Со временем всё чаще стали звучать вопросы – от клиентов, от коллег:
- Вы на «Экспо» будете?
- А чего вы на «Демо» не участвовали?

Конечно же, рано или поздно, надо будет в них влезать – и я грустно прикидывал расходы.

Выставиться на стандартном стенде, которые можно арендовать у устроителей – это значит быть неотличимым от остальных фирм. И, конечно же, встать в один ряд с ними.
- В Германии иметь фамилию Мюллер – всё равно, что иметь никакой.

Цель же рекламных акций – как раз, выделиться, показать лучшие качества, обозначить свой стиль.

Значит – нужен нестандартный стенд, с эксклюзивным оформлением. И бюджет начинает расти – ракетой, и стартует она с места сразу в зенит.

Дизайн, изготовление, транспортировка – а потом ведь ещё и хранение этого стенда до следующей выставки. Или его утилизация и изготовление нового.

Кроме того – это ведь ещё и увеличение хлопот. Это ведь не вызвал дизайнера, дал ему задачу и утвердил результат (хотя – знающие люди подтвердят - уже и на этом этапе можно изрядно хлебнуть!), это проследить за производством, за комплектностью при приёмке, разобрать-собрать на выставке, снова разобрать.

Кроме того – полиграфия рекламы – прайсов, буклетов, сувениров. Застывшая жизнь офиса – все ключевые сотрудники, да и я сам – должны быть на стенде. Ещё – риск расколотить либо свой экспонат, либо арендованный стенд. В условиях выставочно-посетительского хаоса лучше сразу иметь эту позицию в запланированных расходах.

А в офисе – звонки клиентов, поставщиков, всех, кому я нужен. Прямо в лицах представлял и слышал, как Маша хочет язвительно ответить:
- А наш цирк на выезде, у них гастроль в дурдоме. Нет, клоуны не остались, все там.

Она, конечно же, скажет:
- Вся фирма на выставке, там всех найдёте. Нет, только в понедельник, когда все вернутся в офис.

Но эффект будет одинаковый – вычеркнутая из деловой жизни неделя. А мы все будем ощущать себя теми самыми клоунами, вернувшимися из дурдома:
- Каждую, каждую минуту кто-нибудь просит прайс, буклеты все сметают в первый час, ходят по всей выставке, уже пакеты в обе руки полные рекламы, у всех собрали – нет, идут по второму кругу – уже на уши садиться, лезут с вопросами про конфигурации, про комплектующие... – рыдал мне как-то приятель, работающий у конкурентов и отработавший выставку на стенде.  – И ничего! Ничего не купили! Только мозг вынесли.

Это значит – потом ещё неделю в себя приходить.

А ведь выставок – с коротким интервалом - две. Вычеркнутый месяц в самый напряжённый период делового сезона.

На выставки я заходил, видел примерно одинаковые ассортимент и цены – и пытался представить себя в этом ряду.

И ощущал себя моим ньюфом, когда он понимал – сейчас мы идём не гулять, а к ветеринару. Или – сейчас гулять, а потом – всё равно к ветеринару. Он упирался всеми лапами и отворачивал голову.
Выставка для меня была рядами ветеринаров между которыми ходили ветеринары.

А, вот, настало время познакомить вас с ещё одним важным персонажем.

В тот период у меня жил здоровенный ньюфаундленд, появившийся у меня мистическим образом и ставший соавтором моих лучших идей. Сперва он меня выгуливал, а уже на прогулке становился соавтором. Он как-то чувствовал – правильную идею я думаю и я смогу на ней заработать ему на кость с мясом. Или неправильную:
- С этими стендами кость с мясом так и останутся в магазине, – читал я в его угрюмой походке. – Не думай эту идею.
И я его слушал.

Однажды, всё-таки, этот день настал:
- Приглашаем вас поучаствовать в нашей выставке, – раздаётся в трубке голос колокольчиком. В глазах «Экспо» я дозрел до их уровня.
Справившись об условиях, беру неделю на размышление.

Выставка в этот раз, как оказалось, будет в холле Концертного зала. Концертный зал – место хорошее, в центре, холл в нём большой, стендов и посетителей будет много.

Возникает задача: поучаствовать и выделиться – с минимумом затрат.

И вот, на утренней прогулке подходит ко мне мой мудрейший пёс и, глядя в глаза, говорит:
- А ведь это хорошая идея. Думай её внимательно С тебя – кость.
Всегда так происходило – если он признавал идею хорошей – она действительно приносила хорошие результаты и даже прибыль. Естественно, ему полагалась законная доля.

А думал я в этот момент идею слишком наглую – и я её бережно довёз до офиса и дождался звонка от устроителей:
- А зал у вас как-то задействован в мероприятии?
- Нет, всё будет проходить только в холле.

- Будем идти на запах горизонта, – однажды сказала мне Королева, мешая литовские слова с русскими, когда, гуляя по центру Вильнюса, мы обнаружили – наш изначальный план начал необратимо меняться в другую сторону – с Вильнюсом такое бывает, особенно, если вы ему понравились.

Королева – прекрасный персонаж из другой моей книги, возможно, и её главы тоже появятся на Пикабу. Ни о Королеве, ни о своей будущей поездке в Вильнюс тогда – в 90-е - я ещё не знал. Хотя литовское направление «на запах горизонта» – это точнее, чем наше «идти туда, не знаю куда», однако и в нём неопределённостей больше, чем понимания.

Словом, высказанная ниже идея на момент начала фразы была только ощущением от обмена взглядами с ньюфом. А непосредственно в идею она превращалась по мере того, как я её проговаривал в ухо колокольчикового голоса – явно оторопевая от услышанного вместе с ним:
- Предлагаю провести мультимедиа-шоу.
- Мультимедиа... что? – слово «шоу» ещё было слишком непривычным. Я и сам не был уверен – правильно ли я его применяю для затеи, которую ещё толком даже и не обдумал – было только ощущение, как это должно быть.
А ощущение было такое – то, чего ещё не может быть.

- Мы сделаем небольшое... действо. Минут на сорок. Покажем возможности мультимедиа. Вы можете вписать это в программу выставки, это привлечёт больше публики. Я сделаю публикации-анонсы в своих газетных колонках. Мы ничего не говорим на тему рекламы, только о возможностях компьютера, поэтому вы не требуете с нас аренды зала, мы делаем мероприятие. От вас – договориться о зале, с нас – шоу, -  слово в слово озвучил я идею, которую мой ньюф одобрил на утренней прогулке.
- Я передам руководству и мы перезвоним, – задумчиво ответил колокольчиковый голос.

- А вы можете не сорок минут, а час с небольшим? – спросил он меня на следующий день.
- Мне нужно посоветоваться с артистами.
- Будут артисты?
- Да, будут артисты. Завтра перезвоню.

Артисты ещё ничего не знали. О необходимости артистов я узнал, когда сказал:
- Мне нужно посоветоваться с артистами.
Теперь вы понимаете, насколько это была отлетевшая идея – даже для меня.
Даже думать в её сторону мне было – невероятно. Теперь так же невероятно было думать об отмене:
- Да вы, сударь, слабак, – подумает колокольчиковый голос, – не будем больше с ним дел иметь.
И весь город будет знать:
- Слабак, мы не будем к нему ходить.
- Слабак, – махнёт хвостом пёс.
- Безнадёжный, – добавит его походка.

Как я уже упоминал – у меня постоянно происходили музыкальные... буйства – чаще всего в пятницу вечером, когда большинство сотрудников компании уже расходилось, а освободившиеся со своих работ друзья, проходя мимо, решали мимо не проходить.
- О, ты ещё здесь, это хорошо, – так начинался такой вечер, плавно, по мере накопления критической массы друзей, перетекающий в джем-сейшн.
Поэтому мой «шоу-рум» в большом офисе законно переименовали  в «шум-рум».

- Сегодня можешь зайти вечером? – позвонил я Саше.

Саша Бурдин – один из лучших гитаристов, играл в группе «Еретик» – очень известной в Омске, звезда наших рок-концертов и джем-сейшнов. Так же удалось найти и пригласить Олю – вокалистку ещё одной известной группы - с прекрасным чистым голосом. Самое главное – удалось найти Антона Апасова – клавишника из группы «Винчестер». Антон заканчивал консерваторию, уровень заметно выделял его из всего нашего рок-бомонда. На рок-концертах он вызывал... недоумение – как его с такой игрой и академической статью занесло на праздник музыкального непослушания не вполне трезвых шалопаев. Это же недоумение заметно было и у него самого.

Анекдот про Ростроповича:
- Сплю я, и снится мне - я играю в Карнеги-холле. Просыпаюсь - а я действительно играю в Карнеги-холле.

Антон был один из немногих, кто знал нотную грамоту и понимал в аранжировках – и я очень рассчитывал на него.

- Ребята, у нас через две недели – концерт.
- Концерт? Через две недели?
- Да. концерт через две недели.
- Где?
- В Концертном зале.
- В Концертном зале? – у всех было одинаковое потрясение. Все выступали исключительно на любительских площадках, а тут – главная музыкальная сцена города.
- Через две недели мы вам только сплясать можем. Пьяно и разнузданно.
- Поздно, надо будет петь и играть.

Мы оговорили репертуар, оплату и график репетиций. С графиком было проще всего – каждый вечер.

- Да, сможем час с небольшим, – позвонил я колокольчиковому голосу.
- Отлично, – мы вас поставим на день закрытия, начало – за полчаса до закрытия выставки.

Нами будут закрывать выставку!!! На сборных концертах артисты борются за эту позицию – кто завершает программу – тот и главный. Получается – мы главные на выставке.

Антон приходил днём, сразу после занятий, Оля и Саша – ближе к вечеру, сразу после работы.
Мы с Антоном садились за компьютер и вместе разбирались в музыкальном редакторе Midisoft Recording Session. У Антона – минимальный опыт работы с компьютером, в основном – набивание курсовиков, я – с знанием нескольких гитарных аккордов. Через две недели мы должны устроить концерт неизвестно чего.

Продолжение следует.

Ваш HappyTalkie

Вся серия рассказов - Как мы продавали компьютеры в 90-х.