Синопсис: Эзотерика, нумерология, астрология, арканы – слова, которые знакомы каждому и интуитивно приравниваются к мистификации. Специалисты, увлекающиеся этими практиками, представляются мистификаторами, кудесниками, дарящими надежду в моменты, когда кажется, что вера испарилась.  Интерес и внушающий авторитет к данным увлечениям стремительно растёт на этой планете. Обращаясь к тёмным силам, каждый из нас хотел бы узнать тайны, зашифрованные в теле, или хотя бы просто услышать о себе приятные слова. Однако, приобретя эти знания и попав в руки недобросовестного человека, эти практики могут иметь отрицательный эффект. Эта история начинается в тихий январский вечер под крышей старого дома, где собрались три женщины.

Верите ли вы в то, что, помимо нашей повседневной реальности, есть нечто большее — то, что недосягаемо для наших глаз и не воспринимается разумом? Явления, не объяснимые наукой и прозванные сверхъестественным, — то, что одновременно манит и отталкивает. По сути, все современные открытия и технологии несколько лет назад также попадали под вышеописанный термин, но со временем они обрели одобрение благодаря доказательствам, описанным с помощью известных нам законов физики, психологии, математики и прочих признанных наук. Однако, столкнувшись с необъяснимым и неопределенным, мы автоматически подразумеваем сверхъестественное. Похоже, это название останется до конца человечества, и, признаюсь честно, мне хочется поверить и даже увидеть это необъяснимое, ибо для меня в этом отчасти есть романтический аспект. Я не могу сказать, что этого нет, ровно так же, как и не могу подтвердить, что это есть. Однако я могу отличить притворяющихся людей от обладающих неким талантом. Эта история начинается с авторского монолога, и то, что в ней будет описываться, также имеет двойственную форму. Отличить, что здесь правда, а что вымысел, я оставлю на размышление читателю.

- R4K

Мягкий жёлтый свет, испускаемый диодными лампочками, образующими на потолке форму половины костяшки домино, обозначающую цифру пять, освещал площадь комнаты размером пять на восемь. Это большое помещение, некогда созданное для гостей с расставленной мебелью: шкафами, диваном прикроватным журнальным столиком, стенным шкафом, посередине которого стоял плазменный телевизор. По полкам расставлены памятные фотографии, картины, большое количество детских игрушек, кукол, статуэток и прочие маленькие фигурки, в купе создающие человеческий уют.

Чёрная пластиковая карта с тихим скользящим звуком плюхнулась на стол, выпав из блестящей колоды. Руки с накрашенными фиолетовыми ногтями и разбухшими фалангами перетасовывали пластиковые прямоугольники. При движении перстень с большим красным камнем цеплялся за колоду, оставляя на поверхности карт царапины. На журнальный столик выпало ещё две. Играющая на человеческих эмоциях женщина заговорила, параллельно перевернув первую выпавшую: «Девятка мечей». Кто-то ударился ногой об опорную ножку стола, из-за этого жидкость в бокалах и бутылке шатнулась, продолжая колебаться вперёд — назад. Девушка, сидевшая справа от мрачного крупье, напряжённо провозгласила, прижав руки к губам: «Какой ужас!»

Трясущимися руками она схватила чашу фужера, поспешно опустошая его содержимое и тяжело проглатывая. Её чёрные волосы и короткая стрижка контрастировали на фоне светлых обоев кремового цвета. Третья женщина, сидевшая слева, спросила: «Маш, разве на картах Таро не гадают только на себя?» Сидевшая посередине между ними девушка с накаченными губами, полноватым телосложением и рыжими волосами посмотрела на спросившую, выражая своей физиономией злобное призрение: «Конечно, гадают, но только при полнолунии, а сейчас полумесяц». После этого она, зацепившись кончиком длинного ногтя, перевернула следующую карту рубашкой вниз.

«Колесо Фортуны перевёрнутая, — произнесла Маша, — обманчивая удача на тебе застоялась». После этого открытия, в комнате, обставленной мебелью, в очередной раз раздался звон стекла и стук поставленного фужера. Нервничающая брюнетка немного скукожила лицо от крепкого напитка, закусив чёрным сухариком из синей пачки огненный недуг. Женщина, сидевшая справа, остановила брюнетку, отодвинув от неё бутылку зеленоватого оттенка, а затем обмолвилась: «Лена, ну ты так не налегай на полусладкое».

— Пусть запьёт своё несчастье, обманчивое тепло растапливает душу, — подметила Маша, открывая завесу последней карты. Третий мрачный прямоугольник изображал на своей фактуре перевёрнутого молодого человека в голубой рубашке и красными штанами. «Повешенный!» — прокомментировала женщина слева по имени Ксюша. Мария потёрла большим пальцем подбородок, а затем произнесла: «Смотри, какое трио у тебя тут собралось: девятка мечей, перевернутое колесо фортуны и повешенный».

— Видно, кто-то зуб на тебя гнилой точит и не хочет, чтобы счастье в твою жизнь пришло, — договорила Маша, опуская свой фужер. – Дьявол спутывает карты.

Наклонившись, она полезла в сумку, стоявшую возле махрового дивана с протёртой трикотажной тканью, и вытащила из щели два странных атрибута, ухватив их одной рукой. На прикроватный журнальный столик, заставленный стеклянными бутылками, посудой и закуской, приземлилась коробочка, напоминающая маленькую шкатулку.

Загадочная вещица лазурного цвета с капсулой, напоминающей по очертанию своим белым наполнением глаз, и символами, нанесёнными по кругу. Из нижней части выезжала подставка, измазанная воском, с небольшим углублением под свечку. Вторая вещица выглядела тоже не менее странно: некая толстая эбонитовая палочка с привязанной на рукоятке красной ниточкой, на конце рассыпался пучок волокон напоминающий собранный в поле сноп. Мария потянулась в очередной раз к своей волшебной сумочке и вынула со дна красного цвета свечу. Аккуратно зажгла фитиль и поставила на подставку в шкатулке.

— Ксюша, открой окошко, — произнесла озабоченная подруга. 

— Маш, за окном минус двадцать семь градусов, холодрыгу в дом пускать не очень хочется, — ответила Ксюша.

— А как ты хочешь родственников впустить в свой дом? – поинтересовалась Маша, немного заставив колыхаться свечку.

— Каких родственников, мы вроде никого в гости не ждём, — разводя руками произнесла Ксюша.

— Каких…Каких…Мёртвых! — хрипловато прибавила Маша, достав из кармана сложенную в несколько раз бумагу. Лена тем временем, впечатлённая происходящим, опять схватилась за бутылку, держа в другой руке стеклянную тару и уже на весу наливала алкогольную жидкость, немного пролив на пол. Красные капли запеклись розовым цветом на тёплом ламинате. Ксюша открыла пластиковое окно, повернув ручку кончиком вверх, переключив его в режим проветривания. Морозный зимний воздух проник в комнату, ударив в женские спины, тихонько распространяясь по телу. Маша пододвинулась ближе к Лене и, взяв её за левую руку, стала задавать вопросы: «Вспомни папу, он нам покажет, кто адресат проклятья». Лена одернула руку и сразу же потянулась к бутылке с вином, но Ксюша её на этот раз остановила. Маша продолжила властно произносить слова: «Подумай о нём, дабы указать ему путь и окропить дух бесплотный семейным теплом!»

— Я даже не помню его, я… — не успела Лена что-то договорить, как Маша её перебила. — В действе в люльке качал, когда молявкой ты была? 

— Качал… - ответила Лена.

— А кто ещё там был? – серьёзно изменив лицо, спросила настойчивая рыжеволосая, пододвинув к себе сложенный в несколько раз листок бумаги, о чём свидетельствовало большое количество изгибов и складок.

— Не помню вроде, женщина, кудрявые волосы, наверное, это мама, — мешкаясь, вновь ответила Лена, однако Мария, не дослушав, продолжила холодно, словно прокурор, задавать вопросы: – А ещё? Кто-то не родной, мрачный человек, появившийся в жизни твоей родни? 

— Не могу вспомнить, не получается, это было очень давно, —открестилась брюнетка.

Это было правдой: не каждый человек помнит какие-то моменты из младенчества, а иногда даже додумывает их, подменяя рассыпающиеся воспоминания ложными благодаря мозговой адгезии. Настойчивая Мария, воздействуя на волнующуюся женщину, вновь повторила настырный вопрос: «Кто чужой находился с тобой и родителями в комнате?»

—  Не могу вспомнить, — навзрыд сорвавшимся голосом простонала Лена, прижав ладони к лицу, доставая большими пальцами до ушей. Тем временем комната потихоньку теряла свою прежнюю температуру. Сквозь щели ладоней девушка проговорила плачущим голосом: «Помню, что всё пространство освещало солнце и окна, словно прожекторы, испускающие тёплый свет».

— А что это значит? – спросила Мария.

— Что это была тёплая пора, — шмурыгая носом и потихоньку успокаиваясь, произнесла Леночка.

— Июнь! – прикрикнув, сказала Мария, все сидевшие подскочили. Брюнетка с растёкшейся от слёз тушью на лице кивнула в ответ, продолжая сидеть в одном положении.

— Маш, может, гулять пойдём? – сквозь разговор спросила Ксюша, но ведунья проигнорировала её, не убирая змеиного взгляда с Лены. Наступила тишина, и неожиданно для всех Маша хлопнула в ладоши, после чего сразу же начала монотонно молвить: «Тьмой и светом, луной и солнцем, помогите мне распространить раскатистую молитву вокруг планеты!»

Кхм… кхм… поперхнулась вином Ксюша, постучав себе кулаком по груди, чтобы избавиться от неожиданного недуга. Лена, опустив руки, зачарованно смотрела на пол, казалось, разглядывала надписи, изображённые на досках ламината. На каждой были расписаны название столиц разных стран.

— Зову тебя, моя кровинка, чтоб злодушность отогнать и ответить на обременяющие голову вопросы, – продолжила Маша, параллельно взяв ранее отложенную кисть. Она размахивала ей по воздуху, словно художник, малюющий на мольберте, вырисовывала какие-то символы и надписи. Ксюша пыталась следить за кончиком, однако в её глазах всё расплывалось, видимо, алкоголь до конца проник в кровь. В дальней комнате дома, которую отделяло несколько дверей, что-то металлическое свалилось на пол. Женщины вскрикнули и испугались, вставать с дивана было страшно: мало ли, Машины заклинания подействовали, грохот был не на шутку объёмный. Будто что-то свалилось, но Мария, не обращая на это внимания, продолжила рассекать кистью по воздуху, иногда выкрикивая непонятные слова на чуждом языке. Подглядывая на смятый листок, который она мусолила в руке, вот только слова, написанные на нём, были совершенно другие, и никто этого из двух сестёр не заметил… Лена и Ксюша были троюродными сёстрами, это было заметно по их телосложению и некоторым деталям лица.

— Он здесь! – произнесла Маша. – Он готов говорить с нами.

После этой фразы комната, наполненная хладом, утратила свой уют, что сразу же вызывало реакцию тела, мурашки, выступающие на поверхности кожи мириадами микро-волдырей. Такая атмосфера играла Марии на руку, и она ловко объясняла резкое изменение температуры присутствием духов и мертвечины. Сестры, по виду, были немного ошарашены и даже слегка дрожали то ли от холода, то ли от страха. В какой-то момент Марфа… Так просила называть себя Мария во время общения с духами. Часто на людей, отказывающихся подчиняться этому правилу, она очень сильно злилась. Объясняла рыжеволосая это тем, что усопшие десятилетиями назад даже не знали о существовании современных имён. Марфа – имя магически сильное. Сами звёзды содрогаются при мелодичном произношении слагаемых звуков.

Марфа попросила погасить свет в помещении, после этого она снова зажгла уже догоревшую свечку, поставленную на подсвечник в шкатулке. Маленькое пламя небольшим радиусом просвечивало лица девушек, зажигая белый блеск в расширенных зрачках. Затем колдунья вновь взяла магическую кисть и кончиками мягких ворсинок стала проводить по внешней стороне руки Лены.

— Спрашивай, – неожиданно произнесла ясновидящая. 

Ксюше, подбитой алкоголем, показалось, что стоящие на полках мягкие игрушки куклы фирмы BRATZ из темноты злобно наблюдали за происходящим. Марево белых огней, шевелившихся на полках и стенах, изрядно пугали. Из-за тактильных ощущений у Лены обострились чувства осязания, что участило сердцебиение и дыхание. Она набирала воздух довольно часто, это было видно по вздуваемому животу. Сквозь волнующий вздох она спросила: «Как мне к нему обращаться?»

— А кого ты ощущаешь? Кто стоит за твоей спиной? – вопросом на вопрос ответила Марфа. Навалилось молчание, и из зияющих Лениных глаз ручьём по щекам снова потекли слёзы, она лишь ответила: «Это папа».  Дверь в комнату распахнулась, и все трое подскочили: из открывающегося дверного проёма показалось юное мужское лицо. Ксюша потянулась правой рукой к выключателю, продавив пластину. Тогда жёлтый свет осветил неожиданного гостя.

— Господи, Саша! – произнесла Ксюша, — ты нас напугал.

— Здравствуйте, – с неособой радостью произнёс Ксюшин сын. Он был маловатого телосложения, коротко стриженный, с отросшей тёмной щетиной, голубыми глазами и острым носом. Простояв несколько секунд в неловком молчании, парень развернулся и вышел обратно на кухню, откуда и пришёл. Из глубины комнат дома послышались копошения. Девушки немного смутились, одна из них хотела обновить фужеры, но стало как-то стыдливо. Схожие ощущения, испытываемые женщинами, свойственны их материнскому инстинкту: держать в тайне от детей пристрастие к вредным привычкам, идеализируя образ правильного человека. Без пороков, двоек в школьные годы и мелких ошибок в жизни – эдакий мифологический герой. Марфа продолжила шёпотом, словно участница тайной вечери: «Он до сих пор здесь и готов ответить на твои вопросы». 

— Не знаю Маш, – произнесла Лена.

— Марфа! – грозно фыркнула она на данное опущение.

— Марфа, – угрызено произнесла уже Ксюша. – Обычно же для призвания души усопшего используют доску Уиджи или хрустальный шар, я в интернете прочитала.

— Так только в фильмах бывает, а здесь реальная жизнь и законы, передающиеся потомками, – уже в полголоса процедила Марфа, а после обратилась к Лене. – У тебя с отцом необычная связь – астрально-кармическая.

– И всё же это проклятье, так мне когда-то прабабушка сказала, – прервав молчание, ответила Лена, она огляделась убедившись, что никто не подслушивает, а затем повторила – Так мне когда-то прабабушка сказала. Одна из родственниц по отцовской линии повздорила с соседкой обладавшей некой силой.

— Слова имеют заклинательный эффект, тянущийся сквозь поколения огромной магической пуповиной, – уже своим универсальным голосом промолвила Марфа. – Этот ответ и напомнил тебе отец, скажи ему спасибо.

На кухне издался электронный писк и гудение разогревающей блюдо микроволновки, что хоть немного оживило дом.

— И этот чернильный шлепок по сей день просачивается сквозь кроны семейного древа, – договорив, Марфа, затушила свечку, смочив пальцы слюной, а после прошептала. – И даже здесь, в этом доме, ощущается сумрак этой печати.

— В этом доме?! – возмутилась Ксюша.

— Даже в этом доме, видела, как моя свеча колебалась, словно кто-то надламывает свет. – договорив свои «уверывания», Ксюша как-то сконфузилась, ей стало неуютно, сразу родные домашние стены превратились во что-то грязное, обляпанное.

— Принеси блюдце, – попросила Марфа. Ксюша повиновалась и направилась на кухню, достала из навесного кухонного шкафа прошенное блюдце для десерта. По пути назад она пересеклась с сыном, который, по-видимому, направлялся в ванную. Лена сидела в трансе, выжатая как губка, проронив множество слёз за этот вечер.  Марфа получила прошенную посуду, затем вытащила из кармана помаду. Ловкие толстые фаланги выщелкнули колпачок и покрутили днище толстого тюбика, удлиняя восковой стержень с различными примесями. Сёстры внимательно наблюдали за процессом. Наклонив кончик помады вниз, ведунья намазала на прозрачной поверхности блюдца непонятный символ, напоминающий перевёрнутую улыбку с точками по краям. Марфа произнесла: «Свеча из церкви дома найдётся».  Через время Ксюша принесла и церковную свечу, завалявшуюся на дне выдвижной полки.

— Возьми свечу, поставленную на зачарованную тарелку, она изгонит божьим светом тьму, озаряя каждый уголок родительского дома благодатью, – заклинала Марфа, водя рукой вокруг свечи. – Возьми этот свет и броди по площади дома, изгоняя сумрак проклятья.

Ксения повиновалась взяла импровизированный факел и медленными шагами стала бродить по комнате, нашёптывая про себя божьи молитвы.  Придерживаясь старого предрассудка, религиозные тексты — это светлая магия, отгоняющая всякую мракобесную нечисть. Там, где присутствует мистика, неподалёку скрывается и религия, которая укротит всех бабаек. Часто эти две противоположности сливаются воедино, что противоречит вероисповеданиям и порицается настоящим христианством. Забавно, но всё это людям не мешает, ведь религия общая, а вера у каждого своя.  Пока Ксюша отгоняла проклятье, олицетворённое темнотой, Марфа продолжила дожимать её своими хитросплетёнными страшными словами. Дальнейшие происходящие события стороннего наблюдателя заставили усомниться в здравости происходящего. Всё же безумие заразно, продолжалось всё это несколько минут, пока в какой-то момент Ксюшин сын, выходя из уборной, не наткнулся на свою мать, блуждающую по дому и читающую молитвы, определил он это по знакомым словечкам: «Во имя отца… Христа… Боже наш…»

С неким волнением он спросил: «Мам, всё в порядке?» Женщина сразу же отвлеклась на него и быстро ответила, будто увлечённый игрушкой ребёнок: «Всё нормально, мы просто дурачимся».  И дальше прошла медленным шагом в комнату. Саша находился в подвешенно-раздражительном состоянии. Причиной этому являлась гостья, сидевшая в комнате и устроившая это представление. Не скрывая своей злости, а он в открытую её показывал, всеми фибрами души недолюбливая злодейку, и чувства эти были взаимны. Марфа часто любила копаться в его голове, но из-за разности поколений и предвзятого отношения на него эти манипуляции не действовали. По причине этого она теряла интерес к его персоне. Стоит упоминать пару историй чтобы окончательно сформировать портрет Марии.

Как бывает в различных семьях, невестка мужа и его родственники не так охотно ладят, как хотелось бы. Мария была замужем несколько раз, и нынешний брак – самый долгий. Никто не знает, почему развалился старый, наверное, разногласие в интересах. Нынешний же муж отлично ладил со своей бабушкой – Екатериной Петровной. Женщина доброй души, любила с правнуками понянчиться и хлопот много не доставляла, в свои восемьдесят с хвостиком лет не страдала деменцией и особо никому не докучала. Вот только новую невестку своего внука бабуля не возлюбила. Оно и ясно почему, Маша хозяйством не занималась, помогать особо никому не хотела. Признак воспитанного человека – уметь найти общий язык, проявить эмпатию по отношению к другим. Этими качествами наша барыня не обладала, из-за чего многие её не понимают и считают безответственной. В общем, не сложилось у бабушки общение с невесткой. Маша её ненавидела и поэтому никогда к ней не ездила: ни на день рождения, чего уж говорить про остальные праздники. Однако позже бабушка умерла. Собирались поминки, и уж этот денёк Машенька не пропустила, а дальше было ещё хуже. Она стала распространять слухи о том, что бабулечка была сильной ведьмой, способной изжить со света любого. Ведь Марфа чувствует неощущаемые никем волны, на основании своего параличного осязания, поэтому и утверждает не понаслышке. Поэтому и оправдывалась, что не приезжала в дом, потому что боялась такую мощную колдунью, утверждала, что бабушка из астрального мира чуть не утащила своего мужа с собой. Ибо на небеса не принимают. Про мёртвую можно так говорить, она же мертва, что она сделает?

Ещё одна история произошла летом, когда родня собралась в беседке, Маша заставила всех взяться за руки и, шатаясь из стороны в сторону, стала кричать непонятные фразы, утверждая, что высвобождает злость. Эти визги слышала вся улица, и кто-то из соседей вызвал полицию. Кажется, это было на Пасху.

В тот же вечер эта гадалка – крещёная цыганка – зашла к Саше в комнату и стала всячески промывать ему мозг. Утверждала, что зло в его душе таится из-за недостатка любви и тёмного сглаза. Потом и вовсе полезла обниматься, стараясь удушить его в своих объятиях, удушить не крепкостью объятий, а зловонным ароматом духов, которые, видимо, она выливала литрами на себя.

Тогда он еле выбрался из её лап и выгнал её из комнаты. Мало того, что она пришла в его владения, наговорила какой-то дребедени, так ещё и стала хватать его вещи, нарушая личное пространство. Каждый раз, когда приходит Маша, начинаются какие-то сумасшедшие вещи, и тут стоит подчеркнуть не сверхъявственные, а именно человеческие иррациональные поступки. Ситуации, которые при особых обстоятельствах могут привести к печальным последствиям. И, к сожалению, этого никто не замечает: взрослые обычно специально игнорируют эту опасность, не воспринимают серьёзно маленькую шаровую молнию, скользящую мимо.

Накладывая в тарелку макароны в форме бантиков, парень слышал, как из комнаты доносится смех и шёпот. Ксюша к этому моменту уже вернулась, и от неё, после похождений в комнате, пахло дымом.

— Маш, у меня дочка хандрит и истерики закатывает в последнее время, говорит, хочет «зипку», – произнесла Ксюша. – Да такого эти припадки доходят, что бранные слова из уст летят.

— А это отголоски проклятья, Ксюша, которое затронуло и твою дочь, – заключила Маша. От услышанного желчь в организме Саши вскипела, запениваясь, он скинул вилку в тарелку и направился к ним.

— Мария, хватит говорить несуразный бред! – произнёс парень. – Это противно слушать. Все в комнате немного опешили, кроме Марии, она, не колеблясь, вступила с парнем в диалог.

— Дитя, ты возражаешь из-за злобы, что прячется внутри, – не успела она закончить, как Саша её перебил.

— Нет, я злюсь из-за тебя и твоих психологических уловок, в которые легко попадается слушатель. Какие-то проклятье чары-фигары. Твои слова — это бред, завёрнутый фольгой «гламура» яркой персоны, которая, дескать, видит дальше остальных.  Твоя настоящая суперспособность — это хмурить брови, менять тональность голоса и умело переворачивать слова. Легко лавировать ситуацией и удобно подстраивать её под себя да так, чтобы акцентировать внимание влияемого.

— Я читала те книги, на которых ты построил своё мнение, только ты, мой милый мальчик, кое-что упускаешь. Даже философы и психологи ошибаются во многих вещах, и то, что когда-то наука считала не существующим, в итоге оказывалось истинным. Это лишь вопрос времени, кратеры на Луне тоже считали выдумкой. Но астрологи видели это во снах ещё до телескопов.

— Не астрологи, а астрономы, – добавил Саша. – И я этого не отрицаю, но ваши методы — это кристаллические манипуляции, заметные невооружённым глазом. К примеру, слова, вырванные из контекста, путаница в своих же убеждениях и правилах. 

— Я пользуюсь опытом, передаваемым предками, — переходя по привычке на неодобряемый тон, возразила Марфа.

— Конечно! Переняли опыт развода людей на деньги, хотя нет, тут дело в другом, – сухо ответил Саша. – Дело в мании величия, сплавленным с чувством собственной важности, ваш мотиватор — это не деньги, вернее, не материальные ценности, а эмоциональный отклик эго. Этот вампиризм в вас играет настолько сильно, что вы превращаетесь в мономана, который видит во всём проклятье и зло, плюя на то, что от ваших высказываний могут пострадать люди. 

— Какое у тебя есть право, молокосос, обвинять меня во лжи? Тебя что, не учили со взрослыми разговаривать?

Ради приличия в их накаляющийся конфликт вмешалась Ксюша: Саша, пожалуйста перестань, это некорректно и бестактно!

— Мам, д я бы и слова не сказал на очередные словошлаки извергаемые ртом этой сумасшедшей, если бы она не покусилась на родные связки.

— Что ты имеешь в виду? – спросила его мать.

— Этого диалога бы не случилось, если бы она своим дурманом не задела бы мою сестру.

— На самом деле…

— На самом деле, - перебила её Саша. – Я вижу её на сквозь, как уже и говорил ранее.

— Если бы ты был воспитанным мальчиком, то не продолжал бы это обсуждение, — от злости лицо Марфы наливалось красной краской.

Мальчик пододвинул табуретку подсел к столу, взял в руки непонятную шкатулку, потёр её большим пальцем и произнёс: Я изучал ваше, так сказать, мистическое ремесло, пытаясь понять принцип работы.

— И что, так и не убедился? Силы разума не хватило? Видимо, плохо читал они же сейчас все такие одичалые в своих социальных сетях, – поглумилась Марфа.

— Напротив, моё изучение только убедило меня в том, что вы и все такие же деятели не следуете правилам, которые сами же и создали.

— Я же уже повторила много раз, у каждой ясновидящей свои методы, нет ничего удивительного в этом.

— Ну как же? – c ухмылкой промолвил парень, а затем продолжил. – Вы ведь на картах Таро гадаете? Шар хрустальный используете? А к звездам и мёртвым обращаетесь? Это ли не является основанием полагать, что правила в вашем увлечении есть. От части они навязаны поп-культурой, в чём я опять-таки убеждён, опять-таки вряд ли вы гадали на стенных обоях или на плинтусе. Всё это правила выстроенные именно вами, для убедительности образа. Какой ковбой, если он без шляпы и револьвера? Очень удобно владеть мастерством, правила и законы которого меняются в зависимости от хитрости используемого. 

— У этого ремесла древняя история, свои знатоки и учёные, создающие всё новые и новые открытия, – возразила Марфа. – Не удивительно, что и правила, и законы, которым обучаются проводницы звёзд разные. Знать их может только обладатель особого дара.

— В ваших словах я и улавливаю нотки мании величия. Мария, признайтесь, что вам нравится, когда на вас устремлено всеобщее внимание. Вас восхищает это чувство.  Вам неинтересно, с какой проблемой к вам обращаются, это и не важно. Важно то самое чувство важности, что и есть проявление эгоизма.

— Мне не безразличны беды других людей, это моё призвание избавлять людей от проклятья, – кричала Марфа на весь дом, Саша вывел её из себя.

— Старый, потрескавшийся приём, списанный со стен первобытной пещеры. Заговор, сглаз, проклятье — страшные слова, которые ясновидящая словно хирург в онкологической палате, констатирует и пытается удалить.

Лена решила прервать этот поединок, задав главный вопрос Ксюшиному отпрыску: «И что же, Саша, ты считаешь, что ничего противоестественного не существует»? Нервы двух оппонентов поутихли. Марфа опрокинула фужер опустошив его до дна, Саша молчал. Ведунья стала собирать все свои странные аксессуары в сумку, и вставая из стола, грозно проворчала: «Спасибо за вечер, было очень приятно!» Ксюша встала, чтобы проводить гостью, словно лакей держала её кожаную шубу чёрно-серого цвета.

— Я не могу утверждать, что этого нет, также как и не могу говорить, что это есть, – Саша привстал и подошёл к окну, чтобы его закрыть. В прихожей слышались копошения. – Возможно, существуют люди, способные сотворить чудо для остальных. Но их ничтожно мало, и о своих способностях они не распространяются. Простая, слегка офисная истина – те, кто действительно много работают, никогда не будут кичиться этим, и так, я думаю, у людей во многих делах.

— Ну да, у меня напарница по работе вон какая болтушка, вечно трындит, что ей в отпуск пара, — добавила Лена.  

— Единственное, чего я не могу понять, почему мы не умеем различать настоящих людей от фальшивых, — произнёс Саша, после чего входная дверь дома хлопнула с такой силой, что с угловой крыши скатился снег.

* Продолжении в комментариях, как и просили раньше )
Ещё рассказы R4K - страшные истории, крипипаста

https://www.instagram.com/1pizdyai88/

ЧЕТВЕРКА МЕЧЕЙ⚔️
Самое худшее, что может быть, это полный застой в делах, а у вас—ощущение собственной никчемности и разбитости. Но, возможно, это будет всего лишь задержка какого-то одного из ваших дел, или вам самому захочется отложить какое-то дело, потому что сегодня у вас никак не получится им заняться. Даже если такой перерыв в делах наступит не совсем по вашей воле, его можно и нужно использовать для размышления и отдыха.🌸

Глава 5

Лиза стояла у окна, наблюдая за дождем, рисующим на стекле причудливые узоры. Через шум капель, стучащих по подоконнику, до неё доносились запахи сырой земли и уставших деревьев. Она любила такую погоду - размеренно, спокойно, монотонно. Ее успокаивал стук капель дождя, в нем Лиза находила особое очарование. Он навевал ощущение остановившегося времени и умиротворения. Монотонный стук капель был похож на ласковую колыбельную, которая обволакивала теплою волной спокойствия, убаюкивая ненавязчивой ритмикой. Величественная простота дождя очерчивала границы ее маленького мирка, защищая от суеты и даруя убежище. В такие мгновения Лиза ощущала глубокую связь с этим природным явлением, как будто сам дождь, рассказывая свою историю, пел тихую, но важную песню.

Она не могла избавиться от чувства, что сделала что-то неправильное. Взвешивала ситуацию снова и снова, и, хотя её разум, как адвокат-прохиндей, находил оправдания - профессиональный труд требует вознаграждения, и сумма была обусловлена сложностью задачи - сердце подсказывало другое. Эти деньги гораздо больше, чем она обычно брала за подобные услуги, и мысль о возможных последствиях не давала покоя. К тому же ей было жалко вчерашнюю женщину. Возможно, она совсем лишилась рассудка от потери мужа. Каждая её слеза звучала для Лизы напоминанием, что рана ещё не зажила, что со временем, должно быть, всё наладится, что женщина сможет восстановиться, станет сильнее и всё переживёт. Но с другой стороны внутри змеилась неуютность.

Она не страдала, нет. И глубокой вины не испытывала, но нечто тонкое, едва ощутимое проскальзывало внутри, задевая сердце. Беспокойство было как тихий шёпот, который она старательно пыталась заглушить. Лиза чувствовала, как в уголках сознания множатся тени сомнений, но она старалась держать их под контролем, придумывая новые доводы, объясняя себе, почему всё-таки её поступок имеет смысл. Нужно помочь маме - ей же уже за семьдесят, и она нуждается в заботе и деньгах. А ещё у Лизы было желание жить ярко, свободно, на широкой ноте - ведь она молода, и впереди её ждёт много возможностей. Но неужели ее поступок являлся грабежом? И вдруг Лиза подумала: «А если бы я не взяла эту сумму? Есть ведь и другие практики, кто затребовал бы больше».
Но теперь, когда деньги были у неё в руках, тревога не отпускала. Она не была уверена в том, что эти поступки оправданы, но пыталась убедить себя в их необходимости. Решение, которое казалось осмысленным и правомерным в моменте, теперь вызывало противоречия.

Звук телефонного звонка разбил тишину квартиры. Лиза вздрогнула и посмотрела на экран. «Марина», давняя клиентка, с которой у неё сложились крепкие, но порой непростые отношения. Обычно Марина звонила за советом от Таро и всегда щедро благодарила. Лиза взяла трубку.

- Привет, Ираидочка! Как ты? - раздался бодрый и искренне теплый голос по ту сторону провода.

- Привет, Марин! Всё хорошо. Как у тебя дела? - ответила Лиза, улыбнувшись в ответ на её уютное приветствие. Они поверхностно поделились новостями, произошедшими за последнее время, но уже спустя минуту почувствовалась какая-то особая серьёзность, будто Марина собралась сказать что-то важное и волнение играло с её голосом. Лиза прислушалась.

- Знаешь, почему я звоню? -  понизила голос Марина до шепота, - У меня на работе есть коллега, ей очень нужна помощь. Я вспомнила о тебе и дала номер. Не возражаешь?

- Конечно, не против. Я всегда рада помочь. Что именно ей нужно? - спросила она осторожно, чувствуя, что разговор приобретает более серьёзный оттенок.

Марина чуть помолчала, словно собирая слова, и продолжила:

- У неё муж пьёт, - её голос стал еще тише, - Он вообще-то хороший человек, работящий, заботливый. Раньше все его уважали: и на работе, и соседи. А сейчас будто подменили, темнее тучи ходит. Пить стал много, и всё, кажется, словно вышло из-под контроля. Коллега говорит, что даже не узнаёт его в последнее время, как чужой.

На мгновение Марина замялась, словно подбирала слова, а в воздухе повисла тягучая тишина, полная ожидания.

- Она мечтает, чтобы он вернулся к тому, каким он был раньше, -  продолжила Марина тихим голосом. - Боится, что всё разрушится окончательно, что он сопьется совсем. Она не знает, как помочь. Я дала ей твой номер, и она свяжется с тобой. Простите, мне нужно бежать, позже наберу. Спасибо!

И с этими словами Марина отключилась.

Внезапно телефон снова завибрировал и Лиза увидела незнакомый номер.

- Алло

- Здравствуйте! Это Ирина, - раздался медлительный, но уверенный голос. - Меня к вам порекомендовала Марина. Вы можете сейчас говорить?

Лиза села за стол, настраиваясь на беседу.

- Конечно, я вас слушаю, Ирина. Как могу помочь?

На другом конце провода послышались глубокие вздохи, и в словах Ирины уже можно было почувствовать настороженность.

- Я... Я не знаю, с чего начать, - призналась она, голос дрогнул от волнения. - У меня есть… есть проблемы в личной жизни, и мне порекомендовали обратиться к вам.

- Расскажите, что вас тревожит, - предложила Лиза, стараясь создать атмосферу доверия. - Я здесь, чтобы помочь вам.

- У меня муж хороший человек, но пьет. Раньше это было незаметно, потом терпимо, а сейчас он на грани. Меня не замечает, ничего кроме бутылки ему не интересно. Про лечение и слышать не хочет. Не понимаю, в чем дело, - сказала Ирина, и Лизе стало очевидно, что эта женщина ищет не только ответов, но и утешения.
Лиза стала потихоньку записывала основные моменты разговора. Её старый блокнот был полон записей о встречах и сеансах чтобы не запутаться, что и кому она говорила. Проколоться нельзя. Перед каждым приемом на пролистывала запись с прошлого сеанса, пробегала глазами и знала, что можно предлагать, а что нет.

Разложив образы и свои предположения максимально убедительно, Лиза продолжила:

- Сначала я бы предложила вам провести небольшой ритуал на восстановления внутреннего баланса. Это поможет вам перезагрузиться и найти гармонию и только потом уже снимать негативное воздействие с мужа. Ваше спокойствие – залог успешной работы.

Ирина замялась буквально на секунду.

- Что нужно от меня?

- Вам не придется прилагать практически никаких усилий. Просто приходите ко мне, я дам вам особый порошок. Я готовлю его самостоятельно, используя уникальный и сложный состав, который включает редкие ингредиенты. Кроме того, над этим порошком проведены особые ритуалы и произнесены древние заклинания, передающиеся из поколения в поколение. Мало кому они известны, и я — одна из немногих хранительниц этих древних знаний. Я уверена, что это средство поможет вашему мужу избавиться от алкогольной зависимости.

- Простите, а как быстро начинает действовать ваш порошок? Насколько устойчивым будет результат?

- Обычно эффект уже на третий день после начала приема моего средства. Причем человек полностью отказывается от употребления алкоголя.

- Три дня?? — удивленно воскликнула Ирина, не веря в такие молниеносные изменения.

- Да, и я предоставляю гарантию, что результат будет долгосрочным, практически навсегда, - подчеркивая уникальность и эффективность своего подхода Лиза.

- Мне очень нужно ваше средство. Ираида, сколько стоит порошок?

- Его стоимость составляет двадцать тысяч, — ответила Лиза, подчеркнув значимость и редкость товара.

- Могу ли я забрать его сегодня? - Ирина не желала терять ни минуты.

- Конечно, приходите в любое удобное для вас время, — улыбнулась Лиза, выказывая свою готовность помочь как можно быстрее.

- Спасибо, Ираида. Это очень важно для меня. Я скоро буду.
Отправив адрес смской, Лиза допила остатки чая. Нужно подготовить порошок.

Словно алхимик современной эпохи, девушка превратила простую аптечную смесь в истинное золото. На первый взгляд, её маленький секрет выглядел как обычный порошок, лежащий в бесцветной картонной коробке, который за сущие копейки продавался в любой аптеке. Но именно её мастерство иллюзии придало продукту уникальную ценность.

Лиза тщательно разделяла порошок на крошечные порции. Каждый её жест был выверен до автоматизма, в её руках мерные ложечки превращались в инструменты волшебства. В её ловких движениях читалась уверенность мастера, создающего из бесформенной массы нечто удивительное. Каждая порция в её руках становилась редким артефактом. Клиенты, что приходили к Лизе, были заворожены не только содержимым, но и историей их появления. Лиза представляла им действо, как древний ритуал, уделяя внимание каждой детали.

Это невзрачный порошок, чей скромный вид обманчиво утаивал его истинное предназначение, имел огромное значение в медицинском мире. Его использовали в специализированных клиниках, где врачи ежедневно вели тяжелую битву за жизнь и свободу своих пациентов, стремясь вырвать их из плена алкоголя и наркотиков. Он являлся частью комплексной терапии, которая помогала людям пережить тяжёлые моменты абстинентного синдрома, уменьшала влияние пагубных привычек на организм и дарила надежду на восстановление. Для многих пациентов он служил мостом между вчера и завтра, между зависимостью и обретенной свободой.

Однако среди широкой общественности его свойства оставались практически неизвестными. Отчасти это происходило из-за намеренного упущения: информация о подобных методах редко покидала стены клиник, чтобы не стать источником нежелательных экспериментов и неправильного использования.

Пудра, столь невзрачная на первый взгляд, скрывала в себе не только лечебные свойства, но и целый набор потенциальных опасностей. Препарат был с одной стороны — спасением, с другой — смертельной опасностью. В медицинской практике его применение требовало предельной осторожности и постоянного надзора специалистов. Даже малейшее отклонение от предписанной дозы или режима могло вызвать серьезные последствия, особенно для тех, кто уже имел проблемы со здоровьем. Воздействие препарата могло буквально вывести из строя человека, обострив уже существующие заболевания, нарушив и без того повреждённое равновесие организма зависимого.

Тем не менее, Лиза не испытывая страха перед возможными последствиями. Её это не тревожило. В конце концов, кто обратит внимание на простую гадалку, чей бизнес был тщательно завуалирован под маской невинных ручек судьбы?
Она понимала, что многие из её клиентов были людьми, уже привыкшими к проблемам со здоровьем. Алкоголизм редко обходится без разрушительных воздействий на организм, и какой бы вред не принёс порошок, клиенты вероятно сочли бы это ухудшением своего состояния.
Лиза видела возможности там, где другие не замечали. Она была талантливым предпринимателем в своём необычном деле.

Лиза ухватилась за эту нишу, превращая простые вещества в источник стабильного дохода. Она обладала редким чутьём на скрытую ценность и умела извлекать из неё максимум пользы. В этом невзрачном мире мелких гранул и лечебной магии она находила возможности, которые оставались незамеченными для большинства. Это отличало её от других и делало её деятельность одновременно рискованной и удивительно успешной.

Скоро в дверь позвонили и в квартиру вошла Ирина, женщина средних лет с усталым лицом и взглядом.

- Здравствуйте, - произнесла она, на цыпочках пройдя на кухню, ближе к столу, заставленному странными предметами и загадочными атрибутами.

- Здравствуй, моя дорогая, - ответила Лиза, вставая и вытянув руки к ней. - Присядь. Я почувствовала твою энергетику ещё до того, как ты вошла. Твои страдания и тревоги ясны мне, как день.

Ирина села на стульчик, обитый зелёным атласом, который, казалось, помнит множество таких же искренних заблуждений. Её сердце тяжело стучало в груди, а мысли метались, подобно птицам в клетке.

- Спасибо. Я пришла к вам, потому что больше не знаю, к кому обратиться. Эти странные события, непонятные знаки... Я чувствую, что это не случайно. Мне нужно помочь, - произнесла она, неловко потирая руки, как будто пытаясь растопить замёрзшую надежду. - Мой муж… он совсем не может остановиться. Каждый день он напивается, и это разрушает нашу семью.

- Я понимаю, но имей в виду, - медленно произнесла Лиза, глядя ей в глаза. - Это не простая задача. Как видно, его душа привязана к этому пороку, как паук к своей паутине. Алкоголизм - это не только физическая зависимость; это... это нечто большее.

Ирина подавила вздох и попыталась скрыть волнение, поджав губы. Она была готова сделать всё ради мужа, даже если для этого потребуется обратиться к самым темным уголкам магии.

- Что нужно делать?

Лиза прищурилась, рассеянно играя пальцами с бусами на своем запястье.

- Сначала мне нужно провести ритуал очищения, - произнесла она. - Но это может оказаться достаточно сложным процессом. В поле магии ты можешь столкнуться с неожиданными последствиями. Лишь истина и ясность намерений могут помочь.

- Я готова на всё, - с твердостью в голосе сказала Ирина, чувствуя, как её решимость растет. — Я просто хочу, чтобы мой муж был счастлив и любил нас, а не свою бутылку.

Лиза кивнула, и её губы приоткрылись в таинственной улыбке.

- Хорошо. Я приготовила тебе смесь из редких трав и минералов, которые помогут. Важно, чтобы этот порошок ты насыпала в его напиток или еду.

Ирина замерла. Задаваясь вопросом, насколько далеко она готова зайти, чтобы спасти своего мужа, она ощутила, как её окружает давление. Лиза заметила её колебания и продолжила:

- Но помни: ему будет плохо от порошка. После того, как он его примет, у него будет высокая температура, рвота и все симптомы сильнейшего отравления. Держаться такое состояние будет около суток. Как только начнет отпускать, и он захочет выпить – на кончике ножа набери порошка и опять добавь ему. Не пугайся его такого состояния, это негатив бесноваться будет.

Лиза поднялась и принялась за последние приготовление порошка, открыв старые баночки из-под трав, в которых были собраны ароматы надежды и безысходности. Пахло ирисом и геранью, запах умиротворял. В тусклом свете Наталья наблюдала, как Лиза смешивает травы, погружаясь в процесс.

- Это не простая смесь, - заговорила Лиза, продолжая работать. - Она содержит в себе как защитные, так и очищающие силы, но также может пробудить демонов; это может обернуться неожиданным.

- Я готова, - уверенно произнесла Ирина, сжимая пальцы.

Лиза закончила, пересыпав порошок в маленький мешочек, сделанный из черной ткани, украшенный вышитыми золоченой нитью символами. Она подала его Ирине.

- Этот порошок - твоя надежда, но помни, это не белая магия. У него есть своя сила и справедливость. Если он нужен твоему мужу, он сработает, но если нет - ты также будь готова к последствиям.

Наталья взяла мешочек в руки, его грубая текстура казалась ей одновременно тёплой и угрожающей. Какое-то время она лишь смотрела на него, осознавая весь груз ответственности.

- Спасибо вам, Ираида. Я сделаю всё, что нужно.

- И помни, - произнесла Лиза, обнимая Наталью на прощание, - магия - это зеркало. Она отражает твою внутреннюю борьбу и твои намерения. Если ты действительно желаешь изменить судьбу, ты должна быть готова к битве.

Ирина поправила волосы, стараясь собрать мысли в кучу. Прощаясь, она почувствовала, как на сердце легла тяжесть ответственности, но вместе с ней появилась и надежда. Рассчитавшись,  медленно вышла из квартиры магини, не в силах сдержать приток эмоций, расплакалась

- Я сделаю всё, - тихо шептала она, сжимая порошок в руке.

Глава 6

Не став откладывать в долгий ящик, Лиза набрала номер своих подруг. Совместно они выбрали туроператора, забронировали билеты, и уже через три дня Лиза наслаждалась ярким кипрским солнцем на шезлонге в белоснежной обивке, уютно располагаясь на горячем песке.
В новом купальнике, подчеркивающем её фигуру, и дорогих солнцезащитных очках, она погружалась в атмосферу безмятежности, потягивая ароматный безалкогольный коктейль с фруктами и зонтиком из высокого фигурного бокала. Ощущение свободы окутывало её, как теплый морской бриз, обдувающий лицо. Взгляд Лизы скользил по водной глади, где парни на водных лыжах выполняли захватывающие трюки, оставляя за собой струйки пены, а юноши на водных мотоциклах мчались наперегонки, порой слишком близко к скалам, заставляя её сердце биться быстрее от легкого волнения. Но даже небольшая доля тревоги не могла затмить счастье на её лице; она была счастлива, как никогда прежде.

Дни на Кипре искрились яркими моментами. Они много гуляли по историческим улочкам старинного города, полных очаровательных кафе, уютных лавок и мощеных площадей. Гастрономические открытия радовали Лизу — свежайшие морепродукты, запеченные с пряными травами, ароматные местные сладости дразнили её вкусовые рецепторы, оставляя за собой незабываемые воспоминания. Каждый вечер они бродили по набережной, смеясь и ведя философские беседы о жизни, любви и мечтах, наслаждаясь атмосферой.
Некоторые вечера они проводили на пляжных дискотеках, под звуки треков известных ди-джеев, танцуя под мерцанием неоновых огней и лунным светом, игриво обнимая друг друга. Каждое мгновение, каждое движение пропитано жизнью, и неделя отдыха пролетела незаметно.
Наблюдая за ярким закатом, когда солнце медленно опускалось в горизонт, Лиза осознала, что это путешествие не просто отдых, а возвращение к самой себе, к своей независимости и мечтам, к новой главе, полной приключений и обещаний. Это был не просто курорт, это был момент пробуждения, который добавил красок в её жизнь.

Приземлившись во Внуково, Лиза сразу позвонила матери.

- Да, мамуль. Мы приземлились, все хорошо. Ты кормила Багиру? Отлично, спасибо, мам. Я сейчас возьму такси, не хочу по метро тащиться с чемоданами. Давай, приеду домой и позвоню тебе еще.

Отключившись, Лиза вызвала такси.

Лифт в доме не работал и ей пришлось тащить чемоданы на четвертый этаж самостоятельно. Пока она ехала в такси, ей еще дважды перезвонила переживающая мама и спросила, нужна ли ее помощь. Успокоив мать и убедив ее, что приезжать не нужно, Лизе удалось подремать около часа в машине. Спросонок, она забыла попросить таксиста поднять ее чемоданы и он, высадив ее, тут же умчался. И теперь ей придется тащить их самой.

Едва справившись, Лиза тяжело дышала у входной двери. На фитнес, что-ли, записаться?

Соскучившаяся Багира тут же бросилась в ноги хозяйке.

- Моя девочка, - подхватив животное, Лиза расцеловала ее мордочку и прижала к себе. Кошка мурлыкала громко, как никогда.

- Моя хорошая, моя девочка, - придерживая ее, Лиза сбросила туфли и направилась на кухню.

Животное мурчало и тыкалось мокрым носом хозяйке в шею.

Неожиданно дверной звонок разразился громкой трелью.

Это могла быть только мама.

- Приехала все-таки, - усмехнулась Лиза, сажая кошку на стол, — вот неугомонная.

Распахнув дверь настежь, Лиза замерла. Это была не мама. Это была та самая женщина, которая приходила к ней последней из клиентов и оставила огромную сумму.

Лиза растерялась.

- Добрый день, вы позволите войти? – и, не дожидаясь ответа, женщина, отодвинув Лизу рукой, прошла.

Голос ее отдавал сталью и Лизе стало не по себе. Она надеялась, что за время ее отсутствия проблема женщины решится. Либо сама собой, либо ей найдут хорошего психиатра.

- Как отдохнули, Ираида? Или вас называть все же Лизой? – женщина оперлась спиной о стену и, скрестив руки на груди, с недоброй ухмылкой смотрела в упор.

Лизу обуяло возмущение. Да как она смеет себя так вести? Приперлась без предупреждения и записи! Кто ей сказал, что ее ждут вообще? Или она думает, раз заплатила шестьсот тысяч, то может себя так вальяжно вести? Только Лиза открыла было рот, чтобы высказать свое недовольство, женщина тут же подняла правую руку, призывая ее молчать.

- Не утруждайте себя оправданиями. Имя мне назвала соседка, когда я приходила в ваше отсутствие. Но, я решила, что это мелочи. Понимала, что Ираида – вымышленное имя, но мне было все равно. Хоть Лиза, хоть Маша, хоть Глаша. Я искала у вас помощи и защиты. Но вы меня обманули, вы нечестный человек.

Женщина подошла вплотную к оторопевшей Лизе и взяла ее за руку.

- Знаете Лизочка, мне вас могло быть даже жаль, наверное. Если бы я просила какую-нибудь ерунду типа ритуала на привлечение денег или мужчин, но я просила спасти мою жизнь. Ваша совесть позволила вам взять деньги и не попытаться мне помочь. Так что…

Женщина раскрыла ладонь Лизы и, вложив туда монету, прошептала:

- Подселенцу здесь сидеть, мясо сие есть, червяков кормить, собак призывать.

Закрыв обратно ладонь, женщина улыбнулась.

- Я нашла того, кто смог мне помочь. А это, - она кивнула на ладонь Лизы, — это теперь ваша проблема. Надеюсь, хоть себе помочь вы сможете. До свидания.

Развернувшись, женщина взялась за ручку входной двери и замерла.

- Хотя нет. Прощайте.

Когда за женщиной захлопнулась дверь, с Лизы словно спало оцепенение. Только сейчас она поняла, что легкая футболка прилипла к спине от количества выступившего пота и подкашиваются ноги. Она присела.

Твою мать, неприятно получилось. Надо прекращать приводить этих полоумных домой, чтобы избежать подобных ситуаций. Уж лучше она будет снимать офисное помещение или еще что-то в этом духе, но приводить домой – точно нет. Баста. Мало ли что взбредет им в голову. Эта пришла с монетой, а следующая с ножом прийти может.

Открыв ладонь, Лиза посмотрела на монету. Самая обычная, десятирублевая. Даже не новая.

Поднявшись, Лиза выбросила монету в мусорное ведро на кухне и дважды вымыла руки с мылом. Было неприятно, словно извалялась в грязи. Она даже понюхала свои ладони, но они пахли ромашкой и медом – ее любимым ароматом мыла.

Запустив кофе машину, она выбрала режим капучино. Кошка сидела на столе и, пристально глядя на хозяйку, нервно подергивала хвостом.

- Иди, пожалей мамочку, - протянула Лиза руки к Багире, но животное, яростно зашипев, оцарапало хозяйку и бросилось в комнату.

- Дура, - потирая руку, сказала ей в спину Лиза.

Налив кофе лишь наполовину, Лиза заметила, как аппарат начал мелко трястись. Гудение кофе машины усилилось, а её металлический корпус слегка вибрировал, отзываясь на внутреннее напряжение, будто бы живое существо, борющееся с недугом. И вот, в один миг, аппарат внезапно замер, свет индикаторов потух, и спасительное гудение сделалось тишиной. Запахло дымом.
Лиза, распахнув глаза от удивления, приблизилась к аппарату, чтобы оценить масштаб произошедшего. На поверхности, у ручки, заметила легкий дымок, который, медленно поднимаясь, становился всё более густым и коварным.

— О нет, только не это… — вырвалось у неё, когда она, всё же решившись, потянулась к выключателю, с опасением ожидая результат.

«Может, это глюк системы? Или она полностью сгорела?» — роились в голове.

Она быстро схватила кухонное полотенце и накрыла им кофе машину, открыла окно, и свежий воздух наполнил кухню, вытесняя зловонный дым.

- Очень здорово, - девушка повертела в руках наполовину наполненную чашку, - придется новую покупать. Хорошо, что деньги еще остались.

Как только она поднесла чашку к губам, та лопнула ровно пополам и кофе обжег грудь девушки.

- Сука! – вскрикнув и бросив оставшуюся в руке половину кружки в раковину, девушка быстро скинула футболку.

- Да что за день такой!

Принять душ не вышло, из крана текла лишь холодная вода. Видимо, отключили по графику. Терпение лопнуло, и Лиза решила прилечь. Долгий перелет утомил, нежданная гостья испортила настроение, да еще и из рук все валится. Нужно просто отдохнуть и все встанет на круги своя.

Упав на любимую кровать, Лиза накинула тонкий плед и моментально провалилась в сон.

Ей снилась мама. Она стояла за стеклом, окутанная холодным мраком, словно сама была частью этой тьмы. Лиза могла различить её очертания, но каждый штрих словно вязался в бесформенное облако тревоги. Мама отчаянно стучала по стеклу, её пальцы бились в ритме сердца Лизы — быстро и истерично, оставляя на поверхности белёсые следы. Каждый звук, каждый удар казались эхом из другого мира.
Рот её открывался, будто она хотела что-то прокричать, но из-за непроглядной преграды Лиза не слышала ни единого слова, только безмолвный ужас, наполнявший этот дурной сон. Мама показывала пальцами на уши, прижимая к ним ладони, и Лиза понимала, что ей нужно помочь, но ею овладел страх.
С каждым стуком отдалённые звуки превращались в злобные крики — они сливались в неразборчивый гул, подавляя даже ту частичку надежды, что еще оставалась. Лиза пыталась звать маму, но голос не был её союзником; вместо слов срывались лишь всхлипы, резкие и бездонные. Всё становилось невыносимо: каждая секунда тянулась как вечность, а каждый стук превращался в бесконечное ожидание.

Разбудил Лизу звонок мобильного телефона. Открыв глаза, она не сразу поняла, что находится дома.

Звонила Светка.

- Лизок, мы хотели сегодня в клуб пойти, ты с нами?

Лиза зевнула.

- Да, а во сколько?

- Давай мы заедем за тобой через полтора часа, будь готова.

- Ок, - снова зевнув, Лиза отключилась.

Сколько она проспала? Пару часов? Во всяком случае, не смотря на тяжелый сон, чувствовала она себя гораздо лучше.

Прошлепав в ванную, она вспомнила, что горячей воды нет. Пришлось по старинке – греть воду в кастрюле и пользоваться тазами.

Закончив с душем, подсушила волосы и открыла шкаф в поисках – чего-бы надеть. Она же купила на Кипре шикарный белый сарафан! В нем и пойдет.

Перетащив тяжелые чемоданы из коридора в комнату, она с облегчением опустила их на пол. Склонившись над первым, расстегнула молнию и почти сразу увидела то, что искала. "Отлично," – промелькнуло в голове, когда она вытащила из глубины багажного отделения то самое платье, которое идеально подходило к предстоящему вечеру. Нарядившись в обновку и быстро поправив волосы перед зеркалом, она бросила задумчивый взгляд на оставшиеся вещи. Может, стоит сейчас разобрать чемоданы? Или оставить эту скучную обязанность на потом? Размышляя, она еще раз осмотрела комнату и решила, что разбор вещей может подождать до утра. Сегодня у нее другие планы

- Багира, кис-кис, ты где?

Кошка всегда спала рядом с хозяйкой, свернувшись неизменным калачиком, но сейчас ее нигде не было и на «кис-кис» не отзывалась. Странно, отвыкла, что ли, за время отпуска?

Лиза прошлась по квартире и нашла животное на кухне. Кошка сидела под стулом и угрожающе зашипела, когда Лиза попыталась взять ее на руки.

- Надо тебя к ветеринару сводить, может заболела. Я слышала, что, когда животные болеют, они агрессивные, даже к хозяевам. Оставлю тебе еды, обязательно поешь. Завтра поедем к врачу.

Лиза послала кошке воздушный поцелуй и, высыпав пакетик корма в миску, вышла из квартиры.