В нашем дворе стоял, врытый в землю, старый облезлый стол. И рядом две такие же врытые в землю скамейки. Никто им особо не пользовался. Сидеть не приятно - Вспученная краска цепляется, доски занозятся. Однажды хромой дед Валера из первого подъезда, пришёл с деревянным ящиком с инструментами. Были тогда в ходу у мастеровых людей такие ящики. Большой, глубокий и с деревянной ручкой сверху. Он ободрал со стола старую краску, сострогал неровности, прибил отставшие доски. Потом принёс большой лист оцинкованной жести. С одной стороны на листе было что-то написано, а с другой чисто. Он приладил этот лист чистой стороной вверх, загнул киянкой края, и приколотил мелкими гвоздями. Поправил и покрасил скамейки. Мы, тогда, ещё сопливые пацаны, девчонки, и с нами взрослые, состояли и наблюдали за его работой.
Но это было еще не все. На следующий день, мастер вернулся с длинной деревянной линейкой, большим гвоздём и молотком. Сперва он, при помощи линейки, нацарапал на оцинковке большой квадрат, и расчертил его на клетки. А потом гвоздём и молотком прокернил все линии. Делал он это так аккуратно, что ни в одном месте не пробил жесть насквозь. Клетки, через одну раскрасил чёрной масляной краской. Белой у него не было, и они остались цвета жести. Когда работа была закончена и краска высохла, дед Валера принёс картонную коробку с шахматными фигурами, и спросил, кто умеет играть? Игроки среди жильцов нашлись. Шахматы тогда были очень популярны. И мужики с нашего двора постоянно допоздна засиживались за обновлённым столом. Двигали фигуры, спорили, обсуждали партии. Тихо, чтобы не слышали жёны, звякали под столом стаканами. Всё было спокойно, без ссор и шума.
Где-то через год, дед Валера умер. Что-то с сердцем. Набор шахматных фигур достался по наследству одному из соседей. Они хранились уже не в картонной коробке, а в матерчатом мешке вперемешку с костяшками домино. В шахматы играли всё реже, а в домино всё чаще.
Домовые собрания тоже проходили там. Жильцы собирались, обсуждали домовые дела. На столе подписывали протоколы и требования.
Стол этот простоял до начала 90х. Краска облупилась, жесть исцарапали разными надписями. Потом начали там тусить какие-то алкаши и наркоманы. Пьяные курсанты, из танкового училища, со своими подружками, устраивали там шумные ночные посиделки. И жильцы стали поговаривать, что стол надо убрать. Ибо там один беспорядок, шприцы и битые бутылки. Может и сами убрали бы, но однажды приехал экскаватор, и расковырял пол двора. Стол со скамейками бодро своротили в отвал, И начали менять трубы. А столешницу спёр кто-то из работяг.
