Серия «ЖЗЛ (Жизнь Замечательных людей)»

«Этот фильм поднял кинематограф на недосягаемую высоту», – сказал дважды Герой Советского Союза Алексей Леонов о работе Владимира Мотыля «Белое солнце пустыни». И это действительно так: картина стала талисманом сначала советских, а потом и российских космонавтов.

С 1973 года все экипажи смотрят ее перед стартом. Традиция живет по сей день, и ее переняли даже в США.

Когда 1 августа 2025 года к Международной космической станции с мыса Канаверал отправился российско-американо-японский экипаж, его участники накануне вылета вместе смотрели легендарный фильм о приключениях красноармейца Сухова.

Белое солнце пустыни - трейлер (1969/1970)

Я мзду не беру, мне за державу обидно... Павел Верещагин.

Помимо «Белого солнца пустыни», Владимир Мотыль снял еще две картины, которые уже несколько поколений зрителей знают наизусть: «Женя, Женечка и “катюша”» и «Звезда пленительного счастья».

Булат Окуджава "Капли датского короля". Песня из фильма "Женя, Женечка и катюша", композитор И.Шварц

Примечательно, что все они рождались в муках – но не столько в творческих, сколько в бюрократических. «Звезду» пытались зарубить еще на этапе идеи. «Женечку» не хотели выпускать на экраны, а потом едва не сняли с проката.

Ну, а исходный сценарий «Белого солнца» выглядел настолько плоско и беспомощно, что за него никто не хотел браться. Но все эти три всенародно любимых фильма все-таки сложились и дошли до зрителей благодаря упорству Владимира Мотыля – и его безграничной любви к кинематографу.

Я мзду не беру, мне за державу обидно... Павел Верещагин

Маленький Володя Мотыль заболел кино еще до того, как научился читать и писать. Случилось это в Пермском крае – в небольшом городке Оса, куда сослали его мать. Отца Володи, слесаря минского завода «Коммунар» Якова Давыдовича Мотыля, обвинили в шпионской деятельности и отправили на Соловки, где он вскоре и погиб. Его жену Берту Левину спасло заступничество Антона Макаренко, с которым она работала. Поэтому срок заменили ссылкой и перевели на Урал. В родную Белоруссию ни сам Владимир Мотыль, ни его мать больше не вернулись. Это их спасло от гибели в гетто в годы нацистской оккупации: именно такая судьба постигла бабушку и дедушку режиссера.

Самым ярким событием в непростом ссыльном детстве Владимира Мотыля был приезд кинопередвижки. В Осу привозили самые популярные советские фильмы 1930-х: «Веселых ребят», «Чапаева», «Детство Горького», а также немые картины с Чарли Чаплином. «Эти фильмы настолько зачаровывали, настолько западали в душу, что уже в школьные годы я не думал ни о какой другой профессии – только о работе в кино», – делился в 2006 году в телепрограмме «Рожденные в СССР» Владимир Мотыль.

Неудивительно, что по окончании школы Мотыль решил поступать во ВГИК. В 17 лет он приехал в Москву и успешно прошел первые туры экзаменов в мастерскую Игоря Савченко – учителя Марлена Хуциева, Александра Алова, Владимира Наумова. Казалось, еще полшага – и вот она, мечта. Перед последним экзаменом в Москву с Урала приехала девушка, в которую Мотыль был по уши влюблен. Все время он посвящал ей и не уследил, что время и место последнего, решающего тура перенесли. И когда Мотыль пришел на экзамен, оказалось, что он уже состоялся.

За неимением лучшего Мотыль вернулся на Урал и поступил в Свердловское театральное училище. Он решил выучиться на театрального режиссера, а потом как-нибудь перейти в кино. Но это «как-нибудь» затянулось на десять лет. Мотыля с его дипломом брали только в театр и только за пределами Москвы и Ленинграда. Сначала его распределили в Нижний Тагил, потом он поработал в Свердловском драмтеатре. Далее последовал шаг вверх по карьерной лестнице – пост главного режиссера Свердловского ТЮЗа. Это выглядело огромным успехом, ведь Мотылю было всего 27 лет. В то же время и он сам, и окружающие понимали, что режиссер уперся в невидимый потолок и вряд ли поднимется выше.

Тогда Мотыль решил пойти ва-банк. Он бросил все – и попробовал начать все сначала. Он снова поехал в Москву с мыслью поступить в мастерскую Михаила Ромма. Но теперь Мотыль был уже не 17-летним выпускником школы, а сложившимся 30-летним режиссером с большим опытом. Таких педагоги брали неохотно: слишком много установок в голове у студента и слишком тяжело их менять. Тем не менее Ромм согласился встретиться с Мотылем, а когда его выслушал, посоветовал не тратить время на учебу. «Ромм дал мне путевку в жизнь, – вспоминал Мотыль. – Он сказал, что я уже и так все умею и что нужно просто браться за любую возможность, за первый сценарий, который подвернется, пусть даже самый плохой, и начинать работать».

Мотыль решил последовать совету Ромма, но пока вернулся в Свердловск и в том же 1957-м поступил на заочное отделение истфака Свердловского госуниверситета. Чтобы пробиваться дальше, ему требовалось хотя бы просто высшее образование, раз уж не было высшего режиссерского. А попутно он ждал ту самую возможность. Но подвернулась она только через несколько лет. Ею стал сценарий фильма «Ленин на Памире». Написал его Мирсаид Миршакар – признанный таджикский поэт и одновременно Председатель Верховного Совета Таджикистана.

Сценарий, по воспоминаниям Мотыля, был ужасен: море пафоса, картонные персонажи, беспомощный сюжет. От работы над этой картиной отказались все, кто мог: неудача в силу высокого поста сценариста означала бы конец карьеры, а сделать фильм удачным на таком материале не представлялось возможным.

Но Мотыль решил рискнуть и пошел на хитрость: «Я рассыпался в комплиментах Миршакару, сказал, что он прекрасный поэт, и попросил разрешения сделать свой вариант сценария – немного доработать тут, добавить там. Он дал добро, после чего я пригласил детскую писательницу Инну Филимонову и попросил ее полностью переписать диалоги детей. Сюжет я придумал сам, причем он был полной противоположностью исходной версии Миршакара».

Картину приняли очень тепло и даже номинировали на Ленинскую премию. Правда, награду Мотыль в итоге не получил, зато ему присудили высшую государственную премию Таджикистана. На молодого режиссера обратили внимание. Нужно было срочно брать новый проект, пока не сошла волна предыдущего успеха. Как раз тогда Мотыль прочитал повесть Булата Окуджавы «Будь здоров, школяр». Так у него появилась идея снять фильм о войне – но не типичное масштабное полотно, а историю вчерашнего школьника, который оказался на фронте. Мотыль сам написал сценарий, показал его Окуджаве и предложил соавторство.

От этого сотрудничества Мотыля отговаривали все подряд, включая самого Окуджаву. Тот уже считался персоной нон-грата, и фильм с его именем было бы сложно выпустить не то что на экраны, но даже в производство. Так оно в итоге и вышло. Сначала режиссеру отказали на «Мосфильме». Картину взял «Ленфильм», но по распоряжению сверху съемки были приостановлены. Но Мотыль во время работы над «Детьми Памира» уже научился некоторым приемам общения с советскими чиновниками. Он пригрозил написать жалобу в ЦК КПСС, и производство снова запустили.

Сложности на этом не закончились. Когда картина была готова, ее выпустили в прокат с очень большим скрипом. Работу показывали исключительно на заштатных экранах: в третьеразрядных провинциальных кинотеатрах и сельских клубах. Дальше – больше: фильм признали вредным и решили вообще снять с проката. «Мне заявили, что с кино я могу попрощаться, потому что я оскорбил великую войну и великую трагедию какими-то там шуточками и смешочками», – рассказывал режиссер.

Мотыль снова рискнул: он написал письмо лично Алексею Косыгину. В то время он возглавлял Совет Министров СССР и пытался проводить экономические реформы, внедряя хозрасчет. На это и был расчет Мотыля. Он писал, что картина приносит прибыль, за билетами стоят очереди – это действительно было так, а ее показывают на задворках, упуская выгоду для советской экономики.

Расчет оказался верным. Правда, Косыгину картина не понравилась и показалась чепухой. Однако он рассудил, что фильм пользуется успехом и приносит деньги, а значит, пусть себе идет.

В отличие от председателя Совмина, картину высоко оценил Павел Чухрай. Посмотрев фильм, он пригласил Мотыля в свою экспериментальную творческую киностудию. Ее существование стало возможным в том числе благодаря упомянутому Косыгину.

Студия работала на принципах самоокупаемости и хозрасчета, что давало определенную степень свободы. Почти все ее фильмы стали хитами, в их числе «Иван Васильевич меняет профессию», «Афоня», «Табор уходит в небо» и многие другие.

Чухрай предложил Мотылю снять фильм под рабочим названием «Басмачи». Сценарий писался для Андрея Кончаловского, но тот прочитал его и забраковал. Точно так же поступили еще несколько режиссеров, включая Андрея Тарковского. Мотыль был с ними солидарен и тоже хотел сказать нет: «Там была очень скучная и прямолинейная история про солдата и гарем. Вот басмач бросил свой гарем, вот красноармеец его через пустыню вел и довел. Конец. Абсолютно плоский сюжет».

Тем не менее Мотыль вспомнил совет Ромма браться за любые предложения и все-таки согласился, но с условием, что ему позволят переработать сценарий. Чухрай не возражал, авторы сценария тоже. Режиссер сохранил основную канву, но добавил новые грани. Он ввел роль таможенника Верещагина и легендарную трагическую сцену с его участием.

Полная сцена драки на баркасе . Из фильма "Белое солнце пустыни" 1969 г.

Он придумал Катерину Матвеевну и письма к ней. Изменилось и название: перебрали несколько вариантов, пока не остановились на «Белом солнце пустыни». Мотыль поменял даже образ самого Сухова. «Мне нужно, чтобы это был не просто солдат, который делает добрые дела. Мне нужно, чтобы он шел навстречу своей любви. И вот он к ней идет, но поскольку в его помощи нуждаются очень многие, то, скорее всего, так никогда и не дойдет».

Путь самого фильма к зрителю был ничуть не проще пути Сухова к своей любви. Во время съемок обнаружился перерасход средств, при том что картина была готова только на две трети. Мотыля обвинили в растрате и чуть было не заменили другим режиссером. Студия уже собиралась закрыть проект, но воспрепятствовало Министерство финансов. Было уже потрачено 300 000 рублей. Чиновники решили, что разумнее выписать дополнительные деньги и закончить фильм, чем списывать такую огромную сумму.

Когда картина была готова, ее забраковал директор «Мосфильма», назвав сырой и некачественной. Все шло к тому, что фильм положат на полку. Спас его лично Брежнев. По традиции тех лет высшее партийное руководство отсматривало все кинематографические новинки – наши и зарубежные – на закрытых показах у себя на даче. К 7 ноября 1969 года Брежневу должны были прислать новые американские вестерны, которые генсек обожал. Однако фильмы не успели вовремя доставить из Америки. И тогда в Госкино вспомнили про «Белое солнце пустыни» и представили его Брежневу как «наш ответ Западу».

-Так в чём же дело, пошли? -Пошли? -Пойдём…Из фильма "Белое солнце пустыни" 1969 г

Генсек пришел в восторг. Сразу после просмотра он лично позвонил Алексею Романову, председателю Госкино, и поблагодарил за отличную работу. Брежнев поинтересовался, почему такой прекрасный фильм до сих пор не в прокате, ведь его должны увидеть советские люди по всей стране. В него внесли пару-тройку цензурных правок – например, смягчили беспробудное пьянство Верещагина и убрали сцену с оголенными ногами Катерины Матвеевны. Но все это были сущие мелочи, и Мотыль не стал возражать.

Из фильма "Белое солнце пустыни" 1969 г

Поскольку приемная комиссия изначально фильм зарубила, ему присвоили вторую, а не первую прокатную категорию. От категории зависел тираж фильма, а также количество и качество экранов, на которых он шел. Но несмотря на вторую категорию, в 1970 году «Белое солнце пустыни» заняло второе место по прокатным показателям: его посмотрели 50 миллионов зрителей.

Этот успех наконец-то позволил Мотылю взяться за съемки картины, идею которой он придумал сам и вынашивал уже давно. Это была история о декабристах, а точнее – декабриста Ивана Анненкова и француженки Полины Гёбль. На идею Мотыля натолкнула история его родителей. «Когда отца отправляли на Соловки, он бежал на вокзал, чтобы последний раз проститься с мамой, – вспоминал режиссер. – А мама в это время рыдала в поезде, отправляясь на Урал. Этот рассказ матери и навеял ту самую сцену, где Полина Гёбль бежит по грязи за повозкой, в которой Анненкова увозят на каторгу». Сценарий написал сам Мотыль, развив эту идею и добавив к ней еще несколько сюжетных линий.

И вновь Мотылю пришлось преодолевать многочисленные препоны. Разрешение на съемки удалось получить благодаря связям журналиста Олега Осетинского, который стал соавтором сценария. После этого режиссеру вдвое урезали бюджет в надежде, что он сам после этого откажется от затеи. Мотыль не отказался и снимал как мог – позднее ему все-таки выделили дополнительные средства из фондов «Ленфильма». Страдания окупились сторицей: только в первый год фильм посмотрели 40 миллионов зрителей, а никому не известный молодой актер Игорь Костолевский после премьеры в одночасье стал звездой.

Последующие работы Мотыля, хоть и не уступали по творческой силе трем его главным хитам, такого прокатного успеха уже не имели. Особенно тяжело ему стало работать в период перестройки и в постсоветскую эпоху. Он ловко научился обходить советские бюрократические препоны, но в новой реальности, где ценность фильма выражалась в первую очередь в деньгах, освоиться не сумел. Свою последнюю картину, «Багровый цвет снегопада», он так и не увидел. Мотыль закончил фильм в 2009 году, но еще три года работа пролежала на полке, прежде чем ее показали по телевидению.

Режиссер не дожил до этого дня – он скончался 21 февраля 2010 года в возрасте 82 лет.

Фильмография

• 1963 — «Дети Памира»

• 1967 — «Женя, Женечка и “катюша”»

• 1969 — «Белое солнце пустыни»

• 1975 — «Звезда пленительного счастья»

• 1980 — «Лес»

• 1984 — «Невероятное пари, или Истинное происшествие, благополучно завершившееся сто лет назад»

• 1987 — «Жил-был Шишлов»

• 1991 — «Расстанемся, пока хорошие»

• 1996 — «Несут меня кони...»

• 2010 — «Багровый цвет снегопада»

Автор: Елена Горовиц

ИСТОЧНИК

Редкий выпуск программы «Голубой огонек» – начиная с первых ее эфиров – обходился без песен Марка Фрадкина. Передача впервые вышла на экраны в 1962 году, и уже в 1963-м в ней зазвучал всесоюзный хит «Течет река Волга». Сначала его спел Марк Бернес , потом – Людмила Зыкина. Благодаря этой песне, ставшей визитной карточкой певицы, Зыкину в зарубежных СМИ называли не иначе как мисс Волга. Позже в «Огоньке» зазвучали другие песни Фрадкина: «А годы летят», «Комсомольцы-добровольцы», «Случайный вальс» – и наконец, самый зимний его хит «Увезу тебя я в тундру».

Владимир Трошин - А годы летят

"Случайный Вальс" Дмитрий Хворостовский (4.2003)

В послужном списке Марка Фрадкина сотни песен. Далеко не все они сохранились – как признавался композитор, многие не помнил даже он сам. Но при этом несколько десятков были и остаются всенародно любимыми. Пианист и композитор Оскар Фельцман, с которым дружил Фрадкин, однажды рассказывал, как они играли в игру – каждый называл по очереди одну свою песню.

К участию в игре допускались только стопроцентные хиты. Ход не засчитывался, если соперник считал, что названная песня не так уж и популярна. В общем, на втором десятке Фельцман признал свое поражение. После очередного хода Фрадкина он не смог назвать ничего, а у его соперника еще оставалось несколько козырей в рукаве.

Иосиф Кобзон - Комсомольцы добровольцы

Тем удивительнее, что в музыку Фрадкин пришел случайно. Хотя он и родился в семье известного витебского врача, получить музыкальное образование, как полагалось в те времена примерному еврейскому мальчику, Марк не успел.

Он появился на свет в 1914-м, когда началась Первая мировая, а спустя четыре года к Витебску подступила Гражданская война. Семья попыталась бежать в Курск, но и там шли бои. В 1920 году отца Марка расстреляли отступающие белогвардейцы. Матери с маленьким сыном чудом удалось спастись и вернуться в родной Витебск – там прошли детство и юность будущего композитора.

Евгения Мироновна, мама Марка, мечтала, чтобы сын получил хорошее образование. Она очень радовалась, когда Марк пошел в школу, но вскоре ее ждало крушение радужных надежд. Учеба мальчика не интересовала – зато он с удовольствием участвовал в уличных драках.

За ним прочно закрепилась репутация прогульщика, двоечника и хулигана. Его исключили из одной школы, потом из другой. Уже взрослым Марк Фрадкин шутил, что успел поучиться во всех школах Витебска.

И неизвестно, куда бы привела его эта дорожка, если бы он не подружился с председателем учебного совета очередной школы. Новый друг сумел убедить семиклассника Фрадкина, что необходимо взяться за ум. Всего за полгода Марк подтянул оценки и на выпускном получил безупречный аттестат.

Тогда же Фрадкин заинтересовался кино – но не съемками и не актерской игрой, а кинотехникой. Он мечтал сделать ее своей профессией и поступил в Витебский политехникум. Однако после получения диплома его распределили на швейное производство, где он и проработал пару лет.

Молодой инженер по технике безопасности был на хорошем счету, но чувствовал, что его место не здесь. А где – подсказала художественная самодеятельность. Еще в техникуме Марк был звездой студенческого театра. Поэтому, когда обязательная отработка по распределению закончилась, он поступил актером в один из минских драматических театров.

В театре Марк Фрадкин быстро понял, что ему не хватает образования. Не желая ограничиваться ролями «кушать подано», он поехал в Ленинград и поступил в театральный институт (ныне – Российский государственный институт сценических искусств).

Сценический опыт сыграл свою роль: Марка взяли сразу на второй курс. В институте Фрадкин начал писать музыку, и ему посоветовали поучиться еще и в консерватории.

Совет Марк не забыл. Получив диплом, он поступил на работу в Минский ТЮЗ, а попутно проходил класс композиции в Белорусской консерватории. Но обучение музыке длилось всего год. В 1939-м Марка призвали на срочную службу в армии, и еще до ее окончания началась Великая Отечественная война.

У Фрадкина была бронь по состоянию здоровья – даже как срочник он служил в качестве руководителя военного ансамбля при стрелковом полку. Там он познакомился с военным корреспондентом Евгением Долматовским. Так родился легендарный дуэт, написавший более полусотни известнейших советских песен.

Во время войны они оказались в одной фронтовой бригаде, выступавшей перед бойцами с концертами. Однажды Долматовский прочитал Фрадкину свое стихотворение «Танцы до утра». Композитор, выслушав стихи, тут же наиграл на аккордеоне сымпровизированный вальс. Но это была просто ассоциация, текст на ритм вальса не ложился. Однако Долматовский ухватился за мелодию и за идею и решил переписать стихотворение.

Дело было в конце 1942 года под Сталинградом, от дуэта ждали других песен – вдохновляющих на бой. Поэтому вальс удалось дописать уже после Сталинградской битвы. В начале 1943 года в поезде, следовавшем из Сталинграда в Елец, Долматовский и Фрадкин доработали песню, которая получила название «Офицерский вальс» и понравилась всем попутчикам.

Ее исполняли на многочисленных остановках перед бойцами, и очень скоро песня перегнала авторов. Когда поезд прибывал на очередную станцию, оказывалось, что песню там уже знают: ее пели солдаты из частей, обогнавших медлительный эшелон.

Первым известным исполнителем песни стал Леонид Утесов. В 1944 году вышла пластинка с записью его голоса – единственная, где композиция называется «Офицерский вальс». В том же году ее официально переименовали.

По легенде, указание поступило лично от Сталина: генсек заявил, что офицер должен не танцевать, а воевать. Сталину также не понравилась строка «И лежит у меня на погоне незнакомая ваша рука». Якобы из-за претензий к росту лирического героя: что это за советский офицер-коротышка, если девушка дотягивается до его погонов. Поэтому вместо «на погоне» стало «на ладони», а из «офицерского» вальс стал «случайным». Под этим названием его в разные годы исполняли Иосиф Кобзон, Валентина Толкунова, Людмила Гурченко и другие.

Другая совместная военная работа Фрадкина и Долматовского, «Дорога на Берлин», стала одним из неофициальных гимнов Победы. Ее текст Долматовский написал еще в 1943-м в только что освобожденном Гомеле. Фрадкин в тот момент был в Москве и получил стихи по почте. В начале 1944-го он написал к ним музыку, а исполнил песню все тот же Утесов. Правда, текст очень быстро начал устаревать: советская армия освобождала все новые области. Досочинили его уже исполнители, включив еще ряд важных городов, включая Берлин. Как говорил Долматовский, «обновление текста песни происходило в соответствии со сводками Совинформбюро».

После войны Фрадкин много писал и для эстрады, и для кино. Так, легендарная «Течет река Волга» была создана для фильма 1962 года «Течет Волга». Эту картину сегодня помнят разве что киноведы, а песня жива и любима до сих пор.

Авторы фильма хотели, чтобы песню исполнил Марк Бернес, но певцу она не понравилась, и он отказался. В конце концов ее спел Владимир Трошин. Правда, позднее Бернес изменил отношение к песне и не раз пел ее на «Голубых огоньках», а также записал на пластинку. В те же годы с ней выступала Людмила Зыкина – именно ее исполнение стало восприниматься как эталонное.

Течёт река Волга. Поёт Людмила Зыкина

История с Бернесом, отказавшимся от песни Фрадкина – исключительный случай. Обычно исполнители, наоборот, за них чуть ли не дрались. Так, за песню «Увезу тебя я в тундру» шла нешуточная конкуренция, продолжавшаяся несколько лет.

Изначально Фрадкин написал ее на слова Михаила Пляцковского в 1971 году для только что созданного ансамбля под руководством Юрия Маликова. В то время молодежные ВИА были не в фаворе, так как считались подражанием Западу. Маликову песню петь разрешили, но при условии, что ее параллельно исполнит знаменитый эстрадный дуэт Льва Полосина и Бориса Кузнецова.

Маликов согласился, тем более что выбирать не приходилось, и вскоре спел «Тундру» по телевидению. Успех был ошеломляющим – а слово «самоцветы», прозвучавшее в одном из куплетов, стало названием коллектива.

Маликов уже готовился выступить с новым хитом на «Песне года», но вмешалась Екатерина Фурцева. Наверху посчитали, что песню с северным колоритом должен петь представитель малых народов Севера. А их на советской эстраде олицетворял Кола Бельды. «Тундру» в приказном порядке отдали ему, и в 1972 году он выиграл с ней «Песню года».

Маликов не сдавался и обратился за помощью к Иосифу Кобзону. Исполнять песню «Самоцветам» разрешили – но и у Кола Бельды ее забирать не стали. Началась борьба «кто кого перепоет».

В 1974 году «Самоцветы» выиграли с «Тундрой» «Песню года». Кола Бельды в ответ завоевал победу в Сопоте. И так бы продолжалось еще долго, если бы Маликов не потерял интерес. У «Самоцветов» появилось много других хитов, а «» до сих пор ассоциируется в первую очередь с исполнением Кола Бельды.

Увезу тебя я в тундру. Кола Бельды

P.S. А мне нравится более современное исполнение группы НА-НА

НА-НА "Увезу тебя я в тундру" (c&R)

Марк Фрадкин продолжал писать до самой смерти. Правда, в последние годы уже не в таком напряженном темпе – сказались три перенесенных инфаркта и серьезные проблемы со здоровьем. В 1986 году после Чернобыльской аварии он создал песню, посвященную пожарным-ликвидаторам. На тот момент ему было 72 года.

Эта работа стала одной из его последних композиций: в 1990 году Фрадкина не стало. А его песни звучат до сих пор – в том числе на новогодних «Огоньках», как в старые добрые времена.

Автор:

ИСТОЧНИК

ONE TO ONE: JOHN & YOKO - Trailer - Out Now on downloads and streaming(ONE TO ONE: JOHN & YOKO - Трейлер - Уже доступен для скачивания и стриминга)

The Beatles, или «The Beat Bugs», как их тогда называли в Израиле, до сих пор считаются самой важной и влиятельной группой в истории музыки. Дело не во вкусе, а в непреходящем влиянии, с которым трудно поспорить. Мысль о том, что наследие четырех замечательных людей из Ливерпуля исчезнет из памяти молодого поколения, звучит почти немыслимо, но Шон Оно Леннон — младший сын Джона Леннона — считает, что такой сценарий возможен.

В интервью утреннему шоу CBS Леннон сказал, что технологические и социальные изменения могут привести к тому, что один из важнейших музыкальных каталогов в истории будет забыт. На вопрос, действительно ли он верит в это, он ответил: «Да. Сегодня я думаю, что это возможно. Тогда я так не думал».

50-летний Леннон сказал, что он взял на себя роль хранителя наследия своего отца, роль, которую его мать, 92-летняя Йоко Оно, выполняла десятилетиями. «Весь мир несет ответственность за это наследие, но я делаю все возможное, чтобы молодое поколение не забыло о The Beatles, Джоне и Йоко», — сказал он в интервью.

ONE TO ONE: JOHN & YOKO - Teaser - Tickets available now at onetoonefilm.com

«Мои родители дали мне так много, что я чувствую, что это самое меньшее, что я могу сделать, чтобы поддержать их наследие при моей жизни», — сказал Шон. «Я чувствую, что просто обязан им это сделать. Для меня это очень личный вопрос». Он описал наследие своих родителей как основанное на «мире и любви», но подчеркнул: «Это не просто лозунг мира и любви. Это подход к активизму, осуществляемый с юмором и любовью».

Он сказал: «Музыка The Beatles и наследие Джона и Йоко — это важные вещи, которые мир должен ценить и помнить. Именно так я вижу свою роль». Он добавил, что чувствует большое давление, чтобы занять место своей матери в качестве хранителя наследия своего отца.

THE BEATLES | The Best of Beatles Ballads

Перевод с иврита

ИСТОЧНИК

В мае 2025-ого года исполнилось 40 лет Excel, одному из самых мощных и влиятельных инструментов, когда-либо созданных мировой индустрией программного обеспечения. Когда появилась эта легендарная программа для работы с электронными таблицами от Microsoft (первоначально разработанная для Macintosh, конкурента Apple), она не была первой в своём роде. Её предшественник, Lotus 1-2-3, всё ещё доминировал на рынке.

То, что начиналось как простой и специализированный инструмент для бухгалтеров и специалистов по работе с клиентами, превратилось в глобальный инструмент, способствовавший революции персональных компьютеров.

От студентов до руководителей компаний, от стартапов до государственных учреждений — Excel сегодня используют около 800 миллионов человек по всему миру.

Менее известно, что решающая доля этого феноменального успеха, который за эти годы принес Microsoft миллиарды, принадлежит сотням инженеров израильского центра разработки Excel в Герцлии(Израиль) и двум людям, которые его возглавляют: Тамар Цруя Бар-Закай, 54 года, и Яиру Хельману, 56 лет.

Эти двое, одни из старейших и самых старших руководителей Microsoft (Хельман работает в компании уже 28 лет, Цруя — «всего» 16), оба живут в Израиле и сыграли ключевую роль в преобразовании Excel — особенно за последнее десятилетие — из технической, даже скучной электронной таблицы в динамичную онлайн-платформу, которая сейчас переживает революцию благодаря искусственному интеллекту.

Цруя также стала своего рода знаменитостью Microsoft. За последние два года её короткие обучающие видео на страницах Microsoft Israel в Instagram и TikTok собрали миллионы просмотров, десятки тысяч лайков и бесчисленное количество репостов.

«Ещё до того, как я присоединилась к команде, — говорит она, — я вела всё своё хозяйство в Excel — отслеживала семейные расходы, сравнивала предложения по ипотеке и выполняла более простые задачи.

Я часто ездила за границу, и когда родители приезжали присматривать за детьми, их всегда ждал распечатанный лист Excel — ежедневное расписание с расписанием, где было указано, что положить в бутерброд каждому ребёнку, когда заканчивается школа, кому и на какое занятие нужно пойти, кто водит, кто забирает. Отец всегда говорил моим сёстрам: «Учитесь у Тами — у неё всё расписано на одном листе, без лишних вопросов».

В семь лет построила дверной звонок

В мире технологий Цруя и Хелман — редкие экземпляры — и по возрасту, и по стажу. «Когда я пришёл сюда студентом, — смеётся Хелман, — я поклялся, что не буду похож на своего отца, который всю жизнь проработал в одной компании. И вот я здесь, всё ещё в Microsoft»

Хелман — вице-президент Microsoft и руководитель отдела разработки Excel Core Engineering, отвечающий за техническую основу продукта. Под его руководством команда запустила первую онлайн-версию Excel в 2010 году, сделав её доступной через любой веб-браузер без установки.

Его команда также разработала такие функции, как «Мгновенное заполнение», позволяющее пользователям вводить несколько примеров и автоматически генерировать соответствующую формулу, а также инструменты, позволяющие импортировать данные напрямую из интернета или даже с фотографии таблицы.

Хелман, отец троих детей, включая 26-летних близнецов, родился в Израиле. «Я был компьютерным вундеркиндом», — вспоминает он. «Мой отец работал в Rafael (государственной компании оборонных технологий), купил компьютер, и я каким-то образом научился программировать».

После службы в элитном подразделении Армии обороны Израиля он изучал компьютерную инженерию в Технионе (Технион — Израильский технологический институт). Он присоединился к Microsoft ещё будучи студентом и много лет проработал в сфере поиска, кибербезопасности и баз данных. В 2014 году, после четырёхлетней работы в штаб-квартире компании в Сиэтле, он присоединился к недавно созданной группе Excel в Израиле.

Если Хелман курирует разработку, то Цруя, уроженка Иерусалима и мать троих детей, руководит управлением продуктами, формируя видение, стратегию и пользовательский интерфейс Excel. Она — один из четырёх руководителей Microsoft, которые определяют глобальное направление развития Excel.

«Я всегда любила технику», — говорит она. «Мой отец годами с гордостью рассказывал всем, что дверной звонок в нашем доме сделала его дочь, когда ей было семь».

Она служила операционным клерком в ВВС Израиля, а затем изучала информатику, статистику и операционные исследования в Тель-Авивском университете. Затем она проработала девять лет в Nokia-Siemens Networks, руководя командами в Израиле, Индии, Китае и Польше.

После рождения третьей дочери она устроилась в Microsoft («Я искала перемен», — говорит она) и вскоре переехала с семьей в Сиэтл, где возглавила отдел по борьбе со спамом в Outlook.

От инструмента бухгалтерского учета до глобального явления

Изначально разработанный для узкой аудитории финансовых специалистов, которым требовался быстрый и точный способ выполнения сложных вычислений, Excel со временем стал пользоваться значительно большей популярностью. Сегодня практически каждая компания, будь то крупная или мелкая, использует его для управления и анализа данных, от отслеживания продаж до управления запасами.

Он стал программным обеспечением по умолчанию для всех, кто работает с информацией: HR-менеджеров, маркетологов, руководителей проектов и даже журналистов. Студенты используют его для планирования курсов, исследователи — для анализа данных, семьи — для составления бюджета расходов, а художники — для создания необычных произведений цифрового искусства.

Каждый год в Лас-Вегасе даже проводится чемпионат мира по Excel (FMWC) — трёхдневный марафон по формулам и решению задач. Последний финал транслировался в прямом эфире на ESPN и YouTube, собрав более 100 000 зрителей.

Когда наступил переломный момент, сделавший Excel тем, чем он является сегодня?

Хелман: «В 1994–1995 годах произошло два ключевых прорыва.

Первым стала возможность создавать фильтры — например, чтобы взять десятки тысяч строк данных и сосредоточиться только на квартальных продажах в Азии.

Вторым стало появление VBA, простого языка программирования для внутреннего использования, который позволял любому пользователю создавать автоматизированные действия, не определяемые формулами. Внезапно люди, не имеющие опыта программирования, смогли создавать собственные персонализированные решения для своих конкретных задач.

В одночасье VBA стал самым популярным языком программирования в мире. В 2007 году мы увеличили лимит Excel с 64 000 строк до миллиона, превратив его в программу, способную обрабатывать огромные объёмы данных».

Цруя: «А потом появилась возможность совместной работы над общими файлами. Представьте, что мы с вами одновременно работаем над одной таблицей: я обновляю одну ячейку, вы обновляете ту же самую, и вам нужно нажать «Отменить» на последнем изменении. Как убедиться, что вы не отмените моё?»

Хелман: «Самые кардинальные перемены произошли, когда Сатья Наделла стал генеральным директором. Раньше мы говорили: «Windows наш — мы создадим для него лучшие продукты». Он полностью изменил наше мышление. Он решил, что нам нужно сделать наши продукты доступными везде, где находятся пользователи — на Mac, Android, iPhone и даже в браузере.

Так мы создали Excel для облака, доступный из любого веб-браузера и способный выполнять те же вычисления, что и настольная версия. Это был тектонический сдвиг, потребовавший огромных инвестиций как в финансирование, так и в рабочую силу».

Цруя: «Облако избавило от всех сложностей, связанных с управлением версиями, установкой, обеспечением совместимости и обучением. Программное обеспечение всегда актуально — «по воздуху». Сегодня любой, кто открывает Excel на любом устройстве или платформе, видит то же самое. С этого момента мы смогли превратить Excel Online в платформу для инноваций. Мы опираемся на невероятное сообщество поклонников, стремящихся внести свой вклад и повлиять на продукт, что позволяет нам постоянно тестировать новые идеи».

ИИ без галлюцинаций

В последние месяцы Microsoft начала интегрировать передовые инструменты искусственного интеллекта в Excel. Новая версия, оснащённая Copilot, помощником Microsoft на базе искусственного интеллекта, может анализировать текст, предлагать более эффективные способы организации данных, «исправлять» ошибки и несоответствия, а также генерировать сложные формулы на основе инструкций на естественном языке. Программа даже может выявлять скрытые аналитические данные и автоматически создавать сводки и отчёты.

«Простите», — вмешивается интервьюер, — «но для меня Excel всегда был загадочным миром таблиц, формул и цифр, с которыми я понятия не имел, как обращаться».

Цруя: «Excel всегда использовался и дома, но в основном людьми, которые знали, что делают: как организовывать данные, какие существуют формулы, как вычислять суммы или средние значения. Помню, как я выступала на учительской конференции в Лондоне, выполняла какие-то простейшие действия в Excel и вдруг услышала дружное «вау!» в зале. Большинство просто не знали, что программа на такое способна.

«Сегодня, благодаря искусственному интеллекту и системе Copilot, вам больше не нужно быть экспертом. И мы гордимся тем, что наша команда здесь, в Израиле, отвечает за ключевые этапы этой трансформации».

Как вы достучались до пользователей, которым сложно ориентироваться в электронных таблицах?

Цруя: «В Excel уже есть встроенный чат. Допустим, у вас есть данные обо всех ваших продавцах, и вы хотите узнать, кто из трёх лучших в определённом регионе за определённые месяцы. Вы можете просто задать вопрос простым языком — и мгновенно получить ответ. Мы также объясняем, что мы сделали, шаг за шагом, простыми словами».

То есть, я могу дать Excel задание, как ChatGPT?

Цруя: «Именно. А в Excel вам даже не нужно предоставлять данные — мы собираем их для вас в фоновом режиме. А если вам не понравится результат, вы можете просто написать: „Я не имел в виду 2024 год, я имел в виду 2025 год“».

Насколько организованными должны быть исходные данные?

Цруя: «Одна из задач, над которой мы работаем здесь, в Израиле, — научить Excel понимать данные. Иногда даже не нужно объяснять ему, что именно вы хотите — как только вы один раз создали таблицу, Excel её изучит, преобразует в формулу, и завтра, на следующей неделе или в следующем году он автоматически рассчитает её точно так же».

Страдает ли ИИ Excel от тех же «галлюцинаций», что и другие инструменты ИИ?

Хелман: «Как только Excel понимает, что вам нужно, и вы это одобряете, код или формула с этого момента начинает работать со стопроцентной точностью и согласованностью. На этом этапе вычисления больше не зависят от ИИ; это формула. Поэтому нет никакого случайного элемента, вызывающего эти «галлюцинации»».

Может ли быть Excel без таблиц?

Цруя: «Да. Вы можете работать исключительно через чат или с помощью агента — просто спрашивайте, что вам нужно, на естественном языке. Но в конечном итоге, чтобы превратить ваш запрос во что-то структурированное и повторяемое, мы переводим его в данные — в формулу, таблицу или фрагмент кода, какой-либо элемент Excel. Оказывается, представление информации в табличном формате по-прежнему наиболее интуитивно понятно для пользователей.

Например, у вас есть база данных клиентов, и вы хотите отправить каждому из них персональное новогоднее поздравление. Вы вводите пример сообщения, и Excel сам определяет, что нужно сделать. Он заполняет всю таблицу, открывает окно с объяснением того, что и почему было сделано, вы утверждаете его, и формула создаётся. В следующий раз, когда вы добавите нового клиента, процесс произойдёт автоматически.

Кто вообще сейчас что-то печатает?

Откуда вы знаете, что новые функции действительно успешны?

Цруя: «Когда мы впервые запустили Excel Online, мы заметили, что большинство пользователей вообще не редактируют файлы. Со временем началось лёгкое редактирование, затем более интенсивное, и внезапно пользователи начали создавать функции, добавлять таблицы, и мы увидели скачок как в использовании, так и в количестве повторных обращений.

Это была полная трансформация. Сейчас мы наблюдаем то же самое с ИИ — как только люди понимают, что он просто работает. Я даже больше не пишу формулы сама. Я говорю чату, что мне нужно, привожу один-два примера, и всё работает».

Как вы решаете, что добавить или удалить из программы?

Цруя: «У нас есть процесс, включающий «кольца» клиентов, которые получают экспериментальные версии и оставляют отзывы. У Excel огромное сообщество поклонников — как отдельных пользователей, так и крупных компаний, — поэтому мы постоянно тестируем идеи с ними.

«Как менеджер по продукту, ты быстро учишься скромности: ты не знаешь всего. Когда мы начали разрабатывать Excel Online и мне пришлось расставлять приоритеты, я подумала: «Кто вообще сейчас что-то печатает? Нам не нужна команда печати». Потом мы обнаружили, что 20% пользователей всё ещё печатают. Поэтому, какой бы разнообразной ни была моя команда, мы не всегда можем предсказать, чего захотят сотни миллионов пользователей».

Полагаю, у вас есть способы всё это измерить.

Цруя: «Конечно. Microsoft отслеживает каждую деталь — новые входы, удержание пользователей, повторные покупки и многое другое. Со временем мы поняли, что просто знать, сколько лицензий вы продали, недостаточно. Если пользователи не получают реальной ценности, они не будут продлевать подписку. Поэтому крайне важно следить за тем, насколько активно они используют Excel в первый месяц после покупки, затем в следующие три месяца и так далее, — и измерять частоту использования каждой функции».

Вы знаете, кто ваши пользователи?

Хелман: «Абсолютно нет. Мы стремимся к высочайшему уровню конфиденциальности. Мне не разрешено знать, кто вы, ваш возраст, вашу работу или какую формулу вы написали — ничего. Но мы можем анализировать статистику.

Мы делаем всё возможное, чтобы понять потребности пользователей другими способами и соответствующим образом улучшить нашу работу. Вас, как личность, невозможно идентифицировать, но благодаря нашей внутренней аналитике мы видим, что десятки тысяч людей работают в Excel так же, как вы».

Цруя: «Другими словами, мы можем узнать, используют ли программу люди с низким уровнем владения Excel — неважно, врачи ли они, таксисты или сантехники».

Как будет выглядеть Excel через пять лет?

Цруя: «Сегодняшние темпы развития технологий не позволяют точно предсказать, где мы окажемся через пять лет. Но я могу сказать, что ИИ будет встречать пользователей прямо на рабочем месте, давая им умные рекомендации для повышения скорости и эффективности».

«Кроме того, пользователи будут общаться с Excel. С одной стороны экрана вы увидите чат, а с другой — электронную таблицу, обновляемую в режиме реального времени, — они будут находиться рядом, как в Google Translate. Благодаря нашим текущим разработкам в области искусственного интеллекта мы влияем на то, как сотни миллионов людей работают каждый день. Мы меняем мир».

Хелман: «Потребности останутся прежними, но мы сделаем решения проще и доступнее».

И понадобится ли вам еще сотрудники?

Хелман: «Нет. С тем же количеством сотрудников мы просто сможем достичь гораздо большего. Если раньше они работали с 30 клиентами, то теперь смогут работать с 300 — и вы получите более глубокое понимание своего бизнеса, направляя его на более точные рынки. Мы достигнем того, чего раньше даже не могли себе представить».

Цруя: «Не знаю, странно ли это, но в Японии люди пишут резюме в Excel. Многие также используют Excel для творчества: превращают каждую ячейку в пиксель, заливают его цветом и создают невероятные цифровые работы».

Хелман: «Когда я начинал здесь работать студентом, я поклялся, что не буду похож на своего отца, который всю жизнь проработал в одной компании. Двадцать восемь лет спустя я всё ещё работаю в Microsoft. Нас 10-15 человек с примерно одинаковым стажем работы, и все они сейчас занимают руководящие должности в Израиле».

То, о чем вы даже не думали, что сможете сделать с помощью Excel

1. Цифровое искусство: художники используют ячейки таблиц Excel в качестве пикселей для создания замысловатых произведений, преобразуя каждую ячейку в идеальный квадрат. Израильская компания Datarails даже создала первую в мире коллекцию произведений искусства NFT, полностью созданную в Excel.

2. Видеоигры: Геометрическая сетка Excel — идеальный холст для игр в ретро-стиле. Независимые разработчики использовали внутренний язык программирования VBA Excel для создания версий «Змейки», «Тетриса», «Майнкрафта» и «Монополии». Самая популярная из них: Pac-Man в Excel.

3. Проектирование робототехники: Объединяя формулы и команды VBA, Excel может моделировать движения промышленного робота и показывать, как он реагирует на различные команды.

4. Физическое моделирование: Excel может даже моделировать физические процессы, например, движение пули. Вводя такие параметры, как скорость и угол, пользователи могут рассчитать её траекторию и построить точный маршрут.

Неофициальные отношения Microsoft с Израилем необычайно тесны. Израильский центр разработки Microsoft стал первым за пределами США и остаётся одним из трёх важнейших центров компании в мире. Около 30 различных групп разработчиков разрабатывают в Израиле наиболее важные ключевые технологии Microsoft — примерно половина из них, как ни парадоксально, связаны с кибербезопасностью, конфиденциальностью и защитой данных.

Конечно, связь компании с Израилем носит прежде всего прагматический характер: талант, энтузиазм и креативность, которые здесь присутствуют, стоят целое состояние. Но любой, кто годами следил за внутренней культурой Microsoft, знает, что дело не только в этом. Компания приобретала израильские компании, сотрудничала со стартапами, помогала местным организациям интегрировать свои технологии и ежегодно жертвует миллионы на самые разные социальные нужды.

Перевод с английского

ИСТОЧНИК