В общем, я был на Ближнем востоке и мне есть что про это рассказать.
Про арабок я бы сказал, что это первобытная женственность. Они в большинстве своём хотят с детства замуж, хотят родить много детей. Тогда как в русской женщине слишком много феминистического, но не от современного западного феминизма(хотя сейчас появляются и такие среди молодых), а от феминизма советского, внушившего женщине, что ей обязательно нужно получать образование и строить карьеру. При этом русская женщина может терпеть мужа-лодыря(любых сортов - "танкиста", алкоголика, "диванного императора" и т.д.), арабка терпеть такого никогда не будет. Как и уговаривать его устроиться на работу и прибить полку - ты сам будешь должен это всё сделать без напоминаний.
Арабы религиозны. В большинстве своём это конечно мусульмане, но есть и христиане(католики, баптисты, православные и представители древневосточных церквей). По очень неточным данным, неверующие среди арабов есть только среди богатых людей.
В то же время, среди арабок (даже мусульманок) сейчас есть тренд на то, чтобы отказываться от платков в общественных местах(как в мечетях - не знаю).
Поэтому, мужики, если вы на этих словах обрадовались и решили, что нашли себе вариант Trad Wife ("Традиционной жены"), то спешу вас разочаровать - во-первых, арабы не любят людей других национальностей. Евреев конечно больше, но других одинаково - русских, французов, немцев. У меня нет объяснения этому факту, это просто как оно есть. Это же относится и к арабским женщинам. Но даже если вам посчастливилось как-то пробиться через эту стену (а такие случаи есть, когда на арабках женились мужчины европейских национальностей - в каждом правиле есть исключения), то встают другие проблемы:
1) вам придётся принять её религию (даже если она православная, а вы крещены, придётся воцерковляться и конкретно ходить в храм),
2) придётся учить арабский язык (который сложнее английского). Арабке может захотеться обсуждать любовь, глубокие чувства и интимные темы именно на арабском, а не английском.
3) разница в менталитетах и способах реагирования на разные вещи. Я столкнулся со случаем, когда у молодой соседки-арабки "сбились настройки" и она на меня накричала Ответ HeavyRussian в «Вопрос остается открытым» При этом, это было скорее плюсом, чем минусом, поскольку она в этот момент идентифицировала меня как раз таки как своего, а не чужого(но нашу "любовь" испортила её мама, как всегда бывает с женщинами - шутка).
4) как рассказывала одна русская, вышедшая замуж за араба, на их свадьбе со стороны невесты было 2 человека, а со стороны жениха - 150. Это значит, оценивать в течении вашей совместной жизни вас будет не только её мама (и/или папа, как в случае с русской), но и ещё ~ 148 человек.
5) с арабкой вы должны быть мужчиной уверенным, харизматичным, настойчивым, целеустремлённым и т.д. Желательно ещё при этом красивым, поскольку арабки как никто другие ценят мужскую красоту. В этот список только не входит чувство юмора - по слухам, арабы его не понимают.
В общем, мужики, любите русских женщин, ибо больше никому мы в этом мире не нужны!
Ладно, запощу и я свои истории, раз такая пьянка и в ЛГС можно теперь писать о чём угодно. Первая история случилась в 2014 году в Израиле в городе Ноф а Галиль. Я там снимал квартиру на улице Раско на 3 этаже, а весь четвёртый этаж занимала состоятельная арабская семья(2 квартиры из 2х на площадке). Перед лестницей на свой этаж прямо с нашей площадки они поставили дверь-решётку и повесили на стену видеокамеру. Шумели они днем постоянно, постоянно крики, мать звала своего малолетнего ребёнка оглушающим рёвом ЭЛЕЕЕЕЕЕЙ (так русскому уху слышится имя Али, ну или оно просто было уменьшительно-ласкательное). Но такое поведение, надо сказать, для арабов норма, чочтавная часть их менталитета и по другому себя они не могут и не будут вести. Регулярно жарили шашлыки во дворе дома. Как-то раз застал их ругающимися с кем-то из жильцов соседнего подьезда. Жирная мать семейства орала "бла-бла-бла аравим бла-бла-бла" (аравим на иврите арабы). Когда, например, две дочери-старшеклассницы этой семьи приходили из школы домой, то они сразу включали арабскую музыку и танцевали под неё, причём как кони. Несмотря на то что мне большинство их музыки не нравилось(не потому что они слушали какое-то говно, а потому что арабская музыка в принципе нравится только арабам, так они её поют и какой-то небольшой процент создаётся приемлемым для иностранцев), одна песня мне всё таки запала в душу. Но, увы, пойти и спросить я не мог - не знал как, да и ради чего, собственно, идти. Один раз они даже, кажется, стреляли из окна. Звук был похож на выстрелы. Надо сказать, арабы жили ещё и на 1 этаже, эти часто громко ставили какого-то проповедника(ибо дом сделан из говна и палок). Сейчас уже плохо помню, но днажды ночью арабы с первого этажа (со всеми детьми) зачем-то пошли к арабам с 4. Может, услышали что-то и пошли проверить, я хз(высокая слышимость). Вскоре они спустились к себе. И надо ещё сказать одну вещь, арабы не любят другие национальности. Могут в лучшем случае терпеть, но не любить. Это относится и к евреям и к русским и к французам и т.д. Так вот, практически сразу после заезда в новую квартиру сломался холодильник. Я отзвонился хозяину (он русский) и он на следующий день привёл с собой мастера-израильтянина. При этом тот пришёл ещё и со своими детьми. Детей усадили на диван в зале. Вскоре хозяин ушёл. Затем мастер доделал холодильник и тоже ушёл, при этом слегка на меня обидившись (я его спросил "работает?", он схватил меня за руку, засунул её в морозилку и, видимо, мой вопрос ему не понравился). В общем, на следующий день выяснилось, что кто-то из них подвинул коврик арабов, лежащий под их дверью-решёткой к моей. Днём в дверь постучали. Я посмотрел в глазок и открыл. Передо мной стояла та жирная мамаша-арабка и её стройная, красивая дочь старшеклассница. Мы поздоровались еврейским "шалом" и тут молодая начинает на меня ОРАТЬ. Вот так с ровного места, хотя и видно, что без злобы. Тут надо сделать отступление. Как видно из вышесказанного, для арабов крики при общении между собой - это норма. Между женщинами, между мужчинами, между мужчинами и женщинами. При этом, крик для них это ещё и способ выразить собеседнику кто он для них: свой(в случае крика) или чужой(без крика, спокойно). Так вот, молодая арабка шлёт мне мессендж я твоя бери меня что я для неё СВОЙ, несмотря на то что не араб. Но... наше "счастье" было недолгим: вмешивается мама. Что-то говорит ей и девушка замолкает. Печаль((( Далее инициативу по общению берёт мама. В принципе им уже ясно что я их не понимаю(моя твоя не понимай), поэтому мама жестами показывает мне, что коврик был сдвинут(подвигала его ногой) и что они это увидели по видеокамере(показала на видеокамеру). Я кивнул и изобразил понимающее лицо и на этом мы, собственно и расстались. Больше у меня с ними контактов не было.
Но это ещё нормальные арабы-соседи, если же соседи будут из арабской деревни(а они иногда покупают себе в Ноф а Галиле жильё), то это будет натуральный цирк с конями в прямом смысле этого слова.
Следующий случай произошёл в ТЦ Merkaza в 2018. Это такой Ашан, только без одежды в ассортименте и бытовой техники(точнее, были только стиралки и что-то типа тостеров) и в единственном числе на весь Израиль. На втором этаже огромный отдел посуды и прочих кухонных товаров и футкорт. ТЦ, по слухам, строил арабский олигарх(возможно, бедуин). Все укладчики товара, кассиры, вся охрана и все работники футкорта - арабы, набранные из ближайших деревень и Назарета. В этот раз я попал туда на Хануку и по торговому залу ходили молодые красивые арабки с конфетами и угощали посетителей. Надо сказать, меня молодые девушки просто задарили этими конфетами! Причём подходила одна и та же по 2 или 3 раза.
К слову, Merkaza - это не единственный гипермаркет, где работают одни арабы. Есть ещё сеть супермаркетов KingStore.
Ещё один случай немного грустный. Связан он с 7 октября 2023, когда начался очередной конфликт с Палестиной. Произошёл этот случай ближе к концу октября. Я уже тогда жил на другой улице, Тирош. Сразу скажу, что хоть Ноф ха галиль и является депрессивным, но он находится на значительном удалении от мест конфликтов и запусков ракет. Но в этот раз что-то произошло и в городе прозвучала сирена.
Да, отступлю - из 8 квартир в подъезде 4х этажного дома в 6 жили арабы. В одной я, в другой позитивная еврейка с мужем и сыном. Летом арабы ставили на улице перед домом стол, накрывали его и что-то "отмечали"(хотя все они разных вероисповеданий). Ни меня, ни еврейку с её семьёй они не звали. Ещё в доме на 2ом этаже живёт такой рукастый мужик, который в России был бы за активность назначен старшим по дому. А в этом доме он был в курсе всех проблем, например, с коммуникациями. И у него был ключ от специально укрепленной от обстрелов комнаты на 1 этаже (1 этажи в Израиле обычно не жилые). В общем, когда прозвучала серена, я сразу вышел в подъезд. Так же со мной вышли почти все жильцы дома и мы пошли в укрепленную комнату. На входе в неё я то-ли замешкался, то ли что, но это заметил сосед араб среднего возраста и сказал мне "come, come" с лицом, типа "ты что потерялся что-ли здесь, все свои, проходи, места хватит." В комнате в углу валялись велосипеды, стоял пустой холодильник и рядом со стенами были расставлены стулья, на которых арабы сидели во время их посиделок перед домом. Я сел на один из стульев. Через какое-то время со мной в помещении оказались одни лишь женщины - довольно таки привлекательные женщины с детьми, мужчины стояли на улице около входа и разговаривали(на арабском, естественно). Женщины были с детьми и жаловались на то что происходит(было понятно по тембру и форме речи). На 5 минут зашла та позитивная еврейка с сыном, но посмеялась и через пару минут встала и ушла. Через какое-то время один из арабов, кто сидел постоянно в телефоне сказал что-то всем и все встали со своих мест и вышли из комнаты. Скорее всего, пришла новость о том, что сработала ложная тревога(впоследствии я на одном из сайтов это прочитал). Выходя из комнаты ко мне подошёл тот араб и сказал пару поддерживающих слов. После этого арабы стали теплей здороваться со мной 😀
Устроился недавно в одну всемирно-известную организацию в Москве.
Первый рабочий день. Курилка. Слышу как кто-то рядом на своем тарабарском что-то активно обсуждает. Ещё громко так, аж музыку в моих наушниках перебивают. Поворачиваюсь смотрю а это три симпатичных девушки славянской/европейской внешности и одна смуглая (визуально армянка). Вслушиваюсь... а это арабский!
Иду к своему рабочему месту через турнекет, там два типа перегородили проход и тоже на своём диалекте что-то шпарят типа:
- Каман Сова! - Сова пьен!..
Я такой:
- Можно пройти?.
Эти двое расступились со словами:
- Пардон эм вуа... и добавили на ломанном русском:
- "Извёнитё"
Ещё и экзамен по русскому не сдали, во народ...
Захожу в свой отдел, а там меня встречает двухметровый седовласый негр похожий на Моргена Фримена и давай со мной на своём:
- Хэлоу! Итс гут ту си ю!
Я растерянно:
- Здравствуйте.
- Здрастуйтэ!
Ответ опять на ломанном русском.
Короче большинство в моей конторе мигрантов это американцы. В курилке 80% иностранной речи в основном английской.
Кошмар как невыносимо! Попускались со своих небоскрёбов там в Америке, понаехали в Россию, теперь мне в курилке не с кем разговаривать!
Может многие и не знали но до прихода ХАМАСА к власти в начале 2000 х евреи ездили в Газу за покупками,починками авто и зубов, а десятки тысяч арабов в Израиль на работу.Помню как в израильских городах "кишело "машинами с арабскими номерами (зелёные с арабской вязью)и несмотря на случающиеся тер акты практика таких взаимо визитов не прекращалась.
Я это сейчас к тому что меня посетила мысль о том что мы какие то роботы участвующие в каком то управляемом эксперименте,каждый помещен в какой-то раствор или специфическую окружающую среду(страны,общества)которые вынуждены взаимодействовать друг с другом...
От Мешхеда до Матруха, где зари разлив, Солнце атеизма озарит простор. Не религий цепи, не молитв мотив, А свободный разум возведёт свой хор.
Сквозь пески пустынь бескрайних вечный караван Принесёт идеи света - разметёт обман. Не султанов воля, не пророка власть, Труд народный правду сможет не украсть.
Социализма знамя взмоет, в небо унесёт, Смело, гордо и бесстрашно, новый строй зовёт. Атеизма светом мрак развеем прочь, Справедливость в братстве заиграет в ночь.
От стен Иерусалима до священной Мекки, Мир увидит свет истины в небесной реке. Не богов диктатура, не пророков меч, А народных масс борьба скажет речь.
Мекка святою стала для тысяч поколений, Но поднимет знамя труда и обновлений. Не халифов злато, не аятолл закон, Но лишь справедливость, равенство - канон.
В Медине свет атеизма озарит дома, Справедливость, братство, где нету суда. Свободный разум, труд и творчества полёт, Новый мир построит, новый путь возьмёт.
От Мешхеда до Матруха, от Мекки до Медины, Свет атеизма разгонит мрак рутины. В каждом сердце пламя, в каждом взгляде свет, Справедливость, равенство - новый наш завет.
Социализма знамя ввысь взметнётся вновь, Идеалы братства приведут любовь. Новый мир построим дружно, всем народом, В мире справедливом скажем: "Нет невзгодам!"
Курды, арабы, турки, иранцы смело встанут в ряд, Знамёна Аллаха сбросят и освободятся враз. Евреи сбросят знамя Яхве, как тяжкий груз веков, И вместе новый мир построят, без старых оков.
Закроем мы Коран, Талмуд и Библию враз, И будем мы жить в мире, где нет классовых связ. Вместе труд, равенство и дружба поведут нас вперёд, В мир, где нет места для оков, где каждый правду найдёт.
Братство всех народов - вот наш святой завет, И в этом новом мире не будет больше бед. Справедливость станет нашим общим делом, Смело и свободно мы пойдём за светом.
Не религий цепи нас связывают вновь, А труд народный даст нам вечную любовь. Социализма знамя взметнётся высоко, И вместе будем жить мы - единое звено.
От Иерусалима до Мекки, от Медины до Матруха, Всем народам разум станет враз лучом и слухом. Не будет нам преграды, не будет больше стен, Свободный труд и равенство - навечно сей рефрен.
Сложный был год, год 1979. В Иране грянула Исламская революция, американское посольство в Тегеране захватили студенты, Египет и Израиль подписали мирное соглашение, в Пакистане тайно повесили свергнутого президента Бхутто, а под конец года СССР ввёл войска в Афганистан. Заканчивался XIV век по мусульманскому летоисчислению, а пророчество гласит, что на рубеже столетий в мир вполне может прийти Махди, мессия, что приходит в мир перед концом света и ведет правоверных на последнюю битву с силами зла. И 1 мухаррама 1400 года (20 ноября 1979 года) пророчество сбылось.
Ранним утром 20 ноября около 100 тысяч верующих собрались на первую рассветную молитву исламского Нового года в Аль-Масджид аль-Харам, Заповедной мечети, во внутреннем дворе которой расположена Кааба — величайшая святыня ислама. Наступил месяц Мухаррам — один из священных в исламе: в это время нельзя убивать, вести войны и охотиться в окрестностях Мекки. Верхушки минаретов освещали первые лучи солнца, когда имам Мухаммад Абдаллах ас-Субейл взял микрофон, чтобы прочитать молитву. Не успел имам произнести несколько слов, как в мечети раздались выстрелы, и на трибуну к имаму вышли несколько вооруженных мужчин.
Их возглавлял Джухайман аль-Утайби, сорока трёх лет. Восемнадцать лет он прослужил в Национальной гвардии Саудовской Аравии, а уйдя в отставку, поселился в Медине и посвятил себя духовным изысканиям. После нескольких лет учебы в медресе аль-Утайби стал проповедовать самостоятельно. Мединские студенты на всю Аравию славились религиозным фанатизмом. Среди них было много бедуинов, особенно из клана Бану Утайба, которые опирались не на Коран, а на исконные мусульманские традиции, истолкованные ваххабитскими шейхами, и считали себя единственными хранителями и защитниками настоящего ислама. Шиитов, суфиев и прочих они люто, бешено ненавидели и стремились уничтожить, а правлением саудовской династии были крайне недовольны. Аль-Утайби пользовался у этой публики большим успехом, издал даже книгу под названием «Семь посланий», где подробно расписывал, как саудовская династия променяла древнее исламское благочестие на нефтяные доллары. Аль-Утайби за убеждения успел посидеть в тюрьме, где имел много дискуссий с ваххабитскими шейхами, и там же в тюрьме встретил студента университета Эр-Рияда Мохаммеда аль-Кахтани. А в ноябре 1978 года Аль-Утайби объявил соратникам, что узрел видение – Мохаммед на самом деле является Махди, и судьба ислама отныне в его руках. Вскоре вещие сны о Мохаммеде стали видеть и другие.
Поднявшиеся на трибуну вооруженные люди отобрали у имама микрофон, и один из них обратился к толпе. Он долго рассказывал о разложении общества и упадке истинной веры, припомнил саудовским принцам шумные пьянки на Лазурном берегу, осудил греховное телевидение и женщин-дикторов в шайтан-коробках, изображение лиц правящего семейства на портретах, продажу нефти Мировому Злу в лице США, отдельно остановился на новом языческом бедствии в виде футбола, что отвращает сердца верующих от ислама. А поскольку представители королевского дома лишь пешки в руках неверных и законы ислама не соблюдают, заключил проповедник, клятва верности монарху отныне недействительна, а королевский дом более не достоин уважения верующих. Закончив с проповедью, которую слышал весь город благодаря громкоговорителям мечети, вооружённые люди представили толпе Махди. Он встал у Каабы, и люди Аль-Утайби торжественно ему присягнули.
Джухайман аль-Утайби
Людей этих было от ста до пятисот, точно никто их не считал, были среди них египтяне и пакистанцы, но больше всего было тех самых фанатичных бедуинов из племени Бану Утайба. Они быстро взяли под контроль все ворота Заповедной мечети, в количестве 51 штуки, и оборудовали на всех семи минаретах огневые точки. В святое место нельзя было приходить с оружием, и сопротивляться вооруженным махдистам было особо некому. Двоих полицейских, имеющих при себе деревянные дубинки для наведения порядка в очереди к святыне, застрелили сразу, остальные полицейские растворились в толпе.
По окончании проповеди и присяги Махди большую часть паломников выпустили из мечети. Предполагалось, что они должны разнести весть о приходе Махди по всему миру. Некоторые паломники предпочли остаться в мечети, поскольку попасть в Заповедную мечеть в первый день нового столетия это большая удача для мусульманина.
К восьми утра полиция начала подозревать, что в мечети что-то происходит, и поехала проверить. Полицейских встретил кинжальный огонь с минаретов, восемь полицейских погибло на месте, тридцать шесть было ранено. Через несколько часов в Мекку по тревоге примчались военные и национальная гвардия, срочно прилетел министр обороны принц Султан и министр внутренних дел принц Наиф. Вскоре к ним присоединился глава спецслужб, принц Турки, прилетевший из Туниса, где он сопровождал наследного принца. Принцы создали штаб в ближайшем к мечети отеле и принялись разрабатывать военные планы. Король Халид собрал тридцать ведущих богословов страны, чтоб те приняли решение по сложившейся ситуации. Имам, из рук которого выхватили микрофон, выбрался из мечети в толпе паломников, и всё руководство Саудовской Аравии уже знало, что мечеть захватили радикальные исламисты. На всякий случай и чтоб делать хоть что-нибудь, во всех городах королевства началась облава на лиц с подозрительно большой бородой.
Случившееся в Мекке хотели было сохранить в тайне, но всё испортил американский пилот с саудовского «Чинука», увидевший с воздуха происходящее у мечети и сообщивший об увиденном в американское посольство. Газеты в США 21 ноября оповестили мир о том, что главную мечеть Мекки захватили иранские шииты. Аятолла Хомейни в ответ заявил, что шииты никогда бы такое не сделали, и это всё проделки американцев и их ручных сионистов. Весь мусульманский мир сразу принял это объяснение как единственно верное и принялся жечь американские посольства по всему Ближнему Востоку.
Пока правоверные громили посольства, сами захватчики не выдвигали никаких требований. Для них уже наступил Судный день, и всё было в руках Аллаха. Штаб принцев же решал как теперь быть. Никто не знал, сколько человек захватило мечеть и чем они вооружены. У штаба отсутствовал план мечети, а вызванный для беседы глава фирмы «Saudi Binladin Group», которая проводила работы по реконструкции мечети, сказал, что планы у него есть, но поскольку его офис сейчас переезжает, где они, неизвестно. Кроме того, поскольку Коран запрещает не только сражаться в Заповедной мечети, но даже входить в неё с оружием в руках, большая часть солдат без решения богословов на штурм идти просто отказалась. Принцы ждать решения имамов не хотели, и потому приступили к активным действиям.
В 3:30 утра 22 ноября мечеть обстреляли светошумовыми боеприпасами, и на штурм пошли три десятка спецназовцев МВД. Они сумели под огнём добежать к мертвой зоне у ворот мечети, после чего махдисты открыли одну из створок ворот и расстреляли их в упор. Выжило только шесть спецназёров. Чуть позже днём в Мекку прибыл 6-й парашютный батальон, прошёдший выучку во Франции. Командир батальона пытался было убедить принца Наифа дождаться темноты и тогда атаковать, узнал много нового о себе и своих родственниках, и в полдень парашютистов отправили в атаку. Начали они хорошо, им удалось незаметно подобраться к одним из ворот и их подорвать. Командир батальона лично повёл штурмовую группу вглубь мечети. Через несколько сотен метров они попали в засаду и погибли практически в полном составе, двое уцелевших попали в плен.
Весь день 23 ноября вокруг мечети накапливались подразделения армии, национальной гвардии и спецназа МВД. На исходе дня совет богословов принял решение по мечети: предложить группировке, захватившей мечеть, сдаться, а в случае отказа принять любые меры, даже если это приведёт к бою в Заповедной мечети. Армейский джип с громкоговорителем три часа катался вокруг мечети с призывом сдаваться, но ему никто не ответил. И в 3 часа утра 24 ноября начался штурм. Ракетами TOW подавили огневые точки на минаретах, затем ими же выбили запертые ворота и в мечеть с разных сторон вошли военные, спецназ МВД и национальная гвардия. Впереди пехоты двигались бронетранспортёры М-113. Поскольку у штурмующих были разные радиочастоты, взаимодействие отсутствовало как явление, зачастую саудиты стреляли друг по другу, и довольно метко. У махдистов обнаружились бутылки с зажигательной смесью, и несколько бронетранспортёров сожгли.
Пока в мечети шёл бой, в центр проведения операции явился глава «Saudi Binladin Group», отыскавший таки у себя планы мечети. И только тогда принцы поняли весь масштаб проблемы: под мечетью находился целый лабиринт, несколько подземных этажей с множеством комнат. Потом выяснится, что перед захватом мечети махдисты натащили туда уйму оружия, боеприпасов и продовольствия, священный источник Зам-Зам обеспечивал их водой, и держать оборону в подземельях можно было очень долго.
Хаотичные бои в мечети шли до вечера, и в самом их центре находился Махди. Он не получил ни царапины, и развлекался тем, что подбирал брошенные саудитами гранаты и бросал их обратно. Но Махди подвела теория вероятности, и одна из гранат взорвалась у него в руках. К вечеру 24 ноября вся территория мечети была захвачена, а выжившие махдисты ушли в подземные лабиринты. Ни один из тех, кто пытался их преследовать, обратно не вышел.
Следующие несколько дней принцы решали, как выкурить махдистов из подземелий. Варианты предлагались разные, например, закачать в подземелье воду и пустить ток, но остановились на самом банальном. По запросу саудитов 27 ноября американцы передали им большой запас слезоточивого газа. При попытке закачать его в подземелье выяснилось, что газ имеет тенденцию подниматься наверх. Как следствие, выяснилось, что большинство саудовских солдат противогазами пользоваться не умеет, а те, кто умел, выяснили, что борода не даёт маске плотно прилегать к лицу. Уйма солдат успела надышаться газом, и вдобавок к этому облако газа ветром сдуло на жилые кварталы. Принц Турки посмотрел на этот горький катаклизм, плюнул, и стал звонить своему старому другу, начальнику французской разведки.
В ночь с 29 на 30 ноября в Саудовскую Аравию прилетели три оперативника Группы вмешательства Национальной жандармерии Франции, во главе с заместителем командира группы Полем Бариллем, большие специалисты по освобождению заложников. Изучив обстановку, Барриль запросил нормальные противогазы, костюмы химзащиты, приборы ночного видения и бронежилеты, и ещё слезоточивого газа. В ожидании заказа Барилль и коллеги дрессировали саудитов и учили их пользоваться противогазами. 2 декабря всё заказанное французами привезли, и утром 3 декабря начался последний и решительный бой. Во двор мечети нагнали рабочих, которые в заданных точках пробурили шурфы до самых катакомб, после чего, в каждый шурф сбросили канистру газа с зарядом взрывчатки. После серии взрывов французы выждали некоторое время и скомандовали идти на штурм. Подземелья прочёсывались группами по 10-20 человек, с активным применением светошумовых и газовых гранат. Всех найденных людей передавали специальной команде, задачей которой было выяснить кто перед ними, террорист или заложник. На прочёсывание подземелья ушло восемнадцать часов. К 4 декабря всё было кончено.
Дым, поднимающийся над мечетью во время штурма галереи Марва-Сафа
Всего на освобождение Запретной мечети ушло две недели. По официальным данным, погибли 255 паломников, военных и террористов, 560 человек было ранено.
Пленные, среди которых был и Джухайман аль-Утайби, предстали перед религиозным судом, на котором председательствовал ваххабитский шейх из Медины Абдуль-Азиз ибн Баз, старый знакомый аль-Утайби. Шейх заявил, что махдисты правы по сути, и все отклонения от ислама следует искоренять, однако бросать вызов правящему дому, устраивать стрельбу в священном месте и тем более объявлять о присутствии Махди это уже грех. Шейх ибн Баз по результатам разбирательства принял единственно верное решение – Суд Аллаха. На рассвете 9 января 1980 года 63 человека были публично обезглавлены на площадях восьми главных городов Саудовской Аравии.
По итогам операции силовые структуры Саудовской Аравии подвергли масштабной чистке, отправив в отставку как командующих войсками, так и всё руководство службы безопасности. Для укрепления правоверных в исламе были закрыты женские парикмахерские и клубы. С телестудий уволили всех женщин-дикторов. Девушкам было запрещено обучение за границей. За соблюдением норм шариата строго следила специальная религиозная полиция.
А младший отпрыск семьи Бен Ладен, владеющей компанией «Saudi Binladin Group», юный Усама, которому тогда было 22 года, внимательно наблюдавший за событиями в Мекке, понял, что нет ничего важнее войны за веру. Уже к концу года он бросил университет и со своим товарищем Абдуллой Аззамом отправился участвовать в афганском джихаде.
