Серия «Рим»

Tabula honestae missionis (или еще Honesta missio) — это современное название римских документов, подтверждающих увольнение ветерана из армии и предоставление римского гражданства ветерану вспомогательных частей императором. Он существовал как награда за верную службу.

Солдат получал его в виде двух бронзовых пластин, заверенных копией оригинального конституциониса (имперского эдикта). Первые дипломы вручались солдатам, поступившим на военную службу и хорошо служившим Риму. Это способствовало романизации завоеванных территорий и побудило больше людей вступать в армию. Первые дипломы были вручены во времена принципата. В 212 году н.э. Эдикт Каракаллы (иначе назывался Constitutio Antoniniana) предоставил гражданство свободным жителям империи. Таким образом, выдача новых документов большинству ветеранов стала ненужной и потеряла свою ценность.

Вплоть до конца III века н.э. дипломы выдавались ветеранам флота, преторианской гвардии и городской когорты. В IV веке Рим издал аналогичные документы, предоставляющие ветеранам права, но не связанные с гражданскими правами. До наших дней сохранилось по меньшей мере тысяча дипломов, но большинство во фрагментарном состоянии.

Баллиста квадриротис — оружие Древнего Рима. Информация об этом оружии содержится в анонимном труде «De rebus bellicis» IV-V веков н.э. В нём описывается баллиста на четырёхколёсной повозке, запряжённой лошадьми, что позволяло ей передвигаться по полю боя.

«De rebus bellicis» IV-V веков н.э. представляет различные военные новшества того периода; однако нам неизвестно, использовалось ли описанное оружие на самом деле или же оно предназначалось лишь для того, чтобы побудить римские власти инвестировать в армию.

Пращники были важной частью древних военных сил, ценимые за их дальность, мобильность и экономическую эффективность. Праща является одним из древнейших метательных орудий, датируемых по крайней мере неолитическим периодом (ок. 10 000 г. до н. э.).

Пращники ценились за свое дальнобойное оружие, поскольку умелый пращник мог метать камни или свинцовые пули (glandes) на расстояние до 400 метров, превосходя многих лучников.

Пули пращи могли развивать скорость более 100 км/ч, что делало их смертельными даже для войск с броней, а боеприпасы доступны — хотя их часто изготавливали из формованного свинца или обожженной глины, но при необходимости можно было просто найти камни вдоль ручьев.

Начиная с Нового царства и даже раньше, египетские пращники использовали не только отшлифованные рекой Нилом камни, но и глиняные шарики, обожженные для большей ударной силы. Такие шарики были найдены в Амарне и других местах. Ученые также предполагают, что египтяне с их знаниями о металлургии могли производить бронзовые или медные шарики. Пращники использовались в сражениях против гиксосов, хеттов и народов моря.

Ассирийцы, вавилоняне и шумеры также производили формованные глиняные снаряды для пращи, часто с клинописными надписями «Изгоняющий зло» или именами царей. Ассирийские рельефы битвы при Лахише показывают пращников, участвующих в осаде города.

Хотя в классический и эллинистический периоды бедные греческие войска использовали камень или глину, в V–IV вв. до н. э. более элитные войска перешли на свинцовые пули, на которых часто были изображены городские символы, например, афинская сова.

Пращники доримской Иберии и Кельтики также использовали обожженные глиняные пули, но перешли на свинцовые пули после конфликтов с римлянами, карфагенянами и финикийскими наемниками.

Греки и римляне также ввели пули для пращи с отверстиями, чтобы производить ужасающий визг в полете. Также стали популярны «проклятые» пули, на которых были написаны оскорбления вроде «Лови!» и «За спину Помпея!», датируемые периодом гражданской войны Цезаря.

Тактически пращники меньше, чем лучники, зависели от погоды, что делало их более надежными во влажном климате — одна из причин, по которой балеарские и кельтские пращники оставались доминирующими в таких местах, как Британия и Галлия.

Мокрые тетивы (особенно из сухожилий или пеньки) теряли натяжение, что уменьшало дальность стрельбы. Композитные луки (например, ассирийские) могли расслаиваться при длительном дожде. Оперенные стрелы также могли намокнуть, что нарушало стабильность полета.

Напротив, кожаные или плетеные волокнистые шнуры пращи впитывали влагу, но оставались функциональными. Мокрую пращу немного сложнее плавно отпускать, но опытные пращники адаптировали свою технику. Снаряды для пращи были лучше работали во влажном состоянии, поскольку их плотность и аэродинамика не менялись.

Хотя лучникам нужно было держать запасные тетивы сухими (часто под шлемами или плащами), пращники могли носить несколько пращей или быстро сушить свои шнуры. В некоторых древних текстах говорится, что пращники обматывали веревки вокруг запястий, когда не использовали оружие, чтобы свести к минимуму его воздействие.

Хотя Карфаген и Рим нанимали балеарских пращников (с Балеарских островов), известных своей невероятной точностью и силой, эллинистические армии использовали пращников с Родоса, которые также пользовались большим уважением. В своем «Анабасисе» Ксенофонт описывает, как родосские пращники превосходили персидских лучников в дождливых горных сражениях.

Одной из примечательных римских битв, где пращники сыграли решающую роль, была битва на реке Сукрон (75 г. до н. э.) во время восстания Сертория в Испании.

Квинт Серторий, недовольный римский полководец, выставил большой контингент балеарских пращников, чтобы неустанно преследовать войска Помпея Великого. Они понесли тяжелые потери, а постоянные заграждения нарушили его построение. В критический момент пращники Сертория нацелились на самого Помпея, ранив его в руку и вынудив отступить, что деморализовало его войска.

Силы сената во главе с Метеллом Пием прибыли вовремя, чтобы предотвратить полное разгром, но эффективность пращников оценили по достоинству. Позже Помпей набрал собственных вспомогательных пращников, чтобы противостоять тактике Сертория. Спустя годы в битве при Фарсале (48 г. до н. э.) Помпей использовал против Цезаря пращников и лучников.

Пращники оставались эффективными в период Римской империи, но постепенно были вытеснены более продвинутыми стрелками (например, с составными луками, арбалетами). Рост значения тяжелой кавалерии и улучшение доспехов со временем снизили их влияние на поле боя, хотя пращники сохранялись в некоторых регионах вплоть до средневековья.

Царица Теута (Тевта) Иллирийская (231–228 до н.э.) собрала огромный флот, который наводил ужас на Адриатическое море и бросал вызов могуществу Рима. Она была женой царя ардиев Агрона, на восточном побережье Адриатического моря. После смерти мужа в 231 году до н.э. она приняла власть в качестве регента при сыне Агрона Пиннесе.

В Иллирии существовала давняя традиция воинственных женщин. Ярким примером является Аудата, жена Филиппа Македонского и мать сводной сестры Александра Великого - Кинаны. Аудата обучала свою дочь военному искусству в соответствии с иллирийскими обычаями. Кинана впоследствии сразилась и убила иллирийскую царицу Каерию. Таким образом, Теута не была исключением.

Одним из первых решений Теуты было создание огромного флота и армии. Она разрешила своим подданным атаковать любые встреченные ими корабли, и иллирийский флот вскоре начал совершать набеги и грабежи по всей Адриатике. Теута предприняла несколько военных кампаний против соседних держав, в частности Эпира. Догбыча была столь впечатляющей, что царица решила продолжить набеги и открыто бросила вызов Риму.

Вызов Риму

Основными источниками истории Теуты являются труды Полибия, дополненные Аппианом и Кассием Дионом. Изложение Полибия изображает Теуту как воплощение варварства, представляя её импульсивной и недальновидной. Его целью, вероятно, было представить римское возмездие Иллирии как законное и противопоставить римскую честь варварской подлости.

Согласно Полибию, пираты Теуты выходили в Средиземное море и нападали на корабли из Италии. В ответ римляне в 230 году до н.э. отправили к Теуте послов. В то время она подавила внутреннее восстание и осаждала город Иссу своим флотом. Сообщается, что Теута ответила, что это противоречит иллирийскому обычаю, согласно которому цари не должны препятствовать своим подданным добывать добычу на море. Один из послов выразил свое возмущение и дерзко выступил против неё, так что та приказала захватить посольский корабль, когда тот возвращался в Рим, а дерзкий посол был убит.

Возмущенные действиями Теуты, римляне объявили ей войну в 229 году до н.э. Вскоре их численное превосходство и выучка взяли верх. Теута и её последователи отступили в крепость Ризон на территории современной Черногории. В конце концов, у неё не осталось выбора, кроме как капитулировать. Она согласилась платить дань, отказалась почти от всей Иллирии и приняла строгие ограничения флота.

Судьба Теуты после отречения от престола остается неизвестной. Однако ее сокровища не были потеряны. В период 2010-2012 годов археологи обнаружили в Ризоне большие клады монет, относящихся к периоду ее правления, а также ювелирные изделия и предметы роскоши. Сегодня Теута почитается в Албании как национальную героиню. В ее честь установлены памятники, а ее изображение встречается на монетах.

Несмотря на преимущественно мужское общество Римской империи, женщины в Помпеях, похоже, смогли добиться удивительной экономической независимости в городе. Среди этих влиятельных женщин Помпей никто не проявил большей деловой хватки, чем Юлия Феликс, владевшая виллой рядом с городским амфитеатром.

До того, как Везувий разрушил Помпеи в 79 году н. э., это был процветающий город с населением около 12 000 человек. Помпеи были связаны с римской морской торговой сетью и принимали активное участие в судоходстве. В городе было всё, что могло понадобиться или пожелать эти гости (или местные жители): амфитеатр, общественный парк, а также форум. Здесь даже были дома для проведения мистерий и, конечно же, публичные дома.

Археологи и историки предполагают, что Юлия Феликс начала превращать своё обширное поместье в бизнес около 62 года, когда землетрясение побудило её начать реконструкцию. Она проявила себя как предприимчивая женщина, и к тому времени, как Везувий поглотил Помпеи в 79 году, комплекс вилл Юлии Феликс превратился в нечто вроде роскошного курортного отеля.

Её целевой клиентурой была богатые всадники и патриции. Юлия Феликс рекламировала свою виллу как клуб, куда приглашались только благородные люди. Она также сдавала некоторые комнаты в аренду респектабельным людям, посещавшим Помпеи. У неё также был прекрасный сад и бассейн, и, для дополнительной эстетики, большая часть виллы была украшена колоннами, статуями и фресками.

Для тех, кто хотел большего, комплекс также был оснащён магазинами. Обслуживая низшие классы, её вилла также имела таберну и термополий, где подавали еду и напитки. Благодаря процветанию Помпей как экономического портового города и её способности предоставлять услуги как элите, так и простым людям, она могла рассчитывать на хороший доход, особенно учитывая её близкое расположение к городскому амфитеатру.

Во времена географа Страбона (ок. 64 г. до н. э. – 23 г. н. э.) жители Балеарских островов вели ожесточённую войну не на жизнь, а на смерть с могущественным врагом. Захватчики нападали на продовольственные ресурсы островов, уничтожая урожай, повреждая деревья и сея голод.

Несмотря на то, что жители Балеарских островов славились своим мастерством пращников, островитяне не смогли отогнать грабителей. По словам Страбона, жители Балеарских островов были настолько отчаянны, что, желая переломить ход войны, отправили своих послов в Рим с просьбой к императору Октавиану Августу о военной помощи.

Разговор мог быть неловким, поскольку врагами, доставляющими островитянам столько хлопот, были не пираты и не враждебные соседи — проклятием Балеарских островов были многочисленные стаи голодных кроликов.

Точный ответ Августа на мольбу островитян расплывчат в имеющихся источниках, но он, очевидно, решил помочь Балеарским островам с их проблемой кроликов.

Ключом победы в войне с кроликами, по словам Страбона и Плиния Старшего, была отправка хорьков на Балеарские острова. Этих «диких кошек из Африки», как Страбон странно назвал хорьков (География, I.2.6), выпускали в кроличьи норы, заставляя животных подниматься на поверхность и попадать в руки ожидающих охотников.

По словам Страбона, усилия Августа увенчались успехом, и популяция кроликов в конечном итоге была снижена до безопасного уровня. К тому времени, как Плиний Старший завершил свою «Естественную историю» в 77 году, судьба кроликов на островах полностью изменилась, поскольку животные к тому времени стали кулинарным деликатесом.

«Тщательно подготовьте рыбу. В ступке измельчите семена кориандра и соль, тщательно перемешайте. Обваляйте рыбу в этой смеси, накройте и запеките. Когда рыба будет готова, сбрызните её крепким уксусом и подавайте». — Апиций.

Ингредиенты:
1 свежая макрель (пойдет некопченое филе скумбрии, это тоже макрелевые), 50 г семян кориандра, 1 ст. л. соли, белый винный уксус.

Нужно филе. Затем измельчите семена кориандра и соль. Обсушите рыбу и обваляйте её в этой смеси, как будто панируете в панировочных сухарях. Выложите филе на смазанный маслом противень и поставьте в духовку, разогретую до 180 градусов Цельсия, на 15–20 минут. После того, как вы достанете филе из духовки, полейте его небольшим количеством белого винного уксуса, чтобы смочить. После этого можно наслаждаться.