Побег из темного места
День или ночь. Нежич запутался. В темном месте время шло не просто долго, оно растягивалось, тогда, когда пленник хотел этого меньше всего на свете.
После разговора с Пустыром, когда Нежич рассказал ему все, что знал о сбежавшем мальчике, прошло... Сколько прошло на самом деле охотник не знал. Может быть несколько часов, а может и пару дней.
За это время темное место посетили только крысы, которые шастали по заледенелым подвалам в поисках съестного. Еду ему уже давно не приносили, поэтому серые зверьки недовольно пищали, видимо, выражая свое негодование. Пару раз дланнику приходилось отпинывать от себя особо ретивых крысят, которые хотели полакомиться еще теплым мясом.
Благо стаей они пока что не нападали.
Пленнику, который остался один на один со своими мыслями, оставалось только ворошить воспоминания. Много раз он прокручивал в голове все события, которые привели его к оковам, и спрашивал себя. Поступил бы он где-то по-другому? Например, тогда может быть следовало оставить мальчишку в Вероместье? Или отдать его в Длань, чтобы не таскаться с ним и не привязываться? Или не стоило потом несколько лет тратить на бессмысленные поиски ветра в поле?
И с каждым таким заданным себе вопросом, дланник понимал, что нигде он не стал бы поступать иначе.
Его размышления прервал глухой отдаленный грохот. Нежич вздрогнул и поморщился из-за звона в ушах. Если звук дошел до подвала, то какой силы тогда он был снаружи? И что это вообще было?
После этого на подвал снова опустилась тишина. Дланник напряженно вслушивался в нее, но никаких новых звуков до его узилища не доносилось. Пока в один момент безмолвие не разрезал крик человека. Зазвенел металл, дланник услышал еще один крик и все стихло. А затем он услышал шаги. Много.
Нежич напрягся. К камере сейчас подходили неизвестные. И, если намерения их враждебны, то сражаться ему нечем. Молвиков нет, железа тоже. А голыми руками много не поборешься.
В томительном ожидании прошло несколько ударов сердца, бьющегося не в такт звукам шагающих. А затем из темного коридора высунулись несколько обезображенных рук, больше подходящим мертвецам, нежели живым, и схватили решетчатую дверь.
Через мгновение раздался треск ломающегося металла, и преграда, удерживающая узника в темном месте, пала. Внутрь зашло кошмарного вида существо. Кое-как соединенные между собой в форме шара человеческие кости с остатками сгнившей плоти покоились на шести таких же истлевших ногах. От клубка в разные стороны топорщились с десяток костлявых рук. В некоторых из них даже было оружие.
Тварь просеменила к Нежичу и замахнулась топором. Дланник, уже хотевший было уклониться, вдруг понял, что удар будет совсем не по нему.
Громко лязгнул метал, потом еще раз. Цепи, удерживающие пленника, оказались разрублены мощными ударами неожиданного союзника. Теперь об оковах напоминали только браслеты кандалов, оставшиеся на руках и ногах. Костяное чудовище обронило топор, и поспешило обратно.
Дланник наклонился за подаренным ему оружием и вдруг почувствовал, как рвутся нитки на его щеке. Утробник решил освободить себе рот.
— Сука, наконец-то!.. — сплевывал Чур нитки. — Я уже замучался молчать. Вот скажи мне, как можно затыкать столь расположенную к общению личность? Ироды, твари, сыны шлюх и воры! Пойдем и устроим парочку свежих кладбищ для них, пожалуйста!
— По мне, было лучше, когда ты был с зашитой пастью, — добродушно ответил Нежич, хватая топор поудобнее. Настроение резко улучшилось, хоть сил толком и не было из-за долгого голодания в последние дни. Он не знал, что за неожиданный спаситель явился к нему, но в сущности дланнику на это было наплевать.
— Интересный, кстати, немолодой... Э-э-э... Костяной человек, — заметил утробник. — Работа некроманта, не иначе.
— Угу, — согласился охотник и выглянул в коридор.
Темнота. Только вдали виднелся свет от лампы, висящей на лестнице. Туда-то он и пошел. На ступеньках лежал изуродованный труп одного из дланников. Обе руки у него были отрезаны по локоть, а лицо раскрошено чем-то вроде булавы. Видимо, он и кричал, когда на него напало костяное существо. Нежич пожал плечами, перешагнул через тело и пошел наверх.
Лестница вывела его к арке, где еще недавно была дверь, а сразу за ней начиналась улица. Дланник огляделся. Темное место находилось под небольшими хоромами, часть которых была уничтожена. Видимо звук разрушения этих изб и слышал Нежич в подвале. Откуда-то с другой стороны строений доносились крики и звуки битвы. Потянуло паленым. Видимо порождение чернокнижника решило вырезать всех обитателей этого острога. Ну и пусть. Нежич не собирался мешать подвернувшемуся союзнику.
Из-за поворота выскочил толстенький и низкорослый мужичок. По его глазкам, все пытавшимся собраться в кучу, было видно, что охотник пьян.
— Оп-п-паньки! — Спотыкаясь в одном слове крикнул мужичок. — А я тебя не з-з-знаю! А раз н-н-не знаю, то я щас башку твою откручу.
— С таким последовательным мышлением, — открыл рот Чур, — удивлен, что ты еще не при царском дворе советником работаешь, уважаемый.
— Оп-п-па, два рта, — пьяный дланник двинулся на Нежича, вытаскивая на ходу два небольших кинжала. — Вот я твой череп в оба рта и трахну. А ну!..
Противник на удивление ловко нанес несколько ударов. Нежич уклонился, но в последний момент. Еще бы немного, и парочка ранений добавились бы на его и так истерзанном теле. Сделал еще пару шагов назад, пытаясь увеличить дистанцию. Махать громоздким топором с бойцом, который так близко стоит — идея не самая лучшая. Мужичок замахнулся кинжалом, споткнулся и из-за ускорения смог все-таки дотянуться до руки Нежича. Тот вскрикнул в момент, когда клинок рассек предплечье, но оружие из рук выпускать не стал. Наоборот, воспользовался тем, что дланник потерял равновесие, сделал шаг назад и рубанул снизу вверх.
Удар получился не из самых сильных, поэтому топор рассек пьяному только нижнюю челюсть. Заорав, как волколак на случке, мужик выронил кинжалы, схватился за рот и упал на бок, продолжая вопить. Нежич быстро подобрал упавшие железки — нечего добру пропадать, биться как-то надо — засунул один кинжал за окову на левой руке.
Еще один не успел. Краем глаза он заметил движение там же, откуда только что вышел пьяный. И не глядя метнул туда второй кинжал. Вскрик, перешедший в булькающие звуки, оповестил дланника о том, что клинок прилетел куда нужно.
Нежич перевел дух, вслушиваясь в отдаляющиеся звуки боя, и пошел по улочке. Путь вывел его к небольшому двору, за которым стояли распахнутые настежь ворота. Он даже подумать не успел о том, как пересечь хорошо просматриваемое открытое место, как раздался тихий свист, и в его ногу чуть ниже колена вонзилась стрела.
Охотник зарычал, упал на одно колено и без каких-либо грациозных перекатов через плечо, на четвереньках переполз за стоящую рядом бочку с водой. Стрела надломилась, задев хвостовиком землю. Наконечник остался в ноге, но вытаскивать его было нельзя. Высок риск сильного кровотечения. Так умереть можно еще до конца боя.
И тут же дланник услышал приглушенный звук спрыгнувшего на снег с высоты человека.
— Выходи, предатель, — раздался во дворе хорошо известный ему голос. — Тебе все равно никак не удастся сбежать отсюда. И никакая зверушка чернокнижников тебе не поможет.
Нежич схватил топор одной рукой, в другую взял кинжал, чтобы метнуть его при случае. Встал во весь рост, показав голову из-за бочки, и шагнул в сторону.
Около ворот стоял черноволосый дланник с небольшим луком в руках. Он не целился в сбежавшего пленника, но держал оружие наготове, прислонив стрелу к тетиве. Наконечник пока смотрел вниз.
— Ой, да трахать твою руку, ну я же говорил, что все пойдет не так, — язвительно высказался Чур. — Слушать меня надо, бестолочь!
И он был прав. Все пошло совсем не так, как планировали Нежич и Пустыр.
Когда двое охотников обговаривали план по свержению Скура, деталей и неясных моментов было сполна. Но самое большое внимание они уделили тому времени, когда Нежич будет сидеть в темном месте. А также побегу из него. Сложнейшим было то, что никому из них нельзя было даже вспоминать об их разговоре во время нахождения в темнице. Подобные казематы всегда таили в своих стенах замурованных существ, чьи души умели не только слышать, но и редкий раз читать мысли. Все это становилось известно их хозяевам, конечно же. Поэтому оба дланника вели себя так, будто никакого сговора никогда и не было.
И Пустыр, согласно договоренностям, никак не должен был препятствовать побегу Нежича, а наоборот — должен был помочь.
— Стой, Нежич Кметых, сдавайся! — Пустыр натянул тетиву и направил наконечник стрелы на узника. — Или просто-напросто умрешь здесь.
Нежич попытался преодолеть боль в ноге. Он сосредоточил сво внимание на руках дланника, держащих лук, и сорвался с места, но не прямо, а взяв чуть правее. До Пустыра было не так уж и далеко и это одновременно и играло на руку узнику, и обращало все против него. Добежать до давнишнего друга, предавшего его, он мог быстро, а вот времени на уклонение от стрел было совсем немного.
В это же мгновение, когда Нежич только начал делать первый шаг, тетива уже пустила стрелу в полет. Дланник щекой ощутил легкий удар воздухом от пролетевшей мимо смерти и кинулся влево. Еще одна стрела также прошла буквально в одном пальце от его головы. Охотник на бегу кинул кинжал в сторону Пустыра, но тот даже не уклонился, поняв, что клинок в него не попадет.
Нежич успел уклониться еще от одной стрелы и отвел руку с топором назад, готовясь нанести удар снизу, как тому пьянчуге. Он увидел, что тетива уже отправила в его сторону очередную стрелу, понял как она полетит, резко переставил ногу, чтобы сместить себя буквально немного, но под коленом резко стрельнула сильная боль.
И после этого он почувствовал, что его кожу и мышцы над сердцем пронзила стрела.
Нежич не остановился, но от его смазанного удара топором Пустыр увернулся даже не напрягаясь. Дланник сделал еще пару шагов за спиной своего недруга, и упал на колени. Черноволосый обошел беглеца и посмотрел ему в глаза:
— Никогда ты никого не слушал, Нежич. А нужно было. Говорил же, только смерть свою найдешь.
Он пнул узника, отчего тот завалился на спину. Стрела торчала в его груди и смотрела оперением в хмурое небо. Пустыр подошел к его голове и натянул еще одну стрелу.
— Ты сам сделал свой выбор. Мы с тобой когда-то были друзьями, Нежич. Поэтому я дарю тебе последнее слово.
Лежащий охотник услышал Пустыра сквозь пелену боли, заглушавшую звуки. Чур тоже пытался докричаться до него, но его слов он совсем не смог разобрать. Как и смазанных образов, которые утробник пытался явить в его голове. Он как-то отстраненно ощутил шевеление рта на щеке. Чур пытался ему что-то втолковать, но вдруг затих. И дланник сразу же понял, что его заполняет очень и очень знакомое чувство.
Ощущение творящегося заговора. Только в десятки раз сильнее.
Стрела, направленная на него, уже была готова сорваться и отправиться в свой единственный полет, чтобы пронзить голову проигравшего битву дланника. В тот миг, когда Пустыр начал отпускать пальцы, держащие древко, Нежич внезапно захотел отпустить то, что наполняло его изнутри.
И это что-то вылилось в слова, которые он прошептал на одном выдохе:
Тотчас рука Пустыра, держащая лук, начала покрываться серо-коричневым налетом. Дланник вскрикнул, и выронил оружие, однако нечто продолжало пожирать его кожу.
— Сучонок, что ты сделал?! — взвыл охотник, другой рукой пытаясь стряхнуть напасть, идущую вверх по руке.
Пустыр сбивчиво прокричал что-то, сделав несколько движений пальцами другой руки. И тут же пропал. Нежич, отстраненно наблюдавший за ним, откинул голову на холодный снег. Сбежать, конечно же, ему не получилось. Все пошло совсем не так. Да. Но он пал в бою, как и подобает тому, кто всю жизнь посвятил битве.
Не та славная смерть, которую хотел бы Нежич. Но умереть от руки того, кого он когда-то называл другом, не так уж и плохо. Хоть и понять Пустыра он так и не смог.
Взор охотника постепенно затмился серой мглой. Слух совсем уже не принимал каких-то звуков, которые до этого доносились до его ушей. Но телом Нежич успел ощутить, как его грубо подхватили несколько довольно жестких рук.
И сразу же куда-то понесли.
Нежич застонал и открыл глаза. Первое, что он увидел, была синева. Присмотревшись, дланник понял, что это всего лишь небо, неспешно плывущее над ним. А это значит, что сам он куда-то двигался. Охотник чуть повернул голову и увидел то самое костяное создание, которое двумя руками держало ветки волокуши с лежащем на ней дланником.
— Очухался, страдалец? — послышался близкий голос утробника.
— Ага, — уже без стонов ответил Нежич. — Где это мы?
— Да я хрен бы его знал, — беззаботно ответил Чур. — Везут нас и ладно. Главное, что мы не подохли.
Охотник ощупал места, куда попали стрелы и обнаружил простенькие повязки из обрывков ткани, напоминавшие о недавнем бое. Надавил на них, застонал, но понял, что наконечников стрел в ранах больше нет.
Видимо, костяная тварь умела не только убивать, но еще и как-никак лечить. Полезная зверушка.
— Долго мы уже едем? — спросил он утробника.
— Да... Почитай уже дня два, не меньше, — ответил тот.
— И за это время нас не пытались догнать и убить?
— Да какой там! — воскликнул Чур. — Ты вообще помнишь, что ты с тем сыном распутной девки сделал?
Нежич задумался. Бой с бывшим другом он помнил почти весь, кроме того момента, перед которым сознание покинуло его. Кажется, что он что-то сказал, а затем его подхватило вот это создание и унесло.
— С Пустыром?.. Я... — Нежич закашлялся. — Плохо помню, если честно.
— А вот зря, — сказал он сквозь хохот. — Ты уже почти трупиком стал. Я уже испугался того, что мы сдохнем, но тут вдруг!.. Ты пробормотал что-то, а у того самонадеянного уродца вдруг резко руку хворь жрать начала.
— Хворь? — удивился Нежич. Никаких подобных наговоров и заговоров у дланников никогда не было.
— Она самая, бодро подтвердил утробник. — Будто бы ты взял и как какой-нибудь заправский некромант болезнь на него наслал. Жутко!.. Но тот и испужался, сразу же свалил.
Нежич оторопел. Он уже и не помнил-то, сколько топтал эту землю, следуя приказам Длани. Ловил ведьм, наказывал колдунов, допрашивал тех, кто помогал творящим ворожбу... Но и он всегда пытался быть справедливым. Не трогал младенцев, родившихся с даром, или старцев, всю жизнь проживших в глуши и не причинивших зла своим искусством никому из живущих.
Много испытаний выпало на долю дланника. Нежич думал, что самым страшным испытанием стало то, что он привязался к сыну Фильки. Сестры-кровавицы. Но нет. Это все меркло перед тем, что...
— Это не возможно, но я сотворил самое настоящее колдовство... — тихо прошептал он.
В этот момент волокуша остановилась. На лицо Нежича упала тень, которую отбрасывал подошедший человек. Лежащий дланник прищурился, пытаясь рассмотреть стоящего перед ним незнакомца, из-за которого светило солнце.
— Может и невозможно, — услышал охотник старческий голос. — Но это было точно заклинание.
Незнакомец похлопал костянного монстра.
— Поверь мне — мои хорошенькие питомцы не ошибаются. И вот этот славный малый точно рассказал мне, что ты использовал магию. Причем довольно мощное колдовство, Нежич Кметых.
— Кто ты? — охотник приподнялся, но тут же упал обратно на волокушу.
— Ох, поверь, я не причиню тебе вреда. Более того, я намерен только помочь, несмотря на нашу прошлую встречу... Да-да, мы уже виделись. В Скаместе. Славный был городишко... Естественно после того, как его заполонили мои трупики. Хах... Ах да. Позволь представиться. Игрид Арденский. Чернокнижник, к твоим услугам.
В тесной комнатушке избы сидел за столом Пустыр. Пальцами он барабанил по столу, не отводя взгляда от большого сапфирового камня, стоящего посреди деревянной столешницы. Огонь из открытого очага печи отражался в его гранях, рисуя причудливые узоры.
Пустыр ждал. В один момент узоры света в сапфире пропали, а синева его расплылась, как вода. Камень не потерял свою форму, но поверхность его больше стала напоминать туман, нежели нерушимую твердь.
И тут искажения на сапфире начали расширяться и сужаться в такт голосу, появившемуся из него.
— Господин, я... — начало было Пустыр, но его сразу же прервал тот, говорящий с другой стороны.
— Без лишних оправданий. Говори.
— Я попытался его остановить, но...
— Но лишился руки! И это мой лучший воин?! — взревел голос в камне. — Ты понимаешь, что побег Нежича несет в себе очень сильную угрозу? Он мог понять то, что знаешь только ты, и я!
— Да, господин Скур, я понимаю, — тихо сказал охотник и дотронулся до повязки. Левая рука заканчивалась у него после плеча. Остальное пришлось отрезать, иначе бы чародейство, наложенное Нежичем, уничтожило все тело. — Но я же отправлял вам безглазого ворона с докладом.
— Если бы я слушал всех безглазых, ко мне прилетающих, — брезгливо заметил Скур. — Что ты там отправил?
— Жаль... Я там предлагал, что пусть, может быть, Нежич совершит побег, руководствуясь моими словами. После этого соберет всех этих колдунов в одном месте, выманит их из Земель мертвого бога, куда нам нет доступа. Сделает нашу работу, а мы воспользуемся этим и уничтожим их. Всех. До единого.
Камень какое-то время молчал. Его поверхность равномерно и бесцельно плавала туманом. Но через несколько ударов сердца грани сапфира стали повторять свои движения за голосом главы Длани.
— Хороший план. Давай уничтожим всех наших сородичей.
Финал. Продолжение следует в следующей книге...
Хей-хей. А вот и закончились приключения дланника Нежича. Все, че.
ДА ЛАДНО, поздравляю себя и вас с завершением книги. А тем, кому понравились похождения, посвящается дальнейшее)
...Но нихрена не закончилась его история, нет. Падажжите. В ближайшие дни сразу же будет стартовать следующая книга, не паримся) Дальше будет интереснее, динамичнее и... Да сами остальные эпитеты в вечер пятницы вставляйте)
Не бухххаем в эту пятницу, а читаем. Ссылочки вот не пьют, в отличие от меня:
