необходимых шаблонов для его оценки. Я люблю бойдзю, пробовал саке, сотю и соджу. Но и для меня вкус этого виски оказался странным и непривычным. Вряд ли попробую еще раз.
Хотя кого я обманываю!? Я же как китобой Ахав одержим страстью, я не могу не пробовать новое. И если мне предложат другой релиз Kujira. То конечно же я его попробую.
Всего вам вкусного в бокале!
Пейте в меру и только в удовольствие! Или не пейте. Жизнь вопрос выбора каждого. Надеюсь, Вам понравилась статья и Вы выберете подписаться, прокомментировать или поставить лайк.
Показать полностью
1
Японский унитаз
Показать полностью
1