Школа – это своё маленькое государство в государстве. Там царит своя внутренняя жизнь, свои движения, свои коварства, интриги. В одну такую историю влип парень, судьба которого, казалось бы, уже решена. Остаётся лишь маленькая формальность, чтобы довести дело до конца, но события вдруг начинают разворачиваться совсем в другом ключе…

...

Николай Лакутин

Пьеса: В обойме

Драма. Два действия. 10 человек

Ограничение 16+

Действующие лица

Алла Сергеевна

Валентина Викторовна

Андрей Петрович

Анатолий Вениаминович

Алёна Александровна

Юлия Рудольфовна

Игорь Сергеевич

Анна Витальевна

Марина Юрьевна

Константин Львович

Класс в средней общеобразовательной школе.

Действие 1

Алла Сергеевна стирает тряпкой надписи с доски, раздаётся школьный звонок.

Алла Сергеевна. Так, звонок последнего урока второй смены прозвенел, значит сейчас девятнадцать ноль пять. (Смотрит на часы). Так и есть. А собрание назначено на девятнадцать ноль ноль. И где наши родители?

Идёт к двери, выглядывает.

Алла Сергеевна. Товарищи родители! А что сидим? Кого стесняемся? Почему не заходим?

Валентина Викторовна (только голос). А мы думали, в классе нет никого, сидим тут ждём.

Андрей Петрович (только голос). Так вы что, дверь даже не дёргали? Ну вы даёте. Я-то думал, что дёргали, да закрыто.

Алла Сергеевна. Проходим-проходим.

Входят родители в зимней одежде, мужчины снимают шапки и шарфы, женщины слегка расстёгивают верхнюю одежду, здороваются с учителем, по мере вхождения в класс.

Анатолий Вениаминович. Там в гардероб вещи не принимают, ничего, что мы сюда так?

Алла Сергеевна. Конечно, не принимают, уроки закончились, гардеробщица домой уходит. Ничего страшного, кладите одежду здесь.

Юлия Рудольфовна. Послушайте, а это вообще надолго? Есть ли смысл раздеваться, потом снова одеваться, только время тянуть. Мы же все знаем, для чего тут собрались. Давайте быстренько письмо оформим, подписи поставили и разбежались.

Андрей Петрович. Да, я согласен, засиживаться некогда. Я, правда, не очень в курсе, что писать собираемся и что именно подписывать. Но если это новый сбор на нужды школы или там на новые шторы для класса, так я не против. Сколько надо отсчитаю и пойду.

Алла Сергеевна. Шторы в классе действительно давно не меняли, но наша сегодняшняя встреча по другому поводу. Раздевайтесь, в куртках и шапках точно вымокните.

Юлия Рудольфовна. Так как всё-таки долго пробудет собрание?

Валентина Викторовна. Да, мне тоже бы желательно побыстрей.

Алла Сергеевна. Товарищи родители, пожалуйста, раздевайтесь, рассаживайтесь! Как долго будет идти собрание – этого я сказать не могу, но в любом случае ещё не все пришли. В классе у нас двадцать шесть учеников и учениц, а пришло только… Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь… Вот, семь человек.

Юлия Рудольфовна. Максимовы не придут, они в командировке.

Алла Сергеевна. Что, оба родителя разом?

Юлия Рудольфовна. Да, в одной фирме работают, оба региональные менеджеры, всё время в разъездах, вот как сейчас. Они, правда, по разным городам разъехались, но присутствовать не смогут. Просили извиниться.

Алла Сергеевна. Понятно. Все остальные тоже в командировках?

Игорь Сергеевич. Ага. Конечно. У нас же вся страна сплошная вахта.

Анна Витальевна. Да понятно, что остальным просто лень на собрания ходить. Плевали они на все эти внутришкольные вопросы и на своих детей им, видимо, тоже плевать. Волновало бы, что у них в жизни происходит – были бы здесь, нашли бы время. Мы тоже все заняты, но выкроили час. Ничего страшного не случилось.

Алёна Александровна. У кого не случилось, а у кого и случилось. Я с начальником разругалась, завтра, наверняка, предложат написать по собственному. Я в прошлую смену болела, до этого проблемы с электричеством на работе били, всех отпустили и вот сегодня отпросилась. Ну как отпросилась? Никто меня не отпускал, сама ушла.

Игорь Сергеевич. Вот! Вот, что значит, ответственный человек. На какие жертвы идёт. А другие палец о палец не ударили.

Алла Сергеевна. Я специально назначила собрание на семь часов вечера, чтобы все уже успели вернуться с работы, по крайней мере те, кто работает по стандартной пятидневке. У вас, Алёна Александровна, причина более чем уважительная, раз так сложно всё, наверное, не стоило ругаться с начальством ради собрания.

Алёна Александровна. Нет, я должна сегодня присутствовать здесь обязательно, нужно уже положить конец всему этому безобразию раз и навсегда!

Андрей Петрович. А у нас тут безобразие творится? Очень интересно.

Игорь Сергеевич. Ну как же? Вашу Соню за косы кто таскал? Или вы не в курсе?

Андрей Петрович. Кто таскал? Мне ничего Соня по этому поводу не говорила.  

Алла Сергеевна. Всё расскажу. Так, ну что? (Смотрит на часы). Ждать ещё кого-то или начинать?

Вбегает Марина Юрьевна.

Марина Юрьевна. Ой, я немножко задержалась. Алла Сергеевна, здравствуйте. Вы уже начали, да?

Алла Сергеевна. Собрание на семь часов было назначено, а сейчас уже…

Игорь Сергеевич. Дайте-ка угадаю. Вы мама Лёши Гаврилова?

Марина Юрьевна. Да. А откуда вы…

Игорь Сергеевич. А Лёша ваш тоже постоянно опаздывает, мне сын говорил.

Марина Юрьевна. А вы чей папа, если не секрет?

Игорь Сергеевич. Я папа Мирона Стефанова. Один из лучших учеников в классе. Так, к сведению.

Входит Константин Львович с небольшим строгим туристическим кейсом на колёсиках.

Константин Львович. Всем добрый вечер. Простите, что опоздал, я только с рейса. Самолёт задержали из-за погодных условий. Но я сразу сюда, без заезда домой. Вот здесь вещи поставлю, можно?

Алла Сергеевна. Ставьте, а вы, простите, чей папа?

Константин Львович. Константин Львович Валиев.

Алла Сергеевна. А, папа Кости. Замечательно. Очень хорошо, что Вы пришли. Прежде несколько раз мама приходила, с вами мы не виделись.

Константин Львович. Да, супруга, к сожалению, сейчас с растяжением, не смогла прийти.

Алла Сергеевна. Что случилось?

Константин Львович. Погода-то какая? То подтает, то замёрзнет. Неудачно сходила за хлебом.

Алла Сергеевна. Да, на улице и правда очень скользко. Осторожно нужно.

Игорь Сергеевич. День жестянщика!

Алла Сергеевна. Проходите, Константин Львович, раздевайтесь. Мы, сегодня как раз по поводу Кости собрались.

Константин Львович. Сюда можно сесть? Не занято?

Марина Юрьевна. Садитесь.

Марина Юрьевна двигается, уступая место Константину Львовичу.

Алла Сергеевна. Всё, больше никого не ждём, если кто подойдёт, то введём в курс дела, но по опыту, в седьмых классах уже родители не слишком ходят на собрания. В первом классе почти все, а потом чем старше класс, тем меньше родителей, скорей всего ждать больше некого. Начнём.

...

Конец первой Сцены. Всю пьесу на данной платформе целиком разместить не представляется возможным, поэтому полную версию можно прочесть на других площадках:

***

Контакты для согласований:

Почта автора Lakutin200@mail.ru

Автор в социальной сети вк https://vk.com/avtor_nikolay_lakutin

Все пьесы Николая Лакутина представлены для ознакомления на официальном сайте автора в разделе «Пьесы» https://lakutin-n.ru/piesy.html

В сообществе VK https://vk.com/club_lakutin_n

На портале «Проза» https://proza.ru/avtor/lakutinnv

Падение титана у подножия панельного Олимпа (Античная трагедия в одном акте, лето 1249 года до нашей эры)

Действующие лица:

• Евлампия — нимфа телесного изобилия в пеплосе расцветки дикого луга, жрица священной полторашки.

• Зинаида — рыжевласая дриада томления в траурной хламиде, хранительница пластиковых потиров.

• Иннокентий — увядший лесной сатир в лазурном трико с тремя священными лампасами, пребывающий в глубоком философском приседе.

• Хор местных алкашей и сизых голубей — незримые духи окрестных гаражей и балконов.

Место действия: каменистый склон священного кургана, поросший бурьяном и полынью. Вдалеке громоздится серый бетонный акрополь в девять ярусов.

ЕВЛАМПИЯ (воздевая пластиковый стаканчик к зениту и мощно утвердив десницу на сосуде с тёмным нектаром):

Испей же, фавн, живительной струи!
В сосуде сем — нектар хмельной лозы.
Пусть чресла пробуждаются твои
В преддверии неистовой грозы!
Я пред тобой раскинула шатры
Своих телес, обильных, как стада;
В моих долинах знойные костры
Не ведают ни меры, ни стыда.
Коснись грудей, чей необъятный пик
Под майкой серой жаждет мятежа,
Пусть твой Приап, что в зарослях поник,
Воспрянет ввысь, от ярости дрожа! 

ЗИНАИДА (поправляя диоптрии в огненных кудрях и томно покачивая собственным кубком):

О, Кеша, седовласый наш Эрот,
Что ж ты затих в полыни и бурьяне?
Ужели спирт сковал твой скорбный рот,
И дремлет дух в полуденном тумане?
В тени обшарпанных жилых громад
Мы алтари воздвигли из баклажек,
Чтоб ты испил весь океан услад
Без всяких предусловий и поблажек!
Отверзни пасть и осуши стакан,
Войди в ложбину страждущего лона,
И пусть качнётся древний наш курган
От нашего взыскующего стона! 

ИННОКЕНТИЙ (не размыкая сцепленных у чела перстов, вещает глухим, надтреснутым басом):

Увы мне, девы! Горек ваш укор,
Но бренный дух томится в дряблом теле:
Я третий день глушу палёный «Бор»,
Забыв про честь в распутной канители.
Мой верный пик, что в прежние года
Ласкал ущелья пламенной Венеры,
Поник главой, исполненный стыда,
И сморщился сверх всяческой уж меры! 
В моих кишках бушует Посейдон,
Бродильный чан клокочет под желудком!
Коль я пойду сейчас на приступ лон,
Рискую поплатиться я рассудком:
Боюсь, не удержу я клапан дна
При первом же толчке любовной сечи,
И вмиг окрасит бурая волна
Крутые лядви и нагие плечи!

ЕВЛАМПИЯ (грозно ударяя дном полторашки о валун, отчего в траве вскипает пенный гейзер):

Какой позор под сенью облаков!
Ты отвергаешь даровые сласти!
Под пёстрым ситцем пышных цветников
Пылают сокровеннейшие части!
Пускай твой корень вял, как стебель трав,
И сморщен, словно старая коряга, —
У нас с Зинулей столь затейлив нрав
И столь крепка божественная брага,
Что мы вдохнём и в павший уд задор,
Возьмём его в натруженные руки;
Так распахни ж штанин своих затвор,
Отдайся нам на сладостные муки!

ЗИНАИДА (придвигаясь ближе по камням и заглядывая сатиру снизу вверх в мутные очи):

Не страшен нам ни трубный глас кишок,
Ни бурные зловонные зефиры!
Пускай в штанах набухнет корешок,
И запоют натянутые лиры!
Смотри, как млеет на холме трава,
Как вдалеке сияет дом панельный!
Моя душа, от страсти чуть жива,
Зовёт тебя на подвиг запредельный!
Я обовью тебя, как цепкий хмель,
Увлекши вниз, в медовую пучину;
Из диких скал суровая постель
Заменит нам пуховую перину! 

ХОР МЕСТНЫХ АЛКАШЕЙ И СИЗЫХ ГОЛУБЕЙ (с балконов акрополя и из кустов бузины):

О, видел ли священный Геллеспонт
Такой накал неистового блуда?!
Две жрицы открывают плотский фронт
И ждут в кустах немыслимого чуда!
Но старый фавн, забыв родной Парнас,
Недвижим, как обломок Парфенона;
В трико с полоской в сей вечерний час
Клянёт остатки блудного гормона!

ИННОКЕНТИЙ (тяжело вздыхая, отрывает подбородок от рук и с ужасом взирает на разверстые чресла Евлампии):

О боги Олимпийской вышины!
Ужель пришла за грех былой расплата?
Гляжу в разрез цветастой штанины,
И трепет бьёт уставшего солдата!
Твоя пещера, нимфа, глубока,
Как жерло раскалённого Вулкана!
Туда войдут четыре бурлака,
Два бочкаря и три подъёмных крана!
А мой червяк, измученный вином,
В таких просторах пропадёт бесследно,
И будет выть в чистилище ночном,
Маяча там уныло и безвредно! 

ЕВЛАМПИЯ (в праведном гневе встряхивая могучим персями, отчего по склону холма прокатывается лёгкий камнепад):

Коль жезл увял — пускай в работу нос,
Язык проворный или палец дюжий!
Не то тебя я сброшу под откос,
Где черви спят под высохшею лужей!
Я оседлаю твой небритый лик,
Впечатав в зной своей сырой ложбины,
И заглушу твой полупьяный крик
В объятиях божественной трясины!

ЗИНАИДА (до краёв наполняя стаканчик и решительно суя его под нос сатиру):

Смирись, безумец! Рок неумолим,
Не убежать с зелёного кургана!
Мы над тобой расправу совершим
Под звон последнего с вином стакана!
Евлампия воссядет на уста,
А я пристроюсь на костлявых чреслах,
Чтоб плоть твоя воспряла неспроста,
А мы качались, словно в царских креслах!

ИННОКЕНТИЙ (обречённо выхватывая сосуд и залпом осушая мутную амброзию):

Да будет так! Не миновать судьбы,
Коль нимфы жаждут яростной расправы!
Прощайте, фонари, кусты, столбы,
И вы, шумящие на склоне травы!
В последний бой идёт седой сатир,
Сжимая зубы в старческом оскале!
Ложитесь, девы! Начинаем пир
В седом бурьяне на гранитном вале!
Коль суждено мне сгинуть в бездне лон,
Раздавленным лавиной целлюлита,
Пусть потрясётся каменный притон,
А чаша блуда дочиста испита!

ХОР МЕСТНЫХ АЛКАШЕЙ И СИЗЫХ ГОЛУБЕЙ (под шум сминаемого лопуха):

Смыкает сумрак томные крыла,
Шуршит в кустах одежда расписная...
Так пал сатир в объятьях ремесла,
Под сенью башни вечность познавая!
Трещит бурьян, качается валун,
Слились тела в мистическом экстазе,
И молча внемлет им седой Нептун,
Дремля в кустах на битом унитазе!

Это история двух находчивых студентов. Парни свободно общаются, легко идут на контакт и без труда заводят новые знакомства. Они, что называется, в тусовке. Но судьба сводит их с девушкой, на которую не действуют стандартные приёмы. Чем ответят парни на вызов судьбы? Узнаем в комедии: «Когда бы мы общались чуть иначе».

...

Николай Лакутин

Пьеса: Когда бы мы общались чуть иначе…

Студенческая комедия на 4 человека. Один акт.

Ограничение 12+

Действующие лица

Евгений

Александр

Анастасия

Зинаида

Сцена 1

Слышен шум голосов студентов. Веселье, смех, крики.

С сумочкой в руках, поправляя очки, выходит Анастасия. Смотрит по сторонам, от очередного крика какого-то студента вздрагивает и пугливо прикладывает руки к сердцу.

Смеясь и горячо обсуждая какую-то тему, выходят Евгений и Александр.

Александр. Да ты что, мы так вчера затусили, что я кое-как утром вспомнил, кто я есть. А ещё же нужно было на работе появиться и по учёбе не налажать.

Евгений. Да ты красавчик! Так чётко всё выдал, словно с прошлого занятия только тем и занимался, что изучал вопрос связей с общественностью.

Александр. В принципе, я именно этим и занимался, только чуть в другом контексте.

Евгений. Хах! Точно.

Проходят мимо Анастасии, которая с опасением и даже некоторым пренебрежением смотрит на парней, подавшись немного в сторону и стараясь остаться незамеченной.

Александр. О! Девушка, здравствуйте. Вы тоже здесь учитесь?

Анастасия. С некоторых пор.

Евгений. Понятно, сразу с рождения сюда не принимают.

Анастасия. Я имею ввиду, что до поступления в МГИМО училась в МГУ.

Александр. А… Отчислили?

Евгений. Ничего, с кем не бывает.

Анастасия. Нет, меня не отчислили. Я отучилась на бакалавриате, а здесь сейчас в магистратуре.

Александр. А зачем тебе столько мозгов?

Анастасия. Ну… У кого-то же они всё-таки должны быть, не находите?

Пауза.

Евгений. По-моему, она сейчас назвала нас с тобой дураками.

Александр. Мне тоже так показалось. Девушка, нам показалось?

Анастасия. Я не имела ввиду конкретно вас, Вас я не знаю. Я говорю лишь за себя. Вы спросили, я ответила. И… Если позволите, я продолжу свой путь.

Александр. Нет, не позволим. Секундочку. Объясните нам, милая девушка, почему вы убегаете, совершенно не подав виду, что имеете стойкое желание познакомиться с двумя замечательными парнями?

Анастасия. Вероятно потому, что я не имею этого желания.

Евгений. Она нас ещё и уродами назвала, походу. Вот так подошли, поздоровались. А ещё МГУ закончила. Нда… Куда катится этот мир.

Анастасия. Послушайте, я никоим образом не оскорбляла вашего достоинства и не намереваюсь это делать. Я вообще не понимаю, зачем вы ко мне подошли и чего вы хотите.

Александр. Вот тебе раз. Что же тут сложного? Понравилась девушка, подошли с прицелом познакомиться, пообщаться. Что, в МГУ нет такой практики?

Анастасия. Нет. Там у нас всё строго было и каждый сам за себя. А тут какая-то суета, кругом неуставное общение. Какие-то мероприятия постоянно, компании, встречи, движения вне учебного процесса и непосредственно в нём.

Евгений. Ну что же, тогда привыкай. Тут у нас тусы – обычное дело. МГИМО, это если хочешь, одна большая общая семья. Тут все знакомятся, общаются, дружат. В этом нет никакого панибратства и душевной простоты, тут сама атмосфера такая дружеская. На лайте.

Анастасия. Я не привыкла к такому. У меня и в семье всё было строго всегда. Только учёба, только книжки, никаких гуляний после шести вечера и только под присмотром.

Евгений. Какая-то ты… Прости, как будто искусственная, оторванная от жизни. Поди ни одного неприличного слова не знаешь?

Анастасия. Слышала, но в жизни их не применяю.

Александр. А как же ты живёшь?

Анастасия. Вполне нормально. Можно подумать, не выражаясь и жизнь нельзя прожить?

Евгений. Да кто же его знает. Чтобы узнать, нужно попробовать, а никто не пробовал. Да и незачем. Жизнь ведь пестрит всевозможными красками, зачем намеренно себя в чём-то ограничивать?

Анастасия. Ошибаешься. Мои родители никогда не применяют в жизни неприличные слова. И от бабушки с дедушкой никогда ничего подобного не слышала. Всё достойно, на уровне образованных интеллигентных людей.

Александр. Зря мы подошли, Женёк. Мне сначала эта барышня вроде как понравилась, а немного пообщались и я понял, что это не наш вариант. Пойдём, найдём другую. Вернее других.

Анастасия. Простите мне моё любопытство, а вы кого искали?

Евгений. Как кого? Девушку. Вернее девушек. Мы же парни.

Александр. Ну ты такая вроде симпатичная с виду. Хотели заобщаться, там может что-то бы и получилось с кем-нибудь из нас. Да забей, ты реально тему не сечёшь. Иди к своим до ужаса приличным мамам и папам, к бабушкам, дедушкам. Изъясняйся с ними на своём интеллигентском.

Александр и Евгений собираются уходить.

Анастасия. Подождите!

Парни оборачиваются.

Анастасия. А я правда симпатичная?

Евгений. Правда.

Александр. Пока рот не открываешь.

Анастасия. Извините, но как я должна, по-вашему, общаться, чтобы быть привлекательной не только внешне, но и в плане коммуникаций?

Евгений. Да не нужно как-то специально общаться, будь как все и всё.

Анастасия. А мой папа говорит, что как все быть как раз не нужно, потому что у всех результат в плане достижения целей и самореализации как правило не очень. Лишь единицы чего-то добиваются и преуспевают в жизни.

Евгений. Толково, кстати.

Александр. А кто твой папа?

Анастасия. А не скажу.

Александр. А я тогда тебе тоже не скажу, кто мой!

Евгений. И я оставлю своих предков в тайне. Как вы к нам, так и мы к вам. Во так вот!

Анастасия. А вы не думали о том, что сами как-то слишком уж просто общаетесь. На уровне… Не знаю, как сказать…

Александр. Обидеть боишься. Да не бойся. Говори, как есть. Как школьники общаемся, да?

Анастасия. Ну да. Причём, как ученики не самой сильной школы.

Александр. Да, может быть. Зато у нас друзья есть, а у тебя при таком подходе явно нет. И не будет.

Анастасия. Есть у меня подруга.

Евгений. Тоже учёная, да?  

Анастасия. Разумеется.

Александр. Я представляю, как вы между собой общаетесь. Только здороваетесь, наверное, а потом каждая достаёт по книге, садитесь рядом и читаете. Хороша дружба, а общение какое высокое! На зависть. Пойдём, Женька, нечего тут ловить.

Евгений. Да, жалко, что не сложилось общение. Ну удачи тебе и извини, если обидели чем.

Анастасия. Подождите!

Александр. Чего ещё?

Анастасия. А если бы я общалась в Вами так же, как и Вы. Ну вот так вот просто… Не слишком, скажем так, интеллигентно, на более… М… Более социально адаптированном для вас уровне, вы бы тогда что?

Евгений. Что?

Анастасия. Ну вот, вы подошли, мы бы познакомились, и потом что? Какое было бы продолжение?

Александр. Чёрт, она ещё ни с кем и никогда? Женька, прикинь? У неё парня не было!

Анастасия. И что в этом такого? Мне не под сто лет, чтобы этим упрекать.

Александр. Ну как бы и не пятнадцать.

Анастасия. Что, простите? Прошу прощения, я правильно поняла, вы считаете нормальным в пятнадцать лет…

Евгений. Сань, не пугай человека. Пусть живёт в своём правильном мире. В конце концов, что в этом плохого?  Это даже здорово, если разобраться. Просто сейчас так уже никто не живёт, ну да ладно. Извините, девушка за беспокойство. Мы больше не посмеем Вас тревожить!

Анастасия. Ну вот! Вот же!

Евгений. Где?

Анастасия. Получается же общаться достойно. Женя смог. Тебя ведь Женей зовут, если я правильно услышала?

Евгений. Правильно услышала, Евгений, честь имею.

Александр. Ну тогда и я с вашего позволенья представлюсь. Александр!

Анастасия. Анастасия.

Александр. Ну всё. Счастливого пути, Настюха. Больше не задерживаем.

Анастасия. Жаль.

Парни делают несколько шагов, но останавливаются.

Александр. А?

Анастасия. Когда бы вы общались чуть иначе… Имели бы все шансы на успех.

Александр. Ах, свет вы наш, Анастасия, могу ли я предположить, что это был намёк на отношения?

Анастасия улыбается, кивает.

Евгений. Покуда дело в этом, так и я, от тренда современного подавшись, в объятья девушки иных укладов жизни, готов прильнуть со всей своей душой.

Анастасия. Оу… Так вы умеете общаться благородно? Что ж, очень рада. Увидимся тогда, присмотримся, понаблюдаем. Вы за мной. А я за вами…

Анастасия уходит.

Александр. Странная девочка, - подумал Бонифаций.

Евгений. Хм…

Александр. И что это было?

Евгений. Не знаю. По-моему, она не прикалывается. На самом деле такая какая-то… Как будто бы немножечко того. Но в этом что-то есть.

Александр. Да, есть. Она… Определённо, она какая-то другая.

Евгений. Определённо?

Александр. Тьфу, чёрт. На этом языке заговорил.

Евгений. Да не, вообще-то тема интересная. Как думаешь, смогли бы мы общаться так всегда?

Александр. Да ну.

Евгений. Нет, не со всеми, только с ней.

Александр. Наверное, не знаю. А зачем?

Евгений. Да просто мне она понравилась.

Александр. Иди ты…

Пауза.

Александр. И ты вот так готов…

Евгений. А что бы нет?

Александр. А, чёрт с тобой. Я в теме.

Жмут руки, расходятся в разные стороны.

...

Конец первой Сцены. Всю пьесу на данной платформе целиком разместить не представляется возможным, поэтому полную версию можно прочесть на других площадках:

***

Контакты для согласований:

Почта автора Lakutin200@mail.ru

Автор в социальной сети вк https://vk.com/avtor_nikolay_lakutin

Все пьесы Николая Лакутина представлены для ознакомления на официальном сайте автора в разделе «Пьесы» https://lakutin-n.ru/piesy.html

В сообществе VK https://vk.com/club_lakutin_n

На портале «Проза» https://proza.ru/avtor/lakutinnv