День третий. Бегали на точку в соседнем доме, покупали из окна у бабки тот самый разбавленный Рояль. Доедали всё что могло найтись, чёрствое и позавчерашнее.

День четвёртый. Ходили на городской канал, ловили утку, потому что есть хотелось, а денег ни у кого не было. Бухло не достали(слава богу). Я с ними не бухал, жил рядом и вовремя ушёл домой. А почти вся компания спала вповалку 3-4 дня

Впоследствии старший брат моего друга, с которым мы постепенно перестали общаться, с матерью пропили 2 квартиры, мой товарищ тоже забухал, все стали бомжами.

Не бухайте☝🏼

Посвящается моему другу детства

и однокласснику Андрею Н. а так

же памяти российских солдат и

офицеров воевавших в Чечне в

1994 - 1996 г.г., погибших и выживших ...

Осень 1994 года выдалась на редкость холодной с самого начала и запомнилась ему тем, что нечего было жрать в прямом смысле этого слова - дома 15-летняя сестра и мама, работавшая крановщицей на предприятии, пекли почти каждый вечер в духовке хлеб или делали большой пирог с картошкой, да еще нашлись маринованные грибы в количестве пятнадцати трехлитровых банок на балконе, бог его знает когда забитых и закрученных в эти банки и после этой находки эти грибы совали во все что приготовлено, уже до блевоты потом, да в большом количестве квашенная капуста, так и жили на картошке да грибах с капустой а отец пропадал на работе, не вылезал из за руля грузовой машины, приходил только ночью в квартиру, 3-4 часа поспит и в пять утра опять за баранку.

В небольшом промышленном городе, где большинство жителей работали на двух пока еще действующих заводах целыми семейными династиями только-только начали ощущать на себе невыдачу зарплат, сначала за 1-2 месяца, потом период увеличивался все больше и больше, самый пик был ближе к весне 1995 года - 10-11 месяцев. В магазинах ничего практически из продуктов не было, соленья да варенья, консервы рыбные и синюшные замороженные тощие курицы в огромных картонных коробках, которые иногда выставляли на продажу, сухое молоко и еще забитые витрины березовым соком.

Купить все из продуктов можно было на рынках и базарах, но денег не было и люди постепенно начали переходить на то, что вырастили сами на своих огородах или на участках родственников, в многочисленных ларьках с решетками, забитых шоколадками, китайскими и американскими сигаретами, литровым спиртом "Royal" и палёной водкой, разлитой в Нижнем Тагиле, от которой можно было (и очень многие так и закончили свою жизнь в реанимации тогда) легко склеить ласты, иногда виделись рядом с продавщицами ларьков внутри 1-2 крепких, коротко стриженных пацанов, сидящих там на всякий случай - время неспокойное, товар от набегов защищали.

Начали появляться первые иномарки и можно было увидеть, как толпа работяг на автобусной остановке утром синхронно поворачивает головы вслед за какой нибудь белоснежной неказистой и угловатой "Тойотой" на большой скорости летящей через перекресток на красный свет, с молодыми пацанами в спортивных костюмах внутри из местной спортивной секции вольной борьбы, превратившейся очень скоро в преступную группировку.

Он в начале июня сдал последние экзамены в ПТУ, отучившись  три года на автослесаря, получил права категории "С" от ДОСААФ, что заняло 4 месяца, с февраля по май и два последних месяца по ночам, четыре раза в неделю ходил на железнодорожный вокзал, разгружал со взрослыми и здоровенными мужиками вагоны с мукой и сахаром, где платили наличными небольшую сумму сразу после разгрузки, да домой иногда разрешали взять из порвавшегося при разгрузке мешка по 2-3 килограмма сахарку или муки.  

А в выходные гулял с друзьями, болтались по городу компанией по 10-15 человек, все были с одного района и с одной школы, знали друг друга с первого класса, выпивали, ходили на дискотеки, да ждал повестку в армию - в ноябре ему исполнялось 18 лет.

О Чечне и о том что там происходило тогда практически ему не было ничего известно, кроме очень общей и скудной информации по центральным каналам ТВ, да и то без каких либо подробностей особых.

В общем, догуливал последние недели, старался как мог помочь семье и настраивался психологически к предстоящей армейской службе.