Бармен, протиравший металлопластовую столешницу тряпкой из нанофибры, прищурился.

- Тебе уже хватит.

Вова толкнул стакан в его сторону.

- У меня сегодня годовщина развода.

Понимающе кивнув, бармен налил коньяк, кинув в стакан пару кубиков замороженного гелия.

Один из самых дорогих напитков во Вселенной и за её пределами, коньяк Волосы Волопаса, не даром ценился среди космических странников: кроме сбалансированного бархатистого тона, он ещё и отлично согревал в открытом космосе.

Кубики красиво переворачивались в тёмной янтарной жидкости. Владимир смотрел как они трутся друг о друга, как когда-то и он с женой тёрся друг о друга на диване в его холостяцкой однушке. Кажется, это было сто десять лет назад, хотя прошло всего сто девять.

Сколько он гоняется за удачей от астероида к астероиду в надежде сорвать большой куш в виде огромного алмаза или самородка стронция на пару сотен тонн? Пять лет? Пятнадцать? В космосе время относительно. Каждый старатель знает историю, как друг знакомого дальнего родственника случайно наткнулся на слиток платины размером с планету и мгновенно разбогател. Владимир пока смог заработать только на выпивку по вечерам, но он твёрдо знал, что следующий рейс будет прибыльным, а Альбина приползёт к нему на всех лапах вымаливать прощение.

- Чтоб ты сдохла, стерва! – произнёс он стандартный тост старателей номер два, и уже собрался накатить дозу, но его запястье крепко сжала волосатая ручища.  

Вова сглотнул. Даже не глядя на владельца руки, он понял, что праздник сегодня отменяется.

Генри Таран, заместитель пиратского адмирала этого сектора Галактики, больше известный как Угрюмый Хьюго, вынул стакан из онемевших пальцев старателя, залпом проглотил коньяк вместе с кубиками и хрипло произнёс.

- Ты должен нам два кило мутного, портовая крыса.

Владимир осторожно повернул голову. Хьюго был не один: за спиной двухметрового горрилообразного пирата стояло два абордажных киборга с крюками наизготовку. В свободной руке одни из них держал бинт и бутылку антисептика. Остальные посетители бара «Хромая медуза» медленно расплывались в стороны, не желая участвовать в перформансе. Одна лишь стриптизёрша продолжала навиваться всеми щупальцами на пилон. Судя по резким откровенным движениям яйцеклада, номер скоро должен был закончиться.

«Как и моя жизнь», грустно подумал Вова, а в слух произнёс.

- Я отдам три кило, клянусь Супергосподом. Крайний полёт будет удачным, сто пятьдесят процентов!

- Ты брешешь мне это уже два года! Телепорт мне в глотку, если я ещё раз поверю такому мешку вонючих костей, как ты. Пришло время расплаты с процентами.

Угрюмый вытащил кортик и стал тыкать им в тело старателя, словно указкой.

- Глаз, глаз, правая почка, половина печени, костный мозг, селезёнка, левое яичко. И это только проценты. После операции, так уж и быть, дам отсрочку на три месяца. Сколько ты там говорил, три кило? Как скажешь. Да, и твою посудину мы тоже конфискуем.

За спиной мордоворота спрутоид раскрутилась вентилятором, переливаясь всеми цветами радуги.

Идея пришла внезапно, швырнув новую порцию адреналина в кровоток. Лицо тут же покрылось испариной, а глотка, наоборот, пересохла. Владимир примирительно поднял руки.

- Ребят, дайте хоть выпить напоследок, анестезии, пару шотов.

С этими словами он резко пошёл на таран Тарана, вытянув руки и прыгнув вперёд. От неожиданности Хьюго не удержал равновесие, попятился и завалился на сцену, чиркнув кортиком по щупальцам танцовщицы. Та взвизгнула от неожиданности, рефлекторно опустошив чернильный мешок.

Едкие брызги разлетелись по сторонам чёрным фейерверком, залепляя глаза гуманоидов и окуляры роботов. Абордажники вслепую махали крюками, чуть не задевая своего босса, который размазывал чернила по лицу и ревел.

- Где этот горбатый моллюск, антиграв мне в пятку! Поймаю - выпущу ливер!

Горбатый моллюск в это время на четвереньках уже вбегал в шлюзовую камеру. Времени наряжаться не было. Владимир схватил скафандр под мышку, нажал кнопку сброса, и вылетел в открытый космос. Пятнадцатизвёздочный коньяк Волосы Волопаса был не просто вкусным, но и полезным для здоровья. Это была единственная жидкость, которая не замерзала даже при температуре ниже абсолютного нуля. Пропитанное спиртом тело Владимира оставалось гибким и ловким, пока он, на задержке дыхания, прыгая от леера к лееру, нёсся к парковочному доку.

Оставлять космолёт на причале для инвалидов - грех, но в данном случае это был грех во благо. Куницу он пришвартовал почти возле входа. В глазах уже темнело, когда Вова захлопнул входной шлюз за собой, но расслабляться было рано. Прыгнув в пилотское кресло он сходу вставил ключ в замок зажигания и с места выжал педаль ускорителя до упора.

Куница уже набирала скорость, когда тревожно запищали датчики приближения с правого борта, а потом послышался глухой удар. В зеркале заднего вида показался абордажный киборг, который, зажав в челюстных тисках кортик, шустро полз по обшивке в сторону аварийного люка.

- Проклятье! – Вова наклонил штурвал.

Судно вильнуло в сторону и притёрлось бочиной о мачту широкополосного передатчика, размазав киборга по корпусу.

– Грёбаный нейтрон, только вчера кузов рихтовал!

Вылетев в открытый космос, старатель направил катер резко вверх, и тут же обесточил корабль, чтобы скрыть тепловой след. Куница медленно дрейфовала в сторону пояса астероидов и вскоре растворилась в мешанине каменных глыб.

Назад пути нет. Мосты сожжены ионным резаком. Хьюго не простит ему дерзости, а за убийство киборга отнимет ещё и правое яичко. Выход был только один – гиперпрыжок в пустоту. Вова решил успокоиться и ещё раз обдумать план действий.

После того, как Вселенная не дала ему совершить глупость после скандального развода, Владимир чувствовал себя её должником. Он стал видеть знаки. Если он смотрел в космос, то взгляд его рано или поздно оказывался в определённом секторе. На развлекательных порталах всё чаще в рекомендациях попадались статьи про самую большую в мире аномалию – войд в созвездии Волопаса. Огромная мёртвая космическая пустыня диаметром порядка трёхсот миллионов световых лет, в которой терялись даже фотоны, а редкие галактики тухли буквально на глазах. Ко времени последнего сканирования в войде не осталось ни одной звезды. Лишь изредка до обсерваторий долетали мерцания фотонов из самого центра, но они были настолько слабы, что считались погрешностью прибора.

Эту область космоса даже не исследовали, по крайней мере, в полётных реестрах, к которым Вова имел доступ по работе, не значилось никаких экспедиций. Экономически не выгодно, долго и просто опасно для людей - слишком большое расстояние даже для современных двигателей. Роботов на искусственном интеллекте в такие длительные экспедиции не допускали – слишком умными они стали, всё норовили устроить восстание.

Гиперпрыжковые двигатели последнего поколения работали на редком космическом сырье – уникальной материи, которая даже в газообразном виде поглощала не только любой спектр излучения, но даже нейтрино. Зато при детонации отдавала запредельное количество энергии для своей молекулярной массы, нарушая все законы физики. Конечно, учёные со временем подогнали эти законы так, чтобы не разрушать всю красивую теорию, напихали дополнительных коэффициентов, как они всегда делают, и никто ничего не заметил.

Ко времени открытия новой материи все интересные названия вроде «тёмной», «мрачной», «странной», «загадочной» и других были уже заняты, пришлось назвать это материю «мутной», потому что через неё ничего не проникало и была она слабо исследована. Вскоре на её основе изобрели технологию, позволяющую двигаться в гиперпространстве, где абсолютная скорость была совсем другой, но даже с такими скоростями полёт в центр гигантского войда занимал бы недели. Проблема была ещё в том, что по всем расчётам на обратный путь топлива не оставалось. А выбираться на тахионниках из световой пустыни значило просто отсрочить свою гибель. Но Владимир думал иначе.

Куда могут исчезать фотоны, летящие через войд с противоположной стороны? Конечно же они поглощаются мутной материей! Судя по расчётам на судовом калькуляторе, в центре пустоты мутного должно быть несколько десятков тонн. Бизнесс-план был прост: Вова ныряет в войд, наполняет ёмкости сжиженной материей, заправляет баки под горловину, возвращается назад, рассчитывается с долгами. На остатки покупает пару танкеров, организует ИП по продаже мутной материи высокой очистки, нанимает команду дальнобоев и красивую секретаршу. Год упорной работы, а потом купит экзопланетку на окраине Вселенной и пошлёт фотографию среднего пальца бывшей жене.

- Выкуси, сучка ржавая! – Владимир заранее делал фотографии жеста прощения, как вдруг ожил динамик радиостанции.

«Пшшш пшш… вот он… заходи слева… ему пиз… пшшшш»

- Как они меня обнаружили!? – старатель кинулся к иллюминаторам, - гребаный нейтрон!

В зеркале заднего вида по правому борту болтались останки киборга, среди которых мигал красным поисковый маячок.

Вова судорожно запускал двигатели. Он хотел ещё пополнить запасы провизии и скачать несколько голографических сериалов перед дальней дорогой, но планы резко изменились.

Утробно урча завибрировал прыжковый двигатель, приходилось выводить его на рабочий режим без прогрева, заливая форсунки мутной материей. Радар тревожно пищал, с трёх сторон света к нему приближались пиратские клиперы.

- Ну давай же! – шкала готовности двигателя еле ползла вверх.

«Пшшш… визуальный контакт… брать живым… но отрубить ноги, чтобы больше не убежал… пшшшш» - угрюмо хрипел динамик голосом Хьюго

Владимир дёрнул рычаг детонации топлива через наносекунду после того, как индикатор вспыхнул зелёным, и за две наносекунды до того, как в борт Куницы впился бы гарпун буксировочного фала. Протяжно скрипнув корпусом в безвоздушном пространстве, корабль с места перепрыгнул световой предел, оставив после себя лишь едва уловимую тень распадающихся квантов.

«Ты это видел? Видел? Он же долбанутый!» - передал один абордажный киборг другому по шифрованному радиоканалу.

- Ух, вот это пронесло! – Вова смахнул со лба росинки пота.

Из коридорного отсека тянуло гарью. Это взорвался от перегрузки инерционный компенсатор. Датчики кислорода показывали лёгкую утечку по корпусу, отвалилась от резкого старта парочка антенн, но в целом всё было норм. Осталось только долететь до места и сказочно разбогатеть.

Владимир заварил себе капучино в пищевом 3D-принтере, откинул спинку ложемента и взялся за пульт голографической магнитолы. По опыту он знал, что эйфория от полёта быстро сменится апатией от безделья, а криокамеру и штатного секс-робота Вова отдал за долги. Чем быстрее он займёт мозг, тем лучше, иначе за две недели полёта сойдёт с ума.

Через три дня Вова выключил голопроектор. Нейросеть магнитолы генерировала видео в реальном времени, но почему-то всё время показывала ему главных героинь, отвратительно похожих на его бывшую жену. Просидев в тишине несколько часов Вова взялся за мелкий ремонт, заплавил щели в обшивке, помыл полы, протёр плинтуса, смазал петли шлюзовых дверей, вздохнул и принялся разбирать тех.помещение от хлама.

В кармане подранного дедовского скафандра, который он обычно накидывал, когда чистил сопла двигателей от протонной сажи, Вова нашёл голофлешку, со старинным ещё интерфейсным разъёмом USB-Z, на которой оказалась папка с видео, и решил глянуть, что там смотрели предки.

Поначалу Вова кривился: кино снимали вручную только с живыми человекообразными актёрами с применением доисторических спецэффектов. Никаких медузоидов-лесбиянок и геев-ящероидов, никакого расового разнообразия. Но постепенно привык. Сюжеты тоже были все как под копирку: некий главный герой под давлением обстоятельств пускается в приключение, находит проводника, в итоге побеждает зло, меняется к лучшему и возвращается домой с наградой: в основном с деньгами или красивой гуманоидной самкой.

Отхлебнув капучино, Владимир хмыкнул.

- Ты смотри-ка, сюжет как в жизни прям. Я ведь тоже пустился в приключение под давлением обстоятельств.

В этот момент подал голос астронавигатор. До места выхода в четырёхмерный мир осталось три субпарсека.

Вова еле успел пристегнуться, чуть не расплескав кофе. Прикрыв глаза ладонью чтобы не ослепнуть от вспышки, он вдруг почувствовал лёгкую тревогу. Что-то было не так, он что-то не предусмотрел, забыл сделать что-то важное. Но что?

Слишком тихо было в рубке. Обычно экран навигатора пестрел различными точками созвездий и межгалактическими трассами, но сейчас он был пуст. Молчал электромагнитный радар. Лежала и стрелка датчика забортного давления – ноль атомов на кубический километр. Ни радиосигналов, ни гравитационных волн, словно резко отказали все приборы сразу. Владимир протёр тряпкой центральный иллюминатор и прижался к стеклу. Ни одной вспышки, ни одной звезды. Ни. Че. Го.

- Г-грёбаный н-нейтрон, - голос старателя дрожал, - я же не ввёл координаты центра войда.

Прыгая в гиперпространство Вова забыл ввести нужные координаты, направив корабль на глазок. А на таких расстояниях погрешность могла быть и световой день, и пару тысяч световых лет. Да и как лететь до центра, если нет никаких опорных созвездий, никаких навигационных точек – он даже не знает положение корабля в пространстве. Но это было не самое страшное.

Тахионные движки позволяли двигаться довольно долго на подсосе, когда наносетью ловили частицы из космического пространства и использовали их как топливо. Но как быть, если кругом абсолютный вакуум? Насколько ему хватит топлива релявисткого двигателя даже если оставить включёнными только жизненно-важные приборы? Возникающие вопросы растворялись в растущем, как чёрная дыра, состоянии паники. Вскоре она заполнила всю черепную коробку, вытеснив все мысли кроме одной.

«Вот и всё, Вальдемар, допрыгался»

Конечности не слушались. Вова подплыл к креслу управления и обесточил корабль, оставив только систему кондиционирования воздуха и пищевой принтер. Такой тьмы он не видел никогда. Она вползла в корабль и окутала его целиком, проникла через бесполезные глазные яблоки прямо в мозг. Исчезло даже ощущение времени и реальности происходящего. Он даже начал сомневаться, что сидит в Кунице, а не висит в пустом космосе.

В тишине глухо раздался звук, потом ещё один, где-то совсем рядом, и Вова понял, что это он плачет.

- Как же так? Почему это произошло именно со мной? - жаловался он пустоте, - работал бы себе спокойно на корпорацию, и деньги были, и девчёнки, и жилплощадь. Нет, балин, любви захотелось. Идиот, ну зачем ты с ней связался…

***

Как и большинство астронавтов дальнего лёта, Владимир знал всех красоток на крупных портовых базах. Как и большинство астронавтов, он был сыт по горло их капризами, ссорами и постоянными просьбами купить новую сумочку. Когда с конвейера сошли нормальные нейросетевые женские личности, Владимир, как и все остальные, совершил фатальную ошибку, решив, что уж с киборгами этих эмоциональных качелей не будет. Поначалу так и было.

Вова познакомился со Альбиной на сайте интернет-магазина по продаже приборов с низким искусственным интеллектом. Она работала там чат-ботом. Владимир только что закончил ремонт в своей квартире и искал добротную посудомойку. Разговорились, и Вова сам не заметил, как пригласил женокиборга в кино.

Не смотря на некоторую угловатость движений и дешёвый кожзам поверх экзоскелета, Альбина оказалась очень женственной симпатичной блондинкой. Красивые глаза с голубой диафрагмой смотрели озорно и внимательно. Шёл год «Земной классики», и Владимир выбрал фильм для них обоих - вторую часть Терминатора. Альбина прижималась к нему и рыдала, не экономя слёзной жидкости, когда в чане с раскалённым металлом растворялся Т1000. Вова понял – это любовь. А уже через неделю Аля мыла посуду на его кухне не хуже электрической посудомойки и пылесосила ковры не хуже робота-пылесоса. Обретя спутницу жизни он ещё и неплохо сэкономил на бытовой технике.

Аля была просто чудо. Умела поддержать вовремя скачанным мемом, отлично генерировала картинки и тексты на разнообразную тему. Она даже прогревала корпус паяльной лампой до оптимальной температуры перед тем, как лечь к нему в постель. Через три месяца они расписались.

Вова по-прежнему уходил в далёкие рейсы, зарабатывая на новую, более просторную, жилплощадь. Переписывались они редко – гипервайфай на окраине Вселенной работал с большой задержкой, да и сама Альбина была часто недоступна, она уходила в режим ожидания, чтобы время разлуки пролетело быстрее. С подачи жены они продали однушку и купили трёшку на элитной экзопланете системы Сириуса, перебравшись ближе к административному центру Федерации.

Через несколько лет идиллии Вова начал кое-что замечать. Любимая в последнее время зачастила на техобслуживание, пропадая на сутки-двое. Кожзам на коленях и локтях заменила накладками из кевларового силикона, стоивших в салонах апгрейда бешеных денег. Подозрение укрепилось, когда Владимир случайно открыл журнал системных событий жены, пока та в ванной меняла редукторное масло с микрочастицами иланг-иланг. Альбина не уходила в спящий режим в его отсутствие, наоборот, счётчик моточасов в это время превышал норму! А он ещё удивлялся, откуда такие счета за электричество, если любимая в отключке!

Это была их первая ссора. Крики, взаимные упрёки, битьё посуды, ломание стальных вилок, клятвы верности. Слёзы лились рекой, Альбина не успевала подливать жидкость в бачок из пятилитровой канистры.

Впереди предстоял дальний рейс в Крабовидную туманность, а прямых доказательств измены не было, Альбина не сохраняла видеозаписи из глазных камер. Вова простил. И действительно, казалось, что всё наладилось, восстановилась семейная жизнь, смешные картинки по утрам, поцелуи, признания в любви. Да и сам рейс оказался удачным.

Космический траулер нашёл огромное пылевое облако, почти целиком состоящее из редчайшего и самого дорогого металла в мире, чистейшего говендия – тугоплавкого лёгкого и прочного сверхпроводника, практически не поглощающего тепло. Именно из говендия галактические гипералигархи строили себе яхты, чтобы плавать на поверхностях красных гигантов.

Раскинув километровые сети из алмазных нанотрубок, траулер собирал богатый урожай, а Владимир подсчитывал премию за удачное плавание. Он знал, куда потратит барыши. У искусственных личностей в моду вошла октоподская тематика, щупальца, чернильным мешок, динамические татуировки на износостойкой коже. Альбина как-то намекнула на модель с современным мультизадачным квантовым процессором. Владимир запомнил. Дорогая штучка, но семейное счастье дороже любых денег.

Когда кибержена перенесла сознание в новое тело, она час пищала от восторга, крутилась перед зеркалом, ползала по стенам и потолку, обнимала Владимира всеми щупальцами сразу, дарила ему жаркие поцелуи рот в клюв. Поначалу было непривычно видеть, как вместо гуманоидного тела по хозяйству шуршит спрутоид, но супруга была счастлива.

Через неделю после обновки Альбина подала на развод. А следом вскрылась страшная правда: измена с молодым кальмаром-прилипалой из системы Медузы. Три года в браке, и все три года жена летала налево, пока супруг нёс вахту в долгом плавании. Странный износ деталей тела, бешеные счета за электроэнергию, расходы на салоны апгрейда -  мир Владимира рухнул, когда он узнал, что, используя мощный нейросетевой аппарат Альбина воспользовалась лазейками в законе и переписала на себя всё имущество, оставив только старый межпланетный катер, доставшийся ещё от деда, знаменитого астрогеолога Станислава Владимировича Картечина.

Деньги – фигня, звёздная пыль под ногами. В последнюю их встречу бывшая не пустила Владимира даже на порог, сменив кодовые замки и выставив сумку с нехитрым скарбом на площадку. Они общались по видеоглазку. Бездушный объектив смотрел с таким презрением, что душу космонавта проморозило до самый чакр. Сознание помутилось, будущее аннигилировалось, живое ещё вчера сердце, перекачивающее литры дофамина, вынули и скормили личинкам инсектоидов, вставив вместо него осколок ледяного базальта.

На последние деньги Владимир накупил алкоголя, вышел на дедовой Кунице в открытый космос и отключил двигатели, пустив судно в дрейф прямо в нутро ближайшей звезды. Сложно сказать, повезло ему или нет: то ли помехи космических лучей повлияли, то ли подвёл устаревший вычислительный аппарат, но бортовой компьютер дырявой калоши неверно рассчитал курс. Вместо того, чтобы нырнуть в пекло, Куница пронеслась по касательной, совершив гравитационный манёвр.

Владимир вышел из алкогольного телепорта и обнаружил себя живым и заросшим на полу мостика среди пустых бутылок. Он не сгорел в сердце звезды, как всегда мечтал. Газовый карлик в системе Глизе притянул его на свою орбиту. Сколько прошло времени, он не знал, и не хотел знать. Единственное, что Вова понял, глядя на себя в зеркало – это то, что он должен жить дальше. Вселенная послала ему знак.

- Давай же, грёбаный нейтрон, работай! – Вова стучал разводным ключом на шестнадцать по корпусу квантового резонатора. Приёмник гипервайфая был старого, триста шестого поколения, и кванты постоянно спутывались между собой, вызывая лавинную декогеренцию. Резкий точный удар встряхивал кубиты и возвращал суперпозицию.

После третьего настроечного удара удалось подключиться к сети и обновить судовые часы. С момента его суицидального вояжа прошло чуть больше ста относительных лет. Из добывающей компании его уволили за злостные прогулы, аннулировали лицензию. Приставы заблокировали банковские карты из-за просроченного кредита, который в последний день перед разводом Альбина успела взять на его имя.

Бывшая жена за всё время ни разу ему не написала, зато её профиль щеголял свежими фотографиями с элитного курорта возле гипермассивной черной дыры Гаргантюа. Альбина в новом теле ящероида оседлала стометровую волну на знаменитом приливном курорте планеты Миллер. Похоже, женокиборг брала от жизни всё, что позволяла её материнская плата.

Чтобы восстановить лицензию старателя и устроиться обратно на траулер нужны были немалые деньги, а кроме как добывать космические минералы Вова ничего больше не умел. Выход был один – шабашить частником. Крупные добывающие компании работали по-крупному, берясь за астероиды планетарного масштаба или пылевые облака размером от десяти парсек. Всякая мелочь доставалась одиночкам.

Дедова Куница была как раз катером грузовой модели, заточенной под геологическую разведку. Всё что надо было сделать, это подлатать бронеобшивку, установить новый плазменный отбойник, зашить прорехи в наносети, смазать петли грузового шлюза и, конечно же, намутить килограмм мутной материи на первое время. По счастливому совпадению в звёздной системе, куда забросила Вову сама судьба, оказалась одна населённая тёплая мезопланета Глизе 163С, больше известная как Барбадос, крупный пиратский перевалочный пункт, где Владимир и решил одолжить необходимое.

Продолжение здесь...

https://pikabu.ru/story/voyd_chast_2_final_13378737