И поскольку на дворе весна, то можно воспользоваться правилом "эстетического резонанса" и почтить память великого художника, пересмотрев "Весну на Заречной улице" (можно раскрашенную версию — мой друг, например, ч/б не считает за кино). Я собственно это и сделал, но поскольку недавно я пересматривал Хоббита (мой позапрошлый пост об окаменении троллей, стоило наверное его приурочить к 1-му апреля), то с удивлением обнаружил, что кое-что мне в этих фильмах кажется похожим. Ну, кроме того, что Бильбо отправился в путешествие в апреле, и того что в Хоббитоне вполне могла быть улица с названием "Заречная".

Похожими мне кажутся две любовные линии: сталевара Саши Савченко и учительницы вечерней школы Тани Левченко в "Весне" и гнома Кили и эльфийки Тауриэль в Хоббите (эта линия, как известно, есть только в фильме, но не в книге, на пикабу о них много постов). А чем похоже? Тем, что и там и там это мезальянс (хорошая статья про троп мезальянса есть на posmotre.ch, точнее не статья, а собрание ссылок). Если отвлечься, от всего лишнего, от толкиновского или соцреалистического бэкграунда, и редуцировать эти линии до голой фабулы, можно увидеть, что в обоих случаях речь идет о любви мужчины к женщине, чье место в некоторой иерархии выше, чем его.

Мезальянс по-викториански

Савченко в его нынешнем статусе не пара Татьяне, потому что хоть официально пролетариат в СССР и является классом-гегемоном, но в реальности интеллигенция ощущает свое превосходство над ним. Гном же не пара эльфийке потому что эльфы это создания Илуватара, а гномы — креатуры Аулэ. Ну, конечно, это у Толкина гном и эльфика не пара, поэтому у Гимли платонические чувства к Галадриэль — в фильме-то как раз развитие отношений Кили и Тауриэль остановила только смерть.

Но это современный (когда актриса мулатка может стать принцессой), а не викторианский взгляд на вещи. Потому у Толкина такая линия и невозможна, что для викторианской морали, в которой был воспитан писатель, отношения мужчины низкого происхождения и женщины высокого — скандал и безумие. Разумеется, эльфы и гномы это не страты, но мы говорим об архетипах: в рамках викторианской этики невозможна благосклонность дворянки к крестьянину, белой к индейцу и т.п. Одним словом, сюжет как в песне Тимура Шаова о любви аристократки из Бирмингема к простому парню из Сочи был бы немыслим.

Единственный близкий пример из викторианской или околовикторианской литературы это Тарзан и Джейн, но и тут Эдгару Берроузу пришлось придумать для Тарзана благородную генетику — он хоть и воспитан обезьянами, но по происхождению он лорд Грейсток. Примеров обратного, то есть союза знатного мужчины и незнатной женщины, в викторинской литературе больше, потому что для викторианской морали мужчина это активное начало, он может поднять женщину до своего уровня — здесь на ум приходит многократно экранизированный "Пигмалион" Бернарда Шоу.

А вот брак человека и эльфа викторианским нравам не противоречит: во-первых, люди и эльфы имеют общий генезис, будучи созданными Илуватаром, а во-вторых, например, в истории Арвен и Арагорна или Берена и Лутиэн мужчины принадлежат к самым знатным родам, то есть находятся на верху человеческой иерархии в мире Средиземья. Ну и кроме того, читатели и автор сами люди.

Но неравенство для человека викторианской морали это нормально, это богом данный порядок. Поэтому оно не оспаривается. Поэтому, например, у Маргарет Митчелл (хотя "Унесенные ветром" написаны в 1936 году) бывшие рабы не хотят уходить от своих господ и смысл жизни видят в заботе о них. То же и у Толкина. Как писал 24 года назад в журнале Socialist Review британский фантаст и марксист Чайна Мьевиль: "Это консервативный гимн порядку и разуму — статус-кво". Потомственный садовник Бэггинсов Сэм всегда называет представителя джентри (в ВК Фродо становится наследником помесьтя: "You are the master of Bag End now") Фродо "мистером" или даже "хозяином" ("'Master!' cried Sam, and fell upon his knees") и заботится о его благополучии. Это троп "денщик" — batman, но не Темный рыцарь — который отчасти ностальгически, отчасти сатирически показан у Роуэна Аткинсона в сериале "Черная Гадюка" в выпуске о ПМВ.

Правда в итоге Сэм наследует Бэг-Энд и становится мэром столицы Шира (Мичел Делвинга), а его дочь Эланор — фрейлиной Арвен. И если мэром бывший садовник в викторианской Англии стать мог (как, например, мэр упомянутого Бирмингема сын каменщика Джесси Колллинс), то его дочь фрейлиной стать не могла ни при каких условиях. Хотя королева Виктория сделала некоторое послабление для дочери своего наставника — Мэри Энн Дэвис — но пригласила ее ко двору не в качестве фрейлины (фрейлины были разных классов: ladies-in-waiting, Mistress of the Robes, Ladies of the Bedchamber, Maids of Honour), а создала специальную должность "resident woman of the Bedchamber".

Мезальянс по-советски

Сколько впечатлений унесут домой ребята из мартеновского цеха! Помню , когда я впервые попал сюда, печи показались мне огненными драконами, а сталевары волшебниками, повелевающими огнем

Июльский выпуск журнала Юность 1958 года, с. 86.

Конечно автор цитаты выше Хоббита не читал (Наталья Рахманова, переводчик Хоббита, в 50-е только начала карьеру), но аналогия напрашивается сама собой. Савченко и его друзья это простые рабочие ребята, которые, словно гномы в подземельях, варят сталь у мартеновской печи. В обоих фильмах фоном идет тема покорения огня, у Бильбо и гномов — дракон Смауг, у Савченко и его коллег — мартен (хочется так же написать его с большой буквы, потому что в фильме Мартен фигурирует как персонифицированное начало: "А больше про неё — Про кого "про неё"? — Про печь").

Мой друг, простой по виду парень, он не гитарой знаменит,

Он просто сталь в мартене варит, за партой вечером сидит.

Он днем с огнем, а ночью с книжкой, привык он время обгонять,

Он на завод пришел мальчишкой, а стал хозяином огня.

Ну, Савченко действительно знаменит не гитарой, но арфа гитара в фильме занимает не последнее место. По-моему эти стихи из "Весны" неплохо перекликаются со строками из книжного Хоббита:

Волшебники-гномы! В минувшие дни

Искусно металлы ковали они;

<...>

И пили они что твои короли

И звонкие арфы себе завели;

Протяжно и ново для уха людского

Звучало их пенье в глубинах земли.

Таня относится к симпатии Савченко очень холодно, отчитывает как мальчишку за невыученный урок, выгоняет из класса. Их миры слишком разные, не пересекающиеся. Но в отличие от викторианского мировоззрения в оттепельном кино возможен переход из одного мира в другой. Это наверное уникальный период, ни до (до того свинарка могла расчитывать только на пастуха и наоборот) ни после в советском кино такое было невозможно. В "Заставе Ильича" ("Мне двадцать лет") 65-го года парень из простой семьи смог обаять девушку номенклатурного происхождения. Но этот фильм Хуциев начал снимать в 1962 году, а сценарий Геннадий Шпаликов написал в 59-м, то есть при Хрущеве.

А вот уже в 64-м снимают совсем другое кино (и книги пишут другие, например, роман "Тля" до этого года издательства заворачивали): в ленте "Живет такой парень" Шукшина главный герой Паша Колокольников не смог заполучить ни заведущую библиотекой, ни журналистку (Белла Ахмадулина, 10 апреля, кстати, ее ДР), которая писала о его, между прочим, рисковом подвиге.

Дальше будут фильмы, где мезальянс или плохо заканчивается, как в "Сладкой женщине", где деревенская девушка последовательно ломает жизни интеллигентных мужей своим мещанством, или невозможен как в "Мимино" — грузин Мизандали понимает, что его судьба это не высокомерная москвичка Лариса Ивановна, а скромная учительница из родного села, или сердце рабивают "низкой" стороне мезльянса как в "Карнавале", когда Нина Соломатина возвращается в провинциальный городок и без бросившего ее столичного мажора Никиты, и без надежд на карьеру артистки.

Конечно, есть исключения как пара рабочего нефтеперегонного завода Григория Ганжи и учительницы Светланы Афанасьевны из "Большой перемены" — но литературная основа (повесть "Иду к людям") фильма написана в 50-е. И такое отношение к мезальянсу ( и не только ) сохраняется даже в Перестройку: у Шахназарова Катя Кузнецова понимает, что хоть курьер Иван "прикольный и хипповый чувак, но в стране советов у него никаких перспектив" (строчки из песни Машины времени "Странные дни").

Но у Хуциева еще весна, еще оттепель, еще 50-е. И у дворфа-Савченко еще есть шанс. Да, пока он работяга на сталелитейном заводе у него нет будущего с эльфийкой-Татьяной, но он может закончить вечернюю школу, поступить в институт (у него перед глазами пример инженера Николая — Татьяна, как мы узнаем, сыграла важную роль в том, что он получил образование). Но пока он этого не сделал, в конце фильма ставится "многоточие"...

Любопытные факты

Факт № 1. В 2015 году вышел фильм по книге 1952 года "The Price of Salt". Главная роль там у Кейт Бланшетт — Галадриэль в ВК. Это история любви состоятельной дамы и простой девушки — казалось бы мезальянс, но фильм и книга заканчиваются хэппи эндом. Считаетя, что это первый роман на лесбийскую тему, который хорошо заканчивается — например, предыдущий такой известный роман "Колодец одиночества", собственно, одиночеством главной героини и закончился.

Факты № 2 и № 3. Немного апофении: премьеры обеих картин были в ноябре: 26 ноября 1956 года ("Весна") и 28 ноября 2012 года ("Хоббит"). В том же 56-м году родился Дюша Романов — музыкант "Аквариума" и испольнитель роли рассказчика в телеэкранизации ВК (кстати, и ВК в 54—55 гг. опубликован) — "Хранители".

P. S. На пикабу есть пост про социальные лифты в СССР, автор которого считает, что в 70-е они прекрасно работали — тут надо утчонить, что этот пост не дискутирует с тем: он о том, какую картину мира предлагают кинематограф и литература, а эта картина мира может быть пессимистичнее или оптимистичнее того, что зритель видит вокруг себя. Но если говорить о дискуссиях, то кажется вот здесь есть неплохая на тему социальных лифтов (на сто с лишним комментариев) в ЖЖ пользователя, по забавному совпадению, носящего ник Торин;-)

* Спасибо П. Чаговскому за то, что придумал эпиграф

Так как условия работы, в т.ч. ответственность (в зависимости от строчки в табеле о рангах) находятся на пределе возможностей психики человека, то в обмен на это чиновнику положены определенные привилегии и власть.
Вторая обязанность — иметь и поддерживать разносторонний живой интеллект и хорошее здоровье.
Мужчина — это почетное звание, свидетельствующее об ответственной работе на государство. Высшая степень мужчины это стыковка со следующей варной — государственный муж.

— Муж —
это как сразу заметно — самое мощное слово. Потому, что оно и есть мощь (выраженная на письме другими буквами) и оно является родительским к двум предыдущим. Муж — тот кто может. При этом его корень - мышление. Этимология слова "муж" восходит к индоевропейскому корню men- — "мыслить". В этом слове мощь смысла упакована в мощь звучания.

Как видно, слово муж здесь находится на вершине иерархии варн: он самостоятелен, ему есть чем решать — что хорошо а что нет без подсказок. Он — мера всех вещей. Не имеет кумиров и (уже) учителей. Интеллектуально ни к кому не привязан. Живет в созданной им системе координат. Он — отдельный мир.

От мужика в языке он отличается масштабом, а от мужчины — степенями свободы (максимально короткий домен, без обременений/разбавлений другими смыслами). Он может положить начало какому-нибудь хорошему делу или конец плохому. Для этого у него на два инструмента больше чем у остальных: Слово Истины и собственная жизнь.
И что получилось максимально интересно - в системе каст его нет. Своим появлением он из нее вышел.

Еще тройка моментов.
Среди признаков варн у нас есть такой: лицам из разных варн в Индии скрещиваться (за редким исключением) настоятельно не рекомендуется. Здесь у нас соответствие полное, и это, кстати, совет. Вступая в брак ты выбираешь того, кто будет иметь право на тебя орать. И, может быть, в 80% (2024 г.) разводов есть и немалая доля этой причины?

Второе. Считается, что переход из одной варны в другую по возрастающей в Индии возможен, но в свое время колонизаторы их законсервировали в кастах и эти лифты уже не работают. А у нас с этим дело обстоит получше. Мужик имеет возможность (если захочет) перейти в мужчину, а мужчина в мужа как на уровне варн (образование) так и на уровне каст (карьера). В некоторых случаях возможно перепрыгнуть через ступеньку.

Третье. В новой семье и мужик и мужчина получают возможность примерить на себя и потренировать роль мужа в вышеозначенном смысле, используя эту, данную цивилизацией, закрытую (ну, почти) от внешнего контура модель. Это прямо регламентируется высокостатусным словом — муж. Если что, это не приглашение к самодурству)

И для сравнения. В английском языке эти три слова выглядят так:
— Man (мужик)
— Man (мужчина)
— Man (муж, не в смысле хасбэнд)
И ничего, справляются. То есть, если эти словесные иерархические кружева появились в каркасе устройства общества в нашей локации, то это не может не иметь значения. А объяснение этому словотворчеству я сейчас дал — надо было ненавязчиво упаковать варны.

И последний вопрос. Почему мы сегодня не используем эти слова по прямому назначению и эта иерархия на поверхности жизнедеятельности не зафиксирована? Возможно потому, что в нас представлены семена всех этих варн, и нам (не всем) удобнее как можно дольше находиться в состоянии суперпозиции. И по обстоятельствам включать то мужика, то мужчину, то мужа. Ибо определенность (меня посчитали) воспринимается как беззащитность. А желаемая определенность содержится только на уровне мужа. Потому, что он — сама неопределенность.
__
*Как работают/созревают слова я напишу в отдельном посте. Не обойдется без Платона. Этимология (которая местами натянута) здесь только один полюс сетки координат.

** в древних текстах «мужи» — это деятели, мыслители, герои, законодатели.