Уверен, что многие сограждане, включая жителей Байкальского региона, за такой заголовок назовут меня «всепропальщиком». Вот же, гляньте - прозрачный байкальский лёд (пролив Малое Море уже замерз, в отличие от южного Байкала), природные красоты вокруг, наслаждающиеся ими, а также сибирским морозцем и горячительными напитками, туристы-автомобилисты. В феврале появится множество судов на воздушной подушке, разнообразные катания и др. развлечения. Если ехать по льду из пос. Листвянка на остров Ольхон, берега предстанут, в основном, дикими, незаселенными, где «природа правит бал». Поэтому так много в социальных сетях байкальских фото с комментариями, что «на Байкале всё нормально», а «чернуха» про экологический кризис исходит от злопыхателей (и за это их следует объявить иноагентами)
Правда, по пути встречаются весьма обширные пятна застройки (поселения), а на материковом берегу Малого Моря эти пятна почти сливаются (разделены скальными мысами) в одну сплошную зону, длиной примерно 30-40 км. Яркую окраску крыш сейчас скрывает снег, но, если посмотреть в бинокль, повсюду увидишь тысячи построек. Тут о дикой природе говорить не приходится, ценный очаг биоразнообразия «канул в Лету».
Как и чистота вод Малого Моря. Летом появятся таблички «купание запрещено» (единственная реакция муниципальных чиновников на результаты анализов воды, проводимые СЭС). Периодически, в редкие дни штиля, прибрежные воды покрываются белесыми пятнами (если присмотреться, можно увидеть, что они всплывают со дна), камни на берегу – белесым липким налетом. Содержимое тысяч и тысяч выгребных ям попадает сначала в грунтовые воды, затем – на мелководье (в этой зоне происходит разгрузка грунтовых вод, т.е. их выход на поверхность). Содержащиеся в этих стоках биогенные вещества (прежде всего азот и фосфор) — питательные элементы, избыток которых приводит к эвтрофикации – процессу перенасыщения водоёмов и, как следствие, бурному росту водорослей и фитопланктона («цветение воды»), что истощает кислород, убивает гидробионтов, нарушает баланс экосистемы. Зеленые, на подобие горохового супа, прибрежные воды – результат размножения фитопланктона - теперь все чаще наблюдаются в окрестностях многих поселений (Листвянка, Култук, Большое Голоустное, Максимиха и др. Комментарии в социальных сетях по этому поводу: «вода цветёт, но это нестрашно, в августе/сентябре все будет в порядке».
Не будет! Это признак смертельно опасной для Байкала «болезни». Впервые проявившейся в 2011-2012 гг. (после прихода на Байкал «большого туризма»), наиболее выраженной в популярных туристических местах. Все мелководья летом теперь заполняют водоросли, а заливы - еще и элодея канадская (случайно завезенное водное растение). Отмирая и разлагаясь, они лишают воду кислорода, губя байкальских гидробионтов. Возможно, еще большую угрозу представляет массовое развитие цианобактерий (еще одно проявление эвтрофикации), выделяющих токсины. Голубые, плавающие на поверхности воды пятна, теперь отмечают не только у берегов, но и в открытом Байкале.
Видео от Сергея Демкова. "Элодея канадская в заливе Мухор. Лето 2023 г."
В результате эвтрофикации в прибрежной полосе байкальская биота уже уничтожена, «убитая» зона с каждым годом расширяется, уходит всё глубже. Байкал серьезно болен, его экосистема несет всё большие потери (пример - болезни и массовая гибель байкальских губок). Но именно благодаря байкальской биоте, состоящей, главным образом, из эндемиков, байкальская вода уникальна по своей чистоте. Однако эта биота страдает все больше. Поэтому чистота вод уже потеряна в мелководной зоне, а в перспективе потеря чистоты грозит и самому «водному телу» Байкала.
Главный источник загрязнений, вызывающих процесс эвтрофикации, - тысячи построек (турбазы, гостиницы, коттеджи) – появившиеся за последние 15-20 лет. Увы, но этот, казалось бы, очевидный факт, очень редко озвучивается ответственными лицами. Многочисленные сайты, рассказывающие о проблемах Байкала, его и вовсе игнорируют, называя главными источниками загрязнения «сельское хозяйство» (хотя полей на Байкале практически нет), либо – реку Селенгу. Она действительно несет много загрязнений, но, именно биогенные питательные элементы эффективно поглощаются мощным природным фильтром - экосистемой селенгинской дельты.
Заявления, что проблему загрязнения Байкала решит строительство новых очистных сооружений в прибрежных поселениях, запредельно оптимистичны. Они неспособны обеспечить безопасный для Байкала уровень очистки бытовых стоков. Кроме того, основной объем загрязнений сейчас поступает не из поселений, а из обширных зон недавней застройки, охватить которые централизованной системой водоотведения нереально. Турбазы и гостиницы часто имеют собственные локальные очистные системы, но они ещё менее эффективны. Требование обеспечить герметичность выгребных ям (емкости в них часто специально дырявят, чтобы происходила фильтрация в грунт) также не является панацеей. Вывоз сточных вод на полигон дорог, поэтому часто они туда не доезжают, а сливаются в пески, в леса, либо даже в Байкал. Единственный выход – снижение объемов загрязнений. Основным «производителем» которых в настоящее время являются туристы. Именно для них возведены (и продолжат строиться) многочисленные гостиницы, турбазы, коттеджи, ставшие основным источником загрязнения.
Безопасный для Байкала уровень туристическо-рекреационной нагрузки был превышен ещё в 2000-х годах, о чем и свидетельствуют процессы эвтрофикации. Поток питающих эти процессы загрязнений с тех пор увеличился в разы и продолжает расти. Ведь источников загрязнения (турбаз, гостиниц, коттеджей) с каждым годом становится всё больше.
Подавляющее их большинство построено вопреки действовавшим запретам - в водоохранной зоне, в Центральной Экологической зоне. Казалось бы, из официальных заявлений о безусловном приоритете охраны Байкала вытекает безусловная необходимость наведения порядка в вопросе застройки байкальских берегов. Однако незаконный, но почти безнаказанный «строительный бум» продолжается на протяжении многих лет. И вот, вместо мер по сокращению этого «бума», мы имеем обновленный "Закон об охране Байкала", вступающий в силу с 1 марта, который легализует большое число земельных участков, оказавшихся в частных руках. Речь идет о прибрежных населенных пунктах, многие из которых (прежде всего на Малом Море) в последние годы расширили свою площадь в разы (некоторые - в десятки раз). Земельные участки в этих взрывообразно расширившихся границах «поселений», не включенные в категорию «земли населенных пунктов», теперь этот статус получат. Предполагаю, что речь идет о тысячах участков. Кроме того, на Центральную Экологическую Зону распространена «лесная амнистия». Сколько лесных участков будет «амнистировано»? Есть сведения, что это «440 участков, которые попадают в территории населенных пунктов, 861 участок частично попадает в территории населенных пунктов».
Армия» байкальских землевладельцев после 1 марта значительно возрастет, масштабы прибрежной застройки и объемы загрязнений будут увеличиваться ещё большими темпами. Но законодателям этого мало! «Законодательная инициатива об обороте земли выделена отдельно (т.е. не вошла в законопроект «о сплошных рубках» - пояснение автора)… В дальнейшем планируется внести изменения в земельное законодательство и "Закон об охране озера Байкал"».
Боюсь, что Байкал (точнее – его чистота) обречен и без этой «инициативы». Джин из бутылки уже выпущен. Мощная армия «байкальских землевладельцев» сформирована. Она очень мотивирована, каждый её боец будет зубами держаться за свой участок. Свою сплоченность, силу и лоббистские возможности они уже показали. Обратно в бутылку этого джина не загнать.
Теперь становится ясно, что борьба за Байкал была фактически проиграна ещё несколько лет назад. «Звездным часом» государственных усилий по охране Байкала было создание Байкальской природоохранной прокуратуры (2017 г.) и первые годы её работы. Это была первая и единственная попытка навести порядок в земельно-застроечных вопросах. Проводились проверки, выявлялись массовые нарушения, подавались судебные иски, выносились судебные решения о незаконном приобретении участков, о сносе незаконно построенных объектов. Помню, главе Хужирского поселения временно запретили выдавать разрешения на строительство. В этом поселке, где прописано примерно 1,5 тысячи жителей, только за один предшествующий год было выдано 200, или 300, таких разрешений. Наверное, именно тогда и зародилась легенда, что «на Байкале местным жителям запретили что-либо строить», постоянно повторяемая и поныне.
Противодействие было мощнейшим. Огромное число коллективных писем, жалоб и обращений во все инстанции, включая ЮНЕСКО. Интересно, на что заявители жаловались этой международной организации? На нарушение их «законного права» продавать/застраивать берега, а затем гадить в участок Всемирного природного наследия - Байкал? Была громкая компания в СМИ, митинги, разнообразные акции. Работа природоохранной прокуратуры тормозилась. В августе 2021 г. её первый руководитель – Сергей Зенков – был отправлен на пенсию. Вслед за ним ушли многие его подчиненные. Принципиальные сотрудники, пытавшиеся сохранить Байкал. Особенно меня огорчил уход руководителя межрайонной Ольхонской природоохранной прокуратуры – Вячеслава Петрова. Был с ним лично знаком, убедился в его честности и понимании угрожающих Бакалу проблем.
Новые прокуроры заботились не о Байкале, а в первую очередь «о правах граждан». Помню, как один из них на встрече жителей Хужира с депутатами Госдумы (август 2023 гола), удивлялся: «Чем вы недовольны? Ведь от нас за последние два года не было ни одного иска о незаконности участков!» Забыл, что в судах еще рассматривались иски его предшественников.
Человеку до последнего момента свойственно надеяться на лучшее. Вот и я надеялся, что произошел временный откат, что охрана Байкала вновь станет актуальной для государства. Зря. Год за годом слабели и байкальское законодательство и «Закон об ООПТ». Это был не откат! «Поезд «Охрана природы»» катил под уклон, набирая скорость. В декабре 2025 года он, можно сказать, сорвался в пропасть. Прошел второе и третье чтения законопроект «о сплошных рубках на Байкале», затем в Госдуму был внесен законопроект, угрожающий всей отечественной заповедной системе.
Может быть ООПТ еще удастся отстоять, но битва за Байкал – проиграна. О чем тут еще говорить, если ответственный государственный муж попросил прокуратуру и ФСБ проверить организации, которые работали на Байкале на зарубежные гранты? «Поэтому те, кто финансировал, и те, кто у них деньги брал, они ответственны за состояние нынешнее Байкала. Потому что они никому не давали подойти туда.»
Никакой мониторинг тут уже не поможет. Очень горько это сознавать, но «пожиратели Байкала» победили. Их не удалось обуздать в 2017-2021 годах усилиями природоохранной прокуратуры, теперь же бороться с ними просто некому, нет даже основы для адекватного противодействия, т.к. «Закон об охране Байкала» превратили в «Закон об уничтожении Байкала».