Свет по стеклу бежит примерно 200 000 км/с. Это быстро, но не мгновенно. До Европы и обратно — миллисекунд сорок минимум, и никакой тариф это не ускорит. Физику не обманешь.

Ваша страница едет к вам по кускам

Интернет не умеет передавать файлы целиком. Он режет всё на пакеты — кусочки примерно по полторы тысячи байт, каждый со своим номером.

Представьте, что вы отправляете книгу, разрезав её на открытки. Открытки едут разными дорогами, приходят вразнобой, и уже на месте складываются обратно по номерам. И вот если открытка номер 347 потерялась по дороге, получатель сидит и ждёт именно её — хотя 348-я и 349-я уже лежат перед ним.

Отсюда, кстати, разница между «тормозит» и «зависло». Вечером, когда весь дом смотрит сериалы, узел провайдера никому не отказывает — он просто выстраивает очередь. Пакеты не пропадают, они ждут. А когда пакет реально теряется, картинка замирает наглухо: ждём номер 347.

Почему ютуб тормозит именно вечером

Вот тут самое интересное.

Если бы каждое видео ехало к каждому зрителю из американского дата-центра, магистрали легли бы в первый же вечер. Поэтому крупные сервисы так не делают. Они ставят свои кеширующие серверы прямо внутри сетей провайдеров — бесплатно и за свой счёт.

Провайдеру выгодно: не надо покупать дорогой внешний канал. Сервису выгодно: видео у зрителя грузится мгновенно. Популярный ролик физически лежит в стойке в вашем городе, и до него не сорок миллисекунд, а три.

А теперь представьте, что этот кеш перестал отдавать видео. Ничего не «заблокировано», всё формально работает — но запрос теперь едет через границу, в общий канал, который делят с вами все остальные жители города. И вечером этот канал забит под завязку. Вот вам и колесо ровно в девять вечера.

Именно так, кстати, официально и объясняли замедление известного видеосервиса в России: мол, ничего не блокировали, просто владелец перестал обслуживать своё кеширующее оборудование внутри страны. Технически это ровно то, что на картинке выше.

Что провайдер про вас видит, а что нет

Почти весь трафик сегодня зашифрован — тот самый замочек в адресной строке. Но шифруется содержимое, а не адрес. Пакету надо доехать, значит, куда он едет, написано снаружи.

Получается запечатанный конверт с открытым адресом: видно, к кому вы постучались, сколько данных получили и когда. Не видно — что именно вы там смотрели, читали и писали.

Из этого следует важное: фильтровать можно ровно то, что осталось снаружи. Поэтому ограничения всегда работают по адресу, по имени сайта и по форме трафика — по тому, какого размера пакеты и с какими паузами они идут. Внутрь никто не заглядывает, да это и не нужно.

Почему банк работает, а мессенджер нет

Возвращаемся к четырём палкам без интернета.

Когда мобильную сеть «сужают», оператор не выключает её целиком. Он оставляет список разрешённых сервисов: госуслуги, карты, банки, пара маркетплейсов. Всё, что в списке, — проходит. Всё остальное упирается в стенку.

Телефон при этом честно рисует четыре палки и значок 4G, потому что с точки зрения телефона связь действительно есть. Просто труба, по которой его пускают, стала очень узкой. Мессенджеров в этом списке обычно нет — отсюда и ощущение, что интернет работает, а поговорить не с кем.

Что с этим может сделать обычный человек

Проверить, где именно рвётся. Открыть тот же сайт с мобильного вместо домашнего Wi-Fi. Открылся — значит, дело в маршруте вашего провайдера, а не в сайте. Не открылся нигде — проблема дальше по цепочке, и ваши настройки тут ни при чём.

Сменить DNS. Тот самый справочник, который переводит имя сайта в цифровой адрес. Если справочник вам этот адрес не выдал, браузер честно напишет «не удаётся найти сервер», хотя сам сайт живёхонек. Правится в настройках сети за минуту и бесплатно. Лечит не всё, но иногда лечит целиком.

Не путать «медленно» и «недоступно». Вечернее колесо — это очередь в канале, и от неё не спасает вообще ничего, кроме другого маршрута. А мгновенная ошибка «сервер не найден» — совсем другая болезнь.

Держать мессенджер отдельно от всего остального. Он лёгкий, ему хватает очень узкого канала, и терять его обиднее всего: именно через него вы договариваетесь с людьми, когда всё остальное уже легло.

Собственно, всё. Интернет — это не магия и не «оно само». Это провода, справочники и очереди, и почти всегда можно понять, что именно из трёх у вас сломалось.

Если интересно — могу отдельным постом разобрать, почему в играх пинг скачет при нормальной скорости, или что на самом деле видно бесплатному VPN, которым все пользуются. Пишите, что заходит.

Золотая тоска| Принцесса и шут: ядовитая любовь Что происходит, когда королевская скука превращается в губительную одержимость? 👑🎭 В этом атмосферном музыкальном шортсе мы погружаемся в мрачную историю одной жестокой иллюзии. Уставшая от золотой клетки Принцесса находит себе новую забаву — дворцового Шута. То, что она называет искренним чувством, на деле оказывается ядовитым, эгоистичным капризом. Для нее это лишь игра, а для него — смертельный приговор. Сможет ли он ускользнуть из-под ее каблука, или поплатится головой за один единственный танец? Погрузитесь в эту визуальную новеллу под звуки тревожного дарк-фолка.

ИИ-пересказ:

1. Иранская ракета «Басир» и удар по американскому кораблю

Ведущий спрашивает Теда Постола о новой иранской ракете, которую Иран представил в мае 2025 года (дальность ~1200 км, точность ~1 метр), и о сообщениях, что её применили против авианосца или эсминца США. Постол говорит, что надёжной информации нет, но, судя по всему, какая-то детонация рядом с корабельной группой действительно была. Он объясняет, что попасть по авианосцу в море крайне сложно: нужно точно знать его местоположение в момент удара, а корабль движется со скоростью 30 узлов и может уклоняться. Спутниковая разведка (которую Ирану дают Китай и Россия) хорошо работает по неподвижным целям — радарам ПВО, — и именно поэтому иранцы так успешно их уничтожают. Но по движущемуся авианосцу это несопоставимо труднее. Вывод Постола: если ракета и взорвалась недалеко от кораблей, это повод для беспокойства, но не значит, что кораблю грозило серьёзное повреждение.

2. Перехватчики и ПВО

Постол говорит, что перехватчики, израсходованные в Иордании, были взяты у союзников — Японии и Южной Кореи, которые недовольны, что США ставят их интересы ниже израильских. Он подчёркивает: перехватчики эффективны против самолётов, но почти бесполезны против баллистических ракет, и тратить их на дешёвые дроны — абсурдно. По его словам, заявления о 90% перехватов не подтверждаются видео: на десятки ракет виден максимум один-два перехвата, а не десятки.

3. Украина и планирующие бомбы

Главная мысль: у Украины кончились ПВО, и это катастрофа. Россия сбрасывает около 9000 планирующих бомб в месяц (ФАБ-500 и крупнее) — это сотни в день, тогда как «Искандеров» производится ~65 в месяц. Такие бомбы дешёвые, точные (5–15 м) и запускаются с расстояния до 100 км, вне зоны Patriot. Когда радары ПВО уничтожены, самолёты могут действовать безнаказанно. Постол высмеивает утверждения, что Россия несёт в разы больше потерь, чем Украина, — при таком превосходстве в огневой мощи это невозможно.

4. Коммерческие технологии как оружие

Он показывает, как обычные турбореактивные двигатели за 2–2,5 тысячи долларов (продаются на eBay) приделывают к бомбам, чтобы увеличить дальность. Это часть общей тенденции: высококачественные дешёвые гражданские продукты легко превращаются в сложные системы вооружения.

5. Критика истеблишмента

В конце Постол уходит в политику: люди на должностях в области национальной безопасности (и демократы, и республиканцы) некомпетентны, попадают туда по связям и произносят нужные банальности. Он вспоминает Джеффри Сакса, чьи советы по России в 1991 году проигнорировали, и говорит, что если бы к ним прислушались, не было бы ни разрушенной Украины, ни нынешней конфронтации. Он также жалуется на травлю со стороны профессора Университета Джорджа Мейсона, который обвинял его в отрицании Холокоста и нестабильности, а руководство вуза назвало это «научной дискуссией».

Итог: технически — Иран учится наводить ракеты по движущимся целям, но пока не доказал, что может серьёзно угрожать авианосцам; стратегически — главная катастрофа разворачивается в Украине из-за нехватки ПВО и массового применения дешёвых планирующих бомб; политически — Постол видит корень проблем в некомпетентности западных элит.

Полный перевод:

Вот перевод текста на русский язык. Это расшифровка разговора, где ведущий беседует с профессором Тедом Постолом (Ted Postol) о недавнем иранском ударе, ракетных технологиях, системах ПВО и ситуации в Украине.

>> Наш дорогой друг, наш брат, профессор Тед Постол.

>> Большое удовольствие быть здесь, как обычно. >> Отлично, что вы с нами, Тед. И позвольте мне начать с последней иранской атаки, как они это называют. В Иране появилась новая ракета, о которой они объявили 4 мая 2025 года. Они сказали, что у них есть новая ракета, знаете, она отличается. У нее новые возможности. Дальность 1200 километров, точность один метр или что-то в этом роде. И затем, знаете, многие люди говорили, что это новая риторика или пропаганда со стороны иранцев. А потом, если я не ошибаюсь, пять дней назад они использовали одну из них против авианосца или одного из эсминцев в Персидском заливе или в Аравийском море, и ракета называется «Басир». Это фото, похоже, единственное, что я смог найти в иранских СМИ, возможно, это фото той ракеты. Я не знаю, это ли точное фото той ракеты, никто ничего о ней не знает

>> Но, Тед, я знаю, что вы следите за тем, что произошло между Ираном и США. Каково ваше понимание этой новой ракеты и особенно тех ракет, которые были выпущены на данный момент?

>> Ну, очень трудно получить какие-либо надежные новости об этом. И я пытался понять, что же произошло. Очевидно, что-то произошло. Была какая-то детонация рядом с авианосцем. Но то, насколько серьезно вы к этому относитесь, зависит от того, кто вы. Позвольте мне объяснить. У меня была шутка. Я работал с военно-морскими офицерами, и они говорили об определенной угрозе, а я говорил: «Ну, знаете, вы несколько чрезмерно обеспокоены этой конкретной возможностью», потому что я что-то о ней знал. И потом я всегда говорил: «Но, конечно, вы тот парень на корабле, а я нет». Так что важно помнить о естественной обеспокоенности, которая была бы у вас, если бы вы были на одном из этих кораблей или командовали группой кораблей, относительно потенциального ущерба. Так что, я просто пытаюсь понять перспективы всех вовлеченных игроков. Теперь, реальная проблема с атакой на авианосец в море заключается в том, что вы должны знать, где находится авианосец, и вы должны знать, где он находится, когда вы наносите удар. Поэтому вы должны запустить ракету в направлении места, где находится авианосец, и может потребоваться шесть, семь или восемь минут, чтобы достичь общей vicinity (окрестности) того места, где, как вы считаете, был авианосец. Может быть, вы видели авианосец с помощью дрона. Знаете, если там был, конечно, оперативная группа будет иметь очень высокий приоритет уничтожить все, что похоже на дрон. Разведывательные самолеты представляют огромную угрозу для военно-морских сил. Поэтому вы никогда не позволяете чему-либо, что выглядит как разведывательная возможность, пройти, если вы можете это остановить, или, знаете, вы просто хотите устранить это как можно быстрее. Итак, авианосец и его системы ПВО, которые включают эсминцы вокруг него, почти наверняка не позволили бы дрону подойти так близко, чтобы он мог фактически предоставить информацию для наведения. Это не значит, что этого не произошло. Просто это их приоритет. Вы, конечно, могли бы увидеть авианосец на спутнике, но спутник должен иметь относительно быстрое, как иногда говорят, реальное время информации. Другими словами, спутники обычно требуют времени для обработки информации, передачи ее в командные центры. Командные центры должны понять, на что они смотрят. Возможно иметь очень короткие, так называемые, циклы разведки. Я имею в виду, иранцы продемонстрировали это, потому что иранцы получают данные спутниковой разведки от китайцев и русских. И, похоже, время обработки, циклы разведки, значительны. Теперь они не обязательно минуты или даже десятки минут, но они достаточно хороши, чтобы вы могли определить местоположение наземного радара ПВО, который не двигается за минуты. Он в лучшем случае может двигаться за часы или десятки часов. И именно поэтому иранцы были так необычайно успешны. И я хочу сказать, я шокирован и удивлен этим. Так необычайно успешны в уничтожении такого количества радаров ПВО и противоракетной обороны. Как только они обнаруживают эти радары, они могут превратить это в оружие, доставленное к цели, очень быстро, в течение нескольких часов. Но с авианосцем часы не подходят. Я имею в виду, авианосец может легко двигаться со скоростью 30 узлов. Вы можете быть уверены, что командиры авианосца и авианосной ударной группы знают, что они хотят оставаться в движении. Я имею в виду, они будут оставаться в движении, это часть игры, потому что авианосные ударные группы чрезвычайно уязвимы для потенциальной атаки, и люди, которые ими управляют, много думают о том, как их защитить или как минимизировать способность противника атаковать авианосную группу. Так, например, во время холодной войны Советский Союз обычно имел ударную подводную лодку, следующую за авианосной ударной группой. Это обычная военно-морская практика. У вас есть этот противник. Вы никогда не знаете, когда начнется война с ними. У вас есть подводная лодка, которая следует за ними. Подводная лодка не только для того, чтобы атаковать их, если будет приказ, она там, чтобы предоставлять информацию для наведения другим средствам, которые будут использоваться для атаки. Поэтому вы хотите поддерживать... Так что вы делаете, авианосная ударная группа обычно будет двигаться на высокой скорости 30-35 узлов, около 30 узлов. Теперь подводная лодка может следовать на 30 узлах. Современные атомные... дизель-электрические не могли. Так что один из способов стряхнуть дизель-электрическую подводную лодку — просто идти слишком быстро, чтобы они не могли следовать. Но атомная подводная лодка может оставаться с ударной группой. Но если они движутся на 30 узлах, они как колокол, звонящий в ночи, сообщающий вам свое местоположение. Акустическая мощность подводной лодки огромна. Подводная лодка хочет оставаться скрытной. Теперь в типичной ударной группе у вас будет пара ударных подводных лодок, действующих с ударной группой как часть оборонительных возможностей. Так что эти подводные лодки могут тихо лежать в воде, пока ударная группа мчится вперед, и они могут перехватить подводную лодку и учинить с ней расправу. Так что это не значит, что они всегда добиваются успеха, но это просто пример игры в кошки-мышки, которую противники будут вести в военно-морских операциях. Это очень сложный набор действий и изобретательность со всех сторон. Я имею в виду, невероятно умные идеи, которые эти люди придумывают, и иногда они добиваются успеха, иногда нет, и знаете, на войне это может быть разницей между выживанием и смертью. В мирное время это просто игра, в которую эти ребята всегда играют друг с другом, потому что они никогда не знают, когда начнется война или боевые действия. Теперь, в случае ракеты, выпущенной по ударной группе, должна была быть какая-то... если она детонировала где-то в пределах расположения ударной группы, это могло быть за мили от ударной группы, но это было бы наблюдаемо. Ракета, взорвавшаяся в воздухе на разумной высоте, была бы легко замечена, если не чем-то другим. Я имею в виду, не только радарами, радиолокационные системы на этих ударных группах многочисленны и высокоэффективны. Так что вы могли не только видеть приближающуюся ракету, вы могли видеть, как она взрывается, потому что радиолокационное отражение от взрывающейся ракеты... радиолокационный сигнал внезапно расширится. Отраженный сигнал значительно увеличится. Радар может это измерить. И, конечно, взрыв будет... хотя ракета может двигаться быстро, когда происходит взрыв, все останавливается. Все находится в определенном месте в пространстве, и радар может измерить с чрезвычайной точностью местоположение и тот факт, что движения больше нет. Так что если ракета была достаточно близко к боевой группе — десятки миль или даже десятки миль — и взорвалась в воздухе, они бы это знали. Без сомнения. Им не нужно было бы видеть это визуально. Они узнали бы это по всевозможным сенсорным системам, которые у них есть. Так что, если иранцы смогли определить местоположение ударной группы достаточно хорошо, чтобы выпустить по ней ракету, и, скажем, она детонировала в нескольких десятках миль, и это было замечено радаром, что ж, скажу вам, если бы я был на том авианосце, я был бы обеспокоен. Не то чтобы я ожидал, что меня уничтожат завтра. Мое суждение было бы, что очень маловероятно, что этот противник может нанести значительный ущерб с какой-либо реальной вероятностью против моего корабля. Но это означает, что они начинают знать, где я нахожусь, и это означает, что у них начинают появляться способы дотянуться. Итак, это не то, что я бы проигнорировал или отмахнулся. Это была бы разница между Тедом Постолом, сидящим в подвале Пентагона и разговаривающим со своими друзьями и коллегами, которые являются настоящими военно-морскими офицерами, и реакцией настоящих военно-морских офицеров, которым приходится плавать на этой мишени. Это реальная разница. И это не значит, что они глупы, а Тед Постол нет. У них есть все основания для беспокойства, потому что это еще один пример уменьшающейся способности оставаться вне досягаемости противника. Так что я подозреваю... и у меня действительно нет внутренней информации, так что я должен быть очень ясен в этом. Я подозреваю, что была иранская ракета, которая детонировала на некотором расстоянии от группы кораблей, военно-морских кораблей. Это было бы замечено и естественно вызвало бы беспокойство, но это не обязательно означало бы, что группа кораблей подвергалась серьезному риску значительного ущерба. Это может быть неправдой, может быть неверным, но это мое предположение, основанное на том, что я знаю о технологических возможностях и ограничениях всех этих систем, потому что недостаточно просто доставить ракету туда. Если авианосец находится в нужном месте, особенно если он неподвижен, и противник знает, где он, авианосец может быть поражен.

>> И одна из этих ракет может нанести ему значительный ущерб. Потопит ли она его? Вероятно, нет. Например, если мы посмотрим на фотографию, которую вы показали, на фотографии изображена боеголовка, которая выглядит так, будто может маневрировать. У нее есть плавники. Вот так. Теперь эта боеголовка войдет в атмосферу. Она на баллистической траектории, и она может иметь значительное маневрирование. Она может маневрировать в пределах нескольких морских миль. Другими словами, у нее может быть точка прицеливания, которая... точка прицеливания, означающая, что без маневра, и она, вероятно, может маневрировать, знаете, на четыре или пять морских миль в других направлениях, чтобы поразить авианосец, если авианосец не был точно там, где он упал бы при нормальной, невозмущенной баллистической траектории. Но четыре или пять миль — это большое расстояние, потому что если авианосец движется со скоростью 30 узлов, это означает, что он может пройти половину морской мили за минуту, что означает, что за пять или шесть минут он может пройти три или четыре морские мили. И ему не нужно двигаться по прямой. Он может поворачивать. Эти корабли могут поворачивать... это необычно, учитывая размер и водоизмещение этих кораблей, с tight circles (крутыми циркуляциями). Они могут поворачивать. Если вы посмотрите, если вы подумаете о некоторых фильмах, которые вы видели о воздушной бомбардировке во время Второй мировой войны, это... есть замечательные фильмы о бомбардировке... о битве при Мидуэе. Вы можете видеть, как эти японские авианосцы поворачивают и промахиваются бомбами, сброшенными с самолетов, потому что в то время это не были самонаводящиеся бомбы. Так что, если у вас нет возможности самонаведения и у вас нет очень хорошей оценки того, где будет ваша цель, нанести ей ущерб будет нелегко. Теперь, скажем, эта боеголовка попадает в палубу авианосца, что, как вы знаете, является одним из исходов, если у нее есть такая возможность. Что ж, она поместит 500 или тысячу килограммов взрывчатки на палубу. Что ж, это пробьет дыру в палубе авианосца. Без сомнения. Потопит ли она авианосец? Вероятно, нет. Если на палубе авианосца были самолеты, готовящиеся к взлету или возвращающиеся, это может быть реальной проблемой, потому что некоторые из них могут быть заполнены топливом. Некоторые из них могут иметь бомбы, которые либо не использовались в бою, либо готовятся к миссии. Так что это взрывные боеприпасы. Много вторичного ущерба может быть нанесено, если у вас есть самолеты на палубе и идет заправка, вещи такого типа. Но, знаете, это вопрос обстоятельств атаки. Я имею в виду, японские авианосцы во время битвы при Мидуэе, которая была давно с очень разными технологиями, были застигнуты во время перевооружения своих самолетов на палубе, когда американские пикирующие бомбардировщики наткнулись на них. Не обязательно должно было так случиться. Там было много удачи, но это была неудача для японцев. И это было очень продуманное решение, принятое японским руководством в то время, потому что то, что они знали в то время, привело их к выводу, что они должны перевооружить самолеты для другой атаки. Так что им просто не повезло. Это не значит, что они были глупы. Это не значит, что они были безрассудны. Это вполне могло случиться с их американскими коллегами. Так что война — это очень неопределенная деятельность. Даже в современные времена, конечно, есть разные уровни неопределенности из разных источников.

>> Теперь у нас есть радиолокационные системы, которые могут сказать нам, где находится противник, но у нас все еще есть много возможностей затруднить противнику поразить нас, легко поразить нас. Теперь, возможно ли это? Конечно. Станет ли это в конечном итоге невыносимой угрозой?

>> Может быть. Я не знаю. Но эта идея, что вы можете просто потопить авианосец или корабль в море с помощью ракеты большой дальности, это не бессмысленно. Опять же, если бы я был военно-морским офицером, люди, которых я знаю и с которыми дружу, я бы не стал смеяться над этим. Но это, опять же, угроза, которая tends to be overstated (имеет тенденцию преувеличиваться) как реальная аналитическая возможность. Она не нулевая, но она также не является таким уж большим делом, как люди пытаются представить. Но мы все еще ничего не знаем о том, что произошло. И это было бы очень интересно выяснить. Так что, но мое предположение, что-то произошло, но это не обязательно означало, что корабль подвергался реальной угрозе быть сильно поврежденным или поврежденным вообще. Но это дикое предположение. Я просто не знаю.

>> Да, Тед, у нас была атака на Иорданию, и последняя атака на Иорданию. Иран выпустил около 40 ракет, 40 с лишним ракет по американским базам в Иордании. И затем вы видите в Иордании... потому что каково было ваше понимание до этого? По крайней мере, администрация Трампа говорила нам, что Иран... знаете, они уничтожили возможности Ирана производить ракеты, и у них нет... они не в хорошей форме, но они выпустили 40 с лишним ракет. С другой стороны, мы думали, что они... знаете, у США не хватает перехватчиков. Вы видите много перехватчиков, летящих, чтобы перехватить эти ракеты, идущие из Ирана.

>> Да. Ну, я могу сказать вам, откуда они взялись. Они пришли от наших союзников в Японии и Южной Корее, которые слишком вежливы, чтобы сказать это, но у меня есть настоящие друзья в обеих этих странах. Я был там и говорил с ними об их военной ситуации в области безопасности, и я могу обещать вам, что они не счастливы, и они также не счастливые союзники, потому что США только что сказали им недвусмысленно, что вы очень низкий приоритет для нас по сравнению с Израилем. И они не защищают Иорданию, они защищают Израиль. Вот почему эти ракеты там. Так что да, я не удивлен, что перехватчики все еще доступны. Вы можете видеть доказательства этого в некоторых атаках, которые все еще продолжаются, когда вы видите более поздние видео того, что происходит над Тель-Авивом или Хайфой. Там, конечно, есть перехватчики, но запас низкий. И, честно говоря, любой перехватчик, используемый против баллистической ракеты, — это действительно плохое решение, потому что эти перехватчики почти бесполезны против баллистических ракет. Конечно, против дрона это так дорого.

>> Позвольте мне воспроизвести клип об этом. Да, я бы очень... >> Вы можете... вы можете сначала объяснить, а потом... позвольте мне просто... вы видите, это ракеты и перехватчики. Я не вижу никаких доказательств реальных перехватов. Но почему бы вам не прислать мне видео на... и в следующий раз... в следующий раз...

>> Там мог быть перехват. Это мог быть перехват.

>> Да, это мог быть фактически перехват. Но посмотрите, сколько ракет в воздухе и сколько таких ярких событий.

>> Если бы система работала, перехват был бы здесь, верно?

>> Да. Да. Это похоже на взрыв приближающейся боеголовки ракеты. Но пришлите мне это видео, когда у вас будет возможность, и в следующий раз, когда мы поговорим, я пройдусь по нему кадр за кадром, и мы проведем реальный детальный анализ. >> Да. Продолжайте. Но суть в том, что если эти системы ПВО работали с 90% вероятностью перехвата, как говорят подрядчики, вы должны были бы увидеть десятки таких взрывов. Не один. Может быть, там есть взрыв. Может быть, там был перехват, который мы не видели, потому что некоторые из этих вещей могут происходить так быстро, что вы не видите. Так что я хотел бы получить видео и пройтись по нему кадр за кадром, и если я найду что-то, я скажу вам, потому что мне интересно понять, насколько эти системы способны. Но видео само по себе в лучшем случае показывает один перехват. Может быть, там есть и другие, но я сомневаюсь. Так что, может быть, есть второй перехват, который мы не видели, потому что его нужно просмотреть кадр за кадром, и я буду рад рассказать вашей аудитории, что я найду. Но какова тогда вероятность перехвата? 10%? 5%? Десятки ракет летят, и мы видим один или два перехвата, вероятно, даже не три, знаете, посмотрим, потому что мне это очень интересно. Так что, пожалуйста, пришлите мне это. Я посмотрю и замедлю для аудитории. Так что, если я найду что-то, я сделаю видео из этого видео, которое покажет, что происходит в деталях. Так что посмотрим, что делает эта великая система противоракетной обороны, потому что это та противоракетная оборона, которую Зеленский хочет в Украине.

>> Верно? Он кричит, что ему нужна противоракетная оборона в Украине. Как это ему поможет, если это производительность обороны, которую вы видите? Так что я бы сказал, что это очень интересное и своевременное видео. Так что, пожалуйста, пришлите мне его, и я посмотрю.

>> Конечно.

>> Но, фокусируясь на том, что вы упомянули, важность этих перехватчиков ракет для авианосцев, для истребителей, и они так способны поражать истребители, но против баллистических ракет они не так способны. Вы упомянули это.

>> Да. Как вы это видите в случае с Украиной?

>> Да. Видите ли, в случае с Ираном у них нет военно-воздушных сил, можно сказать. И поэтому тот факт, что ПВО на самом деле не играет никакой роли в сдерживании их самолетов. Они играют некоторую очень незначительную роль в сбивании дронов, что является полной тратой многомиллионного актива против дрона стоимостью всего десятки тысяч долларов. >> Вы имеете в виду Украину?

>> Ну, Украину или стрельбу по дрону, иранскому дрону. Иранские дроны тоже недорогие, знаете.

>> Итак, в этом случае ПВО на самом деле... они не играют никакой роли, я имею в виду, никакой значительной роли в исходе военного конфликта. Но в Украине отсутствие ПВО играет необычайную роль, гигантскую, подавляющую. И причина этого в том, что ПВО очень эффективна против самолетов. И если я собираюсь стрелять по Су-35, это дорогой самолет. У него экипаж из двух человек, и если вы потеряете их, если они не выберутся живыми, а самолет сбит, то вы теряете двух необычайно ценных солдат, которые могут выполнять другие миссии, которые больше недоступны. Самолет нелегко заменить. И фактически последствия истощения парка Су-35 были значительными до недавнего времени. Русские потеряли большое количество Су-35 в начале войны от перехватчиков Patriot. И в результате это greatly limited (сильно ограничило) в начале войны количество огневой мощи, которую они могли применить против Украины с помощью авиации. Теперь у них свободный доступ. Теперь у них есть огневая мощь, ограниченная только количеством вылетов, которые они могут совершить. И сейчас есть доказательства того, что они совершают огромное количество вылетов. Так, например, если мы перейдем к слайду 3 в слайдах, которые я вам прислал.

Это грубые данные. Они достаточно хороши для наших целей. В них, конечно, есть неточности. Но в августе русские запустили почти 9000 планирующих бомб против Украины. Почти 9000. Легко 60 или 70% этих планирующих бомб были ФАБ-500. Я вскоре опишу, что такое планирующая бомба, для вашей аудитории, но в основном планирующая бомба — это бомба с небольшим комплектом, прикрепленным к ней, у которого есть крылья, заставляющие ее преодолевать большие расстояния после сброса с самолета. 100 километров не является неразумным. Другими словами, самолет может быть в 100 километрах, и бомба может затем поразить цель в 100 километрах, и бомба может быть высокоточной, потому что у нее может быть телекамера или глобальная навигационная система, которая не обязательно GPS. Это может быть китайская BeiDou или российская ГЛОНАСС. У нее могут быть антенны с защитой от помех, чтобы использовать навигационную систему, даже если украинцы глушат или пытаются глушить сигналы ГЛОНАСС или BeiDou, и она, вероятно, может иметь точность 5, 10, 15 метров, а когда вы несете 500 килограммов взрывчатки, точность в пять или 10 метров более чем достаточна. Так что давайте посмотрим на этот темп доставки. Это как почти 300 бомб, 500-кг бомб в день, доставляемых по целям в Украине. Что ж, общее количество 500-килограммовых бомб, которые вы могли бы доставить с помощью ракет «Искандер», составляет около 60 за месяц. Другими словами, две или три в день, потому что сейчас Россия производит около 65 ракет «Искандер» в месяц. Так что если разделить их на 30 дней, это две в день. Вы могли бы, конечно, иметь больше массовых атак, но только в определенные дни. И вам нужно сравнить две в день с 250 или 300 в день. Это нехорошая арифметика с точки зрения огневой мощи, которую вы получаете от планирующих бомб, потому что каждая из этих бомб наносит примерно такой же ущерб, как «Искандер», как боеголовка «Искандера». Так что вы наносите фантастические уровни ущерба Украине. И теперь, если вы хотите получить представление о том, как выглядит одна из этих планирующих бомб, вы можете перейти к слайду 10.

И мы можем увидеть... на верхнем левом врезке мы видим бомбу, сброшенную Су-34. И бомба... если мы посмотрим на среднюю фотографию, врезку внизу посередине слайда, вы можете увидеть бомбу. В этом случае, похоже, это ФАБ-3000, я полагаю. Так что это действительно большая бомба. Это как 7000-фунтовый боеприпас, летящий в вас с точностью, может быть, 10 или 20 метров. И вы можете видеть, что у нее есть некоторые примитивные крылья. И эти крылья дают ей достаточную подъемную силу, чтобы потенциально пролететь 40, 50 или 60 километров от самолета, который, возможно, был на высоте 10 км, стоя на хорошем расстоянии. Теперь 60 километров недостаточно безопасны против ПВО Patriot. Перехватчики ПВО имеют очень хорошую дальность. Разумно 100 километров, может быть, немного больше, немного меньше. И у них очень хорошая способность самонаведения против вас как самолета. Если вы баллистическая ракета, вы движетесь так быстро, что перехватчику чрезвычайно трудно адаптироваться к скоростям пересечения, высоким скоростям пересечения. Но против вас это проще простого. Перехватчик легко движется намного быстрее вас. Он может видеть вас на хорошем расстоянии, прежде чем ему нужно будет подойти достаточно близко, чтобы поразить вас, и он может маневрировать лучше, чем вы. И вы очень вероятно будете поражены одним из этих перехватчиков. 80 или 90% вероятность перехвата не является неразумной с этими перехватчиками против самолета даже на дальности 50 или 60 километров. Что ж, это не статистика, с которой я хотел бы иметь дело, если бы я был пилотом, что у перехватчика будет 50% шанс поразить меня. Особенно если вы стреляете двумя такими перехватчиками. И если вы стреляете двумя такими перехватчиками, я даже хуже, чем 50% шанс. Потому что первый перехватчик, если я вижу его и пытаюсь уклониться, и мне успешно удается уклониться, что очень маловероятно, но скажем, мне удается в акте маневрирования уклониться от этого перехватчика, я потерял много воздушной скорости, и если я потеряю много воздушной скорости, я теряю много маневренности и способности уклоняться, и у следующего перехватчика будет как 95% шанс поразить меня, когда у первого был только, может быть, 60% шанс поразить меня. Так что два перехватчика лучше, чем два независимых перехватчика против самолета. Так что жизнь довольно тяжела, если вы летаете на самолете против системы ПВО, подобной Patriot по возможностям. Но как только у вас заканчиваются перехватчики, жизнь становится очень, очень, очень тяжелой. Так как же выглядит одна из этих систем? Давайте просто посмотрим на слайд 12.

Это показывает вам три стандартные бомбы, бомбы общего назначения. Самая правая — это ФАБ-1500, которая могла быть тем, что мы видели на более ранней фотографии, но есть также ФАБ-3000, которая выглядит очень похоже. И если вы хотите увидеть, как выглядит ФАБ-3000, мы перейдем к слайду 13. И... нет, это... извините, еще одна ФАБ-1500. И это имеет 3000 фунтов боеприпасов. Это 1500 фунтов взрывчатки и 1500 фунтов корпуса. И этот корпус разрывается на фрагменты, которые ускоряются до высокой скорости взрывающейся взрывчаткой. И эти фрагменты движутся со скоростью полтора, два километра в секунду. Они действительно движутся быстро и наносят огромный ущерб, когда попадают в объекты вокруг них. Если вы хотите увидеть ФАБ-3000, давайте перейдем к следующему слайду. И здесь мы видим саму бомбу. И это еще более разрушительно. Но как доставить боеприпасы, подобные этому, не приближаясь к цели? Если вы приблизитесь к цели, а это современная ПВО, такая как Patriot, очень высока вероятность, что вы не вернетесь на второй день, чтобы сбросить еще одну бомбу, потому что вас собьют. Я имею в виду, эти системы ПВО способны против самолетов. Конечно, если баллистические ракеты могут иметь достаточную точность, если «Искандеры» имеют достаточную точность, чтобы приземлиться рядом с радарами и уничтожить их, что они и делали, тогда радары уничтожены, и вы можете приходить по желанию. Вам не нужно беспокоиться о том, что в вас будут стрелять, потому что если радары уничтожены и перехватчики... нет наведения для перехватчиков. И конечно, если у вас заканчиваются перехватчики, нет перехватчиков для стрельбы. Так как же эта игра разворачивается сейчас? Что ж, она разворачивается чрезвычайно разрушительным образом для Украины на данный момент. И это будет ускоряться. Совершенно непредсказуемо, куда теперь пойдет эта война в Украине. Но мне кажется, что дела для Украины сейчас рухнут очень быстро, и русские хотят, чтобы это произошло. Так что они выкладываются по полной. Если мы посмотрим на слайд 15,

что вы можете сделать, это прикрепить один из этих небольших, так называемых, комплектов наведения к бомбе. Вы видите, он находится сверху бомбы. На самом деле бомба прикреплена снизу под самолетом. Так что когда вы действительно видите, как бомба сбрасывается, этот авиационный комплект наведения находится на нижней части бомбы, и бомба медленно вращается, пока крылья развертываются из этого комплекта. На следующем слайде мы видим, что происходит, когда крылья развертываются.

И крылья не дают огромной подъемной силы, но они дают достаточную подъемную силу, чтобы вместо того, чтобы быть над целью, знаете, в нескольких километрах, вы могли быть в 100 километрах от цели. Затем, если вы действительно хотите создать проблемы для противника, вы можете атаковать. И есть доказательства этого сейчас. Вы можете прикрепить турбореактивные двигатели, небольшие турбореактивные двигатели к этим приспособлениям к бомбе. И слайд 21.

Вот турбореактивный двигатель, который был сфотографирован на земле в Украине. Этот двигатель, вероятно, был прикреплен к одному из этих наборов крыльев к бомбе, чтобы не дать бомбе замедляться так быстро, как она замедлялась бы иначе. И поскольку она не замедляется так быстро, она может пролететь большее расстояние. Итак, позвольте мне просто... давайте перейдем к слайду 23 и посмотрим, как выглядит один из этих двигателей до того, как он был поврежден. Вот он. Вы можете видеть, это реклама этого конкретного двигателя. Вы можете купить его за 2000 долларов. Это не много денег для системы вооружения. Если мы вернемся к слайду 22, вот один из этих двигателей, который вы можете купить на eBay. Они просят около 2500 долларов, но я могу обещать вам, что вы можете получить его дешевле. Так что это тот вид вещей, который теперь доступен, чтобы добавить к этим комплектам бомб, чтобы позволить им летать на большие расстояния. Это следствие огромного расширения промышленных мощностей и качества промышленных продуктов, которые мы сейчас наблюдаем в мире. Так, например, мы видели это намного раньше в войнах в Ираке, где у американцев были огромные проблемы от так называемых самодельных взрывных устройств. Теперь эти устройства были по сути чрезвычайно сложными системами вооружения. Почему? Потому что вы могли закопать их в землю под дорогой и сидеть в отдалении и наблюдать за машиной, которая проезжает над ней, а затем привести устройство в действие в нужный момент, чтобы уничтожить машину. Это сложное оружие. Как это оружие было реализовано? Оно было реализовано с помощью сотового телефона, который можно купить за 50 баксов. Вот у вас есть технология сотового телефона, которая замечательно сложна. Но она доступна. Она широко доступна, так же как и этот турбореактивный двигатель. Вам не нужно строить этот двигатель. Вы просто идете и покупаете его. Вы можете купить его на коммерческом сайте. Это не... вам нужно знать, как адаптировать его для ваших целей, но, знаете, есть много людей с инженерными навыками, которые знают, как это сделать. Так что мы вступаем в мир, где доступность очень качественных коммерческих продуктов, которые легко адаптируются для создания очень сложных систем вооружения, становится все более и более доступной, и они все более и более недорогие, и это то, что мы видим. Так что все это. На земле в Украине мы видим этот турбореактивный двигатель, который вы можете пойти и купить за 17... я видел их на распродаже за 17 или 1800 баксов на некоторых сайтах. И, знаете, вы покупаете их у массового производителя, вы, вероятно, получите их меньше чем за 2000 баксов каждый, если купите в количестве. Так что это то, с чем вы имеете дело. Так что у вас есть... если мы перейдем к слайду 27, это просто некоторые характеристики, которые я собрал по этому конкретному турбореактивному двигателю. Это один из многих, которые вы можете купить, но он легкий. Знаете, он весит всего несколько 8 или 10 килограммов, 20 фунтов. Производит почти 200 фунтов тяги, что довольно много тяги. Он может работать 25 часов. Вы можете поставить его на дрон и управлять дроном на очень большие расстояния. Теперь у дрона будет... дрон не обязательно самый большой, который вы можете построить. Дроны, которые люди... эти большие дроны «Шахед» с реактивным двигателем используют большие турбореактивные двигатели. Но я предполагаю, что мы в конечном итоге увидим кластеры этих турбореактивных двигателей. Потому что зачем вам тратить 25 000 баксов на такой турбореактивный двигатель, который стоит на одном из этих больших дронов «Шахед», когда я могу потратить пять или 6000 баксов на кластер из двух или трех этих очень недорогих турбореактивных двигателей, которые сделают ту же работу. Так что мы увидим больше инноваций, и это будет все более и более проблематично. Так что, если мы перейдем к слайду 29, мы можем увидеть одну из этих бомб.

Это, вероятно, ФАБ-500 с комплектом на ней. Видите, ее только что сбросили с самолета. Так что комплект внизу, и на следующем слайде бомба повернулась, и вы можете видеть, как развертываются крылья. Так что она повернулась вокруг этой оси симметрии и развернула крылья. Теперь, если мы перейдем к слайду 31, вы можете увидеть, что целые кучи этих бомб могут быть сброшены с одного самолета. Так что у вас может быть целая куча этих штук, летящих на вас. Слайд 32 снова показывает массовую атаку этих бомб. Так что жизнь становится все труднее для защитника, даже если у них есть перехватчики ПВО, потому что эти бомбы дешевы. Знаете, если у вас есть перехватчик, вы хотите использовать его против самолета, который доставляет эти бомбы. Но если у вас больше нет радара для наведения ваших перехватчиков, потому что он был уничтожен «Искандером» или кучей дронов, которые прилетели и были слишком многочисленны, чтобы вы могли перехватить их все, тогда у вас больше нет работоспособной ПВО. Как только у вас больше нет работоспособной ПВО, у вас есть огромные полезные нагрузки, которые могут доставить обычные самолеты, чтобы выступить против вас. И это то, что мы сейчас видим. Украина больше не имеет ПВО, чтобы остановить натиск гравитационных бомб, у которых есть крылья, которые управляются, и их режут на куски. Их убивают с фантастической скоростью. И эти бомбы используются на поле боя, и они используются по городским целям, где русские пытаются уничтожить железнодорожные узлы и объекты производства энергии. Так что, любой, кто говорит вам, что... я имею в виду, это не смешно, потому что люди умирают, и это никогда не может быть смешным. Но вы слышите этих людей, говорящих, что русские несут в два раза больше потерь, в пять раз больше потерь, чем украинцы. Посмотрите, с чем сталкиваются украинцы. У украинцев есть укрепленная позиция, и укрепленная позиция разносится в пух и прах... знаете, когда русские соберутся с силами, а у русских достаточно этих боеприпасов, чтобы они могли собраться с силами довольно основательно. Так как же может идти война на истощение, где один противник имеет подавляющую огневую мощь, в десятки раз превосходящую огневую мощь другого противника, и все же другой противник наносит в пять раз больше потерь? Я имею в виду, насколько наивным нужно быть, чтобы верить в это или говорить это? И у вас есть эти люди из правительства США, люди в академических кругах, я могу назвать их для вас, но не буду утруждать себя на данный момент, которые говорят это, и вы говорите себе, что эти люди понятия не имеют, о чем говорят, и для тех людей, которые являются студентами в академических кругах, которые видят этих людей, как если вы в Стэнфорде, вы увидите многих из этих людей там, вы должны использовать это для своего образования, если вы политолог. Потому что если вы политолог, вы должны использовать это, чтобы узнать, что люди, находящиеся на политических должностях, не обязательно что-то знают. И теперь у вас есть они перед вами, им присваивают звания выдающихся ученых, когда на самом деле, знаете, вы не хотели бы, чтобы они управляли ларьком с лимонадом с их экспертизой. И это то, что происходит в академических кругах повсюду сейчас. И это также происходит в правительстве. Люди просто понятия не имеют, что делают. И они находятся на руководящих должностях. И они попадают туда, потому что они сын кого-то, кто является крупным донором Демократической партии. И они идут в большую частную школу. Я могу назвать вам людей, но я не буду вдаваться в это. Из частной школы они идут в умеренно престижный университет, где они окружены людьми, которые ничего не знают, но claim to be experts (утверждают, что они эксперты). Затем они изрыгают чепуху, которая требуется, чтобы получить работу в правительстве, верно? Большие плохие советы, они ужасные люди. Они все... Путин — монстр, и так далее, и тому подобное, и, знаете, и о, вы хороший кандидат на должность помощника министра обороны, потому что вы понимаете правду, верно? Вы никогда не имели оригинальной мысли в своем мозгу. И это то, что у нас есть для истеблишмента. И я на днях поймал жалобу моего хорошего друга, которого я высоко уважаю, Джеффри Сакса. И он говорил, он выражал возмущение, потому что кто-то прислал ему стенограмму заседания Совета национальной безопасности, которое состоялось 35 лет назад. Что ж, 35 лет назад Сакс, в отличие от меня, я был просто, знаете, никем, кем я и заслуживаю быть. Сакс консультировал правительства в Восточной Европе, правительство США по экономической политике. Он пытался помочь получить положительный результат от краха Советского Союза и краха восточноевропейских стран в целом, чтобы мы не жили в мире, в котором мы живем сейчас. Так что идеи Сакса были... и на этом заседании его basically ditched (фактически проигнорировали) эти люди. У него теперь есть запись этого. Так что он видит это как секретное письмо, которое я только что видел вчера от какого-то клоуна, который писал всем, но никогда не выбирал писать мне, потому что ему пришлось бы вести публичную дискуссию на основе фактов, а не обвинений. Так что это то, с чем Джеффри мирился, и у этого были последствия. Мы видим это сейчас. Я имею в виду, он может показать это в этом документе. Если бы его совет был принят, у нас был бы мирный, процветающий мир, где восточноевропейские страны не были бы разрезаны на куски, и Украина не была бы разрушена, и Россия была бы активным участником глобальной экономической системы, а не военной угрозой. Все это было бы миром, в котором мы жили бы сейчас, если бы у вас не было этих гениев, которые ходили во все правильные подготовительные школы и происходили из правильных семей и говорили правильную чепуху, чтобы получить работу в правительстве США. Вот что у нас есть сейчас. Вот что... и это мир, в котором мы живем сейчас. И это реальная проблема, если демократы возьмут под контроль Палату представителей и Сенат на следующих выборах. Я не знаю, что произойдет. Это может произойти. Я надеюсь, что это произойдет. На самом деле, следующая большая проблема для демократов будет очиститься от этих идиотов, которые управляют установлением национальной безопасности для Демократической партии. Потому что, позвольте мне сказать вам, они так же плохи, как их республиканские коллеги. Их всех следует посадить в одну комнату. Между ними нет никакой разницы. И нет никаких знаний, которые есть у кого-либо из них, которые имеют какой-либо смысл. Итак, во-вторых, я не так оптимистичен в отношении предстоящих выборов, потому что, во-первых, я беспокоюсь, что они не получат возможности, а во-вторых, я беспокоюсь, что если они получат возможность, они настолько некомпетентны, что не используют ее. Мы просто вернемся к тому же исходному пункту, что и в 1991 году, когда эти блестящие умы смеялись над Джеффри Саксом. Так что это действительно печальная ситуация. Извините, я, кажется, всегда возвращаюсь к этому, потому что в конечном счете именно знания и опыт, и качество интеллектуального мышления, знания в политическом процессе определяют, где мы будем через пять или 10 лет. Я сидел 35 лет назад в ужасе от людей вокруг меня, говорящих: «О, русские кончены», в то время как я активно работал с русскими, пытаясь делать конструктивные вещи, но Сакс имел дело с этим на совершенно другом уровне, но это была та же группа полных дураков, и именно поэтому мы там, где мы есть сегодня, почему мы там, где мы есть, и если кто-то не сделает что-то с этим, мы не будем в лучшей ситуации в следующем году или через год, даже если демократам удастся взять контроль. Но я буду там, пытаясь помочь им. Я не знаю, будут ли они слушать, но я надеюсь, что Маршаймер и они будут слушать таких людей, как Маршаймер и Сакс, и Дэн Дэвис, и, знаете, слезут с высокой лошади и подумают, и образовывают себя. Если мы продолжим по этому пути, потому что они просто будут практиковать ту же старую чепуху другой группой идиотов, мы будем в беде. >> И это не улучшится. Это станет хуже. Так что это ситуация. >> Да. К сожалению. Да. >> К сожалению. К сожалению. >> Да. >> Так >> спасибо. Большое спасибо, Тед, за то, что были с нами сегодня. >> Ну, мое удовольствие. Удовольствие. Я всегда возвращаюсь к одной и той же проблеме. Идиотизм людей, которые должны быть экспертами. >> Да. Да. Именно так. >> Это удивительно. >> Эта атака против меня была такой удивительной. Это было... я имею в виду, я был отрицателем Холокоста. Я нестабилен. Этот парень, знаете, нестабильная личность. Я имею в виду... единственное, что он не смог... он не смог сказать, что я бью свою жену, но позвольте заверить вас, если бы он мог это упомянуть, он бы это сделал, знаете, это тот тип, и он продолжает, он пишет эти вещи другим людям, и он университетский профессор, он в Университете Джорджа Мейсона, и я отправил это факультету Университета Джорджа Мейсона с жалобой, и они пишут в ответ, и говорят: «Ну, знаете, научная дискуссия должна проводиться. Знаете, вы не должны жаловаться на научную дискуссию». У меня буквально есть такое письмо. Мы должны как-нибудь поговорить об этом, если только чтобы показать вам лицемерие и глупость научного учреждения, говорящего, что такое инфантильное лживое поведение — это просто еще одна форма научной дискуссии. Вот что они на самом деле хотят сказать. Университет Джорджа Мейсона. Но не волнуйтесь, это могло случиться в Принстоне. Я видел это и там. Не имеет значения. Концепция такова, знаете, мы выше всего этого. Независимо от того, какое неэтичное поведение мы совершаем, говоря о вещах, о которых у нас нет знаний, как будто они у нас есть, обучая студентов, когда на самом деле мы не обучаем их, мы indoctrinate (внушаем) им идеи, потому что мы не сделали свою домашнюю работу. Вот что происходит в этих учреждениях сейчас. И это сходит за науку. Затем эти люди идут дальше, и если они из правильных семей и имеют правильные привилегии и происхождение и изрыгают правильную чепуху, и они достаточно ограничены интеллектуально, их нанимают на должности помощника министра, заместителя министра и даже министра обороны. У нас есть министр обороны. Этот парень... я имею в виду, это национальная чрезвычайная ситуация, что этот парень Хегсет все еще министр обороны. Это национальная чрезвычайная ситуация, на мой взгляд, и люди ничего не делают с этим. В этом случае это республиканцы. Но позвольте заверить вас, я буду рад сказать вам правду и о демократах. И я демократ. Просто чтобы было ясно, у меня много республиканских настоящих друзей, которые солдаты, потому что солдаты, как правило, республиканцы. И у нас есть реальные разногласия. Но есть одна вещь, с которой мы все согласны, и именно поэтому я восхищаюсь этими людьми и уважаю их. Мы все согласны, что мы граждане, и мы привержены выполнению целей Конституции. И это не относится к их гражданским коллегам. И именно поэтому у меня нет ничего, кроме сочувствия к этим солдатам, которые рискуют своими жизнями без какой-либо конструктивной причины. И это действительно беспокоит меня, должен сказать.

>> Да. Да. Конечно. Хороший момент. Хороший момент, Тед. Спасибо. Большое спасибо.

https://vkvideo.ru/video-229976905_456239096