Андрей Медведев.

Обещал я разобрать как работают в запрещенном Инстаграме украинские спецслужбы с помощью наших же блогеров. И рассказать, что такие "слепые усилители".

Blind Amplifiers - термин из реальной доктрины информационных операций.
В документах НАТО, а именно в Allied Joint Doctrine AJP-3.10 и материалах NATO StratCom Centre of Excellence прямо говорится, что информационные угрозы используют намеренно сенсационные и провокационные нарративы, а манипулятивные тактики помогают посеять контент далеко за пределы тех границ, где он мог бы зайти органически.

Известный американский аналитик Клинт Уоттс, как-то во одном докладе разобрал три типа людей, которых используют в информационных операциях. Первый - полезные идиоты: люди, которых эксплуатируют для усиления пропаганды, они же этого тупо не понимают. Второй - попутчики: те, кто идеологически симпатизирует нужной позиции, инициативники. Третий - агенты-провокаторы, собственно те, кто манипулируют людьми.

Blind Amplifier тоже самое, что Useful Idiots. Обидно, да? Но как есть. "Слепой усилитель", согласно оценке западных инфоборцев, опаснее любого бота. Потому что живой. У слепого усилителя есть история, лицо, эмоции, аудитория, которая ему доверяет.

Как работает механизм. Агенты провокаторы запускают первичный нарратив, через вброс, слив, разгон темы. Он должен быть эмоциональным, правдоподобным, "своим" по интонации. Дальше алгоритм сети делает остальное: слепые усилители на эмоциях начинают еще больше раскачивать тему, свято веря, что это его личные мысли, или что "все так думают". Потому что алгоритмы Инстаграма работают так, что предлагают аккаунты и информацию одной тематики, загоняя пользователя сети в эхо-камеру.

Западная доктрина когнитивной войны, которую НАТО официально развивает с 2020 года, направлена на то, чтобы влиять на установки и поведение, воздействуя на познание на уровне индивидуума, группы или целого общества. Цель Psy Ops, не убедить человека в чём-то конкретном, а изменить саму среду, в которой он принимает решения. Слепой усилитель это как раз тот, кто среду создает.

А как создает? А через эмоцию. "Наконец-то кто-то в этой стране сказал правду". В России, по мнению коллег, кто занимается OSINT и поведенческими моделями в инфовойне, главные слепые усилители в запрещенном, но популярном Инстаграме, являются инфоцыгане, как бы психологи, крпитоинвесторы, скамеры. Короче, все, кто которые зарабатывают на контенте. Им выгодно любое обострение. Они с удовольствием подхватывают любой вброс (даже если источник типичный украинский телеграм-канал), зачатую вовсе не потому, что понимают что-то в реально обстановке, или действительно поддерживают т.н Украину, не потому что хотят поражения России. А тупо потому, что потому что это даёт охваты и донаты.

А дальше просто. Люди (оставим их умственные способности без обсуждения), которые видят "страшный пост" от моднейшей психологини или инвестора на Порше сразу шлют его в свои чаты со словами чтобы все прочитали "важную и настоящую правду".

Всё просто, как ситцевые трусы по рупь двацать.

Источник блог Андрея Медведева
https://max.ru/MedvedevVesti

Проволока глубоко, до крови, врезалась в запястья, отчего они онемели. В подвале было темно, тихо, только где-то капала вода. Пахло сыростью, ржавчиной, кровью и мочой. Ленка лежала на полу лицом вниз. Русые волосы светлым пятном рассыпались вокруг головы. Нет, она была живая (это было видно по еле-еле двигающимся плечам), просто от удара током потеряла сознание. Мишка, надёжно прикрученный к стулу, никак не мог помочь ей.

Вздохнув, он почувствовал, что только сейчас страх начинает завладевать им. Липкими, холодными щупальцами обволакивать его. Страх за сестру, лежащую у его ног. Ужас от того, что с ними сделают. Погибнуть было не страшно. Даже привычно. Ополченцем он всегда таскал с собой на случай ранения пару гранат. Главное правило - не даваться в плен, потому что нацики там сделают из тебя кусок кровоточащего мяса: отобьют почки, печень, будут прижигать сигаретами, отрежут пальцы, яйца, зальют в задний проход монтажную пену. А с девочками вообще такое делают. Мишка ругал себя последними словами, что послушал сестру и попёрся вечером на этот дурацкий день рождения. Надо им было дома сидеть, смотреть киношки по новому телевизору.

Дверь наверху лязгнула, и со смехом и матами вниз спустилась компания нациков. Их было шестеро. Мишка тут же получил два удара по голове, а затем удар в живот, от которого его вырвало. Ленку подняли и посадили на стул рядом с ним. Она застонала, приходя в себя, и тогда толстый нацик с татуировкой германского орла на шее отвесил ей громкую оплеуху. Сестра не закричала: она за четыре года работы медсестрой чего только не видела.

- ПРОСЫПАЙСЯ, СПЯЩАЯ КРАСАВИЦА! - заорал в ухо Ленке толстяк, отчего она вздрогнула.

- Оставьте её! - сверкнул глазами Мишка, готовый порвать этих уродов на части. Вот только как руки освободить?

- ЗАТКНИСЬ, УРОД! - по голове Мишке снова дважды ударили, и в глазах потемнело.

Бил длинный нацик в берцах, комбинезоне, с чёрными зубами и с татуировкой паука на паутине под левым ухом.

- Что, не помогут тебе твои москали, тварь? Ты русне теперь нафиг не нужен!

Нащупав языком во рту зуб, Мишка презрительно выплюнул его на пол.

Коренастый паренёк лет двадцати пяти со шрамом на переносице невпопад засмеялся, стуча себя ладонями по коленям. Смеялся он громко и истерично.

Это явно не понравилось командиру нациков - спортивному, высокому молодому парню лет двадцати девяти с выбритыми висками, в джинсах и в зелёной куртке военного образца. Тараса Мишка знал, ведь когда-то они жили с ним в одном доме, в соседних подъездах.

- Гоблин, заткнись! - с раздражением пнул смеявшегося под кайфом идиота он и присел на корточки рядом с Мишкой.

Некоторое время он с улыбкой смотрел на него, а затем вытащил нож и провёл острым кончиком по груди - вырезал на коже букву «Z».

- Ну что, Мишка, вот и пришёл час расплаты за твоё предательство… Сколько ты хороших ребят наших положил.

- Я никого не предавал, - негромко произнёс Мишка, глядя на стрёмного толстяка, плотоядно пялящегося на сестру.

Новый удар кулаком в голову заполнил его рот кровью. Кажется, зубы порвали щёку.

- Если ты надеешься, что мы тебя с сеструхой сейчас убьём, то сразу говорю: зря. Мы с вами будем играть каждый день, пока вы не будете меня со слезами умолять на коленях пристрелить вас.

За спиной у Тараса стояла молодая женщина лет тридцати с короткими тёмными волосами, в брюках военного образца, подвёрнутых до колена, и в натовской курточке с шевроном украинского флага на плече. Куртка была надета на голое тело, из-за чего была видна немаленькая грудь с малиновыми сосками и цепочка с подвеской в виде хохляцкого трезуба. На слова Тараса она только улыбнулась и нежно провела рукой по его затылку. Очень она Мишке не понравилась. Такие бабы больше всех измываться над пленными любят, уж он-то знал. Вон она как внимательно на него смотрит, глаз не сводит.

- Всё равно вы все сдохнете, - вдруг бросила Ленка.

- Ах ты сука! - заорал толстяк, размахнувшись, но тут подружка Тараса опередила его и впилась губами в губы сестры.

Нацики вокруг заорали в восторге и захлопали: «Молодец, Ликуся!» – вопили они, а Ленка пыталась отстраниться, но из-за скрученных за спиной проволокой рук у неё это никак не получалось.

Наконец нацистка отпустила сестру, лизнула её в нос и театрально поклонилась публике. Ленка же начала плеваться и вытирать губы о воротник своей курточки.

- Нацистская тварь! - крикнула она, и тут толстый ударил её так, что девчонка рухнула на бок вместе со стулом.

Лика повернулась к толстяку и ткнула его острым кулачком в плечо.

- Круглый, ты не порти мне внешний вид девочки: у меня на неё большие планы.

По губам нацистки зазмеилась зловещая улыбка.

Толстяк с подобострастной улыбкой, поглядывая на Тараса, развёл руками: дескать, я ничего, сама виновата.

Положив руку на рукоять пистолета в кобуре на бедре, Тарас осмотрел Мишку и обратился к нацику у входа - угрюмому худому мужику в военной форме лет сорока:

- Крюк, проволоку им срежь с рук и надень наручники, а то они без рук останутся и раньше времени сдохнут.

* * *

Они не спали, а, прижавшись друг к другу бёдрами, разговаривали в темноте. В туалет их никто не сводил, и поэтому оба были мокрые, но на это им было плевать. Сейчас брата с сестрой беспокоило иное.

- Давай убьём друг друга, – быстро прошептала Ленка тем же тоном, что позавчера предлагала сходить на день рождения к своей однокласснице, вернувшейся из Москвы.

Рита уезжала туда вместе с родителями во время военных действий, а как только Россия освободила эти территории, они вернулись. Ещё и новенькую квартиру получили. Старую-то вместе с домом разрушило во время обстрелов.

- Как? - вздохнул Мишка, уже думавший об этом сам. - Мой стул вообще прикручен к полу, я двинуться не могу, уже пробовал. Подвал пустой, даже упасть не на что. Только хуже сделаем.

- Куда уж хуже, - всхлипнула Ленка, но плакать не стала. - Ты же знаешь, что они с нами сделают. Тебя изувечат, а меня изнасилуют по очереди и зальют мне во все дырки монтажную пену. Я не хочу так… не хочу, братик.

Наклонив голову к сестре, Мишка потёрся своей щекой о её щёку. Он хотел подбодрить девчонку, но не нашёл слов.

Лена была права. Как медсестра она видела десятки пленных, возвращаемых после обмена с той стороны. Как они мучаются перед смертью. Это мы их лечим, кормим, обуваем, а нацики, обдолбавшись, изнывая от ненависти, превращаются в зверей и творят такое…

Дверь лязгнула, и вниз с хохотом спустилась та же компания. На этот раз все были в гражданской форме одежды, кроме Тараса. Тот был в форме и даже в бронежилете с патчем на липучке с изображением дракона.

- О! Кто-то обоcсался! – кричал Гоблин, пуча глаза с огромными чёрными зрачками.

- И медсестричка тоже! – поддержал товарища Круглый.

Тарас же не торопясь, держа за руку Лику, спустился, закурил сигарету и уставился на Мишку. А тот не стал отводить взгляд. Это неожиданно взбесило командира нациков, и, метнувшись к Мишке, он быстрым движением вонзил ему в бедро нож. По самую рукоять. Слышно было, как кожа лопнула, пропуская внутрь сталь клинка. Или, может быть, это штаны…

Мишка вздрогнул, скорчился от боли, но не закричал. Бывало и хуже. Крики оставим на потом. Будет ещё из-за чего покричать.

- Ну что, предатель? Больно? - с садистской улыбкой произнёс Тарас, пошевелив нож туда-сюда, из-за чего в голове и в глазах Мишки взорвались цветные фейерверки. Ногу невыносимо пекло.

- Я никого не предавал, - снова упрямо повторил он.

Гоблин и Круглый заржали, Лика улыбнулась, облизав кончиком языка губы, а Длинный и Крюк не отрывали глаз от своего командира.

Удар в голову заставил Мишку чертыхнуться. Боли он почти не почувствовал: нож в ноге был больнее. Тарас же затянулся сигареткой, а затем протянул её Лике. Та поцеловала его в щёку и, не медля ни секунды, прижгла запястье Мишки. Вот же сука! И нога уже была не сильно больно. Мишка подумал, что скорее всего это оттого, что у него наступал болевой шок. Картинка перед глазами запрыгала, но он нашёл в себе силы взглянуть на бандеровскую подстилку.

Справа Круглый опять начал лапать Ленку, та кричала, Гоблин истерично ржал, и тут наверху что-то дробно застучало. Было похоже на пулемёт. Нацики встрепенулись и задрали головы. Тарас вскочил на ноги и бросился по ступеням из подвала, крича на ходу:

- Крюк, вынь нож и перевяжи его. Он мне нужен ещё.

* * *

- Миш, а Миш! - раз за разом повторяла Ленка, пока он не пришёл в себя.

- Я кажется вырубился, - произнёс Мишка, чувствуя, что во рту пересохло. Он бы всё отдал за глоток воды.

Нога была перевязана. Нож исчез.

- Я тебя часа два дозваться не могла, - пожаловалась сестра. Курточка её так же, как и свитер, были разорваны.

- Они тебя… - испугался Мишка, глянув на сестру.

- Нет, не успели, - успокоила сестра, грустно улыбнувшись. - Наверх все убежали. Всё ещё впереди.

Сейчас она была очень похожа на их маму, погибшую пять лет назад. Такие же глубоко посаженные голубые глаза, морщинки не по возрасту в уголках глаз. Она тоже была медсестрой. Вступила в ополчение сразу после того, как в Одессе убили отца.

- Жаль, нож не оставили. Мы бы себя убили – и всё бы закончилось, - добавила Ленка. - Слушай, Миш, а говорят, можно себе язык откусить и истечь кровью. Знаешь, как это?

От этих слов сестры у Мишки вдруг потекла крупная слеза по щеке. Нет, не оттого, что он испугался или разнюнился, а оттого, что его младшая сестричка-красавица, учившаяся на историческом факультете на одни пятёрки, была вынуждена вернуться из Петербурга домой, на войну, стать медсестрой (хотя в детстве боялась крови и не должна была, он отговаривал), а теперь вместо того, чтобы выйти замуж и рожать детишек, радоваться жизни, сидит в подвале у нациков и думает, как бы себя убить, чтобы всё закончилось. Как же, сука, мир несправедлив!

И тут дверь наверху лязгнула. Они дружно вздрогнули.

- Ситуация изменилась! Быстро закончим с ними и уходим! - произнёс Тарас бежавшей позади него своре. – Соседом займусь я и Крюк, остальные занимайтесь медсестричкой.

- Можно мы её трахнем, командир? – заискивающе спросил Круглый, а Гоблин согласно часто-часто закивал головой.

Все нацики были вооружены, были в бронежилетах и с автоматами.

- Делайте что хотите! Только побольнее и потом залейте её пеной до самых гланд! – бросил через плечо Тарас.

- До гланд! – в очередной раз заржал Гоблин, стягивая с себя бронник. – Круглый, слышал: до гланд! Я первый!

Мишку сорвали со стула и повесили за наручники на здоровенный крючище под потолком. Крюк нёс в руках паяльник и топорик, похожий на индейский томагавк.

Ленку бросили на пол и начали рвать на ней одежду. Круглый, как самый крупный, оттолкнув Длинного и Гоблина, стянул штаны, продемонстрировав всем своё мужское достоинство.

Сестра кричала, Мишка проклинал садистов и тоже орал так, что сорвал голос, но толку от этого не было.

И тут нацистка Лика, стоящая позади всех на лестнице, громко произнесла:

- Бляяяядь! Как вы мне все дороги!

Все на мгновение замерли и повернулись к ней, только Ленка продолжала рыдать, не спуская глаз с огромного члена Круглого.

А дальше произошло удивительное. Сделав несколько быстрых шагов вниз, Лика оказалась за спиной у Тараса, вытащила из кобуры на поясе пистолет и хладнокровно, даже не моргнув, выстрелила сначала в затылок своему любовнику (мозги брызнули на Мишку, заставив его прищуриться), а затем в правый глаз Крюку.

Длинный, Гоблин и Круглый в изумлении замерли на месте, отпустив забившуюся в угол уже почти голую Ленку.

- Л-лекусь, т-ты ч-чего? - проблеял Гоблин, подтягивая штаны вверх.

Лика же без лишних движений спрятала пистолет обратно в кобуру, сделала шаг к автомату Длинного у стены, сняла предохранитель и длинной очередью перечеркнула нациков. Тяжёлые пули с близкого расстояния разворотили голову Длинному, прошлись по груди Гоблина и вскрыли живот Круглого. мужское достоинство, которым он так гордился, упало ему под ноги.

Сказать, что Мишка и Ленка удивились, – значит ничего не сказать. Лика же на них даже не глянула. Вытащив из кармашка брошенного у стены разгрузочного жилета новый магазин, она быстро поднялась наверх. Пара коротких и одна длинная очередь над головой - и всё прекратилось.

* * *

Оказывается, Тарас привёз их в «Морячок» - пионерский лагерь за городом. Как же близко они были от дома. Как близко и как далеко. Молча Лика принесла им чистую одежду, перевязала их, продезинфицировав раны. Она ни слова не произнесла, но было видно, как она раздосадована случившимся.

Взглянув на три трупа во дворе, Мишка шмыгнул носом и охрипшим от крика голосом спросил:

- А ты вообще кто?

- Дед Пихто! - вдруг взорвалась женщина (сейчас она выглядела как-то по-другому и на нацистку уже совсем не походила). - Вы мне всё испортили! Понимаете?! Я почти полтора года втиралась в доверие к этим уродам и их кураторам! А вы! Вы! Тупые малолетки, болтающиеся ночью по городу, ВСЁ ИСПОРТИЛИ!

Мишка и Ленка с открытыми ртами уставились на метавшую гром и молнии женщину.

- Мы же не знали! - наконец произнёс Мишка, даже и не подумав обидеться за «малолеток», и протянул руку к Лике (хотя он серьёзно сомневался, что её на самом деле так звали).

Резко ударив Мишку по руке, Лика встала на ноги.

- Да пошли вы! Я вызвала помощь, нас сейчас заберут!

Всё оставшееся время Лика просто курила одну сигарету за другой на веранде рядом со старым плакатом пионера, стучавшего по барабану. С ребятами она разговаривать не хотела.

* * *

Кортеж из трёх тонированных чёрных джипов и двух «Тигров» с пулемётчиками наверху буквально влетел на территорию лагеря. Скрипнули тормоза, изнутри тут же мелким горохом посыпались вооружённые до зубов люди в шлемах, бронежилетах, на которых были три буквы: «ФСБ». Словно муравьи, они заполнили лагерь, принялись осматривать трупы, исчезли внутри здания и бараков.

К Лике на веранду пошёл мужчина в деловом чёрном костюме и в красном галстуке. Они о чём-то быстро поговорили, то и дело глядя на Мишку и Ленку.

- Кажется, мы и правда всё испортили, - пробубнил себе под нос Мишка, уже догадавшись, что произошло.

- Ага, - только и бросила сестра, зябко поёжившись. - Хорошо, что она не лесбиянка.

Она была в куртке на три размера больше. Ничего более подходящего тут не нашлось.

ФСБэшникам понадобилось всего пятнадцать минут, чтобы закончить свои дела и вернуться в машины. Мужчина в костюме и в красном галстуке, взяв нежно под локоть Лику, остановился рядом с ребятами.

- Ваши за вами уже едут. Ждите. Здесь теперь безопасно. На сто вёрст ни одного бандеровца. Гарантирую.

Мишка с Ленкой в ответ только дружно кивнули.

Когда Лике уже изнутри открыли дверь и одна нога её уже была в джипе, Мишка, разглядывая круглый ожог от сигареты на своём запястье, не выдержал и крикнул:

- Лика, зачем? Почему ты спасла нас? Ты же могла сдержаться!

Женщина повернулась, грустно взглянула на Мишку и ответила:

- Видно, не могла. Ты очень на моего брата похож. Он во время теракта в Донецке в 2020 году погиб.

Вот так просто.

Двери хлопнули, и машины, разбросав из-под колёс сырую осеннюю землю, рванули к городу. Всё ещё не веря в их чудесное спасение, Мишка оглядел лагерь и бледные трупы нациков на земле. Ленка тем временем что-то пробубнила себе под нос.

- Что? - спросил брат, нежно обняв за плечи сестру.

- Лика, ликантроп, оборотень, - повторила негромко Ленка, провожая взглядом уезжающий по дороге кортеж ФСБ.

Канал в МАХ

Страничка ВК здесь

Ссылка на литрес здесь