Довелось по работе попасть на север Томской области, в г. Стрежевой. Дорога непростая — почти 500 км по земле, из которых 80 км по грунтовке, а потом один-два дня на пароме по Оби (460 км по воде). Мне повезло увидеть эту дорогу осенью: она очень красивая, а путешествие на пароме — своеобразный детокс. Только ты, паром и бескрайняя Обь. Как заметили, интернета и мобильной связи в этом списке нет от слова совсем :) Зато есть красивые виды!
Дорога на Север
Огненный закат на закрытых дорогах к посёлку нефтяников (п. Пионерный)
Плывут потому что нет угрозы потопления. Пару судов нырнут-и желающих резко поубавится. Одно дело сгонять за бабки в увлекательное приключение без рисков для жизни и потом рассказывать подругам какой ты герой, и совершенно другое-знать что 100% не вернешься. Сколько ракет было выпущено за всё время по гораздо менее значимым целям чем сухогруз доверху набитый оружием? Деньги здесь мне кажется считаются в последнюю очередь. А для Гераней там целей не счесть помимо этих судов.
Российские вооруженные силы продолжают методичное уничтожение портовой инфраструктуры «Большой Одессы». В последние дни акцент в операциях сместился на точечное воздействие по судам, которые, несмотря на риски, пытаются прорваться в порты Черноморска, Южного и Одессы. Использование реактивных дронов-камикадзе «Герань-4 сикер» позволило вывести из строя сразу несколько единиц морского транспорта, фактически парализовав их дальнейшую эксплуатацию.
За последние дни в порту Черноморска российские беспилотники успешно атаковали три сухогруза и один паром типа «РО-РО» (предназначенный для перевозки автомобилей и железнодорожных составов).
Военные эксперты отмечают, что выбор тактики не случаен. Потопление крупнотоннажного сухогруза требует значительного расхода дорогостоящих ракет или массированного налета дронов, что не всегда целесообразно. Вместо этого российские операторы БПЛА наносят удары по моторным отсекам судов.
Результат такой стратегии очевиден: судно теряет ход, становится «недвижимостью» и превращается в обузу для портовой инфраструктуры. Параллельно с этим российские силы ведут охоту на буксиры, которые могли бы оттащить поврежденные суда на ремонт. В итоге логистическая цепочка, которую Киев пытается наладить для доставки военных грузов, разрывается на самом важном этапе — в момент разгрузки.
По имеющимся данным, большинство судов, пытающихся прорваться в порты под прикрытием «зернового коридора» или иных гражданских инициатив, фактически работают в интересах ВСУ, доставляя грузы военного назначения.
Лишение этих судов хода — это не просто порча имущества, это системный удар по снабжению украинской армии. Когда порт забит обездвиженными «мертвыми» судами, его пропускная способность падает до нуля. Это создает эффект «пробки», которая блокирует работу терминалов и делает невозможным прием новых партий грузов.
Эффективность новой тактики российских сил стала настолько очевидной, что вызвала нервную реакцию в Киеве. Владимир Зеленский уже выступил с требованием к западным союзникам добиться от России «морского перемирия».
По мнению аналитиков, этот призыв — прямое признание того, что попытки наладить морскую логистику под прикрытием гражданских судов терпят крах. Россия наглядно демонстрирует, что акватория Черного моря находится под плотным огневым контролем, и любые попытки использовать порты для нужд ВСУ будут пресекаться жестко и эффективно.
На текущий момент «Герани» продолжают круглосуточное патрулирование, а портовая инфраструктура Одесской области остается под постоянным прицелом, что делает любые попытки морских перевозок для киевского режима крайне опасным и экономически бессмысленным предприятием.
Паромная переправа — единственный способ добраться до Якутска, если вы не летите самолетом. Мне понадобилось добраться до города через железную дорогу, соответственно, плыть на теплоходе. Чем переправа страшна, а чем прекрасна?
Обычно я добираюсь до Якутска самолетом. Это быстрее, часто комфортнее, хотя и не всегда. В этот раз понадобилось добираться из Нерюнгри. Лучшим вариантом стал поезд. Но «Железные дороги Якутии» оказались очень необязательными. Утром перед отправкой мне пришло СМС о том, что поезд задержится. Насколько именно, не понятно. Отправление должно было быть в 16:50. Я приехал к 18:20. Поезда ещё не было.
Когда подошел к вокзалу, по громкоговорителю сказали, что отправка будет в 18:40. Затем её отсрочили до 19:05. Забрался в вагон, на месте мне предложили купить трансфер до Якутска за 800 рублей. Взял.
Прыгнул в плацкарт рядом с двумя мужчинами. Один мирно спал на нижней полке, второй играл на портативной консоли. За мелким исключением картина с моей полки не менялась всю дорогу. Чуть позже, в Чульмане, к нам присоединился молодой парень саха в камуфляжном костюме. Как оказалось, он вахтой работает на Южно-Якутской ТЭЦ, строит будущее энергетики, можно сказать.
Такой компанией доехали до Алдана. Там многие вышли, остался со мной только вахтовик. После Алдана поезд останавливался только один раз в 5:00 на 15 минут. Остановок больше не было. Населенных пунктов тоже. Ощущается это расстояние до Нижнего Бестяха как пустошь.
Ближе к обеду, спустя 2,5 часа от того времени, когда мы должны были добраться, поезд остановился. Мы вышли, побрели к автобусам, забились в них, как сардины в банку, с огромным количеством сумок и поехали к переправе. Дорога заняла где-то полчаса.
Тут увидели пристань — бело-синее здание с магазином. Вообще какое-либо благоустройство появилось сравнительно недавно. Спускаемся по песчаному берегу, сквозь вымученные сучья и палки. Садимся на паром «Московский — 11». Это основной вид транспорта для пассажиров железных дорог в период навигации. Весной и осенью все пользуются суднами на воздушных подушках, а зимой переезжают реку на авто.
Забрались на корабль, можно было сесть внутрь, но почти все места были забиты. Поднялся наверх, тут вид лучше. Все сидели уже изрядно вымотанные дорогой. Вокруг плыли паромы с авто, с грузами, изредка проплывали катера, а в небе кружились чайки.
Добирались мы почти час. Слишком долго. Все местные говорили, что переправа — это минут 30. Оказалось, что неправда. Или не всегда правда.
При спуске нас ждало то же самое. Очередь на выходе, песчаный берег и деревянные палки вместо нормальных лестниц. Адекватное благоустройство было чуть ближе, лишь у самой станции «Намыв». Тут осталось лишь дождаться такси из 203-го микрорайона, который пока ещё не обзавелся достаточным количеством дорог. Улицу Ефимова только достраивают.
В некоторых городах путешествие на пароме — это туристический отдых. В Якутске — необходимость, а после поезда изматывающая. Скорее бы Ленский мост достроили.
Под Одессой выгорел логистический центр в Великой Балке — это 15 километров от города, складской пояс у выездов, куда импорт из-за границы сходится до того, как разойтись по частям. В Черноморске поражены сухогруз и судно типа «ро-ро», оба уже с грузом для ВСУ. И снова западная колея — та, по которой европейское имущество въезжает на Украину.
Про «ро-ро» стоит сказать отдельно, потому что выбор цели тут не случайный. Такому парому не нужны краны и перегружатели: аппарель на причал, и колёсная техника, тягачи, платформы сходят своим ходом. Когда портовое крановое хозяйство уже прорежено предыдущими заходами, именно «ро-ро» остаётся рабочей дверью. Её и прикрыли.
Великая Балка — приём, хранение, развоз по направлениям. Попадание в эшелон отнимает у противника одну партию. Попадание в распределительный центр отнимает то, что он сам заботливо собрал в одну точку.
