1 пост
Разговор главреда "Эксперта" Алексея Харнаса с Владимиром Евтушенковым. Заметили, как дяди замялись перед констатацией простого факта?
Источник: https://expert.ru/intervyu/vladimir-evtushenkov-my-ne-dinoza...
Удары по Вайлдберриз - это не просто удар по комфорту россиян (с понтом на то, что они не смогут закупаться на маркетплейсе и выйдут сносить власть). И не демонстрация слабости России, которая, мол, не может защитить свои экономические объекты.
Все куда сложнее и опаснее.
Это целенаправленный удар по малому и среднему бизнесу - тем, кто является солью страны. Креативным людям, пытающимся развивать национальную экономику даже в период кризиса.
И под "ударом" я понимаю не только и даже не столько уничтожение склада в Электростали. Удар имеет многоступенчатый, многофакторный характер.
Зеленский знает, что малый и средний бизнес в России испытывает крайне сложные времена из-за налогового и прочего ужесточения (в войну разорять малый бизнес налогами вместо того, чтобы поддержать его - это, конечно, умудриться надо). Он испытывает крайне сложные времена потому, что жадные капиталисты из маркетплейсов решили закрутить гайки и выжать все соки из "партнеров" (как и другие крупные компании). И сейчас, когда малый и средний бизнес попал на огромные убытки в Электростали и Котовске, Зеленский рассчитывает на то, что этот удар станет тем самым катализатором УЖЕ ИМЕЮЩЕГОСЯ недовольства. И приведет не столько к бунтам бизнесменов, сколько к закрытию этих самых бизнесов, разорению людей, потере деловой инициативы. Станет кирпичиком для условного "патриотического майдана".
Однако власть вполне может не дать ему вложить этот кирпичик. Для этого нужно сделать совсем немногое. Убрать увеличение налогов для бизнеса, а также заставить госпожу Ким в полном объеме компенсировать предпринимателям их убытки (в плане себестоимости, конечно). Напомню, что госпожа Ким должна российскому государству - в тот момент, когда господин Кадыров покушался на ее бизнес (помните "битву за Вайлдберриз" возле Кремля?) государство ее защитило. Теперь долги надо отдавать.
При этом фразы из серии "мы сейчас считаем" со стороны госпожи Ким недостаточно. Она должна четко заявить "мы вернем стоимость потерянных товаров, дайте только их посчитать". Про пересмотр кабальных соглашений, которые заключает Вайлдберриз с предпринимателями, я уже молчу. Если госпожа Ким не может работать в интересах государства, она должна перестать работать. Если по какой-то причине у нее недостаточно денег для компенсации, государство должно включиться. Можно, например, помочь бизнесу из тех денег, которые требует переобувшийся Плющенко на свое "патриотическое" шоу. Пусть у Алиева просит.
Источник: Мирзаян
КОГДА УЖЕ ДЕПУТАТЫ УСПОКОЯТСЯ СО СВОИМИ ЗАПРЕТАМИ? 👀
Теперь в Госдуме допустили, что Telegram могут признать террористическим ресурсом.
Депутат Андрей Колесник заявил:
«По поводу признания мессенджера террористическим — это решать спецслужбам. Думаю, вполне может произойти и такое».
Сразу уточню: пока это всего лишь заявление одного депутата.
Никакого решения о признании Telegram террористической организацией нет.
Более того, юридически такое решение принимают не депутаты и не просто «спецслужбы» — для признания организации террористической требуется решение суда.
Но меня во всей этой истории поражает уже другое.
Когда наконец закончится эта бесконечная страсть всё запрещать?
Появляется новая технология — запретить.
Появляется независимая площадка — ограничить.
Не получается контролировать — заблокировать.
Не получается заблокировать — объявить угрозой.
Господа депутаты, вы Россию куда ведёте — в будущее или обратно в XIX век?
Telegram сегодня — это не только чаты.
Это миллионы каналов.
Бизнес.
СМИ.
Образование.
Наука.
Благотворительность.
Авторы.
Музыканты.
Предприниматели.
Связь миллионов людей друг с другом.
Да, через Telegram вербуют людей и совершают преступления.
Но преступники пользуются ещё телефонами, автомобилями, банками и интернетом.
Может быть, бороться всё-таки надо с преступниками, а не с инструментами, которыми пользуются сотни миллионов нормальных людей?
Безопасность государства важна.
Но безопасность и технологическая изоляция — совершенно разные вещи.
Пока весь мир соревнуется в искусственном интеллекте, робототехнике, цифровых платформах и новых технологиях, Россия не должна превращаться в страну, где главным способом решения любой проблемы становится слово:
ЗАПРЕТИТЬ.
Так будущее не строят.
Так от него отгораживаются.
И однажды можно обнаружить, что мир ушёл далеко вперёд, а мы всё ещё обсуждаем, какой следующий сайт, приложение или мессенджер запретить.
Может быть, пора уже не запрещать будущее —
а научиться в нём жить?
Источник: Алан Мамиев
Я уже писал, что немецкие бомбардировщики Messerschmitt, Junkers и Heinkel были пострашнее украинских беспилотников. И их было несопоставимо больше. Но советская система ПВО в основном справлялась.
В 1941 году у СССР не было сплошного радарного поля, но небо не было слепым. По всей стране стояли посты ВНОС — воздушного наблюдения, оповещения и связи. Колхозники, учителя, студентки с биноклем, таблицей силуэтов самолётов и телефонной трубкой. Услышал гул — определил тип машины. Передал на следующий пост. Тот — дальше. За минуты данные уходили в штаб ПВО.
Система ВНОС создавала сплошное поле наблюдения глубиной до 250 км вокруг каждого важного объекта. К 1942 году в ней работало более 500 000 человек. Половина — женщины и подростки.
Немецкие пилоты докладывали командованию: русские встречают нас так, будто знали заранее. Они и знали. Просто радарами были люди.
А сегодня? Сегодня радары есть. РЛС «Небо», «Подлёт», «Противник» видят цели за сотни километров. С-400 ведёт одновременно десятки целей. РЭБ глушит навигацию. На бумаге — непробиваемый купол.
На практике украинские дроны точечно прорывают наше ПВО в Туапсе, Москве, Ленинградской области и других. Притом иногда дважды — один и тот же объект. Обратите внимание, Москва — самый насыщенный ПВО город.
Почему так? Потому что современные радары строились под другую войну. Под крылатые ракеты, под пилотируемые самолёты. Малый дрон из пластика — совсем другая цель: его эффективная площадь отражения в 100 раз меньше самолёта. Стандартные РЛС обнаруживают его на дистанции 3–8 км — это уже почти над головой.
Но радар — это ещё полбеды. Главная проблема — перегрузка системы. Когда в воздухе одновременно летит рой из нескольких десятков БПЛА с разных направлений, зенитно-ракетные комплексы расходуют весь боекомплект, но часть дронов всё равно прорывается. ВСУ отправляют много дронов, в том числе ложных, чтобы перегружать радары и пусковые установки вокруг самых охраняемых объектов.
У Украины, для сравнения, уже есть эшелонированная система обнаружения: разведка, засекающая запуски; сеть радаров под малоскоростные низколетящие цели; акустические датчики, ловящие дроны по звуку двигателя; мобильные группы перехвата с дронами-охотниками. Более двадцати частных компаний ПВО, каждая из которых включена в общую с МО информационную систему. На Украине сделали ставку на зенитные дроны. Мы тоже движемся в этом направлении, но пока отстаём.
Специалисты пишут о том, что в России до сих пор нет интегрированной системы ПВО против БПЛА — ни сети датчиков по глубине страны, ни автоматического обмена данными между ними. Можно было бы сказать, что специалисты врут. Что всё есть. Но если бы было, то и результат был бы другим.
Главное отличие советских подходов в том, что в 1941-м система была сквозной: от маршала до девочки на крыше сельсовета — единая цепь, единая ответственность.
Гражданская компонента ПВО была частью государства. Сегодня этой цепи нет. Полмиллиона наблюдателей ВНОС никто не заменил цифровым аналогом, а гражданского участия — ноль. Советская система разрушена, новая не создана.
В 1941-м без единого современного прибора люди были живым щитом неба. Сегодня есть всё — технологии, ракеты, спутники, но результат хотелось бы, чтобы был лучше.
Олег Царёв. Telegram
Есть варианты?
Источник новости о процедуре признания Павла Дурова пособником террористов и т.д. https://www.vedomosti.ru/society/news/2026/07/29/1217223-dur...
Мы все знаем, что пожилые бывают очень доверчивыми – вот почему их так легко водят за нос разные мошенники. А еще им трудно дается всё новое – некоторые до сих пор смартфон не освоили и интернетом пользоваться не умеют.
Но есть еще одна особенность у этой возрастной группы – старики иногда очень упрямы. Как зациклятся на чем-то, так пиши пропало.
Вот взять хотя бы мою бабушку – ей 89 лет в этом году исполнится.
Как только ее вывозят на дачу, она там начинает дергать траву. Ну, типа с сорняками бороться. Хотя на грядках уже давно ничего не высаживают, она всё дергает да дергает.
Пару лет назад, выдергивая очередную травину, она упала, заработала компрессионный перелом позвоночника и долго потом ходила в корсете.
Но бабушка все никак не унимается. Хотя у нее головокружения, ей нельзя нагибаться, она продолжает свою бессмысленную и беспощадную войну с сорняками.
Войну, которую давно пора остановить. Вот просто взять и закончить это очевидно вредное и бесперспективное занятие и переключиться уже на что-то другое.
Но разве пожилому человеку это объяснишь?
Она ведь уверена, что в этой войне побеждает – осталось выдернуть парочку сорняков, и будет полный порядок на участке. А сорняки все никак не заканчиваются. И даже немножко кое-где отвоевывают территорию обратно.
А представляете, каких дел бы моя бабушка могла бы наворотить, если бы ее избрали, скажем, президентом России?
Ведь по Конституции президентом нашей страны может стать человек не моложе 35 лет – а вот верхнего возрастного предела не установлено. Хоть в 100 лет можно избраться, не слезая с утки.
Я считаю, что это досадное упущение в нашем законодательстве давно пора исправить.
В качестве предельного возраста для должности президента я бы установил 70 лет. Такой возрастной ценз уже действует для ректоров российских вузов.
Но, согласитесь, управлять 140-миллионой страной – это еще более ответственное и сложное дело, чем управлять несколькими тысячами студентов.
Не понимаю, почему норму о предельном возрасте президента не вписали в Конституцию, когда ее меняли в 2020 году. Забыли, наверно.
Источник: тг-канал Александра Храмова
В школьные годы я зачитывался русскими религиозными философами. Поэтому, когда я лет 20 тому назад еще школьником впервые оказался в Питере, то сразу пошел смотреть на набережную, с которой отправлялся знаменитый «философский пароход» – на этом месте сейчас установлен памятный знак.
Но только недавно, в свете текущих событий, я вдруг задумался – как же поздно, черт возьми, этот пароход отплыл! Все эти инакомыслящие интеллигенты, нелояльные действующему режиму – иноагенты, как бы сейчас сказали – прожили в советской России до осени 1922 года.
Целых пять лет прошло с большевистского переворота, а они все сидели, не эмигрировали, на что-то надеялись, пытались издавать какие-то журналы, создавать какие-то свои общества и учебные заведения, типа Петроградского богословского института и Вольной философской ассоциации.
И если бы Ленин их не вышиб пинком под зад из России – тем самым невольно спася от будущего ГУЛАГа – они бы и дальше тут оставались, наивно полагая, что их оставят в покое. Хотя, казалось бы, уже все давно было ясно. Было понятно, в каком направлении движется страна. Надо было сваливать, и как можно скорее.
Но это нам сейчас ясно, задним числом. Люди же в массе своей склонны жить одним днем и верить в лучшее. Даже самые образованные и интеллигентные. Это такой природный оптимизм, заложенный в человеческой натуре.
Нам всегда проще думать, что хуже уже не будет, что всё самое плохое уже произошло.
В книжке Норберта Фрая «Государство фюрера» меня больше всего поразило, что, оказывается, некоторые немецкие евреи, выехавшие из Германии сразу после прихода Гитлера к власти, в 1934-1935 году вернулись назад!
Они решили, что все устаканилось и нормализовалось. Жить можно. Дальше как-нибудь всё само рассосется, образуется, надо просто немного потерпеть.
Нюрнбергские законы, принятые в 1935 году, для основной массы немецких евреев тоже не стали сигналом к эмиграции. Кое-кто им даже обрадовался: ну, теперь-то правила игры известны, есть хоть какая-то определенность, вряд ли дальше будет хуже.
Сейчас, with the benefit of hindsight, думаешь: какие все-таки это наивные были люди. А потом ловишь себя на мысли – а, может быть, ты и сам, не уехавший и всё еще на что-то надеющийся – такой же наивный дурачок, которого история ничему не учит?
Источник: Александр Храмов
