Хороший и информативный пост о Якобе Фугере, "самом богатом человеке в истории", скрывает также некоторую загадку. А именно: что же случилось с семьей магнатов, почему Богатый Якоб так и остался единственной кометой - яркой, невероятной, но короткой и быстротечной? В масштабах истории, конечно, так-то жизнь он прожил долгую. А вот дальше - дальше все покатилось, несмотря на активность и удачу, вроде бы, Антона Фугера, племянника Якова Богатого, и его сына Маркуса. Считается, что Фугеры окончательно вышли из большой коммерческой игры в 1595, как раз тогда, когда Европа переживала настоящий расцвет коммерции. Но почему?!

Никто, конечно, свечку не держал, но кое какие выводы мы сделать можем.

Во-первых, в первоначальном посте не зря упоминали стрессоустойчивость Якоба Фугера. Ведь стрессов у него и его родственников хватало.

Фугеров ненавидели. Ненавидели настолько, что ненависть к Мавроди, Березовскому и Коломойскому вместе взятым и рядом не стояла. Фугеров ненавидели и те, кому он не давал денег, и те, кому давал. Ненавидел простой народ и ненавидела светская власть.

А уж власть церковная, католической церкви, кто, казалось бы, был прямо заинтересован в делах Фугеров, прямо заявляла, что в распространении протестантизма по германским землям вина Фугеров больше, чем Кальвина и Лютера. Фугеры олицетворяли все те пороки, что сами церковники пытались спрятать. А тут все четко - бабки за индульгеницию, силовое и юридическое прикрытие откровенно кабальных сделок, шпионаж с использованием священников (а какое дело тогда могло обойтись без святого отца?)...

Фугеры стали именем нарицательным, практически дьяволами. Вот лишь один пример: во времена Нидерландской революции, восстания против власти испанской короны, городской совет большого, важного и богатого Харлема сомневался, а стоит ли игра свеч. В конце концов, их и так неплохо кормили: харлемские ткани охотно брала вся Европа, а местная католическая епархия откровенно либерально относилась к протестантам, не допуская беспредела, как в иных городах. И тогда сторонники Вильгельма Оранского распустили слух, что Фугеры с согласия и по просьбе испанского короля Филиппа II готовы взять под свой контроль ткацкие предприятия Харлема. Совет проголосовал за восстание и Харлем был потерян для испанцев. Слух, как вы понимаете, был лишь слухом, но имени Фугеров хватило.

Вторая же причина менее личная, в конце концов, других богатеев-экспуататоров тоже ненавидят. Но Фугеры оказались в очень сложной ситуации с точки зрения экономики. Их система, такая замечательная новая система при Якобе Фугере, успела уже устареть. Точно также и в то же время бесславно закончилась история самого главного соперника Фугеров - Ганзы. Как и Фугеры она не смогла перестроиться на новую систему, просто потому, что эта система была принципиально другой. Отличной и от семейного бизнеса Фугеров и от картельного дела Ганзы. Дело в том, что как раз в это время на мировую сцену выходят те, кто будет править следующие четыреста с лишком лет. С лишком, потому что и ныне принципиально ничего не изменилось.

Имя новому гегемону - совместные компании, кумпанства, акционерные общества. Принципиальным отличием от прежних форм стало разделение владетелей и управленцев. Первые нанимают профессионалов на роль вторых, таким образом стало возможно привлечение совсем других денег. И пусть никто из акционеров новых компаний не мог претендовать на роль самого богатого человека в истории, зато сами компании уже примеряли на себя роль делателей королей и властителей земли.