Жизнь заключённого в тюрьме скучная утомительная, одни стены и решётка, в окне практически ничего не видно – сплошное унылое однообразие, от такого можно с ума сойти. В тюремной камере заниматься практически не́чем — от жизни, когда непоступает никакая информация, можно сойти с ума. Заключённому крайне не хватает источника информации. Когда наступает момент включения радио – для заключённого ПЛС один из очень счастливых моментов, включённое радио в тюрьме это свет который растворяет жуткую тьму. Радио в тюрьме осветляет тёмную ду́шу заключённого. Для заключённого включение радио это как проникновение свежего воздуха в душную среду. У пожизненно заключённого жизнь настолько мрачна что момент включения радио озаряет унылое состояние души́. Для заключённого радио – это глоток свежего воздуха, передача информации по голосовому радио заключённому помогает снять серую тоску с души́. Для заключённого это долгожданный момент когда наступает время включения радио. Радио в тюрьме заключенному необходимо также как для живого воздух. Заключённый, слушая информацию и песни по радио, разгоняет мрак и тоску с души́. Когда живёшь в заперте окружённой каменными стенами и решётками – радио создаёт некое ощущение свободы, когда заключенный слушает радио в тюрьме – ему кажется что находится на воле; радио в тюрьме создаёт ощущение свободы. По радио в тюрьме для заключённых передают ровно то что обычным людям по радиоточке. Для обычного человека, живущего на свободе, радио может казаться чем-то малозначимым, но для заключённого это огромное благо.

В советское время «Океан-214» был своеобразным предметом роскоши, его обладателю завидовали все соседи, а выставленный на окно приёмник притягивал взгляды не хуже флага.

С массовым появлением цифровой техники советский радиоприёмник отошёл на задний план и буквально за несколько лет его почти полностью забыли, но что интересно, его хорошо помнят за рубежом. В определённых кругах «Океан-214» до сих пор пользуется спросом.

1. Внезапный спрос

Казалось бы, более современные, лёгкие и менее капризные приёмники должны были полностью вытеснить этот советский раритет, но на удивление, его всё ещё помнят, ценят и даже специально выискивают на барахолках. Причём происходит это не только в России, но и в других странах, например, в Китае или в Великобритании. Конечно, его ценность и аудитория несколько изменилась: из статусного предмета он превратился в интересную винтажную технику, предмет для коллекционирования и технического творчества.

В 1970–1980-х годах Советский Союз поставлял на международный рынок немало электроники, в том числе и продукцию Минского объединения «Горизонт». Для радиоприёмников «Океан-214» создали отдельный бренд Selena, и они пользовались неожиданно большим спросом. Компания Technical & Optical Equipment, которая занималась их поставками, провела большую рекламную кампанию в Великобритании и Франции, и они получили широкую известность.

У «Океана» было всё, чтобы выделиться даже на фоне представленной в Европе разнообразной техники. В отличие от японских или немецких аналогов, у него был деревянный, а не пластиковый, корпус из натурального шпона. Он изначально рассчитывался на долгую эксплуатацию, имел солидный внешний вид и, самое главное, стоил более чем адекватных денег по сравнению с остальными моделями. Этот приёмник очень понравился западному рабочему классу. Его покупали для кухни, для загородных домов, для мастерских и гаражей. Интересно, что немалую часть современных покупателей составляют именно те, кто больше всего ценил его десятилетия назад.

2. Ценные качества

В своё время советские специалисты постарались сделать этот приёмник по-настоящему универсальным, и за рубежом больше всего оценили инженерию. Приёмник создавался с расчётом на огромные советские территории, где он был вынужден работать со слабым сигналом на больших расстояниях, а потому «Селена» обеспечивала отличную чувствительность. Она была в состоянии поймать радиостанции со всего мира.

При этом в экспортных модификациях имелось серьёзное отличие от приёмников для внутреннего использования. Если в Советском Союзе они работали с диапазоном УКВ, то экспортные приёмники поддерживали западный стандарт FM, благодаря чему их не нужно было переделывать или менять внутренние блоки. Приёмники Selena чисто и громко воспроизводили сигнал любых коммерческих радиостанций, будь то в Лондоне, Париже или в Берлине.

3. Глубокая реставрация

Немалая часть желающих заполучить «Селену» – это ценители ретро и оригинальной техники. Они выискивают оставшиеся экземпляры радиоприёмников, покупают их и увлечённо принимаются за реставрацию. С момента выпуска последних радиоприёмников прошло уже очень много времени, и поскольку их никто не считал особой ценностью, найти экземпляр в хорошем состоянии крайне сложно. В большинстве своём они продаются с рассохшимися и разбитыми корпусами, с высохшими электролитами и выгоревшими деталями. В итоге ни один отреставрированный приёмник не может похвастаться оригинальными деталями, найти которые уже невозможно. Тем не менее это никого не останавливает: ремонт, чистка и смазка превращают разломанный хлам в исторический раритет.

Впрочем, реставрацией обходятся далеко не все, некоторые разыскивают радиоприёмники Selena ради их модернизации. Большой динамик, резонирующий деревянный корпус и оригинальная схема создают неповторимое звучание, которого невозможно добиться от пластиковой колонки, но функционал старого приёмника крайне ограничен. Поэтому радиолюбители проводят модернизацию советского «Океана»: к оригинальным платам подключают цифровые модули для беспроводной связи и декодеры. В результате старый приёмник сохраняет свой оригинальный внешний вид, но получает целый список современных возможностей и превращается в акустическую систему, которая может воспроизводить музыку со смартфона.

Металлическое шасси, большой вес и монументальная схема с солидным запасом прочности – вот что ценили и ценят сейчас покупатели. Главное же – это та самая атмосфера винтажности, которая навевает воспоминания и создаёт настроение. «Океан» наверняка ещё долго будет пользоваться спросом и у себя на родине в России, и за рубежом.

Голос Юрия Борисовича Левитана, обладающий неимоверной силой эмоционального воздействия, сопровождал жизнь советского человека, информируя его о важных событиях страны в минуты печали и скорби и разделяя всеобщую радость торжества победы мира, разума и свободного труда.

Его голос был хорошо знаком каждому, а фраза «Внимание! Говорит Москва!» узнаваема даже теми, кто родился после распада СССР. Юрий Левитан был самым известным диктором советского радио, это его голос сообщал о начале ВОВ, о победе над фашистами, о первом полете в космос и т.д. В 1970-х гг. он неожиданно исчез из радиоэфира, хотя в свое время он был знаменит даже за пределами СССР, а Гитлер назначил награду в 250 тысяч марок за его голову.

Юрий Левитан родился 2 октября (по старому стилю – 19 сентября) 1914 г. в семье портного. С самого детства он отличался сильным и красивым голосом, уникальным по тембру и выразительности. После 9-го класса мальчик решил поступать в Государственный институт кино в Москве, так как грезил о славе артиста, но оказался для поступления слишком юн. Тут он случайно увидел объявление о конкурсном наборе дикторов на радио, и неожиданно для него самого был принят стажером. Вскоре ему даже разрешили зачитывать небольшие сообщения в ночное время.

Однажды голос Левитана в ночном эфире услышал Сталин, который часто работал в ночное время. Молодому диктору поручили прочитать по радио доклад, подготовленный для XVII съезда партии. 5-часовой доклад юноша прочитал без единой ошибки или оговорки. После этого Сталин распорядился о том, чтобы все самые важные документы отныне озвучивал только этот диктор. Так в 19 лет Юрий Левитан стал главным диктором советского радио.

Безупречно звучащий в эфире текст давался Левитану ценой многочасовых тренировок и упражнений для совершенствования дикции. Но результат того стоил: вскоре его голос стали узнавать в каждом доме. Именно он объявил стране о нападении фашистской Германии на СССР, а во время ВОВ зачитывал по радио сводки Совинформбюро.

Наступление в первые дни войны происходило настолько стремительно, что [оскорбление] не сомневались в скорой победе над СССР. Геббельсу пришла в голову идея о том, что сообщение о победе Германии должен по радио зачитать именно Юрий Левитан. Тогда был разработан план похищения диктора, за голову которого назначили немалую цену – 250 тысяч марок. Вскоре о блиц-криге пришлось забыть, и Гитлер обещал вознаграждение уже не за захват, а за уничтожение диктора. Но даже бомбежки Радиокомитета оказались безуспешными, а в 1945 г. голос Левитана стал голосом победы СССР: «Говорит Москва! Фашистская Германия полностью разгромлена…».

После войны голос Юрий Левитана звучал в радиоэфире все реже и реже – считалось, что он не может зачитывать обычные новости, так как все уже привыкли слышать от него информацию только о самых важных событиях. Но когда Юрий Гагарин полетел в Космос, сообщить об этом поручили, конечно, Левитану. Кроме того, диктор часто выступал перед ветеранами, студентами, трудовыми коллективами. Ему первому из советских дикторов было присвоено звание Народного артиста СССР. В общей сложности на тот момент Левитан провел на радио 60 тысяч передач, большинство из них – в прямом эфире.

В 1970-х гг. Левитан участвовал в нескольких телепередачах, но из радиоэфира фактически пропал – руководство посчитало, что его голос у аудитории ассоциируется только с трагическими событиями, и не соответствует мирной эпохе. Выдающемуся диктору пришлось ограничиться работой в сфере искусства речи с молодыми радиостажерами.

В 1978-1983 гг. Левитан читал текст в телепередаче «Минута молчания». В августе 1983 г. его пригласили выступить на празднике по случаю 40-летия победы в битве на Курской дуге. После выступления на митинге у Левитана случился сердечный приступ, и 4 августа он ушел из жизни.

Актер Р. Плятт говорил о Левитане: «Когда по радио начиналось левитановское: "От Советского информбюро", – это звучало широко, чеканно и мощно и вызывало у слушавших душевный подъем и веру в нашу победу. Он был диктором-трибуном, и вряд ли мы обретем такого вновь».