**Пролог: Когда Европа истекала кровью**

В 1337 году, когда Иоанн XXII уже три года как покоился в авиньонской земле, а Бенедикт XII достраивал суровые стены Папского дворца, началась война, которой суждено было продлиться сто шестнадцать лет. Династический спор между Плантагенетами и Валуа, между английским львом и французской лилией, перерос в самый затяжной и кровопролитный конфликт западного Средневековья. Столетняя война совпала с Авиньонским пленением, Великой схизмой, Чёрной смертью и крестьянскими восстаниями. И в центре этого урагана, словно корабль с пробитым днищем, оказалось папство. Оно пыталось мирить королей, когда его собственный авторитет падал. Оно собирало деньги на крестовые походы, когда сама Европа превратилась в поле боя. И когда война наконец завершилась, папство вышло из неё не победителем, а свидетелем — свидетелем того, как рождается новый мир, в котором голос наместника Христа значит не больше, чем звон монеты.

**Песнь первая: Бенедикт XII и первые залпы (1337–1342)**

Когда в 1337 году французский король Филипп VI конфисковал Гиень у английского короля Эдуарда III, а тот в ответ объявил себя законным наследником французского престола, папой был Бенедикт XII — цистерцианец, аскет, враг симонии. Он попытался выступить посредником, но обе стороны отвергли его арбитраж. Англичане не доверяли папе-французу, сидящему в Авиньоне под крылом французского короля. Французы не желали уступать то, что считали своим по праву.

В 1340 году Эдуард III одержал блистательную победу при Слёйсе, уничтожив французский флот. В ответ Филипп VI усилил давление на папство, требуя осудить агрессора. Бенедикт XII лавировал, писал письма, призывал к миру. Но его голос тонул в звоне мечей. Он умер в 1342 году, так и не добившись перемирия. На папский престол взошёл Климент VI — человек совсем иного склада.

**Песнь вторая: Климент VI — сибарит в эпицентре чумы (1342–1352)**

Пьер Роже, бывший бенедиктинский аббат и блестящий проповедник, стал папой Климентом VI в тот момент, когда Столетняя война набирала обороты. Он был щедр, красноречив, любил роскошь и удовольствия. «Мои предшественники не знали, как быть папой», — говорил он, и в этих словах была горькая ирония. Климент VI приобрёл Авиньон у неаполитанской королевы Джованны за восемьдесят тысяч флоринов, превратив папскую резиденцию из временного пристанища в законное владение.

В 1346 году английские лучники перемололи цвет французского рыцарства при Креси. Чёрный принц, шестнадцатилетний сын Эдуарда III, командовал авангардом и заслужил свои шпоры. Среди павших был и союзник Франции — слепой король Иоанн Богемский, чей девиз «Такова воля моя!» стал последним криком умирающего рыцарства. Папа скорбел, но его посредничество вновь оказалось бессильным.

В 1347 году, когда английские войска осаждали Кале, а французский король тщетно пытался собрать новую армию, на Европу обрушилась **Чёрная смерть**. Чума, пришедшая из Крыма на генуэзских галерах, за три года выкосила от трети до половины населения континента. В Авиньоне умерло более трети кардиналов. Климент VI проявил незаурядное мужество: он остался в городе, организовал госпитали, лично исповедовал умирающих. Но чума на время остановила и войну: обе стороны были слишком истощены, чтобы сражаться.

Когда эпидемия пошла на убыль, война возобновилась. В 1350 году умер Филипп VI, и на престол взошёл его сын Иоанн II Добрый — рыцарь, для которого законы чести значили больше, чем стратегия. Климент VI, уже смертельно больной, отслужил заупокойную мессу по старому королю и благословил нового. Он умер в 1352 году, оставив казну пустой, а войну — в самом разгаре.

**Песнь третья: Иннокентий VI и пленённый король (1352–1362)**

Этьен Обер, ставший папой Иннокентием VI, был человеком строгим и экономным. Он урезал расходы авиньонского двора, боролся с симонией и пытался реформировать курию. Но главной его заботой оставалась война.

В 1356 году при Пуатье произошла катастрофа, затмившая Креси. Французская армия, вдвое превосходившая английскую по численности, была наголову разгромлена. Король Иоанн II Добрый попал в плен. Его увезли в Лондон, и Франция погрузилась в хаос. Дофин Карл, будущий Карл V Мудрый, метался между мятежными Генеральными штатами, восставшей парижской чернью во главе с Этьеном Марселем и крестьянским бунтом — Жакерией.

Иннокентий VI пытался выступить посредником. Он слал легатов, предлагал условия мира, убеждал Эдуарда III проявить милосердие. Но король Англии требовал огромный выкуп и территориальные уступки. Переговоры тянулись годами. Лишь в 1360 году был заключён мир в Бретиньи: за освобождение короля Франция уступала Англии треть своей территории, а Иоанн II должен был выплатить три миллиона золотых экю. Папа благословил этот мир, хотя понимал, что он продержится недолго.

Иннокентий VI не дожил до возобновления войны. Он умер в 1362 году, и его преемником стал Урбан V — бенедиктинец, мечтавший о крестовом походе и возвращении в Рим.

**Песнь четвертая: Урбан V и Григорий XI — папы между войной и схизмой (1362–1378)**

Урбан V (1362–1370) стал первым папой, который действительно попытался вернуться в Рим. В 1367 году он торжественно въехал в Вечный город, но Столетняя война не отпускала его. В 1369 году французский король Карл V Мудрый, воспользовавшись передышкой, возобновил боевые действия. Его полководец Бертран дю Геклен, бретонский рыцарь, применял тактику «войны крепостей»: он избегал крупных сражений, но методично отвоёвывал замок за замком. Урбан V, тоскуя по Авиньону и под давлением французских кардиналов, в 1370 году вернулся на берега Роны — и умер через несколько месяцев.

Григорий XI (1370–1378), последний авиньонский папа, взошёл на престол в разгар папских неудач. Война продолжалась, и французы постепенно возвращали утраченное. Но внимание папы было приковано к Италии, где Флоренция подняла восстание против папских легатов. В 1377 году Григорий XI, уступая мольбам Екатерины Сиенской, вернулся в Рим. Через год он умер, и началась Великая западная схизма, которая на четыре десятилетия парализовала папство как миротворческую силу.

**Песнь пятая: Схизма и возобновление войны (1378–1417)**

Пока кардиналы в Риме и Авиньоне проклинали друг друга, а Европа выбирала, какого папу признавать, Столетняя война затихла. С 1380-х годов, после смерти Карла V и Эдуарда III, воюющие стороны были слишком истощены внутренними распрями. Во Франции правил безумный Карл VI, чьи приступы шизофрении превратили двор в арену борьбы между арманьяками и бургиньонами. В Англии после низложения Ричарда II к власти пришли Ланкастеры.

В 1415 году Генрих V Английский возобновил войну. **Битва при Азенкуре** стала третьей великой катастрофой французского рыцарства. Английские лучники вновь перемололи цвет французской знати, а сам Генрих V стал хозяином Нормандии. Папство, раздираемое схизмой, не могло вмешаться: в это время заседал Констанцский собор, низлагавший трёх пап и пытавшийся восстановить единство Церкви.

**Песнь шестая: Мартин V и Жанна д'Арк (1417–1431)**

Когда в 1417 году Мартин V был избран единым папой, Столетняя война достигла своего апогея. Северная Франция была оккупирована англичанами, Париж потерян, дофин Карл VII, униженный и обессиленный, удерживал лишь юг страны. И в этот момент на сцену вышла девушка, которой суждено было изменить ход истории.

Жанна д'Арк, крестьянка из Домреми, в 1429 году явилась ко двору дофина и заявила, что святые голоса повелевают ей снять осаду с Орлеана и короновать Карла в Реймсе. Она сделала и то, и другое. Мартин V, наблюдавший за этими событиями из Рима, хранил молчание. Он не осудил Жанну, но и не поддержал её открыто: политическое лавирование требовало осторожности.

В 1431 году Жанна попала в плен к бургундцам, была продана англичанам и предстала перед церковным судом в Руане. Суд, состоявший из французских епископов, верных англичанам, обвинил её в ереси и колдовстве. 30 мая 1431 года она была сожжена на площади Старого рынка в Руане. Папа Евгений IV, преемник Мартина V, не вмешался в процесс. Лишь через четверть века, в 1456 году, Каликст III инициирует пересмотр дела, и Жанна будет реабилитирована. А в 1920 году её канонизируют как святую — одну из величайших в истории Франции.

**Песнь седьмая: Евгений IV, Николай V и конец войны (1431–1455)**

Пока в Руане догорал костёр, Евгений IV боролся с Базельским собором и собственными кардиналами. Он не мог влиять на ход войны, которая тем временем принимала новый оборот. Карл VII, медленно, но верно, отвоёвывал свои земли. В 1435 году был подписан Аррасский мир между Францией и Бургундией. В 1450 году битва при Форминьи положила конец английскому господству в Нормандии. А в 1453 году, в том самом году, когда турки брали Константинополь, битва при Кастийоне — первое в истории сражение, где исход решила полевая артиллерия, — завершила войну. У Англии на континенте остался только порт Кале, который она удержит ещё столетие.

Николай V, гуманист и библиофил, ставший папой в 1447 году, призывал к миру, но его голос уже не был решающим. Он умер в 1455 году, через два года после окончания войны, оставив после себя Рим, который начал возрождаться, и Церковь, которая, пережив схизму и соборный кризис, стояла на пороге Ренессанса.

**Эпилог: Итоги столетия**

Столетняя война завершилась, и вместе с ней завершилась целая эпоха. Папство, которое в начале конфликта ещё обладало авторитетом арбитра, к его концу превратилось в одного из многих игроков, чьё слово можно было слушать — или нет. Авиньонское пленение подорвало его независимость, схизма — его моральный авторитет, а война показала, что нации, рождающиеся из крови, не нуждаются в папском благословении, чтобы убивать друг друга.

И всё же именно в этом горниле выковывалось новое папство. Оно училось жить в мире, где короли больше не падают на колени перед тиарой. Оно строило Рим, реформировало курию, отправляло миссии в Новый Свет. И когда через несколько десятилетий Мартин Лютер прибьёт свои тезисы к дверям Виттенбергской церкви, Церковь встретит этот вызов уже не средневековой анафемой, а реформой — Тридентским собором. Но это уже совсем другая история.