0 просмотренных постов скрыто
Заявление по собственному желанию
Товарищи, тысячу раз уже обсасывали, но не затруднит ли Вас в 1001 раз написать алгоритм, как направить директору организации, в которой я трудоустроен, заявление на увольнение по почте что бы директор не спрыгнул.
Работаю в серую, хочу ликвидировать белую часть трудоустройства, так как собираюсь увольняться полностью, но позже. Не хочу что бы меня что то держало. Есть подозрения, что мое непосредственное руководство на месте потеряет мое заявление.
Завтра я пишу по собственному, сканирую, отправляю на электронную почту организации, но это же филькина грамота без ЭЦП. ЭЦП нет. Напомните как правильно, пожалуйста.
Всем спасибо заранее.
Почему я не остаюсь на "посиделки" с коллегами
Однажды, в самом начале трудовой деятельности, устроился я в одну серьезную государственную контору. Айтишником на первую линию. Это те, кто трубки берёт, когда сотрудники звонят в службу поддержки. Корпорация эта была таким блатным местом, что они мелкие вакансии в открытый доступ почти не выкладывали, а кидали клич через сотрудников, есть ли у них проверенные знакомые. А я по образованию - экономист. После неприятного увольнения с первого места работы, болтался какое-то время без дела. И знакомые, кто работал в той корпорации, у меня были. Они и предложили попробовать сменить сферу деятельности. Вдруг понравится? Сходил я на собеседование и меня взяли.
Огромное здание в центре Москвы, везде камеры, строгий дресс-код, корпоративный этикет. Сотрудников несколько тысяч человек, все вежливые, ни слова матом, за опоздания на одну минуту - объяснительная. Зарплата вся белая, всегда вовремя, надбавка за "ненормированный рабочий день" в виде недели к отпуску, и три дня в год на решение социально-бытовых нужд. А еще к отпуску один раз в год материальная помощь в виде оклада. Ну и сама зарплата не супер-высокая, но на тот момент среди своих друзей я стал получать больше всех. А самое главное - это то, что в 18.00 телефон выключался и мы все расходились домой. Без задержек и оставляя работу на работе! Не думая об этом дома.
Так длилось порядка двух лет. И, казалось бы, всё хорошо, живи и радуйся! Но, стало неимоверно скучно. И каких-либо перспектив роста не ожидалось. Мы с напарницей знали свою работу уже "от и до". Брали трубки, разбирали заявки от пользователей и всё! Больше никакой работы для нас не было. Даже если бы мы очень хотели себя проявить, начальники просто не могли придумать, чем бы нас еще занять. Мы отработали на тот момент практически все варианты происшествий, которые могли случиться и написали типовые решения, как себя вести на все случаи жизни.
Типичный рабочий день выглядел так: утром мы приходили в кабинет, отбивались от 10-15 звонков от тех, кто наглухо забыл пароли для входа. Отправляли их обращения в отдел, который занимается паролями. Еще звонков 10 на тему того, что Windows не загрузился, их отправляли на перезагрузку. Далее один из нас шел в столовку, закупал завтрак на всех и мы завтракали на рабочем месте. Потом, примерно до обеда было тихо. Расходились пообедать. После обеда еще небольшая активность, связанная, в основном, с узкоспециализированным софтом компании, или с тем, что кнопка на клавиатуре западает, батарейка в мышке села, аутлук переполнился, корпоративная симка на телефоне связь не ловит, монитор рябит. Все эти обращения отправлялись в профильные отделы, некоторые решались перезагрузкой компа. Напарница в свободное время просто рубилась в игры на телефоне, или выбирала себе шмотки в интернет-магазинах. Я купил себе электронную книгу и на глазах у всех читал. Поступали звонки - мы отрывались от своих дел, общались с пользователями, фиксировали проблему, направляли в профильный отдел, или сами решали, и возвращались к своим делам. Начальство нас даже не упрекало за это, потому что занималось тем же самым.
Я всё чаще стал задумываться о том, что занимаю чье-то место. Я и не айтишник по-хорошему, так просто, вежливый попугай на телефоне, и не экономист, на которого учился. Как быть экономистом я вообще стал наглухо забывать. Да, это теплое место, на котором можно хоть всю жизнь просидеть, но перспектив на нём нет. Только если начальники уйдут или на повышение или в другую контору - попробовать с кем-то пообщаться, чтобы взяли на их должность. Но они за свои места держатся, да и, опять же, профильного образования у меня не было.
И я стал побухивать. Особенно в весенне-летние сезоны. Три дня из пяти в неделю, бывало, приходил на бодунах. Я, как это говорится, "вступил двумя ногами в жир". На ту зарплату, которую я получал, нереально было позволить себе что-то по-настоящему крупное, типа ипотеки или содержать жену в декрете, завести семью. Её хватало только на удовлетворение каждодневных потребностей сполна, но не более. Я понимал, что надо будет уходить оттуда и возвращаться к построению нормальной карьеры по своей профессии. И чем позднее я это буду осуществлять, тем это будет тяжелее. Придется соглашаться на условия хуже, чем здесь и всё начинать сначала. Это вгоняло в унылое настроение. Меня не ловили с запахом и выглядел я прилично, но внутреннее состояние было разбитое.
И вот, в один из вечеров перед каким-то праздником, все уже собирались уходить, но нас позвали к себе ребята-сетевики. Они тоже любили выпить, и устраивали несанкционированные корпоративы в своей коморке, куда не добивали вездесущие камеры. И я один пошел. Связи мы почти ни с кем из нашего департамента не поддерживали, держались обособленно, я подумал, что это будет хорошим вариантом обзавестись знакомствами в неформальной обстановке... Вру, на самом деле, мне просто было всё равно на эту работу и хотелось выпить.
Пьянка сразу приняла угрожающие обороты. Мы хлестали вискарь как не в себя. Люди потихоньку начинали расходиться, ушли средние начальники, потом те, кто постарше тоже рассосались незаметно. А я остался с молодыми пацанами, мы братались и круто веселились. Один типок, с которым нам было по пути, сидел уже "писю нюхал". Мы решили, что пусть он пока что в себя придет, потом такси вместе вызовем и я его провожу. А внизу охрана была очень серьезная - полицейские. Настоящие, при форме и при исполнении. А проходная представляла из себя "стаканы". Пройти их надо было самому и с трезвым видом, обязательно.
Пока он "приходил в себя" и храпел, мы остались вдвоем с последним сетевиком и допивали Баллантайнс уже без закуски из горла. Веселились и всё было позитивно. Время уже приближалось к 00.00. Решили, что будем выходить аккуратно все вместе, и пора бы уже начинать собираться. Болтали мы с ним по душам и тут я вспомнил один случай: какое-то время назад моя напарница (надо сказать, внешне очень привлекательная девчонка), пожаловалась между делом, что этот сетевик к ней в ВК подкатывал. Добавился и гулять звал, а она его отшила.
Я на пьяную голову этот случай и припомнил. Как бы предостерегая, что характер у моей напарницы непростой. Я не хотел ничего плохого. Но этот разговор ему явно не понравился. То, что было дальше помню отрывками. Но я четко видел, как у этого человека "упало забрало", то есть, он рассвирепел.
С: ДАВАЙ ВАЛИ ОТСЮДА!
Я: Так мы же вместе собирались идти! Давай третьего будить и пойдём?
С: ДА!? НУ ТОГДА БЕЙ!
Я: Кого бить? Куда бить?
С: МЕНЯ БЕЙ! В МОРДУ!
Я: Не хочу я тебя бить!
Дальше свалка какая-то драка, я падаю, встаю, получаю, боли не чувствую. В ответ пытаюсь сунуть, попадаю куда-то в пузо, дальше он меня выталкивает из кабинета прямо в коридор под камеры и захлопывает дверь с карточным замком. Я стою, уже в куртке, в глазах всё плывёт, дверь передо мной закрыта. Понимаю, что пора домой, спускаюсь на лифте, иду к "стакану" и начинаю рыться в карманах. С ужасом осознаю, что у меня нет пропуска. В этот момент ловлю на себе взгляд полицейского с поста охраны. Вижу как его глаза округляются, он начинает кричать что-то вроде: "Эй! Стой!". Без палева прошмыгнуть не получилось... Я не придумываю ничего лучше, кроме как быстро запрыгнуть обратно в лифт, поехать на свой этаж и там забежать в туалет, чтобы хоть в зеркало на себя посмотреть. В зеркале вижу, что левый глаз у меня почти полностью заплыл, из носа хлещет кровь и на куртке образовался кайфовый такой кровавый фартук. Слышу топот, дальше в туалет влетают полицейские.
Они потом уговаривали меня несколько раз написать заявление на того, кто меня избил. Я отказывался. Мы прошлись по местам, где я был в этот вечер, открывали двери уже их карточками. На месте драки уже никого не нашли, всё было чисто и прибрано. А мой пропуск нашелся у нас в кабинете на моём столе. Оказывается, я его умудрился забыть еще тогда, когда только уходил бухать в самом начале. Мне предлагали вызвать скорую, чтобы зафиксировать побои, я тоже отказывался. Потом они меня спустили вниз и оставили сидеть у себя на посту, пока за мной не приедет кто-то из родственников, или знакомых, так как не могли меня в таком состоянии отпустить. Было весело с ними, мы шутили, фоткались, я с разбитым лицом и в крови по середине фешенебельного холла государственной организации. Было понятно, что я засветился на максимальном количестве камер и скандала не избежать, но мне было совершенно наплевать, еще и пьяный был.
Дальше были длинные выходные. Левый глаз у меня был полностью закрыт, в остальном, ничего страшного, в принципе. Очки темные надел и пошел по своим делам. Мне несколько раз звонил сетевик.
С: Слушай, ты, короче, никому ничего не говори! Потому что мне звонил мой начальник, спрашивал, что у вас там вчера было? По всей организации уже капитальный скандал, говорят, что VanyaDW ночью выходил пьяный, упал на лестнице и всю морду себе разбил! Сказали, в понедельник будет большой разбор! По ходу, уволят нас! Там главный безопасник - бывший мент, он людям не прощает даже если просто с запахом человек попался, а нам и подавно не простит! Ты давай, возьми лучше больничный и сиди дома!
Я: Я никакой больничный брать не собираюсь, а, если будет разбор, расскажу как было. Смысла выкручиваться уже нет, мы везде спалились. Претензий я не имею, ну нажрались, подрались. Заявление я писать не стал.
Он сидел на тотальном очке, но, когда я сказал, что не стал писать заявление, успокоился немного. Ему это место явно было нужнее, чем мне. Он мне звонил и писал еще несколько раз потом за те выходные. В понедельник я вышел, было нервно. Я пришел в темных очках, мои в кабинете сразу спросили: "Ты чего это!?". А когда я снял очки: "Кто это тебя так!?". Я ответил, что сетевик, когда я остался у них в коморке на пьянку. И дальше начались движения и выяснения. Все ходили, общались и гудели только об этом. Мне принесли бумагу и сказали писать объяснительную, что я делал в здании после рабочего дня и как так вышло, что у меня разбито лицо. Я изложил всё как было и передал начальству. Оказывается, они собрали целую комиссию по расследованию этого инцидента и вот, после обеда меня вызвали "на разговор".
Я пришел в кабинет, начальники из комиссии по расследованию посмотрели мне в глаза, попросили заново пересказать, как всё было, с моей точки зрения. Я пересказал, сразу дав четко понять, что скрывать ничего не собираюсь, если накосячил - виноват. Сам никого не бил, ну нажрались, ну потолкались, полностью признаю вину, претензий не имею и передаю свою судьбу в их руки, пусть решают, что со мной делать.
Н: А хочешь почитать, что твой "друг" написал? А ты его еще выгораживаешь! На вот!
И они дали мне объяснительную сетевика. Из неё я вычитал, что, оказывается, никакой пьянки не было и ни в чем не виноватый сетевик засиделся вечером в кабинете один, так как было много работы. В это время бухой, неадекватный VanyaDW ворвался в его кабинет без спроса и стал бить себя в пьяном угаре головой об столы!
Я засмеялся. Прямо на этой комиссии, в их присутствии, заржал! И они вслед за мной. Нормальные мужики, в целом, оказались. Я показал им пару входящих звонков от него за выходные и те сообщения, которые он мне писал, в которых просил взять больничный и не палить его. Этого было достаточно. Стало понятно, что он за человек и какая роль в этой ситуации досталась мне. Один из начальников даже сказал, что на моём месте написал бы на него заявление. А я сказал, что не хочу выносить сор из избы и подставлять руководство, привлекать лишнее внимание. Пусть гуляет. В конце концов, показал им свои руки. Костяшки пальцев у меня они были гладкими. А начальник сказал, что у сетевика все кулаки сбиты. Это к вопросу, кто на кого напал...
Чем всё кончилось? Шушукались об этом скандале в конторе еще долго. Того третьего, который "писю нюхал" уволили сразу, потому что, как оказалось, он вообще на испытательном сроке был. Нам этот косяк не простили, но работать пока оставили. В организации наступали глобальные перемены и сокращения. Об этом нас давно уже предупреждали. Сокращать собирались каждого пятого. Вот и решили, что при наступлении этих неизбежных сокращений, первые претенденты - это мы. Так и получилось. Я там проработал еще больше года! В отпуск разок еще успел сходить. Среди руководства ко мне прилипла кличка: "Алкаш" (больше по-доброму), хотя пить я бросил, занялся спортом, ходил в качалку и диету соблюдал.
К тому сетевику отношение испортилось, коллектив сделал выводы и стал относиться к нему настороженно. Он еще несколько раз пытался подкатить ко мне с разговорами по типу: "Спасибо, что заяву не накатал!". Но я не стремился с ним дружить. Он рассказывал, что ребенка заделал, потом говорил, что попал в аварию, попортил сразу четыре машины, которые на светофоре стояли, в общем, шебутной паренек и жизнь его сама по себе накажет еще.
В моем коллективе ко мне отношение было очень теплым. И, когда наступило время уходить, провожать меня всем было очень грустно. Коллеги даже скинулись и вручили мне подарок на прощание. Большой начальник из той комиссии пожал мне руку и сказал: "Ну и правильно! Чего теперь до тридцати лет на трубке что-ли сидеть?". И эта фраза развеяла последние мои сомнения о том, что всё действительно, к лучшему. Сокращение наступило перед летом и я еще три месяца получал зарплату, катаясь на дачу, занимаясь своими делами. Единственное, о чем жалею, что раньше оттуда не ушел, чтобы вернуться в профессию. Но, тут судьба сама помогла мне это сделать. Чуть позже, но, видимо, так было нужно. Заодно коллег, которые за свои места дрожали от возможного сокращения спас, принял удар на себя. А на такие "посиделки" с коллегами я больше не хожу, ну их на хрен...
Показать полностью
Случаи из практики 107
Женщина 31 год:
— У вас бывало ощущение что за вами кто-то наблюдает? – очень тихо спросила клиентка. – Когда будто что-то колет в спину, а когда оборачиваешься, то ничего не замечаешь.
— Конечно, оно бывает у всех людей.
— Что же, тогда вы поймете с чего у меня все началось, - замогильным голосом сказала она.
— Постараюсь, - пообещала я и добавила. – Слушаю…
— Впервые это случилось чуть больше года назад, в августе месяце: я как обычно шла с работы домой, и уже подходя к входной двери, ощутила чей-то взгляд. Это было словно прикосновение ветра – я осмотрелась, но никого не увидела, и только поднявшись в квартиру, почувствовала себя в безопасности.
— Безопасности? То есть вы посчитали что этот взгляд враждебен?
— Не просто враждебен – он был жесток и холоден, - не задумываясь ответила Ольга и продолжила. – Я поставила разогреваться пищу, включила какое-то видео на компьютере и собралась поужинать, как снова почувствовала его. Мне сразу же стало так тяжко на душе, что я кинулась к окну и задернула шторы, а потом отправилась проверить закрыла ли дверь на замок. Понимаете, я ведь живу одна – мало ли что может произойти…
— Понимаю, - кивнула я, тщательно записывая ее слова.
— После этого мне стало легче и до следующего дня все шло спокойно, но когда утром снова отправилась в офис, то опять уловила на себе чье-то внимание. Я резко повернулась и начала осматриваться, но так ничего не увидела: матери вели детей в школу, взрослые спешили на работу, – никто не обращал на меня абсолютно никакого внимания.
— И вы попыталась отогнать это наваждение?
— Именно так, - взволнованно произнесла она, – и продолжала делать это на протяжении нескольких месяцев, пока однажды, совершенно случайно не нашла того, кто за всем этим стоит. Это произошло случайно, во время одного из походов в магазин – я шла по дороге через двор и, сама не знаю почему, обратила внимание на окна расположенного напротив дома. Там в окне на третьем этаже виднелся мужчина с большим черным биноклем, через который он смотрел на меня. От неожиданности я даже выпустила из рук пакеты и все рассыпалось по тротуару. Первым делом мне захотелось убежать и спрятаться, бросив все и вся, но потом я как-то сумела преодолеть приступ паники: собрала продукты и бросилась вперед изо всех сил.
— Что вы сделали когда вернулись в квартиру?
— Я осторожно подошла к окну и попыталась найти наблюдателя и, к своему ужасу, заметила его на том же самом месте, только на этот раз он смотрел не на улицу, а прямо на меня. Первой мыслью было позвонить в полицию, я даже набрала номер – но тут же сбросила, потому что не смогла придумать, как объяснить то, что происходит. Затем позвонила отцу и, захлебываясь слезами, рассказала об этом извращенце. Он попросил меня успокоиться и обратиться к кому-нибудь из друзей или коллег. Папа бы мне и сам помог, если бы не жил на другом конце страны, но он пообещал, что приедет, если я только позову.
— Вы последовали его совету?
— Сразу же, - сняв очки, заверила меня Ольга. – К сожалению, друзей среди мужчин у меня нет, как и ухажера, а коллектив у нас чисто женский, поэтому я позвонила своему шефу - извинилась что беспокою во внерабочее время и рассказала о том, что происходит. Он, к моему удивлению, пообещал, сейчас же приехать и попросил немного успокоиться. Сергей живет всего в паре кварталов от меня, так что ждать пришлось не долго. Первым делом он подошел к окну и попросил меня указать на наблюдателя, а когда увидел его то погрозил тому кулаком. Мужчина даже не шелохнулся – он продолжил наблюдать за нами так, будто его совершенно не тронула угроза. Тогда Сергей вышел во двор, подошел к соседнему подъезду и минут пятнадцать стоял около домофона. Шеф расспросил жителей и узнал номер квартиры, но так и не сумел дозвониться. В итоге, он вернулся обратно ко мне и предложил обратиться к участковому. Я поблагодарила его за помощь и сказала, что дальше справлюсь сама. Он хотел остаться, но я постеснялась просить его об этом и заодно наживать ему проблемы с женой, хотя, если честно, очень боялась находиться одной в пустой квартире.
— Как отреагировал участковый?
— Он отправился к этому извращенцу и попытался вразумить, но тот начал отнекиваться и сказал, что ничем подобным не занимался. А потом, когда полицейский ушел, снова начал подглядывать. И так продолжалось изо дня в день: утром, в обед и вечером. Я пыталась снимать его на камеру, но фотографии получились нечеткими, и когда он это заметил. то начал наблюдать из глубины комнаты так, чтобы мне не удалось его поймать. В конце концов, моя жизнь превратилась в настоящий ад...
— Вы стали бояться выходить из дома, открывать балкон и так далее?
— Да, но при этом мне же нужно было как-то зарабатывать на жизнь, вот и приходилось как-то преодолевать этот страх…
— И как долго вы держались?
— Почти три месяца, потом съехала на съемную квартиру, а свою сдала в аренду. Вот до такого меня довел этот псих, - и тут она заплакала. – И все бы хорошо, если бы три дня назад я не заметила эту мразь в доме через дорогу, смотрящего в мои окна через свой поганый бинокль! Я не знаю, как он меня нашел – наверное, проследил от работы, но главное, что теперь мне негде от него спрятаться. У меня не осталось больше сил, я измучена от постоянного страха и тревоги, не могу есть и спать. Помогите мне! Я не знаю, как дальше быть!
Показать полностью
Прикрываем
А если не подписывать заявление попросят написать заявление на отпуск...
Марамойские истории 1.8. Отзыв о лучшей в мире работе. Е*, Н-13. Генералы.
Командовать нашей великой армией, непрестанно ведущей войну с Марамойской Ордой, угрожающей всему цивилизованному миру, собрались самые лучшие военноначальники. Командовать всем и везде у нас лезут в основном те, кто ничего не знает и ни хрена делать не умеет. Это там во всяких там Европах Америках начальник знает все о работе на любой позиции в конторе и еще свои обязанности, а у нас начальник не знает ни хрена и даже своих обязанностей. Действительно, при таких раскладах, только и остается, что других учить, все делать как следует, рассказывать, указывать да показывать. Ну и самомнение не забывать прокачивать и поднимать регулярно, потому что, чем выше обезьяна лезет на пальму, тем большему количеству людей видна ее задница. Столько генералов и начальников вокруг развелось, что на поле боя биться с мурашами уже некому, каждый хочет сразу полками командовать – эти туда, эти сюда, эти, то делать, а эти это, а лучше сразу Парад Победы принимать, стоя на маршальской тумбе, так оно надежней и приятней. “ - Я один, командир такой, а вас тут до хрена!!!” – так вам любой из них расскажет. Ну, конечно, командир дырявого корыта… Это как посмотреть – это их уже до хрена, а солдат нет, иногда ни одного… Генералиссимусы сраные…
От этих туманных абстракций попробуем перейти к конкретике, настроим мощный микроскоп и рассмотрим жизнь высших микроорганизмов. Начнем, как полагается, с нашего Верховного Червя, нашей гордости и надежды. Тетя Люда – она не просто так Верховный Червь, у нее есть особые навыки. Она профессионально умеет жрать и срать, причем лучше всего таким способом, чтобы еду подносили и закладывали прямо в рот, а дерьмо сзади отгребали большой лопатой. Конечно, это не все ее полезные навыки, также она умеет время от времени не досчитывать работникам зарплату, но это уже не так профессионально, потому что на этом деле пару раз она палилась и приходилось возвращать назад все честно на@издженное непосильным трудом. Кстати, за пять лет нашего взаимоневыгодного сотрудничества она умудрилась так и не оформить меня на работу и до сих пор должна мне денег. Можно было бы уже за столько времени в каком-нибудь одном, хотя бы, из этих дел и преуспеть, но это лишь мой поверхностный, предвзятый, и конечно же, неправильный взгляд на проблемы, в которых я ничего не понимаю, пусть лучше все остается как было, она же не просто так директор этого балагана. Видимо, еще некоторое время придется мне ходить таким неоформленным кредитором, но разве можно жалеть денег и времени на содержание Великой Евразии.
Более чопорного начальства я не видел нигде. Один раз она поразила мое воображение историей про то, что зашла один раз вместе с помощницей в какое-то заведение, а там сидели работники за столом и ели. Она так и сказала: “ - Когда мы увидели эту омерзительную картину, то нас неудержимо потянуло блевать и мы скорейшим образом покинули это мерзкое заведение!” Конечно, рабы не должны есть вместе с прекрасными господами, потому что для них отдельное корыто с помоями в хлеву поставлено… Я еще могу понять, если заходишь в заведение, а там все столы ломятся от повисших на них марамоев или работник ссыт прямо под пальму. Тут по-любому надо отступать, так как в одном случае скорее всего будет слишком долгое обслуживание, а в другом слишком креативное даже для меня.
Вернемся, однако, к нашим баранам, то есть не баранам, а профессионалам, для кого слово сервис не пустой звук и кто не может отложить вместе со своими работниками. Последнего своего марамоя тетя Люда обслужила где-то в лохматых восьмидесятых годах прошлого столетия, и с тех самых пор уверена, что знает о сервисе вообще все и лучше всех, ну и там на кухне и везде по мелочи, разумеется, и как мисо-суп правильно варить, подскажет, и как брюкву строгать, и как правильно полы намыть, и как роллы крутить, и потом марамоям все это говно с опережением плана продавать и подносить. Незаменимый человек, кажется, очень жаль, конечно, что все у нее не в тему... Это секретная информация, конечно, но, дело все в том, что ничего, в делах этих она ничего не смыслит, ну практически, совсем ничего, но, как у нас на этих территориях справедливо издревле заведено, все работники как начальство видят, начинают сразу в штаны срать, только смрад стоит, и даже раскрыть начальству эту секретную информацию никто не может, что не смыслят те ни хрена в деле им порученном, потому что дрожат все работники, как листья на ветру с полными штанами, а начальство тоже дураки - да не совсем дураки – запах из штанцов рабов чуют и начинают совсем ерунду совсем уверенным голосом говорить, со стороны смешно, конечно, но, обычно, очень натурально получается и почти всегда прокатывает.
Потом Советский Союз, который уверенно шагал от победы к победе, внезапно закончился, спрос на кафе-мороженное поутих немного и эта передовая карьера продолжилась в стенах импортного капиталистического Макдака, который очень кстати прибыл в Новую Россию Федерацию вместе с тотальным разрушением передового коммунизма. Стала там директором и с тех пор так и решила, что все знает и все умеет делать лучше всех, а низовые черви должны слушать, что она говорит и не @издеть ничего лишнего в ее присутствии, а еще лучше совсем ничего. Мы познакомились в Макдаке на Пушкинской. В этот макдак, в восемнадцать лет, я устроился на работу, чтобы делать карьеру в команде @издюков. Правильно эта команда называлась командой ночников, но почему-то ее никто там так не называл. Конечно же когда мы встретились второй раз, то тетя Люда даже не узнала меня. В ее оправдание могу сказать, что невозможно запомнить каждого ничтожного червя, который проползал возле твоего высокого кабинета. UFC в те далекие годы была еще не так популярна, и когда она основательно забила на все управление прогрессивным рестораном быстрого питания, то менеджеры быстро разбились на команды и устроили бои без правил только не по двадцать пять минут, а на выживание с неограниченным временем. Я не очень переживал из-за этих событий, потому что, чисто случайно, все ночники оказались в самой сильной команде, под предводительством крепкого менеджера Катюли, и так мы смогли надрать зад всем оставшимся работникам в полном соответствии со всеми правилами боевого искусства. В финале Лиги Чемпионов на место событий прибыли старшие управляющие и попросили нашу главную героиню пройти из этого богоугодного заведения, а сам ресторан поставили на F-процесс. Новый директор долго сокрушался о потере многих славных бойцов, установил, что данный ресторан работает в некотором не соответствии с правилами глобальной великой Макдаксистемы, сделал ставку на молодых менеджеров, а всю нашу команду поздравил с заслуженной победой и вручил нам трансферы на перевод в другие рестораны, чтобы мы еще кого-нибудь не победили случайно… Уже через месяц, я открывал новый Макдак в Заневском Каскаде на Ладожской, а тетя Люда, некоторое время прохлаждалась на диване, потому что не в бой же ей на врага простым солдатом переть, а Цезарем, после таких подвигов никуда не брали. Потом она решила продолжить свое развитие как следует в сфере розничной торговли и возглавила магазин П*… За этот эпизод биографии не отвечаю, но разное люди говорят…
Видимо, торговля продовольственными и не очень товарами тоже не задалась, ведь не просто так, в каждой газете есть объявление о найме директоров в эти самые лучшие магазины шаговой доступности. После многочисленных побед на всех фронтах и некоторого времени простоя эта великая карьера продолжилась в Великой Евразии. Руководство всеми процессами в нашей Евразии осуществляется непосредственно из очень глубокой пещеры, откуда очень непросто наблюдать эти самые рабочие процессы, а большинство решений теряют всякую связь с реальностью еще до их принятия. Есть еще некоторые идиоты-управляющие могут ходить, интересоваться, наблюдать, что да как там у них происходит, настоящий профессионал и так все знает, в пещере своей сидя, потому что ему оттуда виднее, а что не знает, так ему из центрального офиса позвонят и расскажут. Для помощи тете Люде на полях сражений были отобраны выдающиеся, без преувеличения, администраторы, потому что конкурс на идиотизм при приеме на работу там у них был очень серьезный. Неподготовленный человек завалился бы на этом конкурсе за пару минут. Администратором в Е* может быть практически любое существо, например, обезьяна, осел из соседнего зоопарка или даже червь, главное, чтобы вместо мозгов у этого существа были последние инструкции из центрального офиса, даже в том случае, если они полностью противоречат предпоследним инструкциям из этого же офиса выпущенным полчаса назад. Поскольку обычного человека этот факт может немного шокировать, то большинство людей совершенно не подходят для работы на этом ответственном посту. Типичный администратор забывает, что он говорил пять минут назад, не знает, что будет говорить пять минут вперед. Может завраться до такой степени, что перепутать, где его фантазии, а где реальность. Все слова говорит, чтобы побудить бесполезных работников делать полезные вещи, почти как воспитательница младшей группы детского сада. Трудное это дело - сопли и попы все время лучшим кадрам подтирать… Основная задача администрации следить за тем, чтобы деньги прямо от марамоев самым кратчайшим путем, минуя все препятствия, попали прямо в карманы к учредителям. Они работают день и ночь и для выполнения этой задачи не жалеют сил личного состава и средств, а на своих тайных собраниях обсуждают, как с помощью этого говенного ресурса – персонала поделать побольше конфеток для верховых червей. Бывшие евразийцы, когда встречаются, иногда спрашивают друг друга: “ - Куда же пойдет тетя Люда после завершения своей легендарной евразийской карьеры?” Из всех возможных вариантов ответа мне больше всего симпатизирует тот, в котором она просто идет нах…
P.S.: Как начальство видит себя.
P.P.S.: Как марамои видят начальство.
P.P.P..S.: Как работники видят начальство.
Показать полностью
3