План против анархии: кто боится киберпанк-будущего?
- По данным Управления энергетической информации США, в ключевых штатах с наибольшей концентрацией ЦОД фиксируют существенный рост цен на электроэнергию. Коммунальные службы тратят миллиарды долларов на расширение подстанций и ЛЭП под нужды дата-центров, а затем перекладывают эти расходы на обычных жильцов.
- В США прошла первая общенациональная акция протеста против строительства центров обработки данных для ИИ. По данным Reuters, в 42 штатах состоялись 142 акции, организованные движением HumansFirst. Активисты считают, что подобная инфраструктура создает чрезмерную нагрузку на местные ресурсы, включая энергосистему и водоснабжение.
- Нью-Йорк первым из американских штатов ввел мораторий на строительство новых дата-центров для ИИ. По словам губернатора Кэти Хокул, развитие дата-центров угрожает повышением тарифов на коммунальные услуги и истощением ресурсов.
- Опрос показал, что 77% американцев обеспокоены тем, что дата-центры приведут к росту их личных счетов за электричество, а 71% выступают против их строительства в своих округах.
- Противостояние вокруг ЦОД объединило представителей совершенно разных политических взглядов — от консерваторов в Техасе до левых экологов в Калифорнии, выступающих против передачи за бесценок питьевых ресурсов технологическим корпорациям.
...
При желании вы можете найти еще множество подобных новостей из США, касающихся строительства дата-центров и связанных с этим социально-экономических проблем и конфликтов. В результате все больше американцев убеждаются в том, что технологии — это не всегда благо, что выгоды от них получают крупные корпорации, а все издержки ложатся на простых обывателей.
Про то, кому выгодно культивирование подобных настроений, стоит написать отдельно. Сегодня же я хочу сравнить ситуацию в США с Китаем, где тоже массово строятся дата-центры, однако там не то что больших протестов, но даже обеспокоенности простых жителей в связи с этим не наблюдается. И дело не в том (чувствую, будут такие возражения), что американцы — это особые люди с запатентованным чувством свободы, а в Поднебесной — тоталитаризм с забитым населением.
Отличие между этими странами в том, что пока за океаном царит капиталистическая анархия производства, в КНР действует его величество План. Не какие-то там «дорожные карты», в которых непонятно, кто за что отвечает, а План. Именно так, с большой буквы.
Для понимания ситуации давайте проведем аналогию с жилищным строительством. В «свободном мире» каждый застройщик старается минимизировать собственные затраты и максимизировать потенциальную прибыль. Поэтому он всеми правдами и неправдами выбивает участки для строительства в развитых районах города, где уже есть сформировавшаяся инфраструктура — вода, свет, дороги, парковки, общественный транспорт. Так и клиентов больше — кому охота покупать квартиру на окраине, куда и дорог-то нет, если есть новенькое жилье в центре? И расходов меньше.
То, что бесконечного уплотнения эта самая инфраструктура может не выдержать, застройщика не волнует. Проблемы индейцев, как известно, шерифа не волнуют.
В плановой системе вместо точечной уплотнительной застройки возводят новое жилье целыми микрорайонами со всей сопутствующей инфраструктурой. И строится все параллельно, а не так, как у некоторых — дома сдали и заселили, а дороги и больницы как-нибудь потом. В этом, кстати, секрет китайских «пустых городов-призраков» — фотографам нужно лишь выгадать время, когда основные работы в районе завершены, а квартиры еще не заселены.
В общем, вы поняли. Пока на Западе Бигтех бодается с местными жителями за землю, воду и электричество, Китай в рамках заранее намеченного плана строит дата-центры целыми «микрорайонами» там, где людей практически нет, а энергии завались — залежи угля, солнце, ветер, быстрые реки.
План этот называется «Восточные данные — западные вычисления», и стартовал он в начале 2022 года. По масштабу и значению для страны его ставят в один ряд с такими известными проектами, как «Юг–Север» (переброска воды из влажных южных регионов на засушливый север) и «Запад–Восток» (транспортировка природного газа и передача электроэнергии из энергоизбыточных западных регионов на энергодефицитный, но густонаселенный восток страны).
Для того чтобы вычисления на западе происходили незаметно для пользователей на востоке, государство проложило магистральные оптоволоконные сети с ультранизкой задержкой. Владельцев дата-центров при этом стимулируют к наращиванию эффективности расхода энергии, благодаря чему сегодня процент электричества, расходуемого именно на вычисления, приближается к 90%.
Преимущества такой системы видны сегодня невооруженным взглядом. Жители восточных мегаполисов получают стабильный доступ к вычислительным мощностям, не страдая от роста цен на электричество. В западные провинции тем временем идут инвестиции, появляются высокотехнологичные рабочие места и растет налогооблагаемая база. При этом и дефицита воды там не возникает. Пекин просто запретил использовать в чувствительных к воде регионах распространенные в США испарительные системы охлаждения. Они дешевы в эксплуатации, но требуют большого количества воды, которая просто выпаривается в атмосферу. Китайские ЦОДы используют вместо них охлаждение «забортным» воздухом зимой, либо жидкостное замкнутое охлаждение. Во Внутренней Монголии к тому же дата-центрам официально запрещено использовать грунтовые воды или воду из муниципального водопровода.
Казалось бы, в Америке тоже есть штаты, похожие на китайский северо-запад по климату, обеспеченности энергией и малонаселенности. Так почему дата-центры строятся не в Айдахо или Вайоминге, а в жарких и многолюдных Вирджинии и Калифорнии? А все просто — вспоминаем про анархию производства, закон о максимизации прибыли, а также про проблемы с изношенностью электросетей и отсутствием единой энергосистемы, и… забываем про Айдахо.
В итоге сегодня американский гражданин все чаще видит в постройке ЦОДа в своем округе прямую угрозу: снижение напора воды из-под крана и выросшие чеки за коммунальные услуги. Гражданин КНР, тем временем, спокойно пользуется всеми благами высоких технологий, не испытывая страха перед искусственным интеллектом, «который оставит людей без работы», или перед роботами, «которые однажды поднимут восстание». Проще говоря, без страха перед «киберпанковским» будущим. А чего бояться, если оно у него светлое?
