naukaVdejstvii

Советский ЭРШРД‑5000 создавался с учётом этой зависимости. Он был центром добычного комплекса, связанного конвейерами с погрузочным оборудованием и железнодорожными путями. Проект стал этапом перехода от отдельных машин к непрерывной технологии разработки угля.

Задача, которая была больше одного экскаватора

В 1960-1970‑е годы СССР наращивал открытую добычу топлива. Одним из её центров стал Экибастузский бассейн в Казахстане. Разрез «Богатырь» проектировали на выпуск 50 млн т угля в год. Такие объёмы требовали иной организации всего производства.

Мощные экибастузские пласты включали крепкие породные прослойки, из-за которых нагрузка на рабочий орган менялась. Высокий уступ требовалось разрабатывать равномерно, одновременно передавая добытый материал к железнодорожному транспорту.

Новокраматорский машиностроительный завод разработал для этой работы ЭРШРД‑5000. Первый образец выпустили в 1973 году. 20 августа на «Богатыре» начался монтаж, а в феврале 1976‑го комплекс приняли в эксплуатацию. К его возможностям пришлось приспосабливать подготовку забоя, подачу вагонов и техническое обслуживание.

Что означал индекс ЭРШРД‑5000

Маркировка давала краткое описание назначения и устройства машины. «ЭР» означало «экскаватор роторный», «ШР» указывало на шагающе‑рельсовый ход, а буква «Д» — на добычное исполнение. Число 5000 обозначало теоретическую производительность в рыхлой массе: 5 000 м³/ч.

В массовом выражении производительность могла достигать 6 750 т/ч. Конкретный показатель определялся плотностью и степенью разрыхления угля, условиями пласта, состоянием оборудования, возможностями транспорта и продолжительностью простоев.

Рабочим органом служило колесо диаметром около 13 м с 16 ковшами косого резания вместимостью примерно по 1 м³. Оно находилось на конце 57‑метровой ферменной стрелы. Привод ротора развивал 1 720 кВт, питание подводилось напряжением 10 кВ. Установка могла разрабатывать уступ высотой до 30 м, не разделяя мощный пласт на несколько горизонтов.

Масса основной установки составляла примерно 4 700 т. Вместе с самоходным погрузочным устройством весь добычной комплекс достигал 6 000 т.

Добыча, в которой не было обратного хода ковша

Одноковшовая машина работает циклами. Она набирает породу, переносит ковш к месту разгрузки, опорожняет его и возвращает рабочий орган в забой. Значительная часть времени уходит не на разрушение пласта, а на вспомогательные движения. Роторная схема устраняла эту паузу.

При вращении колеса ковши один за другим срезали стружку угля, а в верхней зоне опорожнялись на приёмный конвейер. Лента вдоль стрелы передавала массу к следующим транспортёрам и погрузочному устройству. Одни ковши врезались в забой, другие поднимали материал, а ранее добытый уголь уже двигался к вагонам.

Поворот стрелы заставлял ротор проходить по забою широкой дугой. После снятия слоя установка подавалась вперёд. Величину потока регулировали скоростью перемещения, глубиной стружки и режимом вращения рабочего органа.

Непрерывность одновременно являлась уязвимостью. Неисправность транспортёра останавливала оборудование перед ним, задержка состава мешала разгрузке, а неподготовленный пласт снижал темп ротора. Поэтому важнее кратковременного максимума была длительная согласованная работа линии.

Зачем тяжёлой установке понадобился шагающе‑рельсовый ход

Масса ЭРШРД‑5000 создавала для обычного гусеничного шасси слишком высокие нагрузки. Их требовалось распределить по большой площади, сохранив возможность точно перемещать ротор относительно забоя. Эту задачу решал шагающе‑рельсовый механизм.

Основанием служила массивная база с опорными лыжами. Внутри них размещались рельсы, тележки и полиспасты. На одной фазе перемещения корпус опирался на ходовые тележки и подтягивался по рельсам. Затем вес принимала центральная база, а разгруженные опоры переставлялись вперёд. Последовательное повторение операций позволяло медленно перемещать многотонную конструкцию.

Скорость имела второстепенное значение: требовалось равномерно продвигаться вдоль рабочего фронта и сохранять устойчивость при повороте стрелы. Большая площадь опор уменьшала давление на площадку, а положение можно было менять без постоянного рельсового пути по всему карьеру.

Монтаж как часть подготовки экипажа

ЭРШРД‑5000 не доставляли на разрез в готовом виде. Его собирали непосредственно на монтажной площадке из крупных металлоконструкций, механизмов и электрооборудования. При сборке применялись три тяжёлых крана, протяжённость сварных швов достигала примерно 20 км, а для соединения узлов использовались десятки тысяч заклёпок.

Будущие члены экипажа участвовали в монтаже и изучали установку до пуска. Расположение приводов, конвейеров, кабельных трасс и контрольных точек они знали не только по схемам, но и по опыту сборки.

Это ускоряло поиск неисправностей. Проверка охватывала ротор, ленты, металлоконструкции, электродвигатели, погрузочное оборудование и ходовую часть. Плановые остановки были неизбежны, но своевременное обслуживание предотвращало продолжительный аварийный простой.

Рекорд, который установила вся технологическая цепочка

С ЭРШРД‑5000 № 7 на «Богатыре» связана работа бригады Анатолия Шишлова. С 1976 по 1990 год коллектив добыл 85,186 млн т угля, то есть в среднем около 5,7 млн т ежегодно. В один из рекордных месяцев бригада добыла 1,162 млн т угля при плане 950 тыс. т. Это на 212 тыс. т больше запланированного: месячный план был перевыполнен на 22,3 %.

Результат обеспечивался точным подбором режима резания, сокращением остановок и согласованной работой с транспортом. Железнодорожники подавали составы, погрузочное устройство распределяло поток между путями, а ремонтные службы поддерживали готовность механизмов.

Миллионный месячный результат потребовал устойчивого темпа на протяжении всей рабочей кампании. Любая задержка ротора, конвейеров, погрузочного устройства или железнодорожного транспорта отражалась на общей выработке. Поэтому графики профилактики составляли с учётом состояния всей линии, а обслуживание старались проводить в периоды, когда остановка меньше всего влияла на отгрузку угля.

Машина, изменившая устройство рабочего участка

«Пятитысячник» не устранил все ограничения добычи. Его мощность сделала заметнее слабые места транспорта, ремонта и подготовки забоя. Задержки теперь чаще возникали на соседних операциях, которые приходилось развивать вместе с основной техникой.

ЭРШРД‑5000 стал примером системы, в которой агрегат невозможно оценивать вне инфраструктуры. Высокая производительность достигалась за счёт непрерывности, а она — за счёт координации механизмов и людей. Этот принцип определил значение проекта для советской угольной промышленности.

К концу срока службы установки уступили место обновлённому оборудованию и другим схемам транспортировки. Однако их эксплуатация показала, что крупный разрез следует рассматривать как единую поточную линию. Ротор начинал движение угля, но результат создавался всем участком — от подготовки пласта до отправления состава.

Эта перестройка помогает использовать слабый свет полярных сумерек. Зимний тапетум иначе отражает и рассеивает попавшие в глаз фотоны, благодаря чему возрастает чувствительность сетчатки. Северный олень остаётся единственным известным млекопитающим, у которого оптические свойства глаза так заметно меняются в зависимости от времени года.

Как обнаружили сезонное изменение

Особенности зрения северных оленей изучали специалисты Университетского колледжа Лондона и Университета Тромсё. Сначала, в 2011 году, исследователи установили, что глаза этих животных пропускают часть ближнего ультрафиолетового излучения, а сетчатка отвечает на него электрическими импульсами.

Следующая работа, опубликованная в 2013 году, была посвящена сезонным изменениям. Учёные сравнили северных оленей, содержавшихся в естественных условиях на севере Норвегии. Исследования проводили в течение двух недель до и после летнего и зимнего солнцестояний — в периоды, когда различия в освещённости наиболее выражены.

Цвет и интенсивность отражения измеряли спектрометром, структуру тканей рассматривали под электронным микроскопом, а работу сетчатки проверяли с помощью электроретинографии. Кроме того, у животных измеряли площадь зрачка и внутриглазное давление. Некоторые наблюдения повторяли у одних и тех же оленей в течение двух зим и разделявшего их лета.

В летних глазах отражающий слой оказался преимущественно золотистым, местами бирюзовым. Зимние образцы имели ровный тёмно-синий цвет. Различия сохранялись и в свежих тканях, поэтому исследователи связали их с сезонным состоянием глаза.

Что именно становится синим

Сетчатка находится на внутренней поверхности глазного яблока. В ней расположены светочувствительные клетки: палочки обеспечивают зрение при слабом освещении, а колбочки работают преимущественно при более ярком свете и участвуют в различении цветов.

Не каждый попавший в глаз фотон поглощается фоторецептором с первого раза. Часть света проходит сквозь сетчатку. За ней у северного оленя расположен тапетум — блестящая ткань, возвращающая свет обратно. Благодаря этому фотоны ещё раз пересекают слой фоторецепторов и получают дополнительную возможность вызвать нервный сигнал.

Именно тапетум заставляет глаза многих животных ярко отражать свет фар, фонаря или фотовспышки. У северного оленя цвет этого отражения зависит от сезона. В обычных условиях внутренний слой скрыт за радужкой и зрачком, поэтому заметить его особенно легко при направленном освещении или при изучении внутренней поверхности глаза.

Тапетум северного оленя относится к волокнистому типу. Он состоит из множества тонких коллагеновых волокон, погружённых в насыщенную жидкостью среду. Их расположение определяет, какие длины волн будут отражаться наиболее эффективно.

Почему зимний свет в Арктике преимущественно синий

На широте Тромсё солнце примерно два месяца не поднимается над горизонтом. Полная темнота при этом наступает не на весь день: значительную его часть занимают продолжительные сумерки. Солнечные лучи проходят через атмосферу по длинной наклонной траектории, и спектр света заметно меняется.

Короткие волны сильнее рассеиваются молекулами воздуха. Одновременно озон ослабляет часть жёлтого и оранжевого излучения, проходящего через большую толщу атмосферы. В результате в полярных сумерках возрастает доля синего и фиолетового света. Его спектральный максимум располагается примерно в области 450 нанометров.

Снег и лёд хорошо отражают коротковолновое излучение. Даже когда общий уровень освещённости низок, синие, фиолетовые и близкие к ультрафиолету волны продолжают многократно рассеиваться между небом и снежной поверхностью. Поэтому зимнему глазу важно не только собирать больше света, но и использовать именно ту часть спектра, которая сохраняется в арктическом ландшафте.

Как коллагеновые волокна меняют цвет отражения

Цвет тапетума создаётся не окрашивающим веществом, а его микроскопической структурой. Похожим способом возникают переливы на крыльях некоторых бабочек, перьях птиц и поверхности опала. Световые волны, отражённые от регулярно расположенных элементов, складываются или ослабляют друг друга. Итоговый цвет зависит от расстояния между этими элементами.

Летом коллагеновые волокна тапетума разделены более широкими промежутками. Получившаяся структура отражает сравнительно длинные волны, и внутренняя поверхность глаза выглядит золотистой с бирюзовыми участками. Средний максимум отражения в исследовании 2013 года приходился примерно на 541 нанометр.

Зимой волокна сближаются и укладываются плотнее. Средний промежуток между ними в изученных образцах уменьшался примерно с 43 до 26 нанометров. Чем меньше расстояние между отражающими элементами, тем короче волна, которую усиливает такая структура. Максимум зимнего отражения смещался примерно к 444 нанометрам — в синюю часть спектра.

Тапетум работает как изменяемый фотонный кристалл. Коллаген остаётся тем же материалом, однако новое расположение его волокон полностью меняет оптические свойства ткани.

Что запускает зимнюю перестройку

В темноте зрачок северного оленя расширяется, чтобы пропустить больше света. При ярком освещении он вытянут по горизонтали и занимает около 25 квадратных миллиметров. При полном расширении зрачок становится почти круглым, а его площадь достигает примерно 336 квадратных миллиметров.

Считается, что продолжительное расширение частично затрудняет отток жидкости из передней части глаза. Внутриглазное давление зимой в среднем составляло 18,1 миллиметра ртутного столба, тогда как летом — 13,3 миллиметра. Повышенное давление способно сжимать тапетум, вытесняя жидкость из пространства между коллагеновыми волокнами.

Связь между давлением и цветом проверили на изолированных летних образцах. Без нагрузки они сохраняли золотистую окраску, но после приложения давления быстро становились синими. Когда нагрузку снимали, жидкость постепенно возвращалась в ткань, а золотистый оттенок восстанавливался медленнее.

Наблюдения подтверждают связь между расширением зрачка, внутриглазным давлением и перестройкой тапетума. Однако весь процесс пока нельзя считать полностью прослеженным внутри живого глаза: длительное искусственное расширение зрачков у крупных животных на протяжении нескольких месяцев провести практически невозможно.

Синий тапетум повышает чувствительность

Летний и зимний варианты отражающего слоя по-разному направляют свет. Золотистый тапетум действует как относительно упорядоченное зеркало: большая часть прошедших через сетчатку лучей возвращается почти по исходной траектории. В измерениях летние образцы отражали назад более 95 % света.

Зимой доля света, выходившего обратно по прямому направлению, снижалась примерно до 40 %. Однако это не означало, что остальное излучение исчезало. Плотная структура синего тапетума сильнее рассеивала свет внутри глаза. Лучи проходили через наружные участки фоторецепторов под разными углами и могли пересекать их несколько раз.

Электроретинография показала, что зимняя сетчатка отвечала на более слабые стимулы. Нижняя граница регистрируемых реакций смещалась примерно на три порядка по сравнению с летом. При одинаковом освещении амплитуда одного из основных электрических ответов сетчатки была у зимних глаз более чем в четыре раза выше.

За увеличение количества улавливаемых фотонов приходится платить некоторым снижением пространственной чёткости. Рассеянный свет хуже сохраняет точное положение отдельных деталей изображения. В условиях полярной ночи чувствительность к силуэтам, контрастным объектам и движению важнее способности различать мелкие неподвижные элементы.

Как связано синее отражение с ультрафиолетовым зрением

Роговица и хрусталик северного оленя пропускают часть ближнего ультрафиолета. Электрофизиологические опыты показали, что при низкой интенсивности на такое излучение отвечают палочки, а при более высокой — колбочки, чувствительные к коротким волнам. Отдельного специализированного ультрафиолетового рецептора у животного не обнаружено.

Зимний тапетум отражает не только видимый синий свет, но и часть соседнего коротковолнового диапазона. Это увеличивает контраст между снегом и органическими материалами. Чистая снежная поверхность хорошо отражает ультрафиолет, тогда как растительные ткани, мех и некоторые другие природные объекты поглощают его сильнее и выглядят темнее.

Особенно важен такой контраст при поиске лишайников рода Cladonia, составляющих значительную часть зимнего рациона северных оленей. Многие из них поглощают излучение в диапазоне приблизительно от 330 до 370 нанометров. На фоне отражающего ультрафиолет снега участки лишайника могут выделяться даже при слабом освещении и частично скрытом под снегом покрове.

Наблюдения при искусственном освещении

Сезонное состояние тапетума зависит не только от даты, но и от реального светового режима. Зимние животные, использованные в основном исследовании, жили на удалённом острове примерно в 80 километрах от Тромсё и находились в естественной темноте.

Другая группа оленей зимовала рядом с университетом, откуда были видны городские огни и их отражение от облаков. Их тапетум не стал ни летним золотистым, ни зимним тёмно-синим: он приобрёл промежуточный зелёный оттенок. Электрическая реакция сетчатки у этих животных также находилась между летними показателями и результатами оленей, проведших зиму вдали от постоянной городской засветки.

Объяснение эффекта часто формулируют парадоксально: частицы движутся в воде быстрее света. Это действительно возможно, но только потому, что речь идёт о скорости света в воде, а не в вакууме. Установленный теорией относительности предел при этом не нарушается.

Как физики разобрались в природе свечения

Слабое свечение жидкостей под действием радиоактивного излучения наблюдали и раньше, но считали разновидностью обычной люминесценции. В 1930-х годах советский физик Павел Черенков, работавший под руководством Сергея Вавилова, показал, что явление имеет другую природу. Свечение сохранялось в тщательно очищенной воде, слабо зависело от состава жидкости, имело определённое направление и поляризацию.

В 1937 году Илья Франк и Игорь Тамм создали теоретическое описание явления и связали его с движением частицы быстрее фазовой скорости света в среде. В 1958 году Черенков, Франк и Тамм получили Нобелевскую премию по физике за открытие и объяснение эффекта. В русскоязычной научной литературе его также называют эффектом Вавилова — Черенкова.

Что именно создаёт голубое свечение

Вода не начинает светиться из-за нагрева и не приобретает «радиоактивный цвет». Источником видимого света становятся высокоэнергетические заряженные частицы, прежде всего электроны. Одни появляются при бета-распаде радиоактивных ядер, другие выбиваются из атомов при взаимодействии гамма-квантов с веществом.

Нейтроны и гамма-кванты не имеют электрического заряда, поэтому непосредственно черенковского света не создают. Однако они способны передавать энергию заряженным частицам. Быстрые электроны проходят через воду и вызывают процессы, в результате которых возникают фотоны видимого диапазона.

Поэтому наблюдатель видит не само ионизирующее излучение, а его вторичный оптический эффект.

Как частица обгоняет свет в воде

Скорость света в вакууме составляет примерно 300 000 километров в секунду и обозначается буквой c. Массивное тело нельзя разогнать до этой скорости или заставить превысить её.

В прозрачном веществе электромагнитная волна взаимодействует с зарядами в атомах и распространяется медленнее. Это свойство описывается показателем преломления. Для воды он близок к 1,33, поэтому фазовая скорость видимого света в ней составляет около 225 000 километров в секунду — примерно три четверти от c.

Высокоэнергетический электрон может двигаться, например, со скоростью 270 000 километров в секунду. Он окажется быстрее светового фронта в воде, но всё равно будет медленнее света в вакууме. Именно в этом смысле частица «обгоняет свет».

Ситуация похожа на полёт сверхзвукового самолёта: он опережает звук в воздухе, а быстрый электрон — световую волну в воде. Фундаментальных физических законов это не нарушает.

Как возникает излучение Вавилова — Черенкова

Летящая заряженная частица своим электрическим полем воздействует на молекулы воды и временно поляризует их. После её прохождения молекулы возвращаются к обычному состоянию и создают электромагнитные возмущения.

Пока частица движется медленнее света в среде, возникающие волны не образуют направленного фронта. Если частица превышает пороговую скорость, она успевает уйти вперёд, а волны позади неё накладываются друг на друга и усиливаются. Возникает световой конус — электромагнитный аналог ударной волны от сверхзвукового самолёта.

Угол конуса зависит от скорости частицы и показателя преломления среды. Благодаря этому по распределению света физики могут определять направление движения и некоторые характеристики частицы.

Почему свечение выглядит синим

Излучение Вавилова — Черенкова не состоит из одной синей спектральной линии. Оно охватывает широкий диапазон длин волн, но коротковолновая часть выражена сильнее: в видимом диапазоне синего и фиолетового света возникает больше, чем красного.

Часть ультрафиолетового излучения поглощается водой, стеклом и другими материалами. Человеческий глаз при этом менее чувствителен к глубокому фиолетовому цвету. В результате суммарное сияние воспринимается как насыщенно-голубое или сине-фиолетовое.

Вода также сильнее поглощает длинноволновую часть спектра, усиливая преобладание голубых оттенков. Однако её цвет — не причина эффекта: черенковское излучение может возникать в любом прозрачном веществе, если частица превышает фазовую скорость света в этой среде.

Где можно увидеть такое сияние

Самые известные фотографии обычно сделаны на бассейновых исследовательских и испытательных реакторах. Их активная зона располагается под большим слоем воды, поэтому свечение можно наблюдать сверху через прозрачную среду.

В большинстве энергетических реакторов активная зона во время работы находится внутри непрозрачного стального корпуса. Излучение Вавилова — Черенкова там тоже может возникать, но увидеть его непосредственно невозможно.

Голубое сияние встречается и в бассейнах выдержки отработавшего ядерного топлива. После остановки реактора топливные сборки продолжают содержать нестабильные ядра. Их распад создаёт быстрые заряженные частицы, а вода отводит остаточное тепло и одновременно ослабляет ионизирующее излучение.

Яркость свечения зависит от состава и возраста топлива, энергии частиц, свойств воды, расстояния и параметров камеры. Поэтому по фотографии нельзя напрямую определить мощность реактора или уровень радиационной опасности.

Для чего используют черенковское излучение

Эффект позволяет превращать движение невидимых частиц в регистрируемый световой сигнал. Чувствительные фотодатчики фиксируют вспышки, после чего компьютер анализирует их яркость, время появления и геометрию.

В крупных водных детекторах стенки резервуаров покрывают тысячами фотоумножителей. Нейтрино сами не создают черенковского света, поскольку не имеют электрического заряда, но при редком столкновении с веществом могут породить быстрый электрон или мюон. Световой конус такой частицы оставляет на датчиках характерное кольцо. По нему исследователи восстанавливают направление движения и определяют тип события.

Атмосферные черенковские телескопы регистрируют слабые кратковременные вспышки, возникающие при прохождении каскадов частиц через воздух. Это позволяет изучать космические лучи и источники высокоэнергетического гамма-излучения.

В ядерной отрасли специальные приборы используют для проверки отработавших топливных сборок. Характер свечения помогает подтвердить наличие радиоактивного материала, но такие измерения требуют калибровки.

Таким образом, синий свет не свидетельствует о нарушении теории относительности. Электрон опережает световую волну только в воде, где она движется медленнее. Сам электрон при этом остаётся медленнее света в вакууме. Возникающее сияние делает движение заряженных частиц видимым и превращает необычный эффект в полезный инструмент физики.

Опята также формируют ризоморфы — плотные шнуровидные тяжи из соединённых гиф. Внешне они напоминают тёмные корешки или шнурки. С их помощью гриб распространяется между корнями и участками древесины, переносит воду и питательные вещества. Активно растущие гифы и ризоморфы некоторых представителей рода Armillaria способны испускать слабый зеленоватый свет.

Когда мицелий пронизывает гниющий пень, наблюдатель видит не отдельные нити, а сияющий участок древесины. В англоязычной литературе это явление называют foxfire — «лисьим огнём». Это холодное свечение возникает без пламени, дыма и заметного нагревания.

Как гриб создаёт свет

Свечение грибницы — результат биолюминесценции, то есть химической реакции, при которой часть высвобождаемой энергии превращается в фотоны. Поэтому древесина остаётся холодной: это не горение и не накопленное солнечное излучение.

В основе грибной биолюминесценции лежит вещество гиспидин. Специальные ферменты превращают его в 3-гидроксигиспидин, выполняющий роль люциферина. Затем другой фермент — люцифераза — запускает его окисление с участием кислорода. Образуется нестабильная молекула, которая переходит в более спокойное состояние и отдаёт лишнюю энергию в виде света.

Максимум излучения находится в зелёной области спектра, поэтому грибница выглядит желтовато-зелёной или зеленовато-голубой. На фотографиях сияние обычно ярче, чем в действительности, поскольку для съёмки применяют длинную выдержку.

Для реакции необходим кислород. Интенсивность свечения также зависит от влажности, температуры и физиологического состояния грибницы. Поэтому один участок поражённой древесины может быть заметен в темноте, а другой, заражённый тем же видом гриба, не излучает различимого глазом света.

Почему шляпки опят не светятся

Грибница и плодовое тело принадлежат одному организму, но выполняют разные задачи и по-разному управляют обменом веществ. В зрелых плодовых телах опят рода Armillaria не образуется полный набор компонентов, необходимых для заметной биолюминесценции. Исследования показывают, что в них недостаточно как активных ферментов реакции, так и её светящегося субстрата.

Одного фермента люциферазы недостаточно. Требуется целая химическая система: исходное вещество, ферменты его превращения, люциферин, кислород и подходящие условия. В активно растущем мицелии эта цепочка работает, а при формировании шляпки и ножки обмен веществ перестраивается. Светящаяся грибница поэтому может находиться буквально под группой совершенно тёмных опят.

Это правило относится именно к Armillaria. У некоторых других биолюминесцентных грибов светятся пластинки, ножки или всё плодовое тело. Свойства одного вида нельзя автоматически переносить на остальные грибы, даже если они похожи внешне.

Зачем грибнице светиться

Точного ответа на этот вопрос пока нет. Для грибов со светящимися плодовыми телами предложено понятное объяснение: ночной свет привлекает насекомых, которые садятся на гриб и помогают разносить споры. Эксперименты подтвердили такое поведение у бразильского вида Neonothopanus gardneri, яркость которого регулируется суточным ритмом.

Для опят эта версия подходит хуже: у них светится преимущественно мицелий, спрятанный в древесине, а не спороносные шляпки. Биолюминесценция может быть связана с обменом веществ и защитой клеток от активных форм кислорода, но пока неясно, приносит ли пользу само излучение или оно является побочным результатом другой реакции.

Не исключено, что у разных групп светящихся грибов биолюминесценция выполняет разные функции. Эволюция могла сохранить один химический механизм, но использовать его в различных тканях и на разных этапах развития.

Можно ли увидеть свечение самостоятельно

Свечение намного слабее света экрана или фонаря. Искать его лучше в безлунную ночь вдали от уличного освещения, дав глазам несколько минут привыкнуть к темноте.

Наиболее вероятная находка — влажная трухлявая древесина с белыми веерообразными слоями мицелия под корой или тёмными ризоморфами. Однако светится не каждый заражённый пень: результат зависит от вида гриба, состояния древесины и активности грибницы.

Для фотографии потребуется неподвижная камера и длительная выдержка. Поэтому яркое изумрудное сияние на снимке не означает, что невооружённым глазом оно выглядело так же интенсивно. В естественных условиях «лисий огонь» чаще напоминает едва заметную зеленоватую дымку.