Второе, очень много населения на Украине, которое устроилось на теплые места во время войны и привыкло к лёгким и большим деньгам, поступающим с Запада в бесконтрольном режиме, разучилось работать по-настоящему. Во время мира им будет очень трудно заставить себя работать по-настоящем, да ещё и за относительно маленькие зарплаты. Эти люди легко перейдут в криминал, чтобы не терять свой уровень жизни. Следует также ожидать, что недовольство и обиды той части населения, которая не получила выплаты за боевые заслуги и за погибших родственников, выльются в бунты и погромы в условиях, когда Украина напичкана оружием. И вряд-ли у будущего правительства будут данные деньги на выплаты, так что стоит ожидать, что люди пойдут забирать всё что им положено с помощью грабежей и бандитизма. Особенно такой путь - скалачивания банд по причине обид за смерть и инвалидность своих отцов, следует ожидать от местной молодежи, которая не захочет работать за маленькие зарплаты.

Ну и конечно в такой криминальной и разорённой Украине следует ожидать появление потоков наркотрафика, воровства людей на органы и открытия подпольных студий детской порнографии. Если на войну Украине ещё давали деньги (сотни миллиардов у.е.), то на мир вряд ли Запад что-то даст, а, наоборот, ещё потребуют возместить долги и убытки. И после войны украинцы уже перестанут быть героями на Западе и "Слава Украине! Героям слава!" там украинцам уже никто не будут кричать.

Удручающее состояние инфраструктуры некоторых государственных учреждений здравоохранения Тульской области нередко становится причиной скандальных публикаций в социальных сетях. Авторы очередных снимков обшарпанных стен, рваного линолеума, ржавых труб и вечно протекающих потолков взывают: «Доколе?!», — требуя ремонта, благоустройства, модернизации отечественной медицины. Совсем недавний случай — жуткие кадры «коридора из фильма ужасов» в областном Центре по профилактике и борьбе со СПИД и инфекционными заболеваниями на набережной Дрейера. Правда, в региональном министерстве здравоохранения сообщили, что помещения на фото не используются, а «кабинеты для приема пациентов отремонтированы, врачи работают в комфортных условиях»; фотодоказательства прилагались.

Справедливости ради надо сказать, что ремонту и модернизации медучреждений области уделяется с каждым годом всё больше внимания, и — не только в Туле, но и по всей области — постоянно ремонтируют, модернизируют, совершенствуют десятки больниц и поликлиник, открывают ФАПы, создают новые медицинские центры. Но нет пределов совершенству, поэтому лозунг «Улучшайте медицинскую помощь!», послуживший сто лет назад названием заметки в газете «Коммунар», будет актуален всегда.

Бестолковщина страшная

Корреспондент главной губернской газеты в № 262 (1606) за 21 ноября 1923 года не имел ещё технической возможности опубликовать фотографии, тем не менее, современных блогеров превзошёл. Его описание состояния некоторых учреждений наркомздрава в Туле впечатляет не меньше: «… к делу медицинской помощи у нас часто подходят невнимательно и неосторожно. Однако, несмотря на ряд указанных нами фактов, жалобы на наши амбулатории и больницы не прекращаются».

В доказательство своих слов некто под инициалами В. Д. приводит следующие впечатления пациентов: «Тов. Гр. Вьюгин описывает антисанитарное состояние приемной Соматической больницы. Сор, грязь, плевательниц почти нет. Здесь и лежат слабые больные на лавках, здесь же курят и плюют, здесь и ругаются санитарки. Постоянный шум и смрад. Бестолковщина страшная.

Тов. Винокуров приводит примеры преступно невнимательного отношения к больным в амбулаториях. Рабочий Ложевой мастерской Копылов пять дней ходил в амбулаторию № 3 к врачу Глебову, уверяя последнего, что ему в глаз попал осколок металла. Однако врач все время признавал глаз совершенно здоровым. Когда рабочий, уже полуослепший, обратился к доктору Лазареву, тот действительно нашел осколок и произвел срочную операцию (согласитесь, похожее встречается и в наши дни. — С. Т.).

Другой случай в той же амбулатории был с рабочим Ключаревым, которому вместо больного выдернули здоровый зуб».

С фармацевтической помощью дела обстояли не лучше:

«В Пятницкой аптеке одному рабочему, как сообщает Дм. Лыков, было по ошибке выдано не то лекарство. Показав лекарство врачу, рабочий узнал, что тот ему этого не прописывал и что это лекарство для него было бы вредно.

Когда рабочий вернулся в аптеку, ему, чтобы загладить неприятную ошибку, срочно изготовили действительно нужное лекарство. В той же аптеке, жалуется В. Сабинин, изготовление лекарства задерживается по два, а то и по три дня».

Раз такое творилось в губернском центре, что было ожидать в тогдашней провинции?

«Не лучше дело и в уездах. Косогорец пишет, что приемная косогорской больницы (посёлок Косая Гора был передан в подчинение Центрального райсовета г. Тулы только в 1965 году. — С. Т.) представляет собой клоаку заразы: грязь, пыль, паутина по углам, в плевательницах человеческие испражнения, которые не убираются по несколько дней и т. п.

Тов. Стрелков отмечает еще один существенный недостаток: в Щекинском районе нет больницы, а есть только одна амбулатория, обслуживающая и копи, и ближайшее население. Все же, требующие коечного лечения, возятся в Тулу. Это лишает возможности при несчастном случае тяжело пострадавшему оказать правильную помощь».

Очередная попытка силой печатного слова привлечь внимание властей к проблемам здравоохранения столетней давности заканчивается такими словами: «Все эти недостатки должны быть устранены немедленно, ибо медицинская помощь не терпит отлагательства».

Трудно не согласиться.

Достижения при всех недостатках: ни одной эпидемии!

Не будем забывать, что речь идёт о стране, пережившей мировую и гражданскую войны, две революции, голод 1921-1922 годов. К тому же, молодая Советская республика, несмотря ни на что, первой в мире занялась созданием системы всеобщей, равной и бесплатной медицины! И вот чего удалось добиться за первые пять лет тульскому губздравотделу, доклады которого публиковались в «Коммунаре» регулярно, последний — 1923 года — размещён в № 256 (1600).

Лечебная помощь на дому: «... за год сделано 13 543 посещения (население Тулы тогда составляло чуть меньше 124 тыс. чел. — С. Т.).

<…> Амбулаторная помощь сосредоточивается при крупных больницах и улучшается качественно.

За год амбулаториями Тулы зарегистрировано 477 457 посещений, из которых на долю застрахованных и их семей приходится 442 001 посещение. Особенно широко развернула работу амбулатория уха, горла и носа, завоевавшая широкие симпатии населения. Ежедневный прием при 1-2 врачах достигает 120-200 чел.

Больничная помощь хотя и окрепла, но состояние больниц продолжает оставаться далеко ниже нормального уровня. Слабо питание, не хватает инвентаря, не произведено капитального ремонта помещений.

За год больницы пропустили 9 110 больных с общим числом 152 770 койкодней, при чём 63 проц. их приходится на долю застрахованных и их семей, значительный проц. использования крестьян, т.-е. больницы обслуживали главным образом трудовой элемент…

<…> общее улучшение материального положения рабочих и благоустройство города отразилось на санитарно-эпидемическом состоянии Тулы.

Ни одной серьезной эпидемии не перенесла она за последний год. Лето не дало ни одного заболевания холерой. Только в последнее время наметилось усиление заболеваний скарлатиной и маленькая вспышка кори, осложняющейся коревым крупом.

<…> Борьбе с социальными болезнями удалось за этот год дать небывалый размах.

Через туберкулезный диспансер прошло 3 600 чел. Диспансером прочитано 64 лекции. Хорошо работали санатории „Иншинка“, „Алексин-бор“ и Здравница в Алексине. Результаты лечения там очень удачные: улучшение замечено у 88 проц. больных, ухудшение — лишь у 2 проц».

Постыдное первенство патронников

На фронте борьбы с проституцией вклад губздравотдела составил 19 лекций, при чём работники отдельных предприятий странным образом не вняли нравоучений врачей:

«Венерический диспансер пропустил с 15 марта по 1 октября 1 549 больных. Им проведен поголовный осмотр детдомов (из 1 580 детей 2 больных), работников нарпитания, рабочих и служащих Оружзавода, студентов Рабфака и нескольких мелких предприятий. Всего осмотрено 20 218 чел.

Интересно, что процент заболеваемости у патронников (10 проц.) много выше, чем среди оружейников (4 проц., к общему числу рабочих).

<…> В деле охраны материнства и младенчества вся тяжесть переносится на консультации. В Туле организуются ещё 2 пункта, где матерям даются советы.

<…> „Дом Матери и Ребенка“ реорганизуется в „Дом Ребенка“ с прикреплением к нему 150 чел. детей — подкидышей. По губернии дома имеются только в 6 уездах.

По охране здоровья детей открыта школьно-показательная амбулатория, концентрирующая обслуживание детей школьного возраста. Из осмотренных ею 3 075 детей большинство слабо, недоразвито, страдает малокровием и золотухой.

<…> С бесплатным снабжением застрахованных лекарством Фармотдел справился. Выдано за год лекарства по 340 000 рецептов. В настоящее время запасы медикаментов имеются, но недостаток финансирования сказался на неисправном снабжении аптек, на которое неоднократно жаловались рабочие».

В 2004 году одна из самых известных тульских больниц, носящая тогда имя первого советского наркома здравоохранения Николая Александровича Семашко (руководил наркоматом с 1918 по 1930 год), была переименована в Ваныкинскую. Но многие туляки и сегодня, по прошествии уже почти двадцати лет, используют советское название.

Приведённая выше статистика — результат первых шагов по созданию революционной по своей сути модели системы здравоохранения, финансируемой только из государственного бюджета. Хотя в 1923 году ещё значительная часть медицинских услуг оказывалась платно.

Позже многие развитые страны мира — Швеция, Ирландия, Великобритания, Дания, Италия и другие — создали свои бюджетные системы здравоохранения, опираясь на опыт созданной в СССР системы Семашко и появившейся после окончания Второй мировой войны системы Бевериджа.

* Цитируется с сохранением орфографии и пунктуации первоисточника.