Порой мне сложно понять, что в голове у Пети, Васи или Сережи. А уж, что движет Мохаммедом, Али или Хусином и вовсе тайна, покрытая мраком. Согласно Корану, Аллах создал ангелов из света, шайтанов из пламени, а людей из глины. Так вот на изготовление марокканцев явно пошла совсем иная глина.
Мы заходим в ресторан в средневековой медине города Фес. Мозаичные интерьеры впечатляют. Царит торжественный полумрак. Расширяющиеся к низу официанты, с прилизанными волосами и подвижными пальцами демонстрируют крайнюю степень восточного гостеприимства. Словно вьюны оплетают удушливым вниманием. Еще немного и женятся на нас где-нибудь между салатом и горячим.
Мы естественно капризничаем. Я брезгливо указываю пальчиком на скатерть в жирных пятнах:
- А можно поменять на чистую?
- Конечно, мадам! Ноу проблем!
Через минуту наш преданный Хасан возвращается со стопкой скатертей и начинает каждую рассматривать на предмет чистоты. Наконец, выбирает лучшую.
- Извольте, мадам! – королевским движением он взмахивает скатертью перед нашими носами и расстилает ее на столе.
Скатерть в два раза грязнее предыдущей. Лицо Хасана оплывает довольством, словно восковая свеча. Что он думает про себя? Издевается над европейскими дурочками? Радуется, что нашел чистую скатерть? Его бесят капризные бабы, но он не показывает вида? А, может, в этот момент он думает о своем... Например о том, что в раю каждого доблестного воина ресторанного бизнеса ожидают черноокие гурии.
Я не знаю. Культурные коды сбиты и не распознаются. Язык тела считывается с трудом. Еда очень вкусная, но томатный суп почему то подается со сладким фиником и медовым печеньем. Арабские женщины говорят по айфонам, но не открывают сосуды с маслом вечерами, потому что после заката солнца там живут джинны. Ночью никто не свистит, не метет пол и не играет на свирели, а не то получит порчу в виде бешенства и падучей. Люди на улице приветливы, но если спросить дорогу, то отправят в другую сторону, где ты запросто сгинешь в барханах. Наверное, сказать иностранцу «я не знаю, куда идти» невежливо, а отправить его на юг вместо севера вежливо.
- Вежливость здесь не при чем, - говорит наш местный гид Низар. - Тут все делается с умыслом. Если тебя отправили не в ту сторону, значит рассчитывают, что ты вернешься и попросишь быть провожатым.
Мальчишки бегут следом и кричат:
- Там тупик, мадам! Идите за мной, я покажу дорогу!
Первый раз мы остановились в недоумении, словно те самые ишаки посреди дороги. Неужели и, правда, тупик? Навигатор сошел с ума, стрелочка крутилась вокруг собственной оси, отказываясь нам помогать.
- Сюда, мадам! За мной!
Эти мальчишки - потомки тех, кто когда-то открывал настежь городские ворота, пропуская врагов внутрь медины, и там в бесконечных лабиринтах отлавливал и добивал заплутавших и потерянных врагов по одному. Сейчас цели прозаичнее – всего лишь получить пару монет.
Красивый волоокий марокканец прогоняет сорванцов, осуждающе качая головой, и молча ведет нас к нужной точке. Этому благородному Абдурахману не нужны наши монеты и благодарности. Он даже не зовет нас в свою лавку, где в первой комнате выставлены товары похуже, в следующей получше, а в самой дальней, куда попадут только самые драгоценные клиенты, таится настоящий клад. Марокканец сдержанно улыбается, угощает на прощание божественной хурмой и растворяется в воздухе, словно добрый джинн.
Арабы говорят, что у каждого есть свой шайтан и ангел, которые ведут борьбу за сердце человека. Шайтан, враждебный людям, мешает молиться и подбивает на плохие дела. А прикосновение ангела – это всегда побуждение к добру и истине. Я впиваюсь в золотую хурму, сок бежит по подбородку и рукам, я слышу звук дудочки, доносящийся с главной площади, где берберы гипнотизируют кобр, поднимаю глаза к звездному небу тысячи и одной ночи и впервые за несколько дней пребывания в Марокко чувствую прикосновение ангела.
Эта страна сложнее привычной туристической Европы, где все богатство на виду. Одно дело прогуляться по комфортабельному сверкающему витринами проспекту, выпить вина в ресторане, купить очередное пальто «Макс Мара» и улечься спать в новомодном «Хилтоне». А другое дело средневековая восточная медина, которая живет по средневековым законам.
Плутаешь по узким облезлым улочкам, поворот, еще поворот, все темнее, страшнее, грязнее, протискиваешься мимо навьюченных ослов, бездомных котов, венчающих кучи мусора, и вот, наконец, попадаешь в самый ничтожный аппендикс самого маленького переулочка, открывается дверь в половину человеческого роста, а за ней – дворец – твой дом на ближайшую неделю! Высоченные своды, искусная резьба, мозаика, фонтаны с золотыми рыбками и серебряные канделябры.
Так же, как восточные женщины сокрыты от посторонних глаз хиджабами, так и дворцы спрятаны внутри уродливых городских стен. Красота внутри. Красота не отдается первому встречному. Ее нужно заслужить. Найти ту самую потайную дверь, постучаться и произнести заветные слова «сим-сим, откройся».
Это путешествие на другую сторону Луны. И нужно умягчить свое сердце, отмести ожидания, обратить взгляд с внешнего на внутреннее, довериться чужеродному, и тогда дверь, ин шала, распахнется и перед тобой засверкают сокровища. Или глиняные черепки. В зависимости от того, насколько тебя любит Аллах.
Подписывайтесь, ставьте лайки и мне будет очень приятно.
Ссылка на мой канал в Дзене Куда валить?
