Однозначного мнения по поводу распределения после вуза так и нет, описываю только свой не очень позитивный опыт.
Апрель 1985 года.
Конец этапу студенчества. Позади 2 стройотряда в Коми, участие в строительстве Кантемировского моста в Ленинграде, 2 "шабашки" в Смоленской области , работа кочегаром на последних двух курсах.
С набором рабочих специальностей кровельщик, плотник-бетонщик, монтажник металлических конструкций, машинист-кочегар (перелистывая трудовую книжку) я становлюсь "прослойкой", а именно молодым специалистом с окладом 130 рублей и обязанностью отработать на одном месте 3 года.
При этом, уволить молодого специалиста было почти невозможно.
130 рублей минус подоходный налог (13%), минус налог на бездетность (6%) - итого 105 рублей на руки. Все три года. Потом ставка автоматически повышается до 140 рублей. Еще на 3 года. К выходу на пенсию есть перспектива получать 2/3 от зарплаты водителя автобуса.
Место работы - НИИ Точной механики (ТМ), существующее до сих пор, одел автоматизации систем управления (АСУ), состоящий из меня и моего начальника-физика, "передвинутого" по каким-то причинам из соответствующего отдела, и абсолютно не разбирающегося ни в программировании, ни в ЭВМ, ни в АСУ. Но, как кандидату физических наук, ему было положено дополнительно 50 рублей.
Реальной, кому-либо нужной работы не было, поэтому, когда появилась возможность поехать в пионерлагерь вожатым, я даже не раздумывал. Привык я летом быть на воздухе.
После возвращения из лагеря мне предложили поработать в совхозе "за себя и за того парня". Что я и сделал почти до конца октября. Да еще и 2 недели отгулов заработал.
После чего потянулись "трудовые будни".
8:00 - начало трудового дня. Опоздание даже на секунду дисциплинарно каралось.
8:00 - 8:30 - все досыпали на рабочих местах. Некоторые женщины докрашивались.
8:30 - 9:00 - совместное чаепитие в нашей или соседней комнате.
9:00 - 9:30 - чаепитие в отделе программистов.
Далее я звонил знакомому из другого подразделения, и если он был свободен, то мы шли на чердак играть в шахматы.
Если он был "занят", то я изображал некую деятельность на своем рабочем месте или за монитором ЭВМ (если пускали).
11:30 - 11:45 - время официального обеда в его подразделении. Открыто играли в шахматы у него.
11:45 - 12:30 - время официального обеда в нашем подразделении. Открыто играл в шахматы со своими содрудниками.
12:30 - ... Шел обедать в столовую, где всегда была большая очередь.
13:30 - ... очередная "волна" чаепитий.
Далее та же программа, что и утром.
17:00 - конец трудового дня.
Потом оказалось, что есть вторая смена и надо изображать деятельность и во время ее.
Тогда будни выглядили так:
15:00 начало трудового дня.
Стандартная шахматная программа.
17:00 - ... Чаепитие с вечерней сменой.
19:00 - 19:30 - официальный обедо-ужин. Столовая работала до 20:00.
19:30 - ... изображение деятельности, игра на ЭВМ, "ля-ля" с программистами, участие в шахматном турнире.
Официально смена заканчивалась в 23:30, неофициально - в 22:30. Иногда для меня смена заканчивалась почти сразу после 18:00 (как только уходило все начальство).
Май 1986 года.
Я снова в пионерском лагере, но пока на его подготовке к сезону. Далее - снова вожатым на все лето.
Осенью я пошел по совместительству в школу преподавать "Основы информатики и вычислительной техники (ОИиВТ)", но там меня попросили еще математику в двух классах вести.
Пошел по призыву "партии и правительства", который дошел и до НИИ ТМ. Эти "партия и правительство" ввели в школу новый предмет, но материальной части и о преподавателях совсем не позаботились. Тогда и появился призыв.
Так что, теперь мой распорядок, обычно, был следующим:
День-вечер - проверки тетрадей на рабочем месте НИИ ТМ, подготовка к урокам.
Иногда пописывал программки, но по мелочи. Физикам помогал математические модели строить, программистам - с алгоритмами.
Отпуска же мне еще были положены!
Август 1987 года.
Меня досрочно выпускают на волю! Правда, через министерство какого-то там машиностроения.
За что мне такое счастье?
У программистов был заместитель начальника (Александр) , с которым мы совместно составили программу, сократившую проверку разводки платы с 2-х часов до нескольких минут. То есть, мы съэкономили для государства огромные деньги, так как минута на ЕС ЭВМ "стоила" 100 рублей (моя месячная зарплата). В то перестроечное время вовсю внедрялся хозрасчет, и жена Александра (тоже программист) в своей конторе стала получать по 300 рублей. Вот мы и предложили в НИИ тоже ввести хозрасчет, сформировать собственную команду...
Не разрешили. Типа, НИИ ТМ - оборонное предприятие, а там свои законы.
После этого был "бунт на корабле" и меня, как главного бунтовщика, решили отпустить.
На самом деле, это был уже второй случай в НИИ.
До этого на моем рабочем месте сидел молодой специалист, который заклеивал портрет Брежнева автобусными билетами с таким расчетом, чтобы покрыть его полностью за 3 года. Клеить начал снизу, но где-то на уровне глаз его отпустили в аспирантуру.
