Пишут что прям 100% защита,хоть без презерватива трахайся , главное раз в полгода укольчик принимать.

Взято отсюда https://newatlas.com/infectious-diseases/hiv-prevention-fda-...

Миллионы людей во всем мире сдают свою кровь для переливания больным и пострадавшим в разного рода катастрофах. Например, в Канаде на 25 миллионов населения - 1,3 миллиона доноров. В США для переливания ежегодно используется почти 14 миллионов доз крови (одна доза - около 400 граммов). И в то же время медицинские журналы сегодня всё чаще пишут, что смертность от переливания крови хотя и невелика, но всё же такая, как от эфирного наркоза или удаления аппендикса: из пяти тысяч пациентов, которым перелили донорскую кровь, один умирает. Так что же такое донорская кровь - безотказный спаситель или малоизученное средство лечения? Насколько безопасно переливание крови? Сегодня об этой проблеме громко заговорили и научные журналисты, и сами медики. Причём медицинский мир как бы разделился на два лагеря. В одном считают: переливание донорской крови приносит больше вреда, чем пользы, в другом по-прежнему настаивают: донорская кровь необходима, она - основное средство спасения жизни многих пострадавших. Кто же прав? Где истина?


Ещё 16 апреля 1998 года в Москве на семинаре в Институте нейрохирургии имени Н. Н. Бурденко, посвящённому кровесберегающим технологиям в хирургии, руководитель отдела анестезиологии и интенсивной терапии Линкопингского госпиталя (Швеция) профессор Б. Лизандер высказал парадоксальное мнение: кровь - самое опасное из используемых в медицине веществ. Ведь она подобна отпечаткам пальцев человека. Нет двух типов крови, которые были бы совершенно одинаковы. Поэтому переливание крови - не менее сложная и опасная процедура, чем пересадка тканей. Совмещение крови донора и реципиента по группам и резус-фактору - это весьма грубое совмещение.

Но предлагает ли сегодня медицина что-то взамен? Да, и методов весьма много. Вместо того, чтобы переливать чужую кровь, можно сберечь свою, максимально сократив её потери. Это делают с помощью так называемых кровесберегающих технологий: разрезающих инструментов, уменьшающих травмы и кровопотери (прижигают ткани гальванокаутерами, ультразвуковыми и лазерными "скальпелями"); устройств, отсасывающих кровь из ран, фильтрующих её и направляющих обратно в кровеносное русло. Вошли в обиход хирурга и системы для понижения температуры тела оперируемого, чтобы уменьшить потребление кислорода. Аппараты искусственного кровообращения, заполненные традиционными кровезаменителями (начиная с обычного солевого раствора и кончая декстранами), позволяют поддерживать объём и осмотическое давление жидкости в кровотоке во время операции. Применяются и лекарственные препараты, улучшающие свёртывание крови и позволяющие уменьшить кровотечение. Если всё же пациент потерял много крови во время операции, то больному вводят гормональный препарат, стимулирующий образование эритроцитов в костном мозге. Все эти подходы уже в 90х годах прошлого века широко использовались в европейских клиниках и, по мнению профессора Б. Лизандера, позволяли уже тогда практически отказаться от переливания донорской крови.

По этому поводу вспоминается высказывание другого специалиста, профессора анатомии Копенгагенского университета Томаса Бартолина: "Те, кто пытается ввести в употребление человеческую кровь, тяжело грешат... Изобретателям этой операции следует страшиться Божьего закона". Эти слова были произнесены 370 лет назад. Очевидно, что Бартолин прекрасно знал, что в Библии сказано: "воздерживаться ... от крови" (Деяния 15:29).
Профессор Лизандер высказал сходную точку зрения в конце ХХ века.


Незакрытый список

Кровь - иммунный защитник и в то же время мощный источник инфекций для другого организма.
Тестирование инфекций, содержащихся в крови, - одна из самых драматичных страниц в истории медицины.

Особый страх перед донорской кровью породила пандемия СПИДа. Еще в 1983 году медики обнаружили, что вирус иммунодефицита человека (ВИЧ) может передаваться через кровь. Но массовое тестирование донорской крови на ВИЧ началось лишь в 1985 году.

Тогда казалось, что проблема решена. Однако спустя четыре года была обнаружена новая форма, ВИЧ-2. Её не "улавливали" уже разработанные тесты. Потребовалось ещё несколько лет на создание новых систем тестирования. Затем обнаружили новую "мёртвую зону"!
От момента заражения донора СПИДом до момента, когда у него появятся в крови антитела, определяемые тестами, могут пройти месяцы. Всё это время донор может продолжать сдавать кровь со скрытой инфекцией. А после переливания реципиент будет заражен СПИДом.

Сходная и едва ли не более драматичная ситуация с гепатитом. Тяжелая форма гепатита распространяется через донорскую кровь (тип В). Было время, когда несмотря на то, что переливали проверенную донорскую кровь, люди всё равно продолжали заболевать гепатитом (от 8 до 17% тех, кому переливали кровь). Но это был уже другой вирус - гепатита С. Его также через несколько лет научились тестировать, и всё же успокаиваться было рано. Вскоре итальянские исследователи сообщили ещё об одном вирусном мутанте гепатита. Его назвали вирусом гепатита D. В ноябре 1989 года "Бюллетень медицинского факультета Гарвардского университета" писал: "Можно опасаться, что А, В, С, D - это ещё не весь алфавит вирусов гепатита". Позднее стало известно о восьми видах гепатита, и для каждого возбудителя приходится добавлять новый тест, чтобы контролировать донорскую кровь.


Для инфекций не существует границ

Клоп-хищнец кусает спящую жертву и испражняется в рану.

Человек становится носителем так называемой болезни Шагаса, приводящей к смертельным осложнениям на сердце. Скрытый период этой болезни может исчисляться годами. В Латинской Америке 10 миллионов человек заражены болезнью Шагаса. Их кровь может стать разносчиком инфекций. Но почему нас-то должны беспокоить доноры Латинской Америки?

Дело в том, что развитые транспортные и коммуникационные средства между государствами создали каналы, по которым болезни шагают через границы континентов. Общечеловеческая солидарность может иметь оборотную сторону. Вспомните, например, трагические дни декабря 1988 года - землетрясение в Спитаке, Армения. Тогда со всего мира везли кровь пострадавшим. Она была проверена на СПИД и гепатит, но другие инфекции могли остаться незамеченными, потому что местные врачи были незнакомы с ними. Некоторые реципиенты из Спитака были заражены болезнями из других регионов, приняв привезённую кровь.

"Букет инфекций" всё растёт: вирус герпеса, инфекционный мононуклеоз (вирус Эпштейна-Барра), токсоплазмоз, трипаносомоз (африканская сонная болезнь), лейшманиоз, бруцеллез (мальтийская лихорадка), филяриатоз, колорадская клещевая лихорадка... Беженцы и иммигранты, крайне нуждающиеся в деньгах, готовы сдавать кровь по низким ценам, что представляет большую опасность, так как в их крови могут скрываться специфические региональные инфекции. Их обычно пропускают при тестировании.

После ранения папы римского Иоанна Павла II ему с перелитой кровью занесли цитомегаловирусную инфекцию. Лечение главы Ватикана длилось более двух месяцев.

Как же быть? Тестировать кровь уже не по десяти, а по ста тестам?

Но это приведёт к небывалому подорожанию донорской крови. Причём для пациентов цена из-за тестов и страховок обычно удваивается по отношению к себестоимости. В ряде развитых стран развернулась кампания по пропаганде аутодонорства, то есть создания индивидуального запаса своей крови для себя, чтобы в случае необходимости избежать переливания чужой крови. Аутодонорство - это тоже не панацея, оно доступно лишь весьма состоятельной части общества. Кроме того, такая кровь не подлежит длительному хранению.


Переливание крови - без прикрас

Даже совместимая кровь всё равно вызывает "стресс" иммунной системы реципиента. Примерно одно из ста переливаний сопровождается ознобом, лихорадкой и сыпью. На каждые 6000 переливаний эритроцитарной массы возникает одна гемолитическая реакция, которая может привести к внутрисосудистому свертыванию крови, к почечной недостаточности и к смерти.

Ещё 40 лет назад в печати появились сообщения о том, что переливание крови отрицательно сказывается на людях, перенесших операцию по поводу рака. Частота рецидивов у больных, при операции которых использовалась донорская кровь, в 1,5-2 раза выше, чем у остальных. Ещё в сентябре 1986 года "Американский журнал по вопросам хирургии" сделал заключение: "Хирургам-онкологам, по-видимому, придётся оперировать без переливания крови"

Другая реакция на введение донорской крови - понижение устойчивости организма к инфекциям. Это установлено достоверно. Опасность возникновения послеоперационной инфекции пропорциональна числу единиц введённой донорской крови. Это усугубляет состояние ослабленного операцией больного.


Экстремальные ситуации

Необходимость в переливании крови связана не только с хирургией, но и с ростом экстремальных ситуаций, транспортных и промышленных аварий, вооруженных конфликтов, стихийных бедствий.

Во время дорожных происшествий и стихийных катастроф порой не хватает времени для доставки пострадавших в стационар и определения группы их крови.

При кровотечении 150 мл/мин - в распоряжении врачей не более 20 минут, при потере крови 50-100 мл/мин - не более часа. В этих случаях гораздо разумнее использовать кровезаменители, такие, как растворы Рингера и Тироде, полиглюкин, желатиноль, лактосол. Однако они лишь поддерживают объём кровотока, осмотическое давление, ионный баланс крови, но дыхательную её функцию не осуществляют. Поэтому проблема создания надёжного, эффективного, технологичного кровезаменителя, переносящего к клеткам и тканям кислород, становилась всё более острой.
Ряд экспериментов в этой области показали, что различные организмы - от инфузорий до млекопитающих - могут усваивать кислород, который растворён в перфторуглеродах. Так начиналась история, завершившаяся созданием "голубой крови" - газотранспортной эмульсии для внутривенного введения.

Людям старшего поколения хорошо памятна история "голубой крови" в период с 1982 по 1990 год, когда массовая печать была заполнена публикациями на эту тему. Ныне этот препарат, получивший название перфторан, пройдя все стадии клинических испытаний, используется как свободный от всех инфекций и не требующий групповой совместимости кровезаменитель. То есть даже при тяжёлых травмах с большой кровопотерей есть проверенный метод, позволяющий сохранить жизнь пострадавшего без использования донорской крови.

Итог:
Переливание крови несёт в себе много опасностей. В то же время современные медицинские разработки и методы позволяют полностью избежать этого типа лечения, как при плановых операциях, так и при несчастных случаях. В большинстве ситуаций всё зависит от оснащённости клиники и от подхода, который использует конкретный врач. Но главное : бескровные методы лечения в современном мире - это передовые и безопасные методы. В то же время переливание крови - не панацея, а весьма опасное вмешательство.

1 декабря - Всемирный день борьбы со СПИДом.

Перед вами инфографика стран с наибольшим количеством смертей от СПИДа в мире в 2022 году.

Источник: https://t.me/statsandmaps/114

Для ЛЛ: терапия из трех препаратов почти полностью убивает ВИЧ, но не до конца, так же как герпес.

ТАСС публикует отрывок книги о расчетах, которые позволили разобраться, что происходит в организме при ВИЧ-инфекции, и разработать эффективную терапию.

"Бесконечная сила" не учебник или монография, а научно-популярная книга. Но поскольку в ней говорится о математическом анализе, совсем уж доступной ее не назовешь. В приведенном отрывке тоже в какой-то момент появляются уравнения — пусть это не смущает. Даже если непонятно, как получился тот или иной результат, Стивен Строгац понятно объясняет, в чем этот результат заключается и почему он важен. А результаты действительно поразительные: с помощью математики ученые смогли взять ВИЧ, чуму XX века, под контроль.

В 1980-х годах десятки тысяч жизней в США и сотни тысяч по всему миру стала уносить загадочная болезнь. Никто не знал, что это, откуда она взялась и что ее вызывает, но ее воздействие было явным — она настолько ослабляла иммунную систему больных, что они оказывались уязвимы для редких видов рака, пневмонии и оппортунистических инфекций. Смерть от болезни была медленной, мучительной и уродливой. Врачи назвали болезнь синдромом приобретенного иммунодефицита, или СПИДом. Больные и врачи были в отчаянии. Никакого лекарства не просматривалось.

Первые исследования показали, что виноват ретровирус. Механизм его действия был коварен: вирус атаковал и инфицировал белые кровяные тельца, называемые T-хелперами, — ключевой компонент иммунной системы. Оказавшись внутри, вирус захватывал генетический аппарат клетки и заставлял его создавать новые вирусы. Затем эти новые вирусные частицы выходили из клетки, попадали в кровоток и прочие жидкости организма и искали новые клетки для заражения. Иммунная система реагировала на это вторжение попыткой вычистить вирусные частицы из крови и убить как можно больше зараженных T-лимфоцитов, но при этом убивала важную часть самой себя.

Первый антиретровирусный препарат для лечения ВИЧ появился в 1987 году. Хотя он и замедлял ВИЧ, мешая процессу вторжения, он не демонстрировал ожидаемой эффективности и вирус часто приобретал устойчивость к нему. В 1994 году появился другой класс препаратов — ингибиторы протеазы. Они препятствовали ВИЧ, внедряясь во вновь образованные вирусные частицы, мешая их созреванию и превращая их в незаразные. Хотя ингибиторы протеазы также не были панацеей, они оказались настоящей находкой.

...

Вскоре после появления ингибиторов протеазы группа исследователей под руководством доктора Дэвида Хо (ранее учился физике в Калифорнийском технологическом институте, поэтому, вероятно, хорошо знаком с анализом) и специалиста по математической иммунологии Алана Перельсона провела исследование, которое изменило взгляды врачей на ВИЧ и произвело настоящую революцию в методах лечения болезни. До работы Хо и Перельсона было известно, что нелеченая ВИЧ-инфекция, как правило, проходит три стадии: первичная острая стадия продолжительностью несколько недель, хроническая и парадоксально бессимптомная стадия длительностью до десяти лет и терминальная стадия СПИДа.

На первой стадии вскоре после заражения ВИЧ у человека появляются симптомы, сходные с гриппозными: лихорадка, сыпь, головная боль, а количество T-хелперов (также известных как CD4-клетки) в крови резко падает. Нормальное количество T-лимфоцитов составляет около 1000 клеток на кубический миллиметр крови; после первичного заражения ВИЧ их число падает до нескольких сотен. Поскольку T-лимфоциты помогают организму бороться с инфекцией, их уменьшение серьезно ослабляет иммунную систему. Между тем количество вирусных частиц в крови (известное как вирусная нагрузка) резко возрастает, а затем, когда иммунная система начинает борьбу с ВИЧ-инфекцией, падает. Гриппозные симптомы пропадают, больному становится лучше.

В конце первой стадии вирусная нагрузка стабилизируется на определенном уровне, который, как ни странно, может поддерживаться годами. Врачи называют этот уровень точкой отсчета. Пациент без лечения может прожить десяток лет без ВИЧ-симптомов, а данные лабораторных исследований ничего не покажут, кроме постоянной вирусной нагрузки и низкого, постепенно падающего количества T-лимфоцитов. Однако в итоге бессимптомная стадия заканчивается и начинается СПИД, для которого характерно дальнейшее снижение количества T-лимфоцитов и резкое повышение вирусной нагрузки. Как только у нелеченого больного развивается полномасштабный СПИД, оппортунистические инфекции, рак и иные осложнения обычно приводят к его смерти за два-три года.

Ключ к разгадке тайны находился в длительной бессимптомной стадии. Что происходит в это время? Спит ли ВИЧ в организме? Другие вирусы, как известно, впадают в спячку. Например, вирус генитального герпеса скрывается в нервных узлах, чтобы ускользнуть от иммунной системы. Вирус ветряной оспы делает то же самое, годами скрываясь в нервных клетках, но иногда просыпаясь и вызывая опоясывающий лишай. Причина латентности ВИЧ была неизвестна, однако Хо и Перельсон ее выяснили.

...

Однако на бессимптомной стадии, похоже, существует некое равновесие между воспроизводством вируса и его выведением иммунной системой. На этом установившемся уровне вирус размножается с такой же скоростью, как и выводится. Это позволило понять, почему вирусная нагрузка может не меняться годами. В аналогии с водой это подобно происходящему при одновременном открытии и крана, и стока. Вода достигает стабильного уровня, когда поступление жидкости равно ее оттоку.

Если на некотором уровне концентрация вируса не меняется, то ее производная должна быть равна нулю: dV / dt = 0. Следовательно, стабильная вирусная нагрузка удовлетворяет соотношению

P = cV0.

Перельсон и Хо использовали это простое уравнение, чтобы оценить жизненно важный параметр, который никто не мог измерить ранее: количество вирусных частиц, ежедневно удаляемых иммунной системой. Оказалось, что эта величина — миллиард вирусных частиц в день.

Число получилось неожиданно огромным и впечатляющим. Оно указывало на то, что во внешне, казалось бы, спокойные десять лет бессимптомной стадии в организме больного ежедневно происходит титаническая борьба. Каждый день иммунная система выводит миллиард вирусных частиц, а зараженные клетки порождают миллиард новых. Иммунная система вела яростную тотальную войну с вирусом и боролась с ним практически до полной остановки.

Когда ученые заново провели эксперимент, сравнили данные и прогнозы модели и снова оценили параметры, они получили еще более ошеломляющий результат: каждый день производилось и выводилось из организма десять миллиардов вирусных частиц. Более того, было обнаружено, что инфицированные Т-лимфоциты живут всего пару дней. Удивительно короткая продолжительность жизни добавила еще один кусочек головоломки с учетом того, что как раз падение числа Т-лимфоцитов — отличительный признак ВИЧ-инфекции и СПИДа.

Открытие, что репликация ВИЧ происходит настолько ошеломляюще быстро, изменило сам подход врачей к лечению ВИЧ-положительных пациентов. До работы Хо и Перельсона врачи ждали, пока ВИЧ выйдет из предполагаемой спячки, прежде чем назначать противовирусные препараты. Считалось, что это позволяет беречь силы до тех пор, пока иммунная система не станет по-настоящему нуждаться в помощи, поскольку вирус часто становился устойчивым к действию лекарств, а тогда уже ничего не могло помочь. Поэтому обычно склонялись к мнению, что разумнее подождать, пока заболевание продлится достаточно долго.

Работа Хо и Перельсона в корне изменила эту точку зрения. Спячки не было. ВИЧ и организм ежесекундно сцеплялись в отчаянной схватке, и иммунная система нуждалась в любой возможной помощи, причем как можно скорее после критичных первых дней заражения. И теперь было понятно, почему ни одно лекарство не действовало долго. Вирус воспроизводился так быстро и мутировал с такой скоростью, что мог найти способ противостоять практически любому медицинскому препарату.

Математика Перельсона помогла количественно оценить, сколько лекарств нужно использовать в комбинации, чтобы подавить и победить ВИЧ. Учитывая измеренную скорость мутации ВИЧ, величину его генома и только что полученную оценку для ежедневно продуцируемых вирусных частиц, он математически показал, что ВИЧ много раз в день генерирует все возможные мутации на всех основаниях генома. Поскольку даже одна мутация может вызвать резистентность к лекарству, на успех лечения одним препаратом надежды было мало. У двух препаратов, введенных одновременно, шансов было больше, однако расчеты Перельсона показывали, что каждый день происходила и значительная доля двойных мутаций. А вот комбинацию из трех препаратов вирусу одолеть было бы трудно. Согласно математическим расчетам, шансы на то, что вирус сможет одновременно подвергнуться трем мутациям, чтобы противостоять комбинированной терапии из трех лекарств, составляли примерно 10 миллионов к одному. Когда Хо и его коллеги в клинических исследованиях протестировали коктейль из трех препаратов на ВИЧ- инфицированных пациентах, результаты оказались замечательными. Уровень вируса в крови падал вдвое каждые две недели и после следующего месяца уже не выявлялся.

Это не означало, что ВИЧ исчез. Последующие эксперименты показали, что вирус может агрессивно восстанавливаться, если пациенты сделают перерыв в лечении. Проблема в том, что ВИЧ может скрываться в различных частях тела. Он может находиться в небольшом количестве в тайных местах, куда лекарствам нелегко проникнуть, или залегать в латентно инфицированных клетках и покоиться, не воспроизводя себя, — хитрый способ избежать действия препаратов. В любой момент эти спящие клетки могут проснуться и начать атаковать организм. Вот почему так важно, чтобы ВИЧ-инфицированные больные продолжали принимать лекарства даже тогда, когда вирусная нагрузка невелика или не обнаруживается.

И хотя тройная комбинированная терапия не может устранить ВИЧ, она превращает его в хроническое заболевание, с которым можно справиться — по крайней мере тем, у кого есть доступ к лечению. Это дало надежду там, где ее практически не было.

Источник:

https://nauka.tass.ru/nauka/11481615