prostobanan

А Форест всегда делает то, что ему говорят. Ему говорили бежать — он бежал. Говорили отправляться во Вьетнам — он собирал вещи. Говорили играть в пингпонг — играл, говорили не играть — не играл. И ему всегда сопутствовала удача: на войне он уцелел, в гражданской жизни разбогател, даже был на приеме у президента. То есть Форест это идеальный гражданин — он просто делает то, что говорят, не задавая лишних вопросов. И очевидно, создатели фильма говорят зрителю, что если и он будет поступать так же, то все у него будет хорошо, а если будет поступать как Дженни, то хорошего не жди.

Однако в тот июньский день в Лос-Анджелесе Хэнкс показался мне заметно потрясенным, когда во время местами напряженного группового интервью несколько журналистов прямо назвали "Форреста Гампа" "реакционным" или "правым" произведением. Один журналист пренебрежительно отозвался о драмеди как о "фильме, который могли бы полюбить [ультраконсервативный проповедник] Пэт Робертсон и Рональд Рейган". Другой горько и весьма развернуто жаловался на то, что в фильме, по его мнению, радикалы из "Чёрных пантер" и антивоенные активисты изображены как "огрызающиеся, самовлюбленные мудаки". Вежливый, но категоричный ответ Хэнкса на жалобу журналиста был коротким: "Ну, я считаю, что это нонсенс". На протяжении всех групповых интервью, за которыми я наблюдал, Хэнкс и режиссёр Роберт Земекис казались искренне шокированными любым намёком на то, что у них был какой-то скрытый политический умысел
«The (alleged) politics of Forrest Gump».
Joe Leydon

Ну, скрытые мотивы могут быть скрыты и от самих создателей. Человек может и не задумываться о том, какие идеи транслирует — для этого в конце концов есть психоанализ. Но в этой цитате интересно другое — почему фильм должен был полюбить именно Рональд Рейган, а не Джон Кеннеди, например. Все же это Кеннеди начал войну во Вьетнаме, а левых одинаково не любили и демократы и республиканцы, и разгоняли их демонстрации силой (как в 1968 году в Чикаго ). Поэтому нет ничего странного в том, что сценарист Эрик Рот, режиссер Роберт Земекис и Том Хэнкс — все трое демократы — создали такой "патриотический" фильм.

— Послушайте, я вообще не питаю особых тёплых чувств к 1960-м, — на момент этого разговора Хэнксу оставалось всего несколько дней до 38-летия, — но я не думаю, что мы пытаемся сказать нечто большее, чем то, что это было время огромной неразберихи, когда все просто кричали друг на друга. Кроме того, Хэнкс отметил: даже если бы он не испытывал ничего, кроме страха и отвращения к антивоенным протестующим эпохи 60-х, он бы не стал снимать фильм только ради того, чтобы их бичевать. Он подчеркнул, что использование кино для продвижения политической повестки — просто не в его стиле. Даже «Филадельфия» — драма 1993 года, где он блистательно сыграл больного СПИДом адвоката, судящегося с бывшими работодателями за незаконное увольнение, — в его понимании не является «кино-манифестом»
«The (alleged) politics of Forrest Gump».
Joe Leydon

Фильм "Филадельфия", конечно, можно назвать "левым" только в американском контексте. Поэтому я не вижу противоречия в том, что Том Хэнкс снимался и в Филадельфии и в Форесте Гампе, и в том, что ни там и ни там он не увидел политического посыла. Для него это просто его мировоззрение. Как воздух, которым дышишь.

P. S. Но сделан фильм, безусловно, круто. Некоторые сцены: с пером или с командиром Фореста , лейтенантом Дэном, снимали дважды — с хромакеем и без — для этого использовалась компьютеризированная камера, запоминающая движения оператора.

P. S. Наверное есть подобные советско-российские фильмы про то как хорошо быть конформистом, но я не вспомнил (конечно, мы не берем очевидные случаи).

А Форест всегда делает то, что ему говорят. Ему говорили бежать — он бежал. Говорили отправляться во Вьетнам — он собирал вещи. Говорили играть в пингпонг — играл, говорили не играть — не играл. И ему всегда сопутствовала удача: на войне он уцелел, в гражданской жизни разбогател, даже был на приеме у президента. То есть Форест это идеальный гражданин — он просто делает то, что говорят, не задавая лишних вопросов. И очевидно, создатели фильма говорят зрителю, что если и он будет поступать так же, то все у него будет хорошо, а если будет поступать как Дженни, то хорошего не жди.

Однако в тот июньский день в Лос-Анджелесе Хэнкс показался мне заметно потрясенным, когда во время местами напряженного группового интервью несколько журналистов прямо назвали "Форреста Гампа" "реакционным" или "правым" произведением. Один журналист пренебрежительно отозвался о драмеди как о "фильме, который могли бы полюбить [ультраконсервативный проповедник] Пэт Робертсон и Рональд Рейган". Другой горько и весьма развернуто жаловался на то, что в фильме, по его мнению, радикалы из "Чёрных пантер" и антивоенные активисты изображены как "огрызающиеся, самовлюбленные мудаки". Вежливый, но категоричный ответ Хэнкса на жалобу журналиста был коротким: "Ну, я считаю, что это нонсенс". На протяжении всех групповых интервью, за которыми я наблюдал, Хэнкс и режиссёр Роберт Земекис казались искренне шокированными любым намёком на то, что у них был какой-то скрытый политический умысел
«The (alleged) politics of Forrest Gump».
Joe Leydon

Ну, скрытые мотивы могут быть скрыты и от самих создателей. Человек может и не задумываться о том, какие идеи транслирует — для этого в конце концов есть психоанализ. Но в этой цитате интересно другое — почему фильм должен был полюбить именно Рональд Рейган, а не Джон Кеннеди, например. Все же это Кеннеди начал войну во Вьетнаме, а левых одинаково не любили и демократы и республиканцы, и разгоняли их демонстрации силой (как в 1968 году в Чикаго ). Поэтому нет ничего странного в том, что сценарист Эрик Рот, режиссер Роберт Земекис и Том Хэнкс — все трое демократы — создали такой "патриотический" фильм.

— Послушайте, я вообще не питаю особых тёплых чувств к 1960-м, — на момент этого разговора Хэнксу оставалось всего несколько дней до 38-летия, — но я не думаю, что мы пытаемся сказать нечто большее, чем то, что это было время огромной неразберихи, когда все просто кричали друг на друга. Кроме того, Хэнкс отметил: даже если бы он не испытывал ничего, кроме страха и отвращения к антивоенным протестующим эпохи 60-х, он бы не стал снимать фильм только ради того, чтобы их бичевать. Он подчеркнул, что использование кино для продвижения политической повестки — просто не в его стиле. Даже «Филадельфия» — драма 1993 года, где он блистательно сыграл больного СПИДом адвоката, судящегося с бывшими работодателями за незаконное увольнение, — в его понимании не является «кино-манифестом»
«The (alleged) politics of Forrest Gump».
Joe Leydon

Фильм "Филадельфия", конечно, можно назвать "левым" только в американском контексте. Поэтому я не вижу противоречия в том, что Том Хэнкс снимался и в Филадельфии и в Форесте Гампе, и в том, что ни там и ни там он не увидел политического посыла. Для него это просто его мировоззрение. Как воздух, которым дышишь.

P. S. Но сделан фильм, безусловно, круто. Некоторые сцены: с пером или с командиром Фореста , лейтенантом Дэном, снимали дважды — с хромакеем и без — для этого использовалась компьютеризированная камера, запоминающая движения оператора.

P. S. Наверное есть подобные советско-российские фильмы про то как хорошо быть конформистом, но я не вспомнил (конечно, мы не берем очевидные случаи).

*Хотя, насчет того, что Форест неумный — он скорее бесхитростный. Разбирать автомат быстрее всех или управлять яхтой он учится быстро. Неумным показан скорее Magical Negro Бабба — во-первых, роль Баббы изначально предложили Дейву Шаппеллу, но он отказался, посчитав образ racially demeaning, а во-вторых, в литературной основе фильма — романе Уинстона Грума — Бабба был умнее (понизить его интеллект вроде как предложил сам исполнитель роли Микелти Уильямсон).

Это у меня самая любимая поговорка русская – где родился, там и пригодился. Живи себе в своей стране со своими людьми, и будет нормально, будет хорошо, и все. Самая страшная проблема – это миграция. Мне не нравится, что люди перемещаются по миру. Вот суринамцы приехали в Голландию – ну и что хорошего? Они ничего не умеют делать, они не работают, а им дали статус граждан. Теперь они заведуют там наркотиками и проститутками. И у нас… Придешь на русский рынок – у бабушек чеснок хороший и дешевый, в два раза дешевле, чем у других. Но у них ма-а-ленький прилавочек. А остальные на рынке все, как говорится, нерусские. Мне это не нравится.

«Живи себе в своей стране со своими людьми» — то есть, если нерусский человек живет в «своей стране», то по Балабанову это «хорошо». Вообще для правой идеологии важна территориальность, важна фиксированность границ. Важно, чтобы люди не смешивались, чтобы не смешивались представители разных классов, разных вероисповеданий, разных рас и т.п. И с этой точки зрения фильм «Кочегар» полностью укладывается в идеологию Балабанова, которую он демонстрировал во всех своих работах. Потому что Якут в фильме никуда не мигрирует, он живет у себя на родине* — это плохие русские (а в фильме есть и хорошие русские, точнее один**) пришли к нему.

Да и потом, Якут в фильме не просто какой-то там якут, он майор ВС СССР, он воин-интернационалист, он воевал в Афгане. Эти детали биографии не просто так, они показывают, что он инкорпорирован в титульную нацию, он служил ей верой и правдой. Он «хороший нерусский». Русские бандиты между прочим, как мы узнаем в конце фильма со слов самого Якута, ненастоящие афганцы: «Они на войне не были: издалека стрелять — это не война».

Так что кмк Матизен и Гордон не правы — избежать ксенофобии невозможно, снимая фильм, где одни герои противопоставляются другим по национальному признаку.

P. S. Кстати, если прибегнуть к вульгарному фрейдизму, то режиссер убивает дочку Якута потому что она в женихи выбрала русского. Ведь смешение в рамках мировоззрения, построенного на ксенофобии — это плохо. Поэтому режиссером наказаны и дочь якута и ее жених-бандит. Но и сам Якут тоже, кажется, наказан режиссером за то, что имел дела с чужаками, ведь у него убили дочь.

*Кажется, в фильме нет указания на конкретный город — это некое условное метафизическое пространство.

**Полковник, отец одной из девочек, которые приходят к Якуту. Вероятно этот герой нужен просто для легитимации Якута в глазах зрителя. Официальный представитель государства удостоверяет нас в том, что Якут свой.

Как оказалось, эксперимент, предложенный психологом, является классической комбинаторной "задачей о встречах" (Problème des rencontres). Есть похожие "задачи о беспорядках", например, "Задача о шляпах" ("Задача Эйлера"), "Задача о конвертах" и т.п. Там в классической формулировке спрашивается, какова вероятность, что ни один из мужчин, оставивших шляпы в гардеробе, не получит назад свою (здесь решение для случая, когда некоторые все же получат). Или что ни один адресат не получит свое письмо. Но у нас немного другая ситуация: часть фото и био должны совпасть — это "частичный беспорядок".

Буквально пару слов об истории вопроса. Подобными проблемами математики озаботились в связи с карточной игрой Тринадцать (фр. Treize). Банкующий доставал по очереди из колоды карты. Если порядковый номер карты совпадал с ее номиналом (например, второй картой оказалась двойка), то банкир выигрывал, если ни один номинал не совпадал с порядковым номером, то побеждал игрок. Вычислением вероятностей обоих вариантов занимался Пьер Монмор. Он написал в 1708 году книгу "Аналитическое исследование азартных игр", во 2-м издании которой опубликовал свою переписку (есть на англ.) с Николаем Бернулли. На стр. 301—303 Бернулли приводит математический анализ "встреч" (совпадений): опираясь на известные биномиальные коэффициенты (число сочетаний), он впервые вывел формулу субфакториалов ("беспорядков")**. Ниже будем использовать современную компактную запись этих же идей.

Итак...

Итак, как известно, чтобы вычислить вероятность P, надо число исходов, которые удовлетворяют нашему критерию — 3 фото соотнесены с биографиями верно — разделить на общее число вариантов:

Общее число вариантов, когда n биографий совмещаются с n фотографиями любым образом это n!

А числитель — это "число встреч", рассчитывается по формуле: C(n, k) ⋅ !(n - k). Подставим все это в исходное отношение и получим:

Хотя вроде бы у нас 12 элементов — 6 фото и 6 био — но фотографии это фактически позиции, по которым расладывают биографии, или наоборот, биографии — это позиции. Поэтому n = 6. Значит, n! = 6! = 720 — это наш знаменатель. Теперь найдем числитель.

Найдем число сочетаний

Сначала нам надо получить число вариантов, которые дадут три совпадения фотографии и биографии. То есть какие-то три фотографии могут совпасть в разных сочетаниях, и надо найти число этих сочетаний. Есть формула для сочетаний C из n по k, то есть в нашем случае из 6 по 3 (три совпавшие пары из 6): С(n, k) = n! / k! (n - k)!. Но поскольку тут число вариантов не слишком большое, то для наглядности можно проиллюстрировать — цифры будут обозначать фотографии, а буквы — биографии:

1 2 3 4 5 6 — фотографии

а б в г д е — биографии

При такой записи видно, что это та же задача, которую решали Бернулли с Монмором, где был номинал карт a, b, c… и порядковый номер 1, 2, 3… Это еще похоже на задачу, о том, как рассадить n человек по n стульям (если имена подписаны на стульях), чтобы только часть k села на свои места — просто вместо стульев тут фотографии, на которые "рассаживают" биографии.

Возьмем в качестве первого варианта такой, где первые три пары совпали: 1 - а, 2 - б, 3 - в (остальные нас не интересуют). Теперь зафиксируем первые две позиции (1 - а, 2 - б) и будем менять третью, когда варианты для 1 - а, 2 - б кончатся, оставим 1 - а, а 2 - б изменим на 3 - в, когда кончатся все варианты, начинающиеся с 1 - а, начнем искать начинающиеся с 2 - б и т.д. Всего получится 20 вариантов.

Варианты, начинающиеся с 1:
1. 1 - а, 2 - б, 3 - в
2. 1 - а, 2 - б, 4 - г
3. 1 - а, 2 - б, 5 - д
4. 1 - а, 2 - б, 6 - е
5. 1 - а, 3 - в, 4 - г
6. 1 - а, 3 - в, 5 - д
7. 1 - а, 3 - в, 6 - е
8. 1 - а, 4 - г, 5 - д
9. 1 - а, 4 - г, 6 - е
10. 1 - а, 5 - д, 6 - е

Варианты, начинающиеся с 2:
11. 2 - б, 3 - в, 4 - г
12. 2 - б, 3 - в, 5 - д
13. 2 - б, 3 - в, 6 - е
14. 2 - б, 4 - г, 5 - д
15. 2 - б, 4 - г, 6 - е
16. 2 - б, 5 - д, 6 - е

Варианты, начинающиеся с 3:
17. 3 - в, 4 - г, 5 - д
18. 3 - в, 4 - г, 6 - е
19. 3 - в, 5 - д, 6 - е

Вариант, начинающийся с 4:
20. 4 - г, 5 - д, 6 - е

Или то же самое на картинке:

Ну и такой же результат был бы, если бы мы ничего не выписывали, а просто подставили значения в формулу сочетаний:

Найдем число беспорядков

Но на каждое такое удачное "сочетание" трех совпавших пар приходятся еще разные сочетания оставшихся 3-х фотографий и 3-х биографий.

Возьмем первое сочетание, которое мы нашли 1-а, 2-б, 3-в и посмотрим как могут расположиться оставшиеся элементы:

4 - г, 5 - д, 6 - е — 3 совпадения
4 - г, 5 - е, 6 - д — 1 совпадение
4 - е, 5 - д, 6 - г — 1 совпадение
4 - д, 5 - г, 6 - е — 1 совпадение
4 - д, 5 - е, 6 - г — Нет новых совпадений
4 - е, 5 - г, 6 - д — Нет новых совпадений

Вот первые четыре варианта нам не подходят — потому что нас интересуют только ситуации, где правильно выбраны только три пары, не больше — а эти дадут нам новые совпадения, и получится больше 3-х. Значит, на каждое найденное нами сочетание из 6 по 3, которых мы насчитали 20, придется еще по 2 варианта комбинаций оставшихся элементов, которые при этом не дадут новых совпадений. Поэтому надо умножить 20 на 2. Это же число, то есть 2, можно было получить, вычислив субфакториал !3 (так называемое "число беспорядков", т. е. число вариантов, где нет никаких совпадений) по формуле:

Ниже опять историческое отступление — можно его пропустить и перейти в конец раздела.

Мы просто подставили значения в формулу субфакториала. Но интересно, как Бернулли ее получил. Когда он пытался вычислить вероятность, что в игре Тринадцать выиграет банкующий — то есть хоть одна карта окажется на своем месте (ее номинал совпадет с порядковым номером) — то заметил следующую странность. Если взять, к примеру, колоду из трех карт (аналог наших оставшихся трех биографий), и предположить, что 1/3 — это вероятность одной конкретной карте оказаться на своей позиции, а затем попытаться вычислить вероятность того, что хоть одна карта окажется на своем месте, то получится 1/3 + 1/3 + 1/3 = 1. Но такого быть не может, иначе банкующий всегда бы выигрывал. А мы сами видели, когда выписывали комбинации, что буквы находятся не на своих позициях, то есть дают "полный беспорядок" только в двух случаях.

Бернулли понял, что карта может оказаться на своем месте в разных вариантах: в нашем случае каждая буква на месте в "г, д, е" и отдельно в "г, е, д", "е, д, г", "д, г, е" — то есть одному условию "буква (карта) на месте" удовлетворяют два варианта. Поэтому нельзя просто сложить 1/3 три раза, а надо еще из вероятности 1 вычесть вероятность того, что карта попадет в один из этих вариантов — C(3, 2) ⋅ 1/6. Это будет 6/6 - 3/6 = 3/6 = 1/2. Теперь вероятность получилась 0.5, что опять противоречит нашим эмпирическим данным — мы видели что буквы были на своих местах в 4-х случаях из шести (4/6), а не в половине. Это произошло потому что вероятность 3/6 полностью поглотила событие "г, д, е", которое удовлетворяет условиям "буква на месте" сразу для всех трех букв.

Поэтому Бернулли еще раз прибавляет вероятность для этой комбинации: 6/6 - 3/6 + 1/6. Вот теперь получается 4/6, что согласовывается с тем, что мы видели, когда писали комбинации с г, д, е. Это вероятность того, что выиграет банкующий — если вычесть ее из 1, получим вероятность того, что выиграет игрок (вероятность беспорядков). P-беспор = 1 - (6/6 - 3/6 + 1/6). Теперь, если заменить 3/6 обратно на C(3, 2) ⋅ 1/6 = 3! / ( 2! ⋅ (3 - 2)!) ⋅ 1/6 и произвести сокращения, то получим 1/2!, а если представить 6/6 как C(3, 1), а 1/6 как C(3, 3) и произвести аналогичные действия, то вместо них получим 1/1! и 1/3!, то есть P-беспор = 1 - (1/1! - 1/2! + 1/3!), а чтобы получить число всех вариантов беспорядков, надо умножить (из формулы вероятности) P-беспор на n! — вот мы и пришли к формуле, которую записали выше.

И кажется, в ходе решения Бернулли первым применил принцип включений-исключений, хотя его еще несколько раз переоткроют — Леонард Эйлер, Адриен-Мари Лежандр, Эжен Каталан, Даниэль Аугусто да Силва. Надо так же упомянуть, что Монмор искал сочетания рекуррентным перебором, "вручную", поэтому не мог считать беспорядки для колод, где карт больше пяти. А Николай Бернулли использовал ту же формулу сочетаний, что и мы — он обнаружил ее в труде своего дяди Якоба Бернулли. Якоб Бернулли много лет писал "Ars Conjectandi" ("Искусство предположений"), но был перфекционистом, постоянно дописывал текст (прямо как я этот пост) и в итоге умер в 1705 году, так и не успев опубликовать свой главный труд — за него это сделал Николай.

Переписка Монмора с Бернулли важна и для теории игр. Вместе с Чарльзом Уолдгрейвом (он был заговорщиком-якобитом и о нем известно в основном из этих писем) они обсуждали стратегию игры "Бедолага" (Задача Уолдгрейва) — в результате последним впервые была предложена стратегия минимакс.

Историческое отступление закончилось.

Теперь имеем числитель и знаменатель для дроби P = 20 * 2 / 720 = 1/18. Это и есть наша вероятность ровно трех совпадений. Как видно, она намного меньше 1/2.

Математическое ожидание

Можно также посчитать, сколько люди будут угадывать в среднем. Для этого надо вычислить математическое ожидание. Сделаем это с помощью метода индикаторных случайных величин — такая величина, которая показывает, произошло событие или нет. То есть, если пара совпала эта величина будет 1, если не совпала — 0. Для математического ожидания надо значения индикатора умножить на его вероятность. Для случая, когда найдена конкретная пара это будет 1 * 1/6 + 0 * 5/6 = 1 / 6. Теперь сложим матожидания для всех пар 1/6 + 1/6 + 1/6 + 1/6 + 1/6 + 1/6 = 6/6 = 1. То есть в среднем, если взять результаты всех людей (кто-то угадает 0, кто-то больше) и разделить на число людей, то получим 1.

Так что там с экстрасенсорикой?

Тут наша девушка могла бы обрадоваться — казалось бы в 3 раза превысила среднестатистические показатели. Но надо еще проверить ее результат на статистическую значимость. Для этого надо вычислить P-value — это вероятность получить такой же или еще более высокий результат при условии, что нулевая гипотеза (девушка угадывает случайно) верна.

Для этого в формулу, которой мы пользовались для определения P, надо подставить в числитель не 40 (то есть число исходов с 3-мя угаданными парами), а общее число исходов для 3-х или более угаданных пар: ровно 3 пары — 40 исходов, ровно 4 пары — 15 исходов, ровно 5 — 0 исходов***, ровно 6 — 1 исход. Всего 56 исходов. Теперь подставим в формулу P-value = 56 / 720 ≈ 0.0777. И... К несчастью (или к счастью) для девушки, статистически значимым считается значение P-value ниже 0.05 — то есть, если бы она угадала 4 пары, то можно было бы о чем-то говорить. А так, это ей просто ну оооооочень сильно повезло. Хотя одного эксперимента, в любом случае, было бы недостаточно.

P. S. Кстати, интересный момент. В статье про беспорядки в википедии в абзаце про задачу о письмах ("если n писем случайным образом положить в n различных конвертов, то какова вероятность, что какое-нибудь из писем попадёт в свой конверт") написано: "ответ почти не зависит (при n ≥ 5) от количества писем и конвертов и примерно равен константе 1-e^-1 ≈ 0,63212". То есть вероятность угадать хотя бы одну пару фото и био из любого их числа, если оно больше 5 (хоть 6 как у нас, хоть миллион), будет близка к 0,63212.

А теория вероятностей меня похоже не отпускает. Переехал на новую квартиру и вокруг моего дома попадается много автомобилей с номерами либо из трех одинаковых цифр, либо вида "001, 002...". Ну то есть каждый день встречаю рядом с домом по пять таких припаркованных автомобилей (из пары десятков). И по-моему не все из них жильцы. Даже шестерка жигули с номером 555 попалась.

P. P. S. Я далеко не Савватеев, поэтому замечания приветствуются=)

* Психологом, предложившим такую проверку девушке, был Андрей Курпатов

** Наткнулся, когда писал пост, на вопрос на math.stackexchange: "I'm looking for the method by which the partial derangement formula D(n,k) was derived. I can determine the values for small values of N empirically, but how the general case formula arose still alludes me." То есть человек спрашивал, как вывели формулу частичных беспорядков — монография Монмора и переписка с Бернулли ему наверное помогли бы это понять (займусь-ка некропостингом). Интересно, что эту задачу позже независимо решил (и усложнил) тогда еще 23-летний Эжен Каталан, и только уже перед публикацией своей статьи D'un Problème de Probabilité, relatif au Jeu de rencontre (оригинал статьи на фр.) узнал, что он далеко не первый — после Монмора и Бернулли ею занимался Эйлер.

*** Для меня это было контринтуитивно — исходов для 5 (или n-1) элементов — 0, а для 6 (или n) — 1. Но по условию задачи, не просто 5 элементов по своим позициям должны расположиться, а оставшийся 1 элемент должен занять не свою. Если ты пять биографий угадал, шестая угадывается автоматически.

Да, конечно, это все так. Но все же что-то меня в этой истории дополнительно зацепило. Что если посмотреть на это под другим углом. Есть миллионерша со своей скучной жизнью миллионерши. Есть простой парень, работяга, но звезд с неба не хватавший, его жизнь представляет собой, откровенно говоря, бардак. И она помогает ему как-то этот бардак структурировать (если, конечно, у бардака бывает структура).

Короче говоря, вырисовывается следующая фабула: женщина-менеджер структурирует жизнь простого, но обаятельного раздолбая-мачо. И таких известных фильмов и сериалов на рубеже 80-х — 90-х* наберется какое-то количество. Я пока вспомнил эти три:

1. "Moonlighting" — хозяйка детективного агентства Мэдди Хэйз пытается сохранить бизнес на грани рентабельности, и уследить, чтобы ее главный детектив Дэвид Эдисон не растранжирил бюджет.

2. Мультсериал "Чудеса на виражах" — хозяйка фирмы авиаперевозок Бэкки так же пытается удержать бизнес на плаву, контролируя гениального, но непутевого пилота Балу.

3. Гром в раю — тут даже две таких "структурирующих" женщины: хозяйка отеля и хозяйка пляжного бара, которые опять же опекают двух крутых, но не очень финансово удачливых друзей-десантников Спенсера и Брю. Сериал начинается с того что владелица отеля Келли обещает оплатить долги Спенсера в обмен на фиктивный брак с ней.

Здесь в некотором смысле имеется инверсия мужских и женских ролей. Потому что женщина, которая выше по социальному положению, берет на себя руководство над непутевым мужчиной. Мужчина при этом дарит женщине то, чего у нее не было: наполненность жизни.

Это не единичные примеры: 80-е стали расцветом тропа Female boss или Girl boss — не просто женщина-руководитель, а женщина, доминирующая над мужчиной. До 80-х такой образ если и встречался, то крайне редко, что не удивительно — до 1974 года (Equal Credit Opportunity Act), например, женщина даже не могла получить кредит без подписи мужчины — отца, мужа, брата (cosigner).

А почему вдруг в 80-е стала популярна эта инверсия? Что такого изменилось в жизни людей?

Исторический фон

Если посмотреть на экономику (рейганомику) США в этот период, то вроде все было хорошо. ВВП рос на 3,6% в год, налоги снижались, а фондовый рынок до краха 1987-го тоже постоянно рос. В общем, как в стихах Л. Н. Толстого, "гладко было на бумаге, но"... Но несмотря на победные реляции рейганомики не для всех этот период был временем благоденствия. "Стальной пояс" (Steel Belt) северных штатов — "индустриальное сердце страны" — постепенно превращался в "Ржавый" (Rust Belt).

Во-первых, ФРС, борясь с инфляцией, повысила процентные ставки до 19% (1979–1982). Частным инвесторам, в том числе иностранным, стало более выгодно вкладывать деньги в банки и государственные облигации. Это укрепило доллар, он стал дороже. Но из-за дорогого доллара импортировать товар стало выгоднее, чем экспортировать: за ту же сумму долларов теперь можно было купить в Германии или Японии больше товара, а чтобы японцы или немцы могли купить тот же товар в США, им надо было платить больше йен или марок, чем раньше. Поэтому, например, американские компании не могли продать уголь или сталь по старым ценам — выгоднее стало покупать эти товары у их иностранных конкурентов, а сильно снизить цены американцы не могли.

Во-вторых, после нефтяного кризиса 1973 года, поднявшего цены на бензин, потребители перешли на экономичные автомобили иностранного производства, иностранные конкуренты начали открывать заводы в США — это ударило по автопрому (еще в 1983-м году вышел к/ф "Мистер мама", где герой потерял работу в Ford Motor Company). Из-за перехода на нефть, природный газ и внедрения строгих экологических стандартов (Clean Air Act) уменьшалась добыча угля. Опять же высокие затраты на рабочую силу вынудили компании перенести производство на юг США в "Солнечный пояс", где к тому же почти не было профсоюзов (Right-to-Work law), или за границу. А в 90-е эти процессы усилились Китайским шоком (China shock). Плюс к тому автоматизация производства приводила к сокращению штатов.

Пока мужчины (не все, конечно, "яппи" и "белые воротнички" процветали, пока не появлялся "черный лебедь") теряли работу и оказывались "за бортом" экономической реальности, женщины наоборот успешно эмансипировались , потому что экономика сервиса , где женщины составляли большинство (77% в частном секторе образования и здравоохранения и 61% в финансовом секторе) как раз росла (офисная карьера, реклама, финансы и тп). В пост-индустриальном мире женщина все больше превращалась из второстепенного кормильца (secondary earner) в основного (primary).

Кинопсихотерапия

Кино и ТВ предложили несколько разные варианты психотерапии для фрустрированных мужчин. Широкий экран предлагал образы супермаскулинных (Hard Body) героев вроде Рэмбо или Терминатора, ассоциируя себя с которыми, зритель мог получить гиперкомпенсаторное ощущение власти. Телеэкран же, который теперь ориентировался и на работающих женщин, и поскольку сериалы предназначены для семейного просмотра, показывал гибридный образ — способный понравиться и мужьям и женам.

Как пишет Бриджит Кис в своей диссертации Masculinity in American Television from Carter to Clinton, например, в жанре детектива, который раньше был набором погонь, в 80-е больше внимания уделялось психологической составляющей взаимоотношений между мужчинами, их психологическим травмам. Кроме того, герои, как и зрители, теперь испытывают финансовые трудности. Например, частный детектив Томас Магнум — простой парень в бейсболке, герой работяг (working-class hero) — хотя и живет в роскошном поместье и ездит на дорогом Ferrari — но и поместье и автомобиль принадлежат не ему, а сам он часто оказывается на мели.

Появляются сериалы про "домашних пап" Who's the Boss (ABC, 1984-1992), Charles in Charge (CBS, 1984-85; 1987-90), Mr. Belvedere (ABC, 1985-90) — тут, конечно, не все папы, Чарльз, например, мужчина-няня, но смысл один и тот же. Подобный пересмотр маскулинности опять же имел психотерапевтическое воздействие на мужчин, которые вынужденно остались дома.

Раздолбай-под-присмотром

Третий вариант: наряду с рефлексирующим мачо из детектива и "домашним папой", который берет на себя традиционно женские функции, есть еще категория фильмов и сериалов, с которой мы начали. Тут мужчина сохраняет мужское занятие — пилот, плотник, детектив — но теряет роль босса. Вот в эту канву по-моему и ложится "За бортом".

Поэтому мне кажется, "За бортом" несет кроме лирического еще и терапевтическое послание для мужчин. Фильм говорит мужчине примерно следующее: "ты неудачник в социальном плане, но ты обаятельный и веселый парень, тебя есть за что любить, и может быть даже тебя полюбит женщина, которая приведет твою жизнь в порядок".

P. S. Кстати, тут подумалось, что "За бортом" это еще и попытка взять реванш — вернуть женщину в традиционную подчиненную роль — Джоанна-Энни ведь становится домохозяйкой, готовит, стирает, убирает.

* Даже надо говорить о более длительном периоде, чем рубеж 80-х — 90-х. Исследователь Бриджит Кис (Bridget Kies, Associate Professor of Film Studies and Production, Oakland University), например, предлагает использовать уже имеющий хождение термин "длинные восьмидесятые" (The Long 1980s): период, начинающийся с 1977 года (Джимми Картер стал человеком года по версии Time) по 1993 год (инаугурация Клинтона).

Одуванчики и орхидеи

Есть теория, которую выдвинул Томас Бойс. Она касается детей: по этой теории бывают "дети-одуванчики" и "дети-орхидеи". Первые нечувствительны к неблагоприятным условиям среды (видимо Бойс, считает, что одуванчики это сорняки), они быстро адаптируются, невосприимчивы к стрессам и тп. Но и более нежная среда не даст им преимуществ. А орхидеи, по мнению Бойса, являются полной противоположностью одуванчиков, чувствительные и ранимые, но в толерантной среде могут превзойти их по творческим и интеллектуальным способностям.

Но поскольку это психология, то есть ммм... не совсем наука... потому что не удовлетворяет критерию Поппера, то хочется чего-то помясистее, посущественнее, поувесистее... А у Бойса пока можно взять удобные названия "одуванчики и орхидеи".

Гипотеза

Для начала я выдвину гипотезу, которую буду пытаться обосновать. Я предполагаю, что есть некоторая комбинация генов, которая, например, позволяет русским демонстрировать высокую адаптивность к неблагоприятным условиям, низкую чувствительность к бытовому дискомфорту, и это является полезной адаптацией для жизни, например, в холоде, или во время общественных катаклизмов как войны, революции, гулаги и прочее, когда переживания по поводу бытовой неустроенности это лишняя трата жизненно важной энергии.

И одновременно эта же комбинация, предположительно, мешает нам налаживать быт как условным "немцам", потому что из-за высокой толерантности к дискомфорту человек фактически не замечает мусор во дворе или разбитое окно в подъезде. Или, если он сам это окно разбил, то вид разбитого окна не будет будоражить его эстетическое чувство. То есть в соответствии с этой гипотезой я ожидаю увидеть, что в популяции будет преобладать число "одуванчиков" над "орхидеями" и при этом число "одуванчиков" будет существенно выше, чем в других (в "немецких") популяциях.

Проверка гипотезы

Что значит, что "орхидеи" менее адаптированы к стрессу? Это значит, что у них высокая тревожность и соответственно низкий уровень серотонина (точнее будет сказать, он плохо транспортируется). Известно, что определенная мутация (полиморфизм) в гене SLC6A4 приводит к снижению или усилению захвата серотонина. Этот ген (а точнее его участок STin2) имеет два аллельных варианта: "10" и "12" (по числу повторов фрагментов ДНК).

Аллель "12", по словам авторов этой статьи в Scientific Reports, "способствует повышенной бдительности, что приводит к большей тревожности, усилению реакции на эмоциональные стимулы и большему вниманию к негативной информации, а также к более тщательному мониторингу окружающей среды" — то есть это условно наши "орхидеи". Соответственно, "10" это "одуванчики".

При этом нам надо искать людей, которым достался "12"- или "10"-вариант одновременно и от папы и от мамы (у нас диплоидный набор генов, половина от пап, половина от мам). Это генотипы "12/12" и "10/10". А будут еще люди у которых, например, от мамы "12"-вариант, а от папы "10"-вариант — "12/10" (или наоборот "10/12"): они немного одуванчики, немного орхидеи.

Итак, есть исследование в Scientific Reports, которое показывает распределение этих аллелей по различным популяциям. На карте из статьи видно, что "одуванчиков" в России 19,52%. И это в два раза выше, чем в Германии — там что-то около 10%, но сравнимо с Францией, Великобританией и Канадой — на карте плохо читаются точные цифры, но исходя из темно-синего цвета, у них больше 15% (у Британии 18%). А у Бразилии, например, 23% "одуванчиков". Это ожидаемый результат.

Неожиданный результат №1

Неожиданным оказалось то, что предельно низкий процент "одуванчиков" в ЮВА. Например, в Китае и Японии их порядка одного процента. Вернее неожиданно то, что вообще нашлись популяции, где "одуванчиков" практически нет.

Неожиданный результат №2

А вот то, чего я совсем не ожидал — что в России "орхидей" больше, чем "одуванчиков" — 35,53%, и больше, чем в той же Германии — там 25,90% "орхидей". После России идут Бразилия — 39,49% "орхидей", США — 43.02%, Индия — 51%, и опять с большим отрывом ото всех Китай и Япония — около 79% "орхидей".

То есть русские, если смотреть по цифрам, это скорее чувствительные эльфы (это я пересмотрел Властелин Колец), чем толстокожие орки. Но тут, конечно, надо вспомнить, что мы произвели рецепцию терминологии Бойса с некоторыми оговорками. Как отмечают авторы статьи в Scientific Reports, аллель "12" ("орхидеи") положительно коррелирует с "монументализмом", под которым авторы понимают "социальный контроль".

Возможно (это уже мое предположение), что "орхидеи" плохо переносят не просто дискомфорт, а неопределенность. А жесткая иерархическая социальная структура (тот самый "социальный контроль") как раз снимает с человека это ощущение. Поэтому, профессор Толкин был неправ, военизированное общество орков может состоят из более чувствительных и ранимых индивидов, чем общество эльфов. В истории мы видели это на примере той же Японии — мощная и безжалостная военная машина, но при этом тончайшее ощущение мироздания (это можно проиллюстрировать фигурой Юкио Мисимы).

А кто же бьет фонарики? Корректировка исходного тезиса

Я уже хотел закончить пост, но тут вмешалась моя жена, которая постоянно со мной спорит, и обратила мое внимание на то, что начальный тезис у меня сформулирован некорректно. А имменно: ломание фонариков это активное вмешательство в ландшафт, а не просто равнодушие к неорганизованному пространству... Моя-то мысль была в другом. Хотя я в начале ставил вопрос "зачем?", но я имел в виду "почему человека не пугает дисгармония" (немного подправил преамбулу). Равнодушие, разумеется, не может подтолкнуть человека бить вещи, но я предполагал, что если человек что-то бьет, то у него не возникает дискомфорт по поводу энтропии, энтропия его не останавливает, он к ней равнодушен. У меня, например, тоже часто возникает желание что-то разбить, но меня останавливает мысль, что потом будет некрасиво.

Но действительно, чтобы утверждать, что это именно "одуванчик" разбил фонарик, данных недостаточно. Это могли быть и "орхидеи" для которых непривычный декоративный элемент это нарушение привычного порядка и предсказуемости среды. Возможно для этих "орхидей" фонарик стал символом агрессивного вторжения враждебной им культуры на их территорию. Или это была фрустрированная "орхидея" — ведь у орхидей повышенный стресс — и человеку надо было снять напряжение безопасным способом. Или это иллюстрация "Теории разбитых окон". Или все эти причины сработали разом. А может это вообще конкруенты фирмы, которая производит реконструкцию парка...

P. S. Я не претендую на точность терминологии, это не научная публикация — просто хочу, чтобы фонарики в парках были целые;-)
P. P. S. Конечно есть примеры и обратного — когда люди благоустраивают пространство — субботники, например.

* Marcus, J., Cetin, E. Genetic predictors of cultural values variation between societies. Sci Rep 13, 7986 (2023). https://doi.org/10.1038/s41598-023-34845-x