Владимир Семёнович Высоцкий (25 января 1938, Москва — 25 июля 1980, там же)
«Мама, я сегодня умру...»
Эту фразу, брошенную вечером 24 июля 1980 года, мать Владимира Высоцкого, Нина Максимовна, запомнила навсегда. Не жалоба, не вопрос — тихое, почти отрешенное пророчество.
Всего через несколько часов сердце, бившееся для миллионов, остановилось. А за окнами, в нарядной, прибранной для мирового праздника Москве, полным ходом шла Олимпиада-80. И власти сделают всё, чтобы горькая правда об этой смерти не омрачила парадный фасад империи.
Французская актриса Марина Влади (настоящее имя Марина Владимировна Полякова-Байдарова) и артист Театра на Таганке Владимир Высоцкий в день празднования десятилетнего юбилея театра.
Последний выход на сцену: занавес опускается
Его последний концерт состоялся 16 июля в подмосковном Королёве.
Пригласительный билет на последний концерт Высоцкого, правда дата указана 27 число, хотя 25 числа Высоцкого уже не было
Свидетели той ночи до сих пор спорят. Кто-то видел его в блестящей форме, сыплющим шутками. Кто-то с ужасом замечал одутловатое, измученное лицо. В 42 года он выглядел стариком — будто прожил несколько жизней одновременно.
Фото с последнего концерта Владимира Семеновича
Спустя всего два дня, 18 июля, Высоцкий в последний раз вышел на сцену родной Таганки в роли Гамлета. Спектакль стал символическим прощанием. Актриса Алла Демидова вспоминала невыносимую духоту и Высоцкого, который, выбегая за кулисы, судорожно глотал таблетки. Он был уже не просто уставшим — он был исчерпан до дна. Но играл феноменально, будто вкладывая в каждую фразу всю оставшуюся в нем жизнь.
Москва, Театр на Таганке, 18 июля 1980 года Запись фрагмента спектакля "Гамлет", съёмка Петра Солдатенкова
Предчувствие конца: июльское ожидание
К тому июлю его организм, годы боровшийся с зависимостями, был на грани. С началом Олимпиады аптеки взяли под строгий контроль, и привычные способы облегчить боль стали недоступны. Врач и друг Анатолий Федотов позже объяснял: водка стала грубой заменой, отчаянной попыткой «соскочить с иглы».
Владимир Семёнович Высоцкий после застолья
22 июля Высоцкий в последний раз вышел из дома — по делам для предстоящей поездки в Париж, к жене Марине Влади. Он строил планы: обещал завязать, уехать в тайгу, заняться здоровьем. Казалось, он верил, что еще есть время.
Владимир Высоцкий в роли Гамлета в Театре на Таганке. Москва, СССР. 1971 год
23 июля врачи из Склифа провели консилиум. Вердикт был жестоким: везти в больницу в таком состоянии, с коктейлем из лекарств в крови, — невозможно. Решили отложить госпитализацию до 25 июля. Судьба отвела ему меньше суток.
Владимир Высоцкий и Олег Даль
Роковая ночь: между льдом и пламенем
Утро 24 июля выдалось на удивление тихим. В гости к сыну пришла Нина Максимовна. Подруга Оксана Афанасьева принесла с рынка свежей клубники и накормила Владимира Семеновича ягодами со сливками — маленький лучик простого человеческого счастья в его последний день.
Оксана Афанасьева - последняя любовь Высоцкого
К вечеру стало хуже. Федотов, заскочивший проведать друга, застал его в страшном состоянии: Высоцкий метался по квартире, хватаяcь за сердце. Именно тогда он и произнес свои роковые слова.
Позже, собравшись у соседей, он пел. Друг Вадим Туманов пытался его остановить: «Володя, ну что ты орешь, как сумасшедший?» «А я иначе не могу», — был ответ. Это были его последние песни.
В период активной гастрольной деятельности Владимир Высоцкий дал более тысячи концертов в Советском Союзе и за пределами родины.
Около часу ночи он спустился к себе. Ночь была мучительной. Федотов, видя его мучения, сделал укол снотворного. Высоцкий наконец затих и уснул на маленькой тахте. В квартире остались он и двое его уставших друзей — Оксана и Анатолий.
«Я проснулся от какой-то зловещей тишины, — вспоминал Федотов. — Как будто меня кто-то дернул. И к Володе!.. Поздно». Между тремя и половиной пятого утра сердце Владимира Высоцкого остановилось. Официальное время смерти — 25 июля 1980 года.
Рядом с Высоцким В.Янклович, В.Туманов, В.Абдулов и И.Годяев (фельдшер)
Утро, разделившее жизнь на «до» и «после»
Утром Всеволод Абдулов позвонил в Париж Марине Влади. Новость, переданная через телефонисток, мгновенно облетела Москву, вопреки всем запретам.
Власти действовали быстро. Уже утром двор на Малой Грузинской заполнили черные правительственные лимузины. Следователи и люди с Лубянки допрашивали мать, пока тело поэта еще не остыло. В свидетельстве о смерти написали сухую формулировку: «Острая сердечно-сосудистая недостаточность». Вскрытия, по просьбе родителей, не делали.
Власти могли скрыть смерть Высоцкого от официальной хроники, но не от народа. Уже днем 25 июля люди потекли к Театру на Таганке и к дому на Малой Грузинской. Родилось стихийное прощание.
Панихида в холле подъезда утром 28 июля 1980 года
28 июля гроб с его телом установили на сцене Таганки. Режиссер Юрий Любимов для поддержания порядка призвал на помощь ребят из школы каратэ. Снаружи же выстроились тысячи милиционеров, словно ожидавших штурма.
Но штурма не было. Была тихая, пронзительная скорбь. Сотни тысяч человек выстроились в очередь длиной в десять километров. Крыши близлежащих зданий были усыпаны людьми. «Это — единственный на моей памяти настоящий народный артист», — скажет позже Александр Кутиков.
А.Иншаков, Л.Филатов, Ю.Беляев, С.Фарада
В день похорон Олимпиада будто замерла. Страна хоронила своего поэта.
Л.Ярмольник, А.Иншаков, В.Золотухин, Ю.Любимов
Эпилог: «Мне есть что спеть, представ перед Всевышним»
Его уход не стал концом. Началась борьба за его наследие. Первый официальный сборник «Нерв» выйдет лишь в 1981-м, а настоящая слава вернется к нему только с перестройкой, с посмертными званиями и премиями.
Он и сегодня со своими слушателями. По опросам, Высоцкий остается вторым, после Гагарина, кумиром XX века в России. Его голос, его «неистовство», как писала Марина Влади, продолжает «потрясать толпу».
В своем последнем стихотворении, написанном за несколько дней до смерти, он будто подводил итог:
И снизу лед, и сверху — маюсь между: Пробить ли верх иль пробуравить низ?.. Мне есть что спеть, представ перед Всевышним, Мне будет чем ответить перед Ним.
85-ая годовщина дня рождения Владимира Высоцкого
Прошло более сорока лет. А он все возвращается к нам, «как корабли из песни». Поэт с гитарой, который продолжает жить. Потому что такие голоса не умирают.
💯 Еще больше увлекательных историй и фотографий в нашем telegram-канале, подписывайся, чтобы не потерять ⮕ https://t.me/farewell091
Вы также всегда можете поддержать автора канала (исключительно по вашему желанию и порыву)
Полоснув по нечистой Душе, как осокой, Против Жизненной ПРАВДЫ не погрешив, Спел землянам Владимир Семёныч Высоцкий О Духовной парной для очистки Души.
И не скажешь об этом поистине лучше Про Души нашей сонно-ленивой гнильё: «Нужно выпороть веником душу. Нужно выпарить смрад из неё»,
Надо выпарить дух от халявной морали,
От условно-искусственных «Прав», Чтобы Жизнью людской как и встарь управляли УМ наш Русский и Русский наш НРАВ,
И тогда снова с Правдой – простой и высокой
Зазвучит в лад с родною Природой душа, И тогда с Горних Высей Владимир Высоцкий Подпоёт нам, землянам, Душою кружа.
Гитарный бой и хрипота до слез и нет ни партитур,ни оркестровок. Акустики сплошной апофеоз! Спасибо вам,строители хрущевок! Спасибо вам,соседи наверху за "Астру" и за пленку на бобине! Я слушал весь концерт по стояку. (Своей-то "Астры" не было в помине!) За песней песню я запоминал и скоро знал их наизусть и точно! И пусть не всё как надо понимал, но в память мне они врезались прочно! А почему? Что было мне до них, когда вокруг цвело сладкоголосье, когда мы побеждали каждый миг и убирали спелые колосья? Так где,скажите,повод горевать? Нет проигравших в соцсоревнованьях, но что-то начал я подозревать с момента полового созреванья. От приторности ныло на зубах и от оттенков серого рябило в глазах,в ушах,а главное,в мозгах, но в голосе его - другое было. В античности,назвав себя "Орфей", он бы прослыл,как минимум,нахалом, в средневековье схваченный злодей горел бы на костре с таким "вокалом", а на Руси секли бы до крови и избивали б до потери чувства, тем самым подтверждая как же мы похожи в восприятии искусства. Но часто происходит до сих пор, что только по наследью скоморохов мы времени выносим приговор: безвременье оно или эпоха.
2
Высокое искусство постигать мне было проще с нарушеньем правил, так стоит ли меня за то ругать, что не туда стопы свои направил? И не академический трамплин, и не авангардистский симулятор- а что из метростроевских глубин меня бросал таганский эскалатор? Я приземлялся мягко на асфальт и развернувшись прямо перед входом, разноголосый проникая гвалт, спешил туда,где чувствовал свободу! Кто в те года не жил,тот не поймет, что значило прорваться на Таганку! С билетом,без билета,как пойдет! А если что-сыграем в несознанку! Я контролерам сказки сочинял (и это не казалось перебором)- ведь там,внутри,еще не отзвучал его аккорд с гитарным перебором! А мне необходим был этот звук. Я сам не знал,что в нем меня цепляло и шел вслепую,ощупью,на слух. Меня влекло,меня переполняло. Я чувствовал энергии прилив, что мог по потолку или по стенам легко идти ничем не согрешив и не тревожа собственные вены. Предметность слова-вот был мой магнит, то самое,которое Начало, весомое от Бога говорит и Бога самого обозначало.
3
Ваганьково - Вудстоку наш ответ в эпоху подражания и флирта, но там курили что-то на траве, у нас же разливались реки спирта. Шли медленно трамваи через сквер, народ,одетый в темное,слонялся и не смотрел бы милиционер как кто-то в жанре барда упражнялся. Но я бы слишком не переживал на месте тех,кого желанье гложет, ведь песни он не пел,а проживал, их так никто другой прожить не сможет! Никто другой не смог найти пока, хотя и не щадил своей гортани, грань перехода текста и стиха, а после балансировать на грани. Пропорция - загадка мастерства. Акцент и ритм,чтоб не казаться пресным. Подняться на вершину естества, чтоб быть и в неудачах интересным! Так стоит ли о чем-нибудь жалеть и говорить о том,как был несчастен, что приходилось не гореть,а тлеть, когда ты слову русскому причастен!
Иногда достаточно одной фразы, чтобы человек не пришёл домой. Иногда — одной строчки, чтобы он остался жить.
Мы недооцениваем силу речи. Я написал об этом стих.
О «слове» — как оружии. И как чуде.
Слово 29.08.25 Я верую в материальность мысли, ведь словом можно души рвать, Но тем же можно исцелить их, если корректно швы сшивать. Неясно? Слушай, объясняю
Порой, словцо бывает остро, Цепляет, хваткой как бульдог, И глубже раны оставляет, В разы страшней, чем ржавый нож О, эти язвы всем знакомы.
Этих порезов взор не видит, Их ощутишь только душой, Телесный шрам не исчезает, Так как же заживёт такой? А он никак не заживает
Прочувствуй, день, когда вонзили, В лицо тебе тот острый слог, Спустя года, все всё простили, Но слог всё там же - вот итог. Итог бывает и обратным
Когда в тот самый, робкий миг признанья, Зимою расцветя в любви? И как тО слово озаренья, Спасло тебя, вдруг сняв с петли? Могло не быть, такого чуда, и что бы было бы тогда?
Слова нас ранят неустанно, Так было, есть и будет впредь, Друзья, так будем осторожны: Кого спасти, кого стереть. Ведь человек ужасно хрупок, Сломается - частей не счесть.
Поэтому, если ты помнишь хоть одно слово, которое до сих пор болит — этот стих написан и для тебя.
Это стихотворение называют последним, которое написал Владимир Высоцкий. Посвящается оно Марине Влади, а споры о подтексте этого стихотворения ведутся и сегодня.
И снизу лед, и сверху - маюсь между: Пробить ли верх иль пробуравить низ? Конечно, всплыть и не терять надежду! А там - за дело в ожиданьи виз.Лед надо мною - надломись и тресни! Я весь в поту, хоть я не от сохи. Вернусь к тебе, как корабли из песни, Все помня, даже старые стихи.Мне меньше полувека - сорок с лишним, - Я жив, тобой и Господом храним. Мне есть что спеть, представ перед Всевышним, Мне будет чем ответить перед Ним.
День рождения у тезки! Грех его не помянуть! В черно-белые полоски разлинован жизни путь! Как его звучали песни! Помню – век не позабыть! С коридоров, окон, лестниц, с подворотен может быть,
Пел Высоцкий! Пел не вкратце! Со слезой и юморно! То не песни были братцы - в каждой целое кино! Не простое трали-вали, а поэма о судьбе! Мы мечтали пацанами: «Эх! Уметь бы также мне!»
Мы гитары доставали, так и звали их - «дрова»! На кассетники писали и в тетради те слова. Хоть «дрова» звучали плохо, не смущало вообще! У Высоцкого хрипели ноты ну почти что все!
Смысл был совсем не в этом! Не в гламурной красоте! Каждый быть хотел поэтом! Гражданином быть хотел! Вот за честность и открытость и любили пацаны. Презирал Семеныч сытость и искажение страны!
Прост и близок был к народу, от того, быть может, пил. Не кривил душою с роду. Вот такой вот он и был! Был он целою эпохой, он эпохой той и стал! Хоть особо не старался залезать на пьедестал.
Создал стиль, как петь о жизни! Я заметить Вам хочу. Пел: «На Вачу еду плача, еду с Вачи – хохочу!» Он уже отхохотался… так устроено житье, Как бы, сколько ни старался, только жизнь возьмет свое! Что сумел – сказал от сердца! Что успел – то нам пропел! Душу грел, - как водка с перцем… и как свечка - отгорел…
