Что известно официально

28 мая 2026 года около 21:00 New Glenn взорвался на площадке LC-36 во время огневых испытаний (hotfire) перед четвёртым полётом, NG-4. Пострадавших нет, площадку сильно повредило, эректор уничтожен (Orlando Sentinel).

На площадке стояли обе ступени новой ракеты. Спутники Amazon Leo, по данным источника Reuters, к ней ещё не пристыковали (Evertiq).

В августе глава Blue Origin Дэйв Лимп назвал источник аварии: главный кислородный клапан одного из семи BE-4 первой ступени. Это подтвердили найденные обломки, клапан дорабатывают (Spaceflight Now, WFTV).

Про второй взрыв официально не сказано ничего. Подробнее про саму аварию я писал здесь.

Что в кадре

Ролик короткий: 6,3 секунды, 69 кадров, около 11 кадров в секунду, 456×366 пикселей. Камера стоит сверху, у стартового стола, и смотрит вниз на корму первой ступени. Справа конструкции стола и эректора, вокруг выхлоп и пар.

Уже на 0,27 с у двигателей появляется огонь, которого там быть не должно. Это хорошо сходится с официальной версией про клапан BE-4.

На 2,66 с происходит главный взрыв, и камеру полностью засвечивает. Дальше картинка резко меняется: камеру, судя по всему, сдвинуло или развернуло ударной волной, и в кадр попадает верхняя часть ракеты.

Реальное ли это время?

Самый важный вопрос: если ролик замедлен, все тайминги неверны. 11 кадров в секунду для камеры на старте подозрительно мало, так что я проверил это отдельно.

Я склеил слитое видео с прямой трансляцией NSF того вечера и синхронизировал их по второму взрыву. Потом посмотрел на первое событие, которое в синхронизацию не входило. На NSF вспышка у основания начинается на кадре 78 (2,600 с), на слитом видео главный взрыв на кадре 80 (2,667 с).

Заодно это сильный аргумент за подлинность записи: подделать совпадение динамики огня с независимым публичным ракурсом очень сложно.

Хронология

Раз видео в реальном времени, можно расставить события по секундам. Главное здесь: между главным взрывом и вторичной вспышкой около 2,8 секунды, и всё это время стек стоит. От первого огня у двигателей до второй вспышки проходит больше пяти секунд.

Руль, эректор и вторая вспышка

Самое интересное начинается после 4,6 с. Сквозь огонь проступают две маленькие светлые точки, и обе стоят на одном месте несколько кадров подряд. Искры и обломки так себя не ведут: они летят. Неподвижный блик — это подсвеченная кромка конструкции.

• Голубой круг: кромка конструкции, видна с 51-го кадра (4,67 с). На 55-м её почти съедает засветка.

• Жёлтый круг: кончик руля, виден с 57-го кадра (5,22 с) и до самой вспышки.

А вот ключевая пара кадров. На 59-м кадре видны огненный шар первой ступени, кончик руля и эректор. Через кадр, на 60-м, между ракетой и эректором появляется вторичная вспышка, а руль при этом всё ещё на месте. Значит, на момент второго взрыва верхняя часть стека была цела.

Где именно рвануло

На крупном плане вспышка выглядит так, будто она прямо между интерстейджем и эректором. Но на трансляции NSF она появляется у правого края корпуса на уровне интерстейджа, а не в промежутке до эректора.

Я замерил это по пикселям. При диаметре ракеты 7 м масштаб на NSF около 0,12 м на пиксель, и центр вспышки оказывается в 3-4 м от оси, то есть практически у обшивки. Точность ±1-2 м: первый же кадр вспышки уходит в засветку.

Если сложить оба ракурса и представить интерстейдж центром циферблата, а эректор на 12 часах, то вспышка окажется примерно на 2 часах и ближе к ракете, чем эректор. Точный угол можно посчитать, только если знать азимут камеры NSF относительно эректора на LC-36.

Почему был второй взрыв

Официально об этом ничего не сказано, дальше мои версии. Исхожу из того, что вторая ступень была заправлена: перед NG-1 на таком же интегрированном огневом испытании GS2 заливали водородом и кислородом до полётных параметров (цитата Blue Origin). Для NG-4 я подтверждения не нашёл.

Что, скорее всего, не причина:

• Ударная волна. До интерстейджа 50-60 м, фронт проходит их примерно за 0,15 с. Если бы она могла разрушить верх, это случилось бы сразу, а стек её пережил.

• Акустика и вибрации. Источников зажигания там и так полно, вокруг всё горит. Вопрос не в том, что подожгло, а в том, что выпустило топливо наружу. Акустику работы семи BE-4 конструкция выдерживает на каждом старте.

• Только нагрев. Оценка такая: алюминиевая обшивка ~3 мм в огненном шаре с потоком 200-500 кВт/м² за 3 с нагреется на 80-200 К, а стенка, смоченная криогенным топливом, вообще останется холодной. Для разрыва бака этого мало, но сжечь изоляцию, кабели и уплотнения этого хватит.

Основные кандидаты:

1. Течь из самой ракеты в районе интерстейджа. Обломки или нагрев повреждают корму GS2 или магистрали BE-3U. Интерстейдж - полузамкнутый объём, смесь в нём копится несколько секунд и потом вспыхивает. Положение вспышки у обшивки, а не на линии к эректору, лучше всего подходит именно сюда.

2. Наземные магистрали на эректоре. Эректор держит линии заправки, дренажа и наддува второй ступени и принял на себя пожар снизу. Разрыв криогенной линии даёт выброс прямо у GS2. Против этой версии смещение вспышки на «2 часа», за неё — асимметрия со стороны эректора. Если бортовой разъём GS2 стоит как раз на этом азимуте, версия возвращается.

3. Верхнее днище первой ступени. Его бак примыкает к интерстейджу снизу, и вспышку на этой высоте может дать и он.

4. Обрушение стека снизу. На кадрах NSF стек стоит вертикально вплоть до вспышки, видимого крена нет. Скорее всего, обрушение — следствие, а не причина.

Одна оговорка ко всем версиям: место первого свечения — это не место течи, а место, где смесь впервые вспыхнула. Её сносит ветер, импульс струи и восходящий поток от пожара внизу, так что несколько метров смещения ещё ничего не доказывают.

Возникает вопрос: зачем поднимать панели настолько высоко?

Дело в месте установки. У лунных полюсов есть возвышенности, которые освещаются Солнцем почти непрерывно. Именно этот свет Blue Origin собирается использовать для питания оборудования. Отсюда и необычная конструкция: солнечные панели разворачиваются вертикально над поверхностью.

Доставлять систему планируют на посадочном аппарате Blue Moon MK1. Башни должны снабжать энергией не только сам аппарат: модульная архитектура позволит в будущем объединять их в сеть и подавать электричество другим объектам лунной базы.

Компания показала анимацию работы системы и видео успешного испытания развёртывания на Земле. До работающей электростанции на Луне ещё предстоит добраться, но механизм уже можно увидеть в действии.

Похоже, у будущих лунных поселенцев появится свой вариант вопроса «а электричество сюда уже подвели?».

Теперь похожая практика появляется в космической отрасли. Исследовательница Марисса Янглинг предлагает называть ее starwashing — «звездным отмыванием». Суть в том, что космические компании используют не столько заботу об окружающей среде, сколько наше восхищение космосом, идеями освоения Вселенной и обещаниями сделать жизнь человечества лучше.

Космос на благо Земли?

Один из примеров в статье — Blue Origin. Компания заявляет о стремлении одновременно колонизировать космос и «восстанавливать и поддерживать Землю». Основатель компании Джефф Безос рассматривает создание космических поселений и перенос части промышленности за пределы Земли как потенциальный способ снизить нагрузку на нашу планету.

На первый взгляд идея выглядит логично: если промышленность однажды можно будет вынести в космос, Земля получит меньше загрязнения.

Но проблема заключается в масштабе времени. Даже если строительство огромных космических поселений и перенос туда промышленности когда-нибудь станет технически возможным, это не решает нынешние проблемы — изменение климата, лесные пожары и загрязнение окружающей среды.

Есть и более конкретный пример. Blue Origin позиционирует ракету New Shepard как технологию «на благо Земли» и подчеркивает, что при работе ее двигателя не образуются углеродные выбросы, а основным продуктом сгорания является водяной пар.

Но водяной пар также является парниковым газом и способен усиливать потепление атмосферы. Поэтому заявление о «чистом» топливе без упоминания этого эффекта дает неполную картину воздействия технологии.

А что насчет добычи ресурсов на Луне?

Еще один пример — планы по добыче полезных ресурсов за пределами Земли.

Компании рассматривают Луну как источник материалов, которые в будущем могут использоваться для строительства космической инфраструктуры. Например, добыча ресурсов непосредственно на Луне потенциально позволит не доставлять все необходимое с Земли и сократить количество полетов между Землей и Луной. Рассматриваются также такие ресурсы, как гелий-3.

Однако здесь возникает другой вопрос: можно ли считать такую деятельность экологичной только потому, что она происходит не на Земле?

На одной из конференций Space Resources Week представители бизнеса обсуждали, как сделать добычу ресурсов на других небесных телах более привлекательной для общественности. В числе предложений были идеи использовать более позитивную терминологию и акцентировать внимание на потенциальной пользе космических технологий — например, для фармацевтики или беспроводной связи.

Именно этот подход автор статьи считает характерным примером starwashing: внимание переносится с возможного экологического ущерба на красивую историю о будущем человечества.

Проблема выходит за пределы Луны

Растет и нагрузка на околоземное пространство. Космическая экономика развивается быстрыми темпами, а ее объем, согласно приведенной в статье оценке, может достичь $1,8 трлн к 2035 году. Одновременно увеличивается количество спутников и запусков.

Это означает не только новые возможности для связи, навигации и научных исследований, но и новые экологические риски — от воздействия запусков на атмосферу до накопления космического мусора и изменения условий для астрономических наблюдений.

При этом значительную часть космических проектов финансируют государства. Например, американские космические компании получают многомиллиардные контракты из бюджета. Поэтому возникает еще один вопрос: кому в конечном счете достаются преимущества космической экономики и кто несет связанные с ней экологические риски?

От Earthrise к Earthset

В статье есть интересная символическая деталь. В 1968 году экипаж Apollo 8 сделал знаменитую фотографию Earthrise — «Восход Земли», которая стала одним из символов экологического движения XX века.

В апреле 2026 года экипаж Artemis II сделал своеобразного визуального двойника этой фотографии — Earthset, где Земля видна заходящей за Луну. По мнению автора, этот образ может стать символом уже другого движения — экологической ответственности не только на Земле, но и за ее пределами.

Вывод: освоение космоса само по себе не является ни экологичным, ни вредным — все зависит от конкретной технологии и ее полного жизненного цикла. Главная проблема starwashing в другом: красивые обещания о будущем человечества могут заслонять реальные экологические последствия уже сегодня.

Поэтому космические проекты стоит оценивать по тем же принципам, что и земные: не по красивой миссии и маркетинговым формулировкам, а по измеримому воздействию на окружающую среду — от запуска ракеты до утилизации спутника.

Много интересного в телеграм-канале ЭнергетикУм