— Простите, вам плохо? — спросил я, стараясь говорить спокойно и уверенно, хотя внутри меня уже начинало расти предчувствие чего-то неприятного.

Она ничего не ответила, лишь продолжила смотреть на меня пустым взглядом, пока наконец не поднялась и не двинулась ко мне. Я отступил назад, споткнулся о стул и упал на пол. Она остановилась над мной, наклонилась и... укусила мой ноутбук. Вот это номер, на него кот с утра притащил печень и решил, что это его утро, жадно поедая и размазывая сырые ошметки!

Вот тут-то я окончательно понял, что наступили интересные времена. Ну да ладно, раз уж жизнь решила сыграть комедию абсурда, придётся смеяться вместе с ней. Чёрт возьми, даже мой шеф бы посмеялся над таким поворотом сюжета.

Пока клиентка жевала пластик моего ноутбука, я решил собрать вещи и отправиться домой. По дороге обратно увидел ещё одну женщину, которая вела себя примерно так же, как моя первая знакомая, правда вцепилась она уже в пластиковый пакет из четверочки. Уже позже выяснилось, что такие вот персонажи стали появляться повсюду, молча бродя по улицам и периодически набрасываясь друг на друга.

Пришёл домой, приготовил ужин, включил телевизор и услышал первое официальное сообщение властей:

«Уважаемые жители города, сегодня мы столкнулись с необычным происшествием. Убедительно просим всех оставаться дома и соблюдать спокойствие».

Ох, какое спокойное заявление! Половина страны бегает по улице, пожирая телефоны и компьютеры, а власти призывают сохранять спокойствие! Что за цирк?

Позвонил маме, сказал ей, чтобы закрывалась дома и никуда не выходила. Потом позвонил другу Сергею. Сергей вообще славился своей способностью сохранять хладнокровие в любых ситуациях. Вот и сейчас он ответил коротко и ясно:

— Да-да, знаю, тут рядом парень соседский начал пробовать съесть сосиски в вакууме не распаковывая. Думаю, надо закупиться попкорном и посмотреть, как дальше события будут развиваться.

Это определённо лучшее решение в сложившейся ситуации. Закупаемся попкорном и наблюдаем. Может, дело пойдёт веселее.

Вечером снова посмотрел новости. Там сказали, что ситуация выходит из-под контроля. Кто-то пошутил, что это начало конца света. Другие предположили, что это какой-то новый вирус, который поражает мозг и заставляет людей превращаться в живых мертвецов. Журналисты пытались успокоить население, говоря, что всё под контролем, но сами выглядели нервознее обычного.

Ну что ж, подумал я, значит действительно конец света настал. Это событие нельзя пропустить! Решил записать свои впечатления в этот самый дневник, потому что кто знает, вдруг выживу и смогу написать мемуары. Кот в это время не мигая наблюдал за мной.

Сейчас полночь. За окном слышится шум, кажется, кто-то пытается попасть внутрь моей квартиры. Видимо, моим соседям захотелось попробовать мои макароны с сыром. Интересно, понравится ли им моё фирменное блюдо? Или они предпочитают погрызть стены?

Завтра посмотрю, что будет происходить утром. Надеюсь, утром будет яснее, что именно произошло и почему люди решили устроить такой фестиваль. Пока держусь оптимизма и стараюсь воспринимать происходящее с юмором. Возможно, именно юмор спасёт человечество в этот тяжёлый период.

P.S.: Осторожно проверял содержимое холодильника. Похоже, никто там не прячется. Ура! Завтра точно начну вести хронику первой волны атаки на мой район.

Продолжение следует...

Остаток дня прошел спокойно. Девушки занимались домашними делами. А их хватало. Как минимум, чтобы накормить такую ораву, нужно было постараться. В ход шли все продукты, которые не пережили бы отсутствие холодильника. В доме стоял аромат как в хорошей среднеазиатской чайхане.

Мы же с мужиками занимались небольшой перестановкой мебели, чтобы у всех было спальное место. Естественно, при обустройстве дома я не рассчитывал на такое количество человек, поэтому было решено, что практически весь мужской состав будет спать на полу в зале.

Около 22:00 все разошлись по своим местам, а на полу в зале, спина к спине, лежали Чет, Гек, Енот, ирландский сеттер, Мози, Фил и я. Собака иногда открывала глаза и, увидев перед собой спину хозяина, одобрительно толкала его в затылок и засыпала дальше.

В 06:00, с небольшой разницей, по дому заиграли будильники. Народ постепенно пробуждался, а еще через 30 минут все пили чай с бутербродами, заготовленными с вечера.

Спустя полтора часа, перетащив необходимые вещи и продукты в машины, начали рассаживаться сами. Енот и Гек стояли по разные стороны дороги и контролировали территорию. Все-таки одного зомби рядом с поселком уже встретили.

Колонна у нас получалась большой, транспорта много, после долгих размышлений решили всё же забрать все машины. Да, мы становились менее маневренными и более заметными, но, во-первых, так было комфортнее добираться, так как количество людей и вещей было мягко говоря немалым. Во-вторых, запасной транспорт, пусть и не очень подходящий, лишним не будет.

Я выходил последним. Внимательно проверив, что все закрыто и выключено, остановился на пороге, окинул взглядом родные стены. Стало немного грустно. Конечно, мы уезжали недалеко и, так или иначе, будем сюда возвращаться. Но в этот самый момент, закрыв дверь, мы окончательно прощались с прошлым. Закрывали в доме историю старого мира и выезжали в новую эпоху.

Я ехал головной машиной. Весь салон под завязку был заставлен коробками с продуктами, а на переднем пассажирском месте пристегнут мой походный рюкзак.

Выполняя функцию разведки, выехал на несколько минут раньше, проехал мимо тела зомби, которую вчера подстрелил Мози.

Подъезжая к перекрестку, я ударил по тормозам, нагруженная машина остановилась, постукивая абс, а рюкзак накренился вперед. На перекрестке стояли зомби. Сотни зомби. Изувеченные, окровавленные и бледные существа. Кто-то стоял неподвижно, кто-то медленно шагал, и все это издалека выглядело как жуткий рой. Я оцепенел. Что делать?

В чувство привело какое-то движение в зеркале заднего вида. Посмотрел - наша колонна идет следом. Тут страх дал обратную реакцию. Поняв, что сзади в машинах едут близкие люди, большинство из которых не смогут за себя постоять. Да и что можно сделать против этой толпы?! Организм перезагрузился, мозг включился и заработал в каком-то турбо режиме.

Быстро осмотрел дорогу. Мы не проедем. Слишком большая толпа. Справа, параллельно поселку, проходила новая дорога, направленная в южные районы города. Там стояло несколько мертвецов, но проехать можно было без проблем. В голову пришла мысль, наверное далеко не самая удачная, но время поджимало, да и часть зомби уже обратили внимание на белый кроссовер и начали двигаться в мою сторону.

- Слушайте внимательно, - чуть не криком произнес в рацию. - Впереди большое количество “вставших”. Проезда нет. Я сверну на второстепенку и клаксоном отвлеку их на себя. Как только поймете, что сигналы удаляются, стартуйте и двигайтесь на базу.

- Так, а ты как? - быстро ответил Чет.

- Проеду дальше по дороге, развернусь у “МЕТРО” и догоню вас. Как поняли?

- Поняли, - после секундного молчания донеслось из рации.

Я нажал педаль акселератора, и машина тяжело стартовала. Ближайшие ряды тварей уже шли в мою сторону. Пока сигналить рано, нужно вырулить на прямую. Перескочил бордюр, немного проехал по тротуару и выехал на прямой и длинный участок дороги.

Повернул голову в сторону толпы.

Тело вновь начало парализовывать от страха. Жуткие твари, которые еще недавно были людьми, шли на меня. Надавил кистью на центр руля, и громкий звук клаксона разнесся по окрестностям. Отпустил тормоз. Машина потихоньку покатилась вперед. Я крутил рулем, задавая зигзагообразную траекторию и делая небольшие паузы, продолжал давить на сигнал.

Спустя полминуты увидел, что рой пришел в движение. Окровавленная, гниющая толпа шла на меня. Выровнял машину и медленно поехал прямо по дороге, уводя толпу за собой.

Дорога ушла немного под уклон, а мертвецы растянулись на всю ширину дороги, стало невозможным оценить насколько освободился перекресток.

- Ну, они вроде идут за мной, - сказал в рацию и в очередной раз надавил на сигнал. - Но не могу понять, освободился проезд или нет

- Я выдвинусь и посмотрю, - прозвучал голос Фила.

Он на своем полноприводном Субару шел вторым в нашей колонне.

Продолжая медленно двигаться по прямой, заметил впереди проблему. Примерно в ста метрах, на дороге, стояли два зомби. Объехать не было проблемой, но с той скоростью, с которой ехал я, они могли спокойно дойти до машины. Оставалось надеяться, что наши смогут проехать.

50 метров... Они увидели меня и, медленно вышагивая, стали приближаться. В рации тишина.

До мертвяков оставалось метров 10. Пожилой мужчина в потрепанной временем одеждой и мальчишка лет десяти в футболке с изображением популярного персонажа MARVEL и в широких шортах. Даже отсюда было видно, что часть его икроножной мышцы отсутствовала. Рация молчала. Почему молчат? Все ли там нормально?

Мальчик шел прямо на меня, а пожилой приближался с правой стороны. С левой стороны, разделяя полосы, пролегал зеленый островок с высокими бордюрами. Если вскарабкаться на бордюр было не так сложно, то шанс застрять на газоне был высок. Загруженный автомобиль на  переднем приводе не внушал уверенность, что справится с этой задачей.

Удар. Повернулся направо и увидел, как пожилая мертвая тварь зацепилась рукой за стойку “лобовухи” и головой бьется в пассажирское окно. Еще удар и на стекле появилась “паутина”. Удар спереди. Перевел взгляд туда и понял, что забыл о мальчике, который ударился о капот, но, не сумев зацепиться, упал под машину. Через мгновение, задние колеса во что-то уперлись, и я почувствовал, что машине нужно помочь преодолеть это препятствие. Нажал на “газ”. Машина подпрыгнула. Еще удар, и боковое стекло осыпалось. Салон наполнился скулением.

- Можно проезжать. Только быстро! - сквозь обезумевший от страха мозг прорезался голос Фила.

И в этот момент я вдавил педаль “газа”, боясь даже повернуть голову направо.

"Чери", немного шлейфанув, вцепился в асфальт, резко ускорился. Через мгновение боковым зрением я заметил, как пропал силуэт мертвяка. Единственным желанием было не останавливаться. Ехать, ехать, ехать. Неважно куда, главное подальше от этого места.

- Колонна проехала, Док, - немного с помехами проговорил Фил. - Ты как?

- Да нормально, - ответил я и понял, что во рту очень сухо. - Минус боковое стекло, но в остальном все нормально. Я в объезд, а вы дуйте на базу.

- Может подождать тебя? - вклинился голос Гека.

- Нет. Все хорошо. Вам нужно быстрее довезти своих.

- Ага! Я понял, мужики! Этот “жук” забрал большую часть еды и со словами “я открою свой собственный отель” швырнул нас, - смеясь продолжил Гек. - А если серьезно, то давай аккуратнее. Не задерживайся. Связь еще работает, так что, звони если что.

- Хорошо. Скоро увидимся, - ответил я.

Вскоре после поворота налево показался большой гипермаркет “МЕТРО”. Большое синее здание с желтыми надписями возвышалось на пустыре, а напротив в ряд стояли многоэтажки. Стоянка гипермаркета была частично  заставлена автомобилями, но людей видно не было. Зато были мертвяки. Они стояли среди машин, медленно и бесцельно бродили по стоянке. Несколько зомби стояли на дороге и около домов. Они поворачивали головы, услышав звук двигателя, и провожали взглядом.

Только сейчас до меня долетела пугающая мысль. Если столько мертвяков было около поселка, если стоянка кишит этими тварями, что дальше?! Сколько их на дороге, которая идет ближе к многоэтажкам и которая является моим единственным реальным шансом вырваться из города?!

Я практически прильнул к лобовому стеклу, всматриваясь вперед. Проехав дальше понял, что не зря боялся. На широком перекрестке “гуляли” и стояли сотни этих чертовых тварей.

“Я в ловушке,” - промелькнуло в голове. И второй раз за небольшой промежуток времени адреналин хлынул в кровь. Судорожно  осматриваясь, пытаюсь найти решение, как проехать через эту толпу. Смотря по сторонам увидел, что часть зомби со стоянки гипермаркета выдвинулись в мою сторону.

- Да идите вы нахер! - выкрикнул я.

Злость вытеснила страх. Какое-то бешенство от безысходности охватило меня.

Повернув руль вправо, аккуратно запрыгнул на тротуар. До перекрестка метров двести. Ускорился. Пару раз пришлось увернуться от стоящих на месте тварей.

Перекресток приближался. На дороге все кишело зомби, а на пешеходной дорожке и на другой стороне их было куда меньше.

Подъезжая, разглядел, что в одном месте бордюр был скошен специально для велосипедистов и мамочек с колясками, но рядом стоял зомби. Ускорился еще. Как только передние колеса коснулись асфальта, вывернул руль, пытаясь увернуться от мертвяка, но влетел в него правой стороной. Удар. Тело отлетело в сторону, а капот с той стороны чуть приподнялся. Впереди еще несколько тварей. Проехал одного, но он снес боковое зеркало с левой стороны, а второй сделал шаг вперед. Удар, и тело твари влетело в лобовое стекло, оставив черный след, а  по “лобовухе” пошла “паутина”.

Видимость стала почти нулевой. Еле-еле смог разглядеть, куда я еду. И в последний момент заметил, что на этой стороне тротуара заезда для колясок нет. По какой-то непонятной мне логике, ответственные за это люди решили, что выехать на дорогу коляска может, а вот заезжать уже не будет.

Сильный удар колесами о бордюр. Спустя мгновение второй удар, уже задней парой.

“Нихрена не видно!” - кричал я про себя. И при этой мысли сбил еще одну тварь, стоящую четко по центру тротуара.

Наверное, обезумев окончательно, открыл боковое стекло со своей стороны и высунул голову. В последний момент вырулил от очередного мертвяка. После перекрестка количество зомби сильно убавилось. Заметив, где тротуар вплотную прилегает к дороге и не сбавляя скорости, свернул обратно на дорогу. Машину тяжело тряхнуло. Дальше должно быть легче. Широкая дорога там идет через огражденную территорию большого парка, и зомби должно быть меньше.

По салону раздался короткий повторяющийся сигнал. На электронной панели светилась надпись - “низкое давление в шинах”, а на изображении автомобиля красным подсвечено переднее левое колесо. И только сейчас я почувствовал, что удерживаю руль, норовящий ускользнуть в сторону.

- Да бл…! - почти сорвав голос выкрикнул я и продолжил давить на “газ”.

Машина как чувствовала, в какой жопе мы оказались, и гнала вперед. На сколько хватит пробитого колеса, я не знал, но точно понимал, что нужно уехать отсюда, как можно дальше.

Еще зомби. Повернул руль и “китаец” нехотя объехал мертвяка. Очередной перекресток, но на нем практически никого. Сильно сбавив скорость повернул налево. После поворота автомобиль уже не так резво набирал скорость, а я слышал звук сдутой покрышки.

И вот длинная прямая. С правой стороны, на несколько километров, растянулся высокий, серый, шумозащитный забор, а справа из-за деревьев торчали крыши садовых домиков, защищенных сварным ограждением. Двигатель гудел, будто крича мне о том, как ему тяжело, и спустя 10 минут резко сбросил обороты до минимума. Стрелка тахометра зафиксировалась на 10 км/ч, а на экране сначала высветилась надпись “низкий уровень охлаждающей жидкости”, а спустя ещё несколько секунд сменилась на “возможен перегрев двигателя”.

Мне казалось, что порыв гнева разорвет меня. Следом за гневом пришло чувство безысходности. Ехать дальше не могу. Ставить запаску в такой ситуации - тоже не вариант. И как апогей - скорее всего вытекла вся охлаждающая жидкость, и перегрелся движок. Понедельник день тяжелый…

Нужно звонить своим, чтобы забрали меня, да и продукты бросать не хочется.

Но, пока что звонить не буду. Нужно чтобы они сначала спокойно добрались до базы, а это примерно час. Нужно продержаться 60 минут и не пополнить компанию новому виду существ.

Единственным вариантом укрытия были сады. Припарковал машину на встречке и внимательно осмотрел территорию ближайших садовых участков за забором. Вроде никого. Покрутил головой вокруг себя. Зомби все также стояли далеко и, на мое счастье, не обращали никакого внимания на меня. Тянуть нельзя. Нужно выходить.

Отстегнул ремень безопасности, освободив рюкзак, тихонько открыл дверь и вышел из машины. Не без труда вытащил рюкзак через водительское место. Под водительское сиденье положил бесконтактный ключ, иначе, отходя от машины, она автоматически встанет на сигнализацию, издавая пищащий звук.

Подошел к забору и, немного вскарабкавшись на него, перекинул рюкзак, стараясь как можно аккуратнее и тише уронить его на землю. Через пару секунд уже и сам оказался на территории СНТ, названия которого я точно не помнил, но связано с фамилией какого советского ученого. Между внешним забором, через который я перелез, и ограждением участков было расстояние примерно полметра. Где-то ограждения были выше меня ростом, а где-то не доходили и до колен.

Медленно дойдя до невысокого забора, перешагнул и пошел вглубь сада. На участке стоял  одноэтажный домик красного цвета с пристроенной, покосившейся верандой.

Слева вытянулись две теплицы, окруженные аккуратными грядками. Рядом с закрытой на замок калиткой стоял небольшой металлический сарай.

Дверь веранды оказалась закрыта на простой крючок. Открыв её с небольшим скрипом, я прошел к дому, вот тут уже висел амбарный цилиндровый замок. На удачу потянул задвижку в сторону. К моему большому удивлению, она поддалась.

“Ну, где-то должно было повезти,” - подумал я.

Деревянная дверь плотно прилегала к дверной коробке. Пришлось резко дернуть. Издав громкий щелчок, она открылась, и я прошел внутрь. В нос ударил типичный запах садовых домиков и пыли. Я попал на небольшую кухню. Тут стоял разделочный столик, холодильник “Памир”, и небольшой шкафчик, напичканный разномастной посудой. Отодвинув шторку, зашел в комнатку. У дальней стены был раздвижной диван, а напротив него тумбочка, на которой разместился старый телевизор “Рекорд ВЦ - 311”. А ведь в свое время за ним охотились почти все жители “Советов”.

Положив рюкзак на диван, вернулся к выходу и постарался максимально тихо закрыть дверь. Совсем тихо не получилось. Внутри также висел крючок, которым я зацепил металлическую петельку, и пошел внутрь. Сел на диван и достал телефон.

09:17. Наши должны приехать на базу где-то к 10:00. Нужно просто переждать. Напрягало то, что не было никакого оружия, кроме охотничьего ножа, висевшего на ремне. Всё, что у нас было, мы распределили по машинам, где находились люди.

До меня долетел еле уловимый звук, будто кто-то шёл по щебенке. Вновь холодок пробежал по спине. Я положил телефон на табуретку, стоящую у дивана, и подошел к небольшому окну на кухне, немного отодвинул шторку и пытался разглядеть, что происходит на улице.

Окошко выходило на веранду. И хоть верхняя ее часть была застекленной, но висевшая на ней кисея мешала четко разглядеть происходящее. Но того, что смог разглядеть мне хватило.

Рядом с калиткой стоял мертвяк, судя по всему мужчина, но он явно не знал, что делать дальше. Тварь смотрела в сторону домика и почти не двигалась. Видимо его привлек звук двери, по крайней мере, я надеялся на это, потому что, если у них было такое обоняние, то у человечества нет шансов, как и у меня. Я замер и не моргая следил за мертвяком.

Еще шаркающие шаги. И через несколько секунд появился еще один мертвяк, на этот раз крупная женщина в длинной юбке. Дошагав до своего “коллеги”, она встала за его спиной и смотрела куда-то в сторону. У меня начала затекать спина, но я боялся пошевелиться. Около десяти минут они так и стояли. Первой начала двигаться женщина, она шаркая пошла дальше по дороге, и через секунду в другую сторону пошел и мужчина. Я выдохнул.

- Нехрен вам тут делать, - себе под нос произнес я.

Сделав очередной шаркающий шаг, нога зомби-мужика угодила в сливную траншею, идущую вдоль забора. Нога подкосилась, и он неуклюже, словно манекен, упал прямо на дверцу калитки и она открылась. Все также неуклюже он поднялся, медленно осмотрелся и….пошел по дорожке вглубь участка.

“Да твою мать,” - орал я про себя.

Но на этом “сюрпризы” не кончились. Скрипучий звук, с которым распахнулась калитка, привлек внимание зомби-женщины. Она повернулась и зашагала к своему другу.

Через полминуты во дворе сада были уже два мертвяка. Мне казалось, что они могут услышать мое сердце, которое билось в невероятном темпе и хотело выпрыгнуть из меня. Я не знал, что делать. С одной стороны, хотелось закрыть шторку, чтобы меня не заметили, а с другой - было страшно уходить в неизвестность, теряя их из виду.

Они медленно вышагивали по резиновому настилу дорожки, приближаясь к домику. Я все-таки закрыл шторку. В какой-то момент до меня донеслось слабое и жуткое скуление.

Прошло еще около десяти минут. Все это время сидел прижавшись к стенке и пытался по звукам определять, где они находятся. Кто-то из тварей прогуливался около веранды, а второй пошел вдоль дома и вскоре звуки пропали.

Бззззз…бзззззз

Резко посмотрел в сторону комнаты.

Бзззз…бззззз. Звук вибрации громко разносился по домику.

Телефон! Я оставил телефон в комнате и сейчас увидел, как он играючи двигается по деревянной поверхности табуретки, которая резонируя только усиливала звуки.

С улицы донеслось скуление. Оно стало громче.

Я, стараясь сделать все максимально тихо, добрался до телефона и нажал боковую клавишу. Вибрация прекратилась, а на экране высвечивалось “Саня Мози”. Сбросив звонок, я прислушался. Скуление доносилось со стороны веранды. Открыл Телеграм, нашел в контактах Мози и тут же быстро начал набирать сообщение:

“Не проехл зомбаков. Машина не на ходу. Сейчас закрылся в саду. У меня 2 зомби около дома. Геолокацию вышлю”. Потом нажал значок скрепки - геопозиция - транслировать геопозицию. Проверил,что перевернутая красная капелька на экране точно определила мое местоположение, заблокировал телефон и убрал в пустой кармашек разгрузки.

Раздался звук разбитого стекла со стороны веранды. В несколько шагов дошел до окна и в щелку между шторкой и стеклом увидел, как та самая мертвая женщина, точнее бабушка, пробив головой стекло, пыталась пролезть дальше. Она перевалила верхнюю часть тела внутрь веранды и я увидел, как осколки, оставшиеся в раме, врезаются в гнилое тело. Бледное, изрезанное и изуродованное лицо, открыв рот, снова издало протяжный звук, будто у астматика начался приступ.

И через секунду разлетелось стекло в комнате. Резко обернулся. В маленьком окошке торчала голова второго мертвяка. Небольшая оконная рама не давала ему просунуть руки. Из-за перевеса, он насадился кадыком на торчащее стекло, но все равно  пытался пропихнуть себя внутрь.

Дальше мое тело действовало само. Я чувствовал себя зрителем, помещенным в голову персонажа. Пошел к торчащему в комнате зомби, параллельно достав охотничий нож. Схватил его за волосы и начал наносить колющие удары ножом, стараясь попадать в глаза. В один момент волосы остались у меня в руке, но я продолжал. Я видел, как нож почти по рукоятку заходил ему в голову. Удар за ударом. В один момент голова мертвяка обвисла, на пол начала стекать темная жидкость. Я остановился. Посмотрел на свои руки испачканные этой черной дрянью.

Удар в дверь. Старая мертвая тварь все-таки пролезла внутрь веранды и начала биться в дверь. Забежав обратно на кухню, огляделся и увидел холодильник. Бросив нож на разделочный стол, схватил холодильник и потащил его к двери. Еще удар. Ножки холодильника цеплялись за старый ковер. Удар. Чертова старуха била с такой силой, что саморезы, удерживающие крючок, норовили вылететь в любой момент. Я уронил холодильник на пол и его “крышей” прижал дверь. Удар. Старенькая техника сделал свое дело, дверь не открылась.Скуление и опять удар.

Схватил нож и стал осматривать кухню. Я надеялся найти хоть что-то больше испачканного ножа в моей руке. Шкафчик набитый всякой посудой. Подбежал к нему, открыл обе створки. Наверху не очень аккуратно была сложена посуда, а внизу стоял ящик, в котором виднелись приборы. Резким движением я выдернул его и перевернул, осыпав содержимым пол. Вилки, поварешка, ложки, несколько ножей, но которые сильно уступали моему в размерах.

Удар. Я шурудил руками, разгребая бесчисленное количество вилок и ложек, и увидел его - небольшой кухонный топор с молотком для отбивания мяса. Взяв нож в левую руку, схватил топорик и подошел к двери. Холодильник делал свое дело, тварь не могла открыть дверь, но старое дерево не выдерживало ударов и начало хрустеть.

“Сколько же в тебе силы, тварь?” - подумал про себя.

Еще удар, и дверь не выдержала. Верхний левый угол с хрустом надломился. Еще удар, и кусок двери упал на холодильник, а в дом заглянула жуткая рожа мертвой старухи. Увидев меня, она издала это чертово скуление, которое начало раздражать куда больше, чем пугать, и попыталась протиснуться в появившееся пространство.

Ждать, пока она доломает дверь и попадет в дом, было плохим вариантом. Я специально смотрел ей прямо в серые без зрачков глаза, чтобы побороть страх. И спустя несколько секунд двинулся к ней. Она просунула в дом голову и правую руку, которой пыталась ухватить меня. Дождавшись момента, я замахнулся топором.

- Х.ли тебе нужно, тварь!!! - заорал я и резко опустил топорик, пробив ей череп, но видимо не задев мозга.

Старуха застонала  и продолжила хватательные движения рукой.

- Сука! - я с усилием вытащил топорик и снова замахнулся. - Сдохни бл.ь!

Топор вонзился в лобную кость. “Голова” топора торчала из головы твари, а топорище осталось у меня в руке. Старуха продолжила прорываться в дом.

- Да бл.ь! - заорал и перехватил нож в правую руку.

Сделал подшаг влево, чтобы удобнее было наносить удары и начал сбоку бить так сильно, насколько позволял организм. Ярость и адреналин перекрыли усталость. Я даже не мог понять, сколько раз я вонзил нож. Тело старухи повисло на двери, ее и без того гнилое лицо превратилось в месиво. Но главное - она не двигалась. Наступила тишина. Чувство усталости резко накатило на меня, и я осел на пол. И тут в нос ударил жуткий запах гнили. Успел повернуться на бок, и меня стошнило. Я встал, еще раз посмотрел на старуху, аккуратно отодвинул шторку и посмотрел в окно. Никого. Пока никого.

Прошел в комнату и сел на диван. Только сейчас понял, что все это время в руке нож. Отложил его в сторону и посмотрел на руки, сильно испачканные той самой темной жидкостью, которая сочится из зомбаков. Меня охватил страх. А что если я поранился, пока бил тварей ножом, и жидкость попала в организм. Вдруг я заразился.

Быстро вытер руки об диван, чтобы счистить основное количество этой дряни, открыл головной кармашек рюкзака и достал влажные салфетки. Не жалея очистил руки как мог и начал разглядывать на наличие ран. Ни порезов, ни моей крови видно не было, но я не мог успокоиться. Пытаясь прислушаться к своему организму, не начались ли какие-то изменения, снова полез в рюкзак и достал небольшую, походную аптечку. Вскоре держал в руке пластиковый флакончик с надписью “перекись водорода” и еще через секунду обильно поливал свои руки.

Насколько это правильно и рационально - мне было плевать. Я просто хотел это сделать и успокоиться. Снова достал влажные салфетки и хорошо протер руки, но никаких порезов так и не увидел. Сел на пол и закрыл глаза. Тут прохладнее, свежее, а мне  очень жарко. Голова кипела, сердце не переставало учащенно биться.

Бзз..бзз. Телефон два раза быстро провибрировал. Наощупь достал телефон и открыл глаза. Девять непрочитанных сообщений и три пропущенных. Мне почему-то было лень просматривать все и я просто открыл последнее сообщение. Оно было от Мози: “Мы рядом. 30 мин примерно. Дай обратную связь”. Плохо попадая по символам написал: “Жду,” и нажал отправить.

Все время так и сидел на полу, опершись спиной на диван, почти не двигаясь. Один раз дотянулся до бокового кармана рюкзака и достал флягу с водой. Сделав пару глотков, положил голову на диван и просто ждал, вслушиваясь в тишину.

Спустя сорок с лишним минут до меня донеслись звуки двигателей. Достал телефон и позвонил Мози.

- Это вы подъезжаете? - спросил я, как только Мози взял трубку.

- Да. Подъезжаем к твоей машине.Сам выйдешь к нам или нужна подстраховка?

- Подожди, - и подошел к окну на кухне.

Никого. Затем осмотрел участок через окно в комнате, поверх лежащего в нем трупа. Никого.

- Я сам. Чисто.

Прошел на кухню, отодвинул холодильник, который показался мне гораздо тяжелее, и дверь открылась, а старуха рухнула на проходе.

Закинул рюкзак на плечо, не без труда переступил тело.

- Тварь, - плюнув на нее, вышел на улицу, и свежий воздух какой-то невероятной приторностью ударил по легким.

Быстро дошел до забора и через мгновение оказался среди друзей. Как же рад их видеть…Снова увидеть.

- Док, етить его, - произнес с улыбкой Гек. - Что на страйке в одного любишь побегать, что сейчас. Тебя кто так испачкал? - он указал на мое лицо и одежду.

Пока перегружали из моей машины продукты, я вкратце рассказал все: с момента как отвлекал зомби и до садового домика.

- Ну, я думаю, команда меня поддержит, - загадочно сказал Енот. - Что позывной Доку придется сменить.

Все вопросительно посмотрели на него.

- Ну, он же Раскольников! - и разразился громким смехом. - Ты по что процентщицу топором грохнул, ирод!

Тут засмеялись все, включая меня. Необычное чувство, когда ты смеешься, но при этом осматриваешься, не привлекли ли внимание.

Перегрузив продукты, попрощался со своим “китайцем”, все-таки спасшим мне жизнь, и мы выдвинулись на базу. Как только сел к Филу в машину, меня вырубило. Когда открыл глаза, мы уже подъезжали к воротам турбазы “Ветерок”.

Продолжение следует...

Перед залом две раздевалки: одна для девочек, другая для мальчиков. Я подошел ближе и притаился. Мне показалось, что в одной из них какой-то шум. Точно! Там кто-то ходил. Шарканье обуви по бетонному полу было отлично слышно.

— Эй, кто там? — спросил тихонько я.

Подошел к двери и увидел, что между ней и противоположным простенком в распорку стоит железная скамейка. Такие в вестибюле стояли, видимо, для переобувания в сменную обувь.

Вот тут я и сглупил, почему-то мне показалось, изнутри ответили. Пробурчали что-то невнятное и голосом, похожим на человеческий. Короче, вынул я с проема скамью и не успел ее поставить на пол, как дверь резко открылась и из темноты на меня набросилась пожилая женщина. От неожиданности я упал и попятился назад, тут же уперся спиной в чугунную батарею и нервно стал искать дробовик на плече.

Это была бабка. По всей вероятности, техничка. До эпидемии нажимала на кнопку звонка, объявляя тем самым начало урока или перемены, а в остальное время мыла полы. Зомби с наполовину разложившимся лицом старухи в синем рабочем халате и, как ни странно, со шваброй в руках.

Женщина зарычала, словно собачонка, бросила швабру, прыгнула на меня и потянулась гнилым ртом к моей шее.

Признаюсь, поначалу сильно испугался, даже на какое-то время забыл, что нужно дышать. Но когда зомби-техничка хотела меня сожрать, я рассмеялся. И подумал тогда, как хорошо, что у нее уже нет зубов, а вставную челюсть где-то потеряла.

Я уперся руками ей в грудную клетку и не давал достать до желанного места. Затем подсунул колено и уперся уже ногой, освободив руку. Нащупал своё автоматическое ружьё и даже умудрился снять его с предохранителя.

Еще несколько секунд, и я бы ударил ее прикладом, затем, возможно, встал и выстрелил в голову, потому как лежа в таком положении несподручно, да и отдача могла бы сыграть злую шутку. Но этого делать не пришлось. В висок зомби-уборщицы воткнули нож с красивой резной ручкой по самую гарду. Бабка захрипела и тут же обмякла, рухнув на мою выставленную в согнутом состоянии ногу всем телом. Бородатый мужчина вытащил нож, вытер его об собственные штаны и протянул мне руку.

— Ты кто такой? — спросил меня бородач. — Очередной смертник, которого послала моя дочь?

— Так ты и есть Александр? — уточнил я, протянул в ответ руку и поднялся на ноги. — Верно, за тобой пришел. А почему смертник?

— Лучше расскажи, зачем бабку выпустил? — расхохотался отец Анечки. — Ты хоть знаешь, сколько стоило мне сил ее там запереть?

— Да знаешь, в общем... — промычал я в ответ, не зная, что ответить. — Ай, ладно, было и было.

Махнул рукой и, наверное, в тот момент покраснел. По крайней мере, почувствовал, как горят щеки.

— Уходим отсюда, — скомандовал Александр. — Тут небезопасно.

Мужчина выдвинулся вперед в кабинет директора. Я следом за ним.

Внутри было две комнаты. Первая проходная, здесь работала бухгалтер или секретарь, может, завхоз или что-то вроде этого. Далее сам кабинет директора.

— Вот тут я и живу почти месяц, — сказал папа Ани, запирая изнутри железную дверь на вертушок. — В целом неплохо. Диван есть, и даже почитать — вон целая полка книг. Из школьной библиотеки припер. Только по ночам прохладно.

Мы сели на диван, Александр налил мне стакан воды и, протянув, спросил:

— Так, значит, говоришь, зовут тебя...

— Лопата... То есть... Антон Лопатин.

— Понятно, Антон, очень приятно, — улыбнулся бородач.

— А почему, — не удержался я и спросил. — Вы все немного похожи? Шесть здоровяков с бородами, и ты седьмой. Ну копия, как они.

— Ну всё правильно, мы и должны быть похожи, — не переставал улыбаться мужчина. — Мы же братья. Тебе что, Аня не сказала?

— Нет, — ответил я и взял в руки свой рюкзак. — Мне тут с собой собрали провизии. Ты ешь, если голоден.

Александр взял в руки банку консерв, открыл их, потянув за колечко, и разделил ножом, тем самым, которым только что укокошил зомби-пенсионерку, ровно половину порции тушенки.

— Божественный запах, — замурчал бородач, попробовав тушеное мясо прямо с ножа. — А я, дружище, питаюсь тут чем попало. Первое время свои запасы подъедал. Потом терпел сколько мог. Была мысль, что в столовой должно чего-нибудь остаться, но там были зомбаки. Штук пять или шесть, уже не помню. Боялся туда соваться, но вскоре голод проявил себя. Размозжил им бошки табуреткой. Тут стояла, не знаю зачем, может, цветы поливали с нее на шкафу. Горшки же стоят.

Я даже не помню, как это произошло. Очнулся уже в столовой на полу, а вокруг лежат они готовенькие. Ничего вкусного, конечно, не нашел. Зато целый мешок макарон. Хорошо, что вода в кране есть. Размачивал и ел. Слава богу, приправ разных полно и соль. Вот такие дела, дружище.

— А где все остальные? К тебе посылали на выручку бродяг. — спросил я, уплетая свою половину банки.

— С ними случилась беда, — ответил Александр, облизывая лезвие ножа. — Это сейчас я книги сюда принес. Теперь читаю на диване. Делать-то все равно больше нечего. А раньше прямо в библиотеке сидел. Она на втором этаже, но здесь есть короткий путь. Напротив двери в столовую есть лестница. Так там прямо рядом.

Так вот, случалось так, приходили они, когда я был наверху и, естественно, ничего не слышал. Шли прямо в спортивный зал, ну а там их ждала неминуемая смерть.

— Так что в том зале? — заинтересованно спросил я. — От чего этот барьер, наводящий ужас вокруг школы? И самое главное, почему ты отсюда не выходишь?

Бородатый мужчина встал, вытер рот какой-то тряпкой и, поглаживая живот, посмотрел в окно кабинета.

— Ты же уже видел того зомби в детском саду? — начал рассказ Александр. — И он наверняка тебя вырубил? Конечно, вырубил, иначе ты бы не встретился с Анечкой. Тогда ты должен понимать, что в этом районе творится что-то неладное. Таких зомби, как тут, больше не видели нигде. Крикуны, Баюн, да и простые не похожи на остальных. Быстро бегают, мгновенная реакция и слух. Сильнее других и, я бы сказал, голоднее. Этот район огородили не просто так. Тут что-то есть. Не знаю пока что, но оно заставляет зомби мутировать. Может, отсюда и пошла вся эта дрянь, от которой заразились люди.

Дело в том, что в спортивном зале заперт зомби. Там директриса... Жирная баба, килограмм так сто пятьдесят. Это от нее идет такой психологический фон. Да такой силы, даже люминесцентные лампы начинают моргать зеленоватым светом на потолке зала. Это мерцание мы и видели из садика. Вероятно, и барьер — дело ее рук. Запер выход от греха подальше, подпер железным ящиком, а то ещё кто придет и прямиком к ней на ужин. Близко к ней не подойти, я пробовал. Хотел вырубить табуреткой, как тех в столовой. Бесполезно. Сразу фляга начинает свистеть. Берет твой разум под свой контроль, и вот ты уже, как послушный мальчик, сам идешь к ней в цепкие лапы. Первый раз еле ноги унес.

— Так а не выходишь почему из здания? — не выдержал я.

— А ты что, разве не слышишь ее? — удивился Александр. — Она залезла ко мне в мозги и разговаривает. Ты тоже должен это слышать. Нет? Странно.

— Что она говорит? Слова различимы?

— В том-то и дело, — грустно ответил мужчина. — Директриса днем и ночью мне твердит, если уйду, то она сведет мою Анечку с ума. Расплавит ей мозг. И ведь может, ты же сам почувствовал силу ее барьера. Только книгами и спасаюсь. Когда читаю, голос пропадает.

***

— Да он попросту спятил, — раздался голос одного из бродяг, лежащего на скамье вдоль стены в зале ожидания станции Бякино. — Сбрендил и всё. Поэтому и мысли такие были, что с дочерью беда случится.

— Ага, чокнешься тут, — ответил другой выживший бродяга. — Когда каждый день приходится бок о бок находиться с зомбаками. Это у нас тут их не очень много, а там? Я бы сам сорвался, не выдержал бы.

— Да брехня всё это, — рассмеялась мама маленькой девочки. — Сказка для маленьких детей. Не бывает никаких Крикунов, Баюнов и тем более Директрис с каким-то там фоном.

— Нет, правда, — заступилась за Антона Ю. — Я собственными глазами видела Крикуна, и не где-нибудь там далеко, а тут рядом, в двух километрах. Маша тоже видела, подтверди.

Мария молча одобрительно кивнула.

— А я дяде Лопате верю, — весело звонким голосом произнесла девочка и залезла к Антону на колени.

— Ну еще бы, — ухмыльнулась ее мамаша. — За леденец ты и не в такое готова поверить.

Продолжение следует...

Если интересно, еще книги тут.

Начало.

Компания шла по тропинке через лес, всё дальше и дальше отдаляясь от станции.

— Слушай, с тобой же баба была, — воскликнул Мультик, всплеснув руками. — Точно, жена... Маша вроде зовут? Она жива?

— Жива... — сухо ответил Сережа, не желая рассказывать никаких подробностей.

— Ну слава богу.

Мужчины прошли еще несколько минут молча. Мультик вдруг остановился и, с недоверием посмотрев на Бориса Валентиновича, тихонько сказал Сереже:

— На самом деле не все умерли. Это я при Сидоровиче не стал. Понимаешь, я у него на хорошем счету, и не хотелось бы ворошить прошлое. На самом деле видел в одном из убежищ, в километрах тридцати на восток, Толяна и Мокруху. Захожу, а там они сидят в карты играют. Ну, думаю, приплыли. Ты ведь и их не помнишь?

Сережа ничего не ответил и лишь пожал плечами.

— Ну да, понятно, — улыбнулся Мультик. — Повезло, не увидели меня. Я не стал дожидаться и свалил. Получается, что могли и остальные выжить. Видать, разбежались в разные стороны.

Приятели вышли из леса, и перед ними открылся вид на небольшое поселение домов в десять.

— Пришли, — буркнул Мультик и протянул руку вперед. — Это моя зона ответственности.

— Чего? — ответил Серёжа.

— Эту деревню еще при Михалыче зачистили от зомбаков. Поставили вокруг столбы и натянули между ними проволоку. Поселили работников, а меня старшим поставили. Вон тот дом с краю мой. Я у них вроде как председатель.

Настя, увидев дома, быстро смекнула, что дети там, и не смогла с собой совладать. Девушка заплакала, бросилась вперед, дабы наконец-то их увидеть и обнять.

— Вот глупая, провода же под напряжением, — тихо пробормотал Мультик. — Куда понеслась сломя голову?

Сережа машинально поднял руку вверх, что означало для напарника, что впереди опасность, и, сбросив розовый рюкзак и ружье, побежал за Анастасией. Парень кричал ей, но та ничего не слышала и продолжала бежать.

Тогда Сережа собрал все свои силы и, словно хищник, преследующий свою жертву, как можно ближе подбежал к Насте и прыгнул на нее сзади. Молодой человек повалил девушку на землю весом своего тела. Та лежала в двух метрах от натянутой проволоки и не понимала, что происходит, в голове были только ее мальчики, и ни о чем более она не могла думать. Сережа лежал сверху и отчаянно пытался отдышаться. Ему не хватало кислорода и кружилась голова. Парень перекатился в бок и лег спиной на землю.

— Я же пошутил, — подошел Мультик и поспешил оправдаться. — Нет никакого электричества. Верней, есть, но генератор включаем только в редких случаях. Когда зомби ломятся, например, или другие какие незваные гости. Топливо же дорогущее. Я вообще не думал, что ты услышишь мои слова.

Борис Валентинович подошел к напарнику и, нагнувшись, протянул руку, дабы помочь ему встать.

— А я тебе говорил, бегай по утрам, — добрым голосом по-отцовски произнес наставник. — Дыхалка ни к черту, а если от зомбарей придется убегать? Мотай на ус.

Сережа встал и помог подняться Насте.

— Проходите, — пригласил Мультик, поднимая проволоку над землей.

Друзья пригнулись и вошли в периметр. Из-за бревенчатого дома выбежали двое мальчишек и с радостными криками бросились на шею молодой женщины.

***

Станция Бякино. Вечер. Стемнело.

Дрова потрескивали в железной печке. Пламя из открытой дверцы немного освещало зал ожидания. Вокруг стола на лавках собрались выжившие бродяги и бродяжки. Лопата сидел во главе и собирал на себе любопытствующие взгляды. Маша и Ю стояли рядом друг с дружкой и, оперевшись спинами на деревянную стену каморки, наблюдали за порядком со стороны.

— Дядя Лопата, расскажи нам какую-нибудь историю, — попросила маленькая девочка и тут же спряталась под мамину куртку.

— Да, расскажи нам, чего повидал, — поддержали взрослые. — Скучно сидеть в полумраке.

Маша сходила в свою комнату, принесла толстую свечу, поставила в центр стола и подожгла спичкой.

— Шикуете, — цокнул языком Антон Лопатин. — Не думаете совсем наперед. Свечку спичками зажигаете, хотя можно было бы от печки пожечь. Скоро все кончится. Ресурсы, которые были произведены человеком, не бесконечные. Уже сейчас за них идет в прямом смысле война.

Сказать по правде, я был приятно удивлен, когда вышел на вашу железную дорогу. Такого, как здесь, больше нигде нет. Люди тут... Не совсем прогнили, что ли. Что-то человеческое в вас осталось. А уж станция эта... Да мне никто не поверит, если расскажу, что нашел убежище, где бесплатный ночлег, еда и вода. Можно согреться и безопасно высушить свое снаряжение. Коммунизм, одним словом. Поэтому и я внесу свою лепту.

Мужчина, не вставая, поднял с пола свой тяжелый камуфлированный рюкзак и, положив его на колени, принялся что-то искать внутри.

— Во, — восторженно произнес Антон и с характерным звуком железа о дерево выставил на стол три жестяные банки консервов. — Это в фонд особо нуждающихся.

Бродяги обрадовались, некоторые стали облизываться, другие протягивать руки к внезапно появившейся еде. Мария тут же подскочила и быстренько забрала провизию себе.

— Сказано же, нуждающимся, — нахмурила брови смотрительница. — Ишь, ручонки повыставляли. — Маша отнесла консервы и обратилась к опытному выжившему: — Обещаю распорядиться по совести.

Лопата в ответ кивнул и продолжил говорить:

— Так вот такого нигде нет, а много где бывал. Люди за банку тушенки готовы убить друг друга. И, скорей всего, эта участь ждет и вас. Вопрос только во времени. Ну да ладно, желаете историю? Будет вам история.

Взял я как-то у одного барыги заказ. Всё подряд стараюсь не брать. Только сложную и опасную работу. За такую и платят прилично, и конкуренция практически отсутствует. Нужно было достать лекарство. Непонятно где. Заказчик написал название на бумажке и поклялся, что оно не редкое и до эпидемии можно было купить в любой аптеке. Его дочка болела с рождения и без него сильно мучилась. Отец не мог без слез на это смотреть и пообещал золотые горы, если добуду.

Я знал, что барыгам нельзя верить и все их слова нужно делить на четыре. Любят они это число.

— Кстати, — прервал свой рассказ Лопата и обратился к слушателям. — Вот вам первый совет, если хотите выжить в этом мире. Коли случится так, что придется вещь какую продавать этим проходимцам, можете легко узнать настоящую ее цену. Ту, что предлагает барыга, умножайте на четыре. Это и будет примерная стоимость ресурса.

Но этому я поверил. Он долго меня расспрашивал и оценивал мои возможности. Под конец сам выдал аванс и сказал, что даст еще столько же, если даже ничего не принесу. Главное — попытаться найти, а там уж как карта ляжет.

Проблема, конечно, та еще. В том городишке, на окраине которого я в то время обитал, все аптеки были давно распотрошены. Да и бродить просто так по улицам — опасное занятие. Запросто можно пулю поймать от какого-нибудь обезумевшего мародера.

Только одно место было нетронутым. Боялись туда соваться даже хорошо вооруженные отряды. Всё потому, что слухи ходили про этот район, будто зомби там не простые. Мутировали вроде как. На порядок быстрее и сильнее. Обладают острым слухом и чувствуют жертву намного дальше, чем обычные.

А еще среди них бывают крикуны. Этот обнаруживает жертву, тут же начинает визжать. Да громко-то как, аж уши закладывает. Ему на подмогу прибегает подкрепление. Но это только слухи. По правде, я не был знаком ни с одним вернувшимся оттуда.

— Это правда, — перебила вдруг рассказчика Ю.

— Что именно? — уточнил мужчина.

— Такого крикуна мы тоже видели, — обеспокоенно сказала девушка и повернула голову к подруге: — Маша, подтверди.

Мария с важным видом кивнула.

— Охотно верю, — продолжил Лопата. — Так вот, решил я двинуть туда. Если повезет и дело выгорит, этих средств из обещанной награды хватило бы мне до конца года. А то и больше, если экономить.

Антон зевнул широко открытым ртом и вялым голосом предложил:

— А что? Может, нам почаёвничать? Я угощаю.

Мужчина достал из рюкзака нераспечатанную стограммовую пачку какого-то самого дешевого чая, какой только продавался до эпидемии в социальных магазинах, и бросил ее на стол.

— Чайник горячий, сейчас доведу до кипения, — ответила Ю и подошла к печке.

Продолжение следует...

Если интересно, еще книги тут.

— А с виду так и не скажешь, — продолжил Борис.

Мужчина широко улыбался, но никто этого не видел. Наставник шел впереди группы и не оборачивался.

— Больше похож на простого работягу, — не успокаивался мужчина. — Да и тихий слишком для лидера группировки. Это ж надо болтать много и уметь найти подход к каждому. Всяческие речи толкать, ну или хотя бы заставить себя боятся. Вот бы хоть одним глазком взглянуть на тебя такого.

Напарники шли вдоль железной дороги в сторону станции Гыркино. Анастасия плелась позади. Девушка хоть и отдохнула ночью, но этого хватило ненадолго, ноги снова гудели и сильно устали.

Сережа взял ее рюкзак и повесил себе на плечо. Пару раз молодой человек пытался нести Настю на закорках. Девушка хоть и была хрупкая и весила не слишком много, но сыпучий гравий под ботинками Сережи не давал ноге твердо вступать и сильно нагружал тем самым мышцы. Компания дошла до очередной платформы, и друзья решили на ней передохнуть. Это была обычная остановка, похожая на автобусную, какая есть в любом городе. Две короткие лавки, три железные стенки от ветра и крыша от дождя. Все это дело выкрашено серой краской. Выглядело культурно и чисто, хотя уже проявилась местами ржавчина. Рядом стояла вкопанная в землю железная урна под мусор.

Сережа снял женский рюкзак, ружье и спортивную сумку. Сел на лавку и глубоко вздохнул, закрыв глаза.

— Я и был простым работягой, — ни с того ни с сего начал рассказ Сергей. — Работал на заводе слесарем в цеху. Целых два года после армии.

Борис выделил даме целую скамейку, а сам подсел к Сереже.

— Ты и в армии служил, оказывается, — перебил наставник. — Я и смотрю, крепковат, с виду тихоня, а крепкий. Значит, и стрелял раньше. Интересно, расскажи еще что-нибудь, а то за это время от тебя ничего не удалось толком узнать. Только вечные отговорки. Мы ведь напарники или кто? А раз так, значит, секретов не должно быть, сам так говорил. И потом, дождь начался, а тут под крышей не мочит. Время пролетит незаметней.

— После школы отучился в профессиональном техническом училище, — продолжил Сережа. — Потом служба в армии. Маша сказала, что где-то под столицей. Ждала меня, оказывается. Как дембельнулся, так сразу и поженились. Квартиру снимать не пришлось. Моя бабушка полжизни откладывала и подарила нам деньги на свадьбу. Правда, их хватило только на половину квартиры, но, к счастью, Машины родители добавили нам на однушку. Вам, наверное, Борис Валентинович, вовсе не интересны такие подробности?

— Не интересны? — Борис поправил очки указательным пальцем за перемычку над переносицей. — Еще как интересно. Давай дальше, сгораю от любопытства. Наконец-то я тебя разговорил. Хотел уж было подпоить как-нибудь для этого дела.

— А дальше началась эпидемия, — продолжил Сергей. — Маша говорит, меня будто подменили. Стал груб и дерзок. Она сначала подумала, это такая защитная реакция. Ведь ее я действительно тогда защитил. У меня будто башню снесло. Именно это нас и спасло. Я стал безжалостен и равнодушен. Связался с плохой компанией, зато смог прокормить себя и Машу первое время и не умереть по глупости от случайных зомби, как умерли первые выжившие.

Маша пыталась всё время отговорить меня, уйти подальше от этой шайки и выживать вдвоем. Не слушал ее, словно был под каким-то гипнозом, глаза стеклянные, и смотрел будто не на Машу, а сквозь тело, куда-то вдаль.

— И потом ты их возглавил, верно? — потирая руки, спросил Борис Валентинович.

— А вот и нет, — Серёжа заткнул большим пальцем руки одну ноздрю и через вторую громко высморкался. — Первые мои подельники все умерли. Так говорит Маша. Придурки решили местный супермаркет прочесать. Гиблое дело. Первое, что разграбили выжившие бродяги после дня всеобщего апокалипсиса, как раз и были такие большие магазины. А те, которые уцелели, держали под контролем группировки куда больше, чем наша. Более экипированы и организованны. В общем, повезло нам тогда. Я приболел, валялся с температурой в бреду, а Маша сидела со мной, присматривала. Они даже хотели меня шлепнуть по возвращению, думали, зомби-вирус подхватил. Видишь, как вышло. Это всё со слов Марии, естественно.

Вдвоем мы пробыли недолго. Наткнулись на отряд из десяти человек. Те оказались полными болванами, но с неплохим оружием и даже с собственным убежищем в трехэтажном кирпичном коттедже в частном секторе нашего небольшого города.

— Ты тоже жил в городе И? — спросил Борис Валентинович. — А на какой улице?

— Вот этого я не уточнил, — ответил Сергей и продолжил. — Можно у Маши спросить, как придем... У них не было старшего, каждый тянул одеяло на себя. Ну и эту роль взял на себя я. С самого начала давил на них и вел себя, будто знакомы много лет. От такой наглости головорезы растерялись.

— И что, вот так вот бродяги приняли постороннего человека и сделали своим вожаком? — Борис подвинул сумку ближе к лавке, дабы дождевая вода, стекающая с крыши остановки, его не намочила.

— Дело в том, что голова у меня варила лучше всех, — улыбнулся Сергей. — Они накидывали планы своих будущих вылазок, а я тут же находил в них слабые места. И не просто указывал, где могут попасть в беду, а предлагал другие варианты, менее рискованные и более безопасные. А уж когда впервые вышел с бандой в ходку, в тот же вечер объявили меня главарем.

— А Машу, значит, главарихой? — ухмыльнулся наставник.

— Маша с того момента стала меня бояться и старалась как можно меньше попадаться на глаза. Нет, она, конечно, пыталась образумить, несколько раз просила покончить с разбоем и грабежом. Даже умоляла отпустить ее. Но я был черств и непоколебим. Опять же, по ее словам. Не устану повторять, сам я ни черта не помню, и такое слышать было жутко. Поверить не мог, что это происходило со мной.

— Значит, полтора года ты этим промышлял? — в голосе Бориса чувствовался большой интерес. — Как же потерял память и очутился на пути к станции Бякино?

— Во время одной из вылазок мы потерпели неудачу. Вернулось нас всего двое. Маша не знает подробностей, но обоих хорошенько отметелили. Она насильно влила мне в рот алкоголь и скормила все таблетки, что были под рукой.

— Убить что ли хотела? — перебил парня Борис.

— Клянется, что нет, — развел руками молодой человек. — Там в основном было снотворное и седативное средство. Она в них не разбирается, слышала, как другие бандиты об этом говорили. Просто хотела вырубить меня и уйти, даже в плачевном состоянии я пытался ею командовать.

Вот только после такого коктейля я не потерял сознание, а стал послушным. Туго соображал, мычал и не понимал, где нахожусь.

Жена взяла меня за руку и увела из города. Куда идти, Маша не знала, да и разницы никакой не было, лишь бы подальше от всего этого. Ну а за городом лес, он и вывел нас между станциями Стромино и Бякино. Маша всю дорогу вливала в меня алкоголь, поддерживала состояние, так сказать. Боялась, что приду в себя. Не могла она так больше жить, но и бросить меня не решилась. Короче, вывела мужа в полузомбированном состоянии и направила в сторону станции, где меня и приняли. Дальше вы в курсе, Борис Валентинович. Уж не знаю, что именно, то ли таблетки с алкоголем, то ли сотрясение мозга, повлияло на мою потерю памяти. Избили меня крепко, вся рожа была свезена, будто по асфальту ею возили. А может, и то, и другое каким-то образом повлияло.

— А может, и защитная реакция мозга, — произнес Борис, похлопав напарника по плечу. — Помнишь, как тебе покойный Ренат говорил? Мозг — дело такое, братишка. А он про это много читал. Ладно, идем, дождик кончился.

Мужчины поднялись, повесили на свои плечи рюкзаки и спортивные сумки и потихоньку двинулись дальше. Настя поплелась следом чуть позади напарников.

— Знаешь, брат, — сказал Борис Валентинович немного погодя. — Я очень рад, что встретил тебя. И даже если это всё правда и ты натворил много ужасных дел, я нутром чую, что тебе предстоят великие дела, ты нужен этому миру, как глоток воды жаждущему. А меня чуйка еще ни разу не подводила, если ты не забыл.

Продолжение следует...

Если интересно, еще книги тут.

— Там кто-то ходит, — взволнованно продолжал шептать парень. — Между могилами.

Борис привстал, протер глаза и попытался вглядеться в ту сторону, куда указал молодой человек.

— Вроде нет никого, — ответил наставник. — Тебе, брат, не померещилось?

Сережа посмотрел виноватыми глазами, словно нашкодившая собака. Парень уже не был уверен наверняка, был там кто или нет.

Борис Валентинович подкинул веток в угли костра, и через пару мгновений вспыхнуло пламя. Огонь осветил чуть дальше, но до того места свет все равно не доставал.

— Иди проверь, — тихо проговорил мужчина, стараясь не разбудить девушку. — Ну чего смотришь? Твое дежурство, ты и шуруй.

Сережа взял приставленное к одной из оградок ружье. Отжал рычажок вправо и опустил стволы. Шарил рукой в подсумке, два патрона, и, вставив их в стволы, закрыл обратно.

Парень набрался смелости и пошел потихонечку в сторону дальних могил. Чем дальше Сережа отходил от костра, тем хуже было видно. Но это только поначалу. Через некоторое время глаза привыкли, и казалось, что сейчас не ночь вовсе, а максимум поздний вечер.

Молодой человек осматривал каждую могилу впереди себя и памятники, за которыми можно было спрятаться. Шаг за шагом Сережа отдалялся от места ночевки и, решив, что дальше идти уже не стоит, развернулся обратно.

Лицо парня за долю секунды побледнело от страха. Немой испуг застыл на его лице. Обернувшись, Сережа наткнулся на Бориса, чего совсем не ожидал, и чуть даже рефлекторно не врезал ему прикладом в лоб.

— Я же не мог тебя отпустить одного, — по-доброму улыбнулся наставник. — Еще, чего доброго, ружье отнимут.

— Тут никого нет, — пришел в себя Сережа и добавил чуть громче: — Нет же никого?

— Вообще-то есть, — послышался голос из темноты.

Напарники быстро переглянулись. Сергей поднял ружье и направил в сторону, откуда исходил звук. Борис передернул затвор автомата.

— Ты кто такой? — спросил Серёжа.

— Это смотря кто такие вы?

Голос неизвестного был старческим и немного дрожал.

— Мы просто путники, — Сережа пытался вглядываться, но так никого и не увидел. — Переночевать зашли на кладбище.

— Вот-вот, — снова раздался голос. — На мое кладбище.

Борис дотронулся ладонью до ружья Серёжи и велел опустить оружие. Сам повесил автомат на плечо и громко объявил:

— Ладно, дед, выходи. Мы не кусаемся.

Ответа не последовало. Тогда напарники развернулись и пошли в сторону костра.

— Надумаешь, подходи... — сказал напоследок Борис.

***

Друзья просидели возле огня около часа. Спать Борису Валентиновичу больше не хотелось, да и как тут уснёшь, когда возле тебя соседи ходят. Тем более, очередь дрыхнуть теперь Сережина.

Анастасия проснулась и поначалу не могла сообразить, где находится, будто вспоминала, что с ней произошло в последнее время. Потом улыбнулась и достала из своего рюкзака большую жестяную банку консервов без этикетки.

— Не знаю, что это, но она самая тяжелая, — проговорила Настя и протянула банку Борису. — Нужно съесть ее в первую очередь.

Мужчина взял ее в руку и потряс возле уха, словно слушая, что там внутри. Затем вынул из кожаных ножен на ремне охотничий нож и проткнул им железо.

В банке была непонятного вида рыба. Пахла недурно, но наставник никогда такую раньше не ел. Большие куски белого филе, плотно уложенные в жестяную ёмкость. Борис попробовал маленький кусочек и, сплюнув в сторону, сказал:

— Предлагаю ее сварить в котелке.

Друзья так и поступили. Вылили остатки воды из полторашки в котелок, переложили кусочки рыбы и поставили на огонь.

Аромат вареной рыбы разошелся по всему кладбищу.

— Издеваетесь над пенсионером, да? — послышался вдруг голос сбоку, и на свет вышел пожилой мужчина. — Сначала место мое заняли, теперь всякими вкусностями мучаете? Четыре дня даже маковой росинки во рту не было. Живот к позвоночнику прилип.

— Присаживайся, дедушка, — пригласил Сережа, не поворачивая голову. — Сейчас поедим, тут на всех хватит.

***

Зомби-Макс вскочил и быстро побежал в сторону стола. «Глухая» женщина, едва успев обернуться, поставила перед собой руки. Ее это не спасло. Живой мертвец оказался сильней и уже через пару секунд вцепился в горло своей жертвы.

Сашка подбежал, взял Макса одной рукой за штаны, второй за майку и, оторвав от женщины, поднял над полом. Мертвец дергался, махал руками и огрызался, словно собачонка. Пашка, быстро сообразив, открыл дверь станции, и Сашка выкинул тело наружу.

— Я закрою, решайте вопрос с бедняжкой, — подскочила на помощь Ю.

— В смысле, решать вопрос? — хором переспросили близнецы, одновременно пожав плечами.

— Ну, ее укусили, кровь заражена, — объяснила девушка. — Никто не знает, сколько пройдёт времени, но женщина обязательно обернется.

— Кто сказал, что обязательно? — переспросил Сашка и подбежал к телу. — Тащите всё, что есть. Бинты, чистые тряпки, зеленку, перекись, антибиотики любые.

Маша ушла в каморку и через время вернулась с сумкой, используемой Сережей в качестве аптечки.

— Муж меня убьет, — девушка вынула бинты и вату. — Положи ее голову себе на ногу и держи выше тела. Паша, неси чайник и промывай водой рану на шее.

Молодой мужчина намочил чистый бинт и хотел было приложить к шее пострадавшей, но Василий его остановил:

— Вот дурни, у вас же спирт есть, им и протирайте.

— Мужик дело говорит, — тихо пробормотал Сашка.

Маша вскочила и принесла бутылочку. Налила дезинфицирующее средство на свежий бинт и приложила к месту укуса.

Жертва громко вскрикнула и потеряла сознание от боли.

Раздался шум и стук ладоней о железную дверь. Маша быстро поднялась, подошла к выходу, взяла пистолет в правую руку, повернула ключ и выстрелила мертвому юноше прямо в лоб. Затем спокойно, без лишних эмоций, закрыла обратно и заперла на два оборота.

— Почему мы должны на нее тратить антибиотики? — громко спросила Мария. — Она все равно обратится. Это вряд ли поможет. А если кто-то из нас заболеет? Что мы тогда друг другу скажем? Извини, мы отдали твое лекарство первой встречной бродяжке?

В зале ожидания воцарилась тишина, и даже одинокий дедушка, спавший всё это время в дальнем темном углу, перестал храпеть.

— Может, потому что мы люди? — ответил с печалью в голосе Сашка.

— Единственное, чем ты можешь ей помочь, это убить, пока в отключке, быстро и без мучений, — ответила уже тише Мария.

— Не могу, — вздохнул близнец. — Она еще человек, а людей я ни разу не убивал.

Маша положила руки себе на лицо, закрыв глаза, и несколько секунд простояла молча, обдумывая решение. Затем взяла из аптечки пластмассовую баночку и высыпала на руку болтавшиеся на дне три таблетки. Положила на столовую ложку и, нажав сверху другой ложкой, раздавила средство в порошок. Затем высыпала в большой медицинский шприц и, добавив немного воды, взболтала.

— Открывай ей рот, — командным и весьма недовольным голосом произнесла Маша. — Даже не знаю, антибиотики ли это, Сережа так сказал, а из него медик такой еще.

Девушка прыснула содержимое шприца прямиком в горло женщины.

— Теперь следи за ней, — все еще недовольно произнесла Мария. — Как только начнет обращаться, тут же... Ты меня слышишь? Тут же ее убьешь.

— Слышу, — печально ответил Сашка.

Продолжение следует...

Если интересно, еще книги тут.

Борис лег на кровать, на которой когда-то спал с супругой, и, положив одну подушку на другую, принялся их рассматривать.

Тут он совсем еще ребенок, а на этой уже в школе, в старших классах. На этой в армии сидит на БТР, а эта сделана в ЗАГСе. Тут он дочку забирает из роддома, а здесь ведет ее за руку в первый класс. Одинокая слеза скатилась по щеке, глаз защипало, и мужчина вытер его рукавом.

Затем Борис покопался в других ящиках. Достал картонную коробочку, которая использовалась как домашняя аптечка, и высыпал всё содержимое в свой рюкзак.

Заглянул на кухню, забрал спички, сахар, чай и два больших ножа для мяса.

Зашел в комнату дочери и взял из ее письменного стола несколько школьных тетрадей с ее писаниной.

Упаковал в рюкзак свежие носки, майки, трусы и, посмотрев на себя в зеркало в прихожей, взял в руки плоский топорик с гвоздодером на конце, лежавший на кухне для рубки мяса. Вынул несколько гвоздей, заколоченных не до конца, снял автомат с предохранителя и открыл дверь.

Двое зомби, один повыше, другой пониже, стояли к мужчине спиной и не шевелились. Борис прицелился... В квартире прозвучало два одиноких выстрела, от которых наставник проснулся.

Борис Валентинович проснулся в холодном поту в своём кресле на станции Бякино. На лице его лежал один из читаемых им журналов. Опытный выживший сглотнул накопившуюся во рту слюну и вышел на перрон.

— Все в порядке? — подошел сзади Сережа.

— Напомни мне больше не спать после обеда, — тихо ответил Борис и, теребя в руках маленький ключ, висящий на веревке на его шее.

***

Борис Валентинович и Маша быстрыми движениями застегнули рюкзаки. Бабка сняла с плеча маленькую дамскую сумочку, открыла и достала револьвер.

— Вы убили моих мальчиков? — выдавила сквозь зубы старушка.

Лицо ее побледнело и скривилось, будто откусила половину лимона.

— Вы обещали вернуть их живыми, — продолжила бабушка, направляя оружие на мужчину.

— Тише-тише, без нервов, — Борис медленно достал свой ПМ. — Ты же понимаешь, что в руках у тебя травмат. А вот у меня настоящий. Столько бед сейчас можно натворить, лучше не стоит торопиться.

Бабка опустила револьвер, достала из сумочки носовой платок и, широко открыв рот и закатив глаза, громко в него чихнула. Оказалось, это был сигнал, и из-за станции с разных сторон вышли двое крепких мужчин с ружьями в руках.

— Никакого отношения к смерти твоих правнуков мы не имеем, — поспешил оправдаться Борис Валентинович. — Просто носильщики.

— Вы все пособники этого Сидоровича, — произнес один из стрелков и, уперев приклад ружья в свое плечо, прищурив левый глаз, прицелился в Бориса.

Борис Валентинович поднял руки вверх ладонями к неприятелю. Это был тоже заранее обговоренный с Ю сигнал. Тут же раздался выстрел. Пуля попала рядом с ботинком стрелка в полуметре. Тот машинально отскочил в сторону.

— Шевельнетесь, и вы трупы, — холодным тоном сказал наставник. — А теперь плавно, без резких движений опускайте стволы. Не советую нервировать нашего снайпера.

— Значит, простые носильщики нынче уже с собственным снайпером ходят? — Бабка убрала платок в сумочку и застегнула молнию. — Видимо, отстала я от жизни.

— Мы не враги вам, — продолжил Борис. — Сами себя подставили, нам нужно всё друг другу рассказать. Пойдемте на станцию, я попробую уговорить тамошнего смотрителя пустить нас бесплатно или, может, у вас есть чем заплатить за ночлег?

— Считай, что уговорил, аргументы у тебя уж больно убедительные, — бабка посмотрела в сторону, откуда предположительно произошел выстрел. — Я и есть смотритель станции Стромино.

***

Станция Стромино выглядела по-домашнему уютно. Чистота и порядок. На окнах с решетками стояли цветы в горшочках. На стенах висели часы и портреты знаменитых писателей и композиторов. Скамьи для ожидающих стояли рядами, и пол между ними мылся чуть ли не каждый день. В углу стоял цветной телевизор, накрытый кружевной салфеткой. Иногда вечерами, если набирается достаточное количество ресурсов от желающих бродяг, смотрительница с важным видом выносит из своей комнаты DVD-плеер, подключает его вместе с телевизором к своему бензиновому генератору, и все дружно смотрят один из фильмов в ее коллекции дисков.

Комната смотрителя находилась сзади и отделялась от общего зала кирпичной стеной. Диван для гостей, на котором смотрительница сама же и спала. Журнальный столик на колесиках и мягкое кресло. С краю дивана лежала незаконченная детская вязаная шапка, спицы, шерстяная пряжа и очки. В дальнем углу от двери стояла двухъярусная кровать небольших размеров, видимо, детская.

— Меня зовут Лидия Михайловна, — четко и внятно произнесла бабушка, убирая свое вязание с дивана. — Присаживайтесь, будем говорить.

Борис и Маша прошли к дивану и аккуратно на него присели. Двое мужчин с ружьями закрыли дверь и встали у входа снаружи.

— Я Борис Валентинович, а это Мария, — представился наставник. — Со станции Бякино мы.

Борис и Лидия некоторое время молча смотрели друг другу в глаза.

— Так значит, вы тот самый смотритель, что заставлял Крантика таскать дрова и мыть полы с утра до вечера за горсть макарон? — прервал неловкую тишину Борис. — Наслышан про вас и ваши кредиты.

— О нет, то муж мой был покойный, — ответила смотрительница. — Ну да, не будем о нем, о мертвых либо хорошо, либо ничего. А вы, значит, те герои с соседней станции, что спасли нас от собак? К сожалению, ничем помочь не могли. Оружие у нас появилось только после смерти прежнего смотрителя. Муж категорически был против огнестрела в убежище. Как там Грант?

— Гран погиб, — печально ответил Борис Валентинович и снял кепку. — Это трагичная и долгая история.

— Ну вот еще один ребенок погиб, — не сдержала слезы хозяйка станции. — И снова каким-то образом рядом вы. Я все еще жду объяснений.

Борис рассказал ей о Федоре, его уговоре с Сидоровичем и целом мешке в награду, лежащем на станции Бякино. О похоронах носильщика и его решении завершить сделку. Лидия Михайловна слушала и вытирала слезы розовым платочком.

Снаружи станции раздались два выстрела. Смотрительница вскочила и выбежала из комнаты. Борис хотел последовать за ней, но бабушка быстро вернулась и, присев в кресло, радостно сообщила:

— Это были не мои правнуки в рюкзаках, просто похожие дети. Даже не знаю можно ли теперь радоваться.

Затем смотрительница хлопнула три раза в ладоши, дверь в комнату открылась, и в нее вошла симпатичная ухоженная женщина лет сорока с самоваром в руках. Поставила его на журнальный столик и быстренько сбегала за керамическим заварочным чайником и подносом с чашками на блюдцах.

— Средняя моя дочка, — кивнула бабка на женщину. — Никак замуж не отдам. Пятый десяток пошел, все в девках ходит. Как она вам, Борис Валентинович? Вы мужчина видный. Может, заберете ее к себе, а то сидит на моей шее без толку.

Женщина заметно покраснела, но продолжила наливать кипяток из крантика самовара в чайничек:

— Что ты такое, мама, говоришь? — стеснительно и еле слышно проговорила дочь.

— Молчать! — почти крикнула на нее Лидия Михайловна. — Сама не можешь, значит, я тобой займусь. Мне жить осталось два понедельника, что с тобой станет тогда?

— Так что у вас за терки со смотрителем станции Гыркино? Может, расскажете? Авось помогу советом или, может, делом.

— От чего не рассказать? Слушай на здоровье, сынок, коли не лень, — хозяйка села в кресле поудобнее.

— Только мне надо выйти на минутку, — перебил ее Борис. — Пригласить нашего третьего члена отряда.

— Наташка, неси еще одну чашку, — скомандовала смотрительница.

Продолжение следует...

Если интересно, еще книги тут.