И тут, значит, обращение. Мол я такой то такой то, купил в магазине призаводском хлеб ржаной формовой(это когда ещё не нарезанные только были). Приношу, пишет, его домой, разрезаю, а в нем ЗУБЫ! Ну и дальше полтора листа истерики, мол, у вас человека раздробило, а вы не знаете! У меня глаза на лоб, а Лидии Михайловны не было, шоркалась где то. Что делать? Я к маме, нашла к кому бежать, мама в панику к начальнику, оба в шоке, тот звонит выше. Пока тётушки моей не было в кабинете, я такой шум подняла, что тёти какие то шептались, не закроют ли завод.
И тут в кабинет влетает главный технолог. И сразу извиняться к маминому начальнику, умолял замять историю. Оказалось что у него челюсть вставная новая и очень ещё не удобная. Поэтому он её иногда вынимал, когда один по цехам обходы делал. И в нагрудный кармашек клал. Ну что б под рукой, если что....
Не дали мне, короче, там работать, сказали психика не окрепшая ещё.Историю, насколько я знаю, не замяли, Лидия Михайловна как вернулась в кабинет и всё узнала, тут же доложила наверх. На производстве ничего не умалчивали.