Курды - один из крупнейших народов мира без собственного государства. Около 30 миллионов человек, рассечённых границами Турции, Ирака, Ирана и Сирии - границы, закреплённые Лозаннским договором 1923 года, стали итогом сговора, начатого ещё в 1916 году секретным соглашением Сайкс-Пико. В Сирии курды составляли около 10% населения и десятилетиями существовали как люди второго сорта. В 1962 году 120 000 из них были лишены гражданства одним росчерком пера. Государство просто делало вид, что этого народа не существует.

Когда в 2011 году Сирию охватило восстание, Асад наспех раздал гражданство примерно 220 000 курдам - но было поздно. Армия была нужна режиму на других фронтах, и летом 2012 года правительственные войска просто ушли из трёх курдских районов на севере страны. Вакуум власти - и в него вошли курды. 19 июля 2012 года восстание началось в Кобани и за несколько дней охватило соседние районы. И курды начали строить своё.

То, что возникло, получило имя Рожава - по-курдски просто «Запад». Политической основой стал демократический конфедерализм - идеология Абдуллы Оджалана, лидера PKK (организация признана террористической и запрещена в РФ), сидящего в турецкой тюрьме с 1999 года. Бывший марксист-ленинист, пришедший через тюремное чтение к либертарному социализму Мюррея Букчина, Оджалан предложил модель, отвергающую и капиталистическое государство, и советский централизм: прямая демократия, коммунальное самоуправление, гендерное равенство как базовый принцип. В годы расцвета Рожава контролировала больше четверти территории Сирии - и это был не моноэтнический проект: арабы, ассирийцы, туркмены, армяне, черкесы, езиды были частью одного эксперимента.

Главным испытанием стала осада Кобани в 2014 году: ИГИЛ (организация признана террористической и запрещена в РФ) окружил город, Турция стояла на горе и смотрела. Город выстоял. Курдские силы - YPG и женские отряды YPJ - стали главной наземной силой против халифата и взяли Ракку в 2017 году при американской поддержке с воздуха. США получили дешёвую наземную силу. Курды получили оружие - но не признание и не защиту от Турции. В 2018 году Анкара забрала Африн. В 2019-м Трамп объявил, что курдам пора «разбираться самим», и вывел войска с границы. Предательство союзника стало системным.

В декабре 2024 года рухнул режим Асада - власть в Дамаске перешла к Хайят Тахрир аш-Шам (организация признана террористической и запрещена в РФ) под руководством аль-Шараа, бывшего командира аль-Каиды (организация признана террористической и запрещена в РФ) в Сирии. Запад, ещё вчера считавший его террористом, принял как «умеренного» партнёра. Эрдоган снова позвонил Трампу. Спецпосланник США заявил, что роль СДС «в основном исчерпана».

6 января 2026 года переговоры между Дамаском и СДС рухнули. Сирийская армия атаковала курдские кварталы Алеппо. Тысячи арабских бойцов дезертировали из СДС, племена встали на сторону Дамаска. 13 января началось наступление восточнее Евфрата - скоординированное с восстанием арабских племён. Ракка пала. Дейр-эз-Зор пал. Нефтяные поля перешли к Дамаску. К середине января правительство контролировало 80% бывшей Рожавы. Более 45 000 человек бежали из Алеппо.

18 января командующий СДС Мазлум Абди подписал соглашение о реинтеграции. Рожава как политический проект перестала существовать. Дамаск объявил это «победой» - в официальном документе стояла цитата из суры «аль-Анфаль», имя которой Саддам дал своей карательной операции против курдов в 1980-х.

Бывший чиновник Рожавы Салех Муслим говорит, что это «не конечная точка». Возможно, он прав. Но пока что это история о том, что можно построить в вакууме власти - и о том, что происходит, когда этот вакуум заполняется теми, кому ваш эксперимент мешает жить.

Великий и ужасный Генри Киссинджер знал толк в политическом цинизме. Не случайно его знаменитое: «Быть врагом Америки опасно, но быть ее другом — смертельно», стало классикой еще при жизни патриарха внешней политики США. И даже более. За десятилетия с момента первого озвучивания этой фразы из мудрого предостережения она превратилась в эпитафию на могилах десятков режимов, имевших неосторожность поверить в «любовь» дядюшки Сэма. Любовь, действительно, оказалась — «до гроба». Разумеется, друга-союзника.

Отношения Вашингтона с союзниками напоминают поведение серийного пикапера в геополитическом Тиндере. Сначала — грандиозный конфетно-букетный период. Обещание золотых гор, ковровые бомбардировки врагов, кредиты с бесконечным количеством нулей и прочие плюшки. Постоянные приглашения в Овальный кабинет, где бодрые джентльмены в приличных костюмах, хлопая по плечу «друга», называют его «надеждой свободного мира».

И вы «поплыли»…

А потом наступает утро. То самое, хмурое, из «Хождения по мукам» А. Толстого. Вы просыпаетесь, а рядом — ни дядюшки Сэма, ни авианосной ударной группы, ни денег. Лишь записка на тумбочке (а может, и на полу): «Извини, друг, национальные интересы изменились. Останемся демократиями».

Музей брошенных игрушек

Если пройтись по залам исторического музея брошенных американских игрушек, от количества экспонатов может закружиться голова.

Вот стенд 1950-х годов. Ли Сын Ман, лидер Южной Кореи. Был лучшим другом Вашингтона. Подстрекаемый им же, развязал войну. Но едва стал токсичным — американцы внезапно вспомнили, что он, оказывается, диктатор! В общем, проспонсировали очередную революцию, дедушку свергли, и он тихо закончил свои дни в изгнании. И это относительно нормальный, почти хепиэндовский, финал.

Следующий зал. Классика! Вьетнам, 1975 год. Кадры американских вертолетов. Так и представляешь, как они, словно пугливые стрекозы, взлетают с крыши посольства в Сайгоне, стряхивая со своих шасси десятки и сотни преданнейших, но тем не менее преданных южновьетнамских союзников. «Мы воевали за вас десять лет, ребята, но сейчас у нас дома — антивоенные митинги и выборы. Дальше как-нибудь сами. Гудбай!».

Неподалеку пылятся греческие «черные полковники». Пришли к власти при горячей поддержке ЦРУ, делали всю грязную работу, кого надо — репрессировали, кого не надо — убили. А в 1974 году Белому дому вдруг разонравился их имидж. И как по мановению волшебной палочки, союзники/друзья/любимчики отправились кто на эшафот, кто — в тюрьму. Эффективный менеджмент, ничего личного.

Недавняя инсталляция — «Кабульский марафон 2021». Двадцать лет американцы строили в Афганистане демократию. Вырастили целое поколение местных чиновников, переводчиков, военных, поверивших, что звездно-полосатый будет развеваться над Гиндукушем вечно. А финал этого позорного блокбастера весь мир смотрел в прямом эфире: сотни и тысячи союзников бегут за американским транспортником, цепляясь за шасси, и падают с высоты птичьего полета на взлетно-посадочную полосу. Бравые рейнджеры спешно возвращаются домой. Что стало с теми, кто не успел зацепиться за шасси и остался один на один с талибами? Зачем Вашингтону об этом думать? Это же портит аппетит.

Светская сирийская оппозиция, т.н. «Новая сирийская армия», тоже могла бы многое рассказать о верности Вашингтона. Сначала тот вкачал миллионы долларов в этих ребят, вооружил их, отправил в наступление. Но едва «конъюнктура рынка» изменилась, как боевая авиация тут же перебралась в Ирак. А союзников, ставших «боевиками и террористами», оставшихся без прикрытия с воздуха, исламисты радостно раскатали в асфальт. Или в блин, асфальта-то в Афганистане немного. Администрация Обамы даже не покраснела. Это же «сопутствующий ущерб» (или «непредвиденные расходы»?).

Но Гран-при в соревновании «кого больше всех кидали США», принадлежит курдам.

Курдский вопрос

Если бы в мире проводилась Олимпиада по количеству ножей, воткнутых Соединенными Штатами в спину одного и того же союзника, золотая, платиновая и бриллиантовая медали достались бы курдам. То, как американцы десятилетиями кидают курдский народ — это высокое, рафинированное искусство, достойное кисти Макиавелли.

Здесь нужно сделать небольшое отступление. Курды бывают разные. Это не какая-то монолитная масса. Есть иракские курды — респектабельные ребята из Эрбиля, традиционалисты, бизнесмены, сидящие на нефти. Есть сирийские курды — суровые бойцы YPG, многие из которых исповедуют левые, чуть ли не марксистские идеи, носят портреты Оджалана и строят в Рожаве свой рай. Есть турецкие и иранские курды. Все они говорят на разных диалектах и зачастую терпеть не могут друг друга.

Но у Соединенных Штатов Америки — демократичный и инклюзивный подход: они кидают всех курдов абсолютно одинаково, без какой-либо дискриминации по политическому, языковому или гендерному признаку! На каком бы диалекте курды ни говорили — что курманджи, что сорани, — перед лицом американского предательства они все равны. Причем по одной и той же схеме.

Когда американцам требуется пушечное мясо на Ближнем Востоке, они приходят к курдам:

— Ребята, вы самые смелые и светские во всем регионе! Идите, повоюйте за нас с Саддамом Хусейном (или с ИГИЛ — нужное подчеркнуть), а мы вам потом поможем обрести независимость. Томасом Джефферсоном клянемся.

Курды берут автоматы, идут в горы или пустыню, льют свою кровь реками, делают за Пентагон всю грязную и тяжелую наземную работу. Американские генералы фотографируются на фоне курдских девушек-снайперов, западная пресса пишет слезливые статьи о «львицах пустыни».

И вот, враг повержен. Курды вытирают пот со лба и спрашивают: «Так что там, мистер Смит, с нашим независимым государством?».

А тот смотрит на часы, меняется в лице и говорит: «Ой, вы знаете, туркам это не нравится. А Турция — член НАТО. И Багдад тоже против. Короче, ребята, вы молодцы, но вам пора расходиться. Оружие оставьте на выходе».

Апофеозом этого цирка стал 2019 год. Сирийские курды, которые только что ценой огромных потерь сломали хребет исламистам, вдруг узнали из Твиттера Дональда Трампа, что американские войска уходят. Просто собирают манатки и едут домой. Трамп тогда выдал гениальную по своему цинизму фразу: «Курды не помогали нам во время высадки в Нормандии во Вторую мировую войну» (он бы еще сказал, что курды не помогали Северу в войне с Югом во время гражданской войны в США 1861-1865 гг.).

Так что американские патрули укатили, оставив «самых верных союзников» на аперитив турецкой армии, которая тут же начала военную операцию. Курдские официальные лица кричали о предательстве, предупреждали о геноциде, но в Вашингтоне уже переключили канал. Зачем платить за ужин, если девушка уже согласилась?

Следующий на выход

Политики, свято верящие в нерушимость американских гарантий, не переводятся. Грузия, Украина и далее по списку.

Часы тикают. История повторяется. Статус «любимой жены» не вечен.

Как только поток дивидендов иссякает или риск для самих США начинает превышать допустимые нормы, Вашингтон поступает так, как всегда. Быть кинутым и ограбленным в дружбе с США — это обязательный пункт в контракте с Госдепартаментом.

У США нет друзей. У США есть лишь расходные материалы.

И когда принтер геополитики зажует очередную страницу, картридж с надписью «союзник» просто выбросят в мусорное ведро, даже не потрудившись отправить его на переработку.